Черноземье. Вторжение 2

Глава 23

Дома все чинно и благородно, Грита, вот-вот рожать, угощает вкусным чаем Клею, которая еще попышнее ее выглядит. И сама была раньше пофактурнее, и четвертого ребенка все же рожает.

Не сама, конечно, бегает с чайником из тонкого восточного фарфора, а недавно нанятая служанка осторожно суетится между сильно беременными женщинами.

— Добрый день! Что-то случилось? Раз так срочно меня позвали! — присоединюсь я к местному, теперь самому высшему обществу города, сразу обнимая обрадовавшуюся Гриту.

— Да, Ольг, у меня разговор к тебе есть! — без всяких предисловий, очень так по-деловому берет бразды общения Клея на себя. — По делам в Совете и Ратуше!

— Милая моя, мы поговорим с твоим мужем наедине, хорошо? — очень вежливо спрашивает она у подруги.

— А чай? — тут же расстраивается сейчас особенно впечатлительная Грита.

— Чай мы выпьем, не переживай, моя милая, — тут же успокаиваю я подругу и Клея тоже ласково с ней разговаривает дальше.

Сам перевожу взгляд с нее на жену Крома, не очень понимая, что случилось. Но прилежно пью чай маленькими глотками, поддерживаю приличный разговор, объясняю, куда я уезжал и что в мире за стенами города творится.

Клее все реально интересно, подруга моя только о будущем ребенке думает, ей не до чего больше дела нет.

Потом мы остаемся одни в зале, Грита уходит полежать и поспать в спальне, я вопросительно киваю Клее.

Она меня сразу понимает, с трудом пересаживается поближе на диван, где сижу я, но первым вопросом же приводит меня в полное недоумение:

— Вот скажи мне, Ольг, зачем все это?

— Не понял, Клея, что за все это?

— Вот все то, что мы делаем с тобой. Моя магия, ее пробуждение, мои занятия, я ведь очень стараюсь, — все так же я не понимаю направление мыслей близкой когда-то женщины.

— Магия? Зачем? Ну, магия дает тебе и мне огромные возможности. Ты смогла своим влиянием полностью изменить ко мне отношения Крома, поэтому теперь в Совете у меня все время большинство при каждом голосовании, — осторожно отвечаю я. — Из-за такого большинства Астор не может отказаться от договоренностей со степью, значит, ты спасаешь сотни и тысячи жителей Черноземья от страшной смерти и угона в рабство!

Говорю про то, что можно ощутить рядом.

— Нет, Ольг! Не только такое воздействие. Ты меня извини, моя беременность меня измучила, понятное дело. Надоело уже страшно ходить пузатой! Крому прилетает постоянно из-за этого, но он хорошо держится, — некоторое время Клея молчит. — Вопрос гораздо шире, Ольг.

«Крому прилетает? Не ожидал, честно говоря, такого признания!»

— Что мы с тобой и нашими детьми, которые тоже должны стать Магами, будем из яркого и интересного делать со здешним миром? — спрашивает она наконец.

Тут уже я смотрю на нее с большим потрясением.

— Для чего ты инициировал меня? Не только же для воздействия на моего мужа?

Теперь я ее понимаю и сразу перестраиваюсь:

— Нет, конечно. Перед нами лежит очень много разных и интересных путей. Мы можем почти все! Даже жить вечно! — выдаю ей первый мой секрет, который должен Клею очень заинтересовать.

— Жить вечно? Разве такое возможно? — не верит она. — Наверно, ты хочешь сказать, жить очень долго, лечась твоими камнями?

«Придется Клее рассказать про Храм, — понимаю я. — С одной стороны, никому больше не хотел говорить про мое секретное место! С другой стороны, она мой самый преданный здесь союзник! С ее умом и энергией мы сможем шагнуть гораздо дальше!»

— Нет, именно жить вечно! — ну, смотря сколько времени в Храме хранится твоя копия, с которой тебя распечатали на Столе.

Если она тоже остается в памяти Храма навечно, то и жизнь может оказаться именно такой.

— И наши дети тоже? — первым делом спрашивает Клея.

— И наши тоже, — спокойно отвечаю я ей.

Ведь любой человек, даже без владения магией, с моей помощью может лечь в капсулу, где-то восстановиться, а его копия останется в памяти того Храма. Может потом вернуться сюда, уже здесь она так же будет зашита в Храме.

«Не знаю, на сколько времени вообще хранится, еще неясный вопрос — если после тебя кто-то восстановился на Столе, не заменит ли его копия твою. Вряд ли настолько могучее устройство может запомнить всего одну копию, ведь хозяева такой сети межпланетного перемещения могли прилетать целыми компаниями. Они все должны оставаться в памяти Храма, вдруг кто-то из них погибнет?» — данный вопрос я знаю не очень твердо.

Сам восстанавливался после смерти один раз, и еще мои Братья, кажется два-три раза, точно уже не помню их сложные перипетии с выживаниями на третьей по списку планете.

Потрясение в глазах Клеи просто не передать словами, но она быстро берет себя в руки.

— Хорошо, можно жить вечно, тут ты мне не врешь! — я уже и позабыл, что Клея может и меня теперь проверить на правдивость.

— А зачем нужно столько жить? Что великого и необычного мы с тобой можем сделать? Вот мой главный вопрос!

Я на какое-то время задумываюсь, стоит ли все прямо говорить женщине, у которой большая семья, уже будет четверо детей, очень строгий и авторитарный муж.

«Куда она вообще денется из своего семейного счастья?»

— Ты не переживай за меня и моих детей, Ольг. Я вот только недавно поняла, что закопала себя в семейной жизни крепко-накрепко, связавшись с Кромом и родив ему уже троих детей. Но я же не о таком мечтала раньше! Я хотела помогать людям очень-очень сильно. Только в Сатуме мне не удалось реализовать себя. А в Асторе в меня вцепился с невероятной силой и настойчивостью сам Кром, поэтому я забыла на время свою мечту. Но сейчас я хочу к ней вернуться!

Клея поправляет волосы знакомым жестом и улыбается мне той же знакомой, сильно озорной улыбкой:

— Что ты можешь мне сказать именно по такому поводу?

Тут уже я решаюсь открыть Клее глаза на то возможное будущее, в котором она может оказаться. Потому что она мне тоже очень сильно нужна для создания самого данного будущего:

— Ты можешь стать королевой Сатума и устроить там жизнь по черноземельским порядкам и законам! Таким же честным и справедливым!

Вот, та самая задача, которая требуется Клее, понял я сразу.

— Думаю, то самое дело, которое тебя привлечет? По настоящему заинтересует!

— Королевой всего Сатума? — ноздри у Клеи широко раздвигаются.

— Сначала не всего, конечно. Какой-то его части точно, той, которая ближе к горам, — медленно отвечаю я. — И если твое, сначала небольшое королевство, сможет всем жителям Сатума показать новый и передовой образ жизни, то оно станет все больше и больше.

— Как такое может получиться? — Клея хочет мне верить, но пока откровенно боится.

— А, зачем, ты думаешь, я так старательно строю дорогу через горы? — начинаю я издалека.

— Это я знаю. Чтобы снять с Астора опасность военного разгрома степняками? Кром со мной подробно последние месяцы разговаривает обо всем подобном. Ценит мои советы.

— Да, сейчас именно для этого, чтобы не воевать со степью, а стать союзником, не скажу даже, насколько именно. И заехать в Сатум следом за степными лошадьми орды! Даже на их стременах!

— Но ведь вторжение степняков принесет неисчислимые беды жителям Сатума! — спорит со мной Клея.

— Или, если не Сатума, то обязательно Астора и всего Черноземья! Спасти и нас, и Сатум одновременно никак не получится! Даже у меня со всей моей силой! Мне нравится здешняя жизнь, Клея, пусть здешняя власть и почти весь Совет Капитанов сильно прогнили! Но она меня пока устраивает, простым людям здесь живется гораздо легче и свободнее. Чем в Сатуме, где они не живут, а мучаются с рождения до самой смерти! Ты же не будешь со мной спорить?

Клея не спорит, а спрашивает, каким образом я хочу помочь людям ее родины.

— Войти в Сатум, то есть спуститься на его зеленые равнины следом или одновременно со степняками! Поднять упавшую власть после них — вот мой краткий план, Клея!