Злодейка и князь, который ее убил

Глава 9

Лекарь Ван осмотрел меня, дал выпить очередную горькую настойку и удалился вместе с остальными служанками. В покоях осталась только наставница.

– Лин-эр, сегодня отдыхаешь, – сухо проговорила она. – А завтра с утра начнем готовиться к банкету. Скоро возвращается Минхао, и господин распорядился устроить семейный ужин. Надо согласовать меню, проверить счета, убедиться, что покои молодого господина привели в порядок. А еще свадебный наряд примерить, вышивку как раз должны были закончить…

Я мысленно застонала, кажется, спокойно отдохнуть и набраться сил, как настоятельно советовал лекарь, не получится. Мой статус в семье налагал некоторые обязательства. Матери и бабушки, какой-то тетки-приживалки у меня не имелось, я – старшая женщина в семье, а значит, обязана заниматься домом. Конечно, эту роль можно было доверить одной из наложниц, но прежняя Тяньлин скорее бы удавилась, чем отдала такую власть. Опять-таки будущей императрице нужно научиться управлять хотя бы семейным гнездом.

Вот только я ничегошеньки обо всем этом не знала! Не разбиралась в простейших бытовых вещах, понятия не имела, как ведутся счета, как работает кухня. Знания, почерпнутые из дорам и книг, оказались весьма сумбурны, не давали нужной конкретики и мало имели отношения к реальности. Да и знать бы еще, что норма для текущей реальности!

И вот что прикажите делать? Как выпутываться? Не скажешь ведь, что у меня внезапно случился провал в памяти, я и забыла элементарные вещи…

Точно! Память! Я чуть по лбу себя не ударила и замерла, как громом пораженная. Почему, когда пришла в себя после попытки отравления, я не сказала, что у меня амнезия? Тогда все было бы намного проще. Все странности поведения легко бы объяснились!

Почему я не подумала об этом раньше?!

Да потому что времени на размышления не было! Я вообще поначалу считала, что все это безумный сон. А потом пыталась выжить, не сойти с ума и понять, как быть Шэнь Тяньлин. Вот только мне как раз не нужно было вести себя, как Тяньлин! Тогда я легче смогла бы получить базовую информацию, выгадать время. Конечно, регент не отказался бы от идеи выдать дочь за императора, но мог бы на время отложить свадьбу…

Впрочем, какой смысл сожалеть об упущенных возможностях? Надо решать, что делать сейчас.

– Лин-эр?.. – в голосе Фань По звенели тревожные нотки. Пауза явно затянулась.

– Подожди, – вскинула я руку.

Если не можешь разобраться сам, надо делегировать. Вопрос: кому?

Тяньлин управляла домом, но не решала все задачи сама, у нее были помощницы. Та же Фань По и другие приближенные служанки…

– Что с Даи? – Я подняла взгляд на Фань По.

– Толку от этой болезной, – поморщилась наставница. – Она в лечебнице.

– Где? – не поняла я.

– Вместе с остальными ранеными. Младшие лекари ей занимаются.

– Даи… дома?! – Я закашлялась и прохрипела: – Воды…

– А где ей еще быть? – сказала наставница, подавая мне чашу.

Я медленно пила воду и задумчиво, как регент недавно, барабанила пальцами по столу. Видимо, опять мышечная память сработала, и эту нервную привычку Тяньлин позаимствовала у отца.

Сжала подрагивающие пальцы в кулак.

Про Даи я и думать забыла. Вернее, как-то сразу рассудила, что она или погибла, или давно сбежала. Но внезапно служанка не только выжила, но и оказалась в домашнем лазарете вместе с другими ранеными.

Я не рассказала, что она пыталась меня убить, а больше никто этого не видел. Значит, Даи должна была воспользоваться возможностью и сбежать. Но почему-то осталась.

Быть может, просто не успела?

Нет. Истекающих кровью слуг и стражников не потащили на банкет к казначею, а отправили в город еще вчера. Выходит, время было. И ранена Даи, насколько я помнила, не так уж серьезно – стрела попала в плечо. Возможно, ее ранили еще раз после того как я убежала?..

– Мне нужно увидеть Даи, – сказала я.

– Я распоряжусь, чтобы служанку привели.

Покачала головой, такой вариант меня не устраивал. Я не знала, почему Даи до сих пор оставалась в доме регента. Но, как только она услышит, что я ее зову, то попытается сбежать или совершит какую-то глупость.

– Нет, проводи меня в лечебницу.

– Лин-эр… ты никогда не ходила в хозяйственный двор.

– Я хочу увидеть людей, которые сражались за меня.

– Лечебница – не то место, которое стоит видеть молодой госпоже.

Как будто после той мясорубки, в которую я попала на лесной дороге, меня что-то могло испугать или неприятно удивить.

– Я приказываю, – прошипела я, положив руку на шарф, который закрывал травмированное горло. На шее все еще оставались синяки от пальцев Даи. – Не заставляй меня спорить с тобой.

– Простите, молодая госпожа, – чопорно поджала губы наставница.

Мы миновали внутренний дворик с фонтаном, прошли по крытой изогнутой галерее до массивных ворот. Проход на хозяйственную территорию охраняли двое стражников в знакомых черных доспехах.

И вот теперь, прихрамывая и тяжело опираясь на руку Фань По, я шла через внутренние дворы. В дорамах редко показывали изнанку дворянской жизни – еда и чистое белье появлялись по мановению руки режиссера, а раненые слуги обычно исцелялись где-то за кадром. Мне было безумно интересно, как устроен здешний быт, но я старалась слишком откровенно не глазеть. Вряд ли прежнюю Тяньлин заботило, как жили простые слуги.

Забавно получалось, Шэнь Тяньлин занималась ведением домашнего хозяйства, но это самое хозяйство, вроде как, и в глаза не видела – благородной барышне не пристало посещать бараки слуг.

Сначала мы зашли на кухонный двор. Там в огромных котлах кипели бульоны, а повара в запачканных жиром одеждах ловко нарезали овощи и разделывали мясо. В воздухе витал густой аромат имбиря, чеснока и пряностей, от которых щипало в носу.

При нашем появлении гул голосов резко оборвался. На меня уставились десятки глаз – одни с испугом, другие с недоумением. Я чувствовала, как за спиной перешептываются, но слова терялись в звоне металла и шипении раскаленного масла.

Один из поваров выронил тяжелый тесак, и тот со звоном упал ему под ноги, едва не задев ступню. На обветренном лице слуги застыл немой ужас. Он тут же рухнул на колени.

– Молодая госпожа… – Его голос сорвался. – Этот презренный раб недостоин…

Невольно я отступила на полшага.

– Разве вам нечем заняться?! – рявкнула Фань По. – Или желаете продемонстрировать молодой госпоже свое неуважение?

– Возвращайтесь к работе, – взяв себя в руки, приказала я.

Челядь тут же суетилась и разом словно забыла о моем существовании. А мы продолжили путь. Миновали кухонные кладовые. Затем потянулись прачечные – низкие строения с открытыми настежь дверями. Внутри, согнувшись над деревянными корытами, занимались стиркой служанки в поношенных серых ханьфу.

За прачечными расстилался обширный двор, где сушили белье на длинных бамбуковых шестах, закрепленных между резными столбами. Десятки простыней и шелковых ханьфу трепыхались на ветру, как флаги, а между ними сновали служанки с корзинами.

Я остановилась, чтобы отдышаться. До этого момента и помыслить не могла, что городское поместье регента настолько огромно. А ведь я увидела далеко не все хозяйственные постройки – где-то еще располагались конюшня, казармы, оружейная, всякие мастерские… Похоже, я переоценила силы. Каждый шаг давался все тяжелее. Но сдаться, вернуться в покои ни с чем, я не могла.

– Далеко идти? – спросила я.

– Нет. Госпожа Тяньлин, вы устали?

Я покачала головой и двинулась дальше.

И действительно, в следующем дворе показалась лечебница – скромное одноэтажное здание с черепичной крышей. Перед входом на скамье сидели двое мужчин. Судя по выправке – это были стражники, а не простые слуги. Под их простыми ханьфу угадывались свежие бинты.

– Молодая госпожа… – прошептал один из раненых, широко раскрыв глаза от удивления.

Я сделала шаг вперед, игнорируя боль в лодыжке, и растерянно замерла. Кажется, я сказала наставнице, что хочу увидеть людей, которые сражались за меня. Ну вот увидела. Но я понятия не имела, как уместно себя вести в данной ситуации и что говорить.

– Молодая госпожа выражает благодарность всем, кто защищал ее вчера на дороге, – пришла мне на помощь Фань По. – Ваша служба не останется без награды.

Я сухо кивнула, подтверждая сказанное. И сделала себе мысленно пометку, подумать насчет награды. Нельзя, чтобы обещание осталось голословным.

– Это наш долг! – стражники склонили головы.

– Сейчас я позову Даи, – сказала Фань По. – Госпожа Тяньлин, вам лучше не…

Но я не стала слушать наставницу и решительно зашла в лечебницу. И вновь замерла. В нос ударил терпкий аромат трав и чего-то сладковато-гнилостного – запах болезни и смерти.

Наставница оказалась права, наверное, мне не стоило заходить внутрь. Я думала, что больше ничто не сможет меня шокировать, но действительность превзошла ожидания. Снова перед глазами пронеслись жуткие картины мясорубки на лесной дороге…

Помещение лечебницы было тесным и душным. Два десятка коек стояли почти вплотную друг к другу, оставляя лишь узкие проходы. Низкие потолки давили, а редкие окошки едва пропускали свет.

Трое младших лекарей метались между койками. Судя по запачканным чужой кровью одеждам и изможденному виду, они не спали, по меньшей мере, сутки и сейчас с трудом держались на ногах.

В этот раз мое появление прошло незамеченным. Лекари были увлечены работой, а на койках лежали только тяжелораненые, которые или спали, или бредили, или… умирали.

Даи сидела на краю кровати, склонившись над незнакомым худощавым юношей. Ее левая рука покоилась на перевязи, но не похоже, что рана беспокоила девушку. Все внимание Даи было приковано к юноше. Его глаза были закрыты, но он то и дело вздрагивал и что-то бессвязно бормотал. Кожа отливала синевой, а на шее проступали жуткие темные прожилки – словно корни…

– Кто он тебе? – спросила я.

Даи резко развернулась и вскочила. На ее лице отразился спектр быстро сменяющихся эмоций: удивление, страх, ненависть, отчаяние.

– М-молодая госпожа… – пробормотала она.

Ее рука потянулась к шпильке в волосах, но потом опустилась. Взгляд забегал по лечебнице в поисках выхода, которого не было. Служанка не знала, что делать. То ли бежать, то ли наброситься на меня.

– Кто он тебе? – повторила я.

– Брат, – выдохнула Даи.

Сходство черт явно прослеживалось.

– Что с ним?

– Яд.

– Яд?.. – переспросила я. – Как это произошло?

И вот тут Даи прорвало. Она упала передо мной на колени и запричитала:

– Молодая госпожа, я все сделаю! Я умру ради вас. Только спасите Дайцзюня! Пожалуйста! Прикажите дать ему противоядие!

– Ах ты, ничтожная!.. – начала Фань По.

– Не вмешивайся, – осадила я наставницу и спросила у Даи: – Почему ему не дали противоядие?

– Потому что это «Прах черной змеи». Тот же яд, которым пытались отравить вас. Тот же, от которого умерла Суй-цзецзе… – сбившись, замолчала девушка.

Как интересно. Для простой служанки, Даи показывала поразительную осведомленность. Возможно, для нынешнего общества подобное – норма, но интуиция подсказывала, что это не так. Вдвойне интересно, что одним и тем же ядом сначала пытались отравить меня, а потом простого слугу.

– Как и когда это произошло? – спросила я.

– Не знаю, – всхлипнула девушка. – Никто не знает. Дайцзюнь уже был таким, когда я вернулась. Говорят, он съел пирожные. Те самые, которыми отравились вы и Суй-цзецзе. Почему-то их сразу не выбросили… Но я не верю, – закончила Даи еле слышно.

Я тоже не верила. Скорее, Дайцзюня убрали, как ненужного свидетеля.

– Позовите лекаря Вана, – распорядилась я.

– Госпожа Тяньлин, вы же не собираетесь… – прошептала Фань По.

– Будешь оспаривать мои решения? – так же тихо спросила я.

– Не посмею, – ответила наставница с подчеркнутой почтительностью.

* * *

Через несколько минут в лечебницу вбежал запыхавшийся лекарь Ван. Судя по растрепанному виду, он явно одевался впопыхах. То ли старик решил прикорнуть с дороги, то ли тешился в объятиях любовницы. Судя по характерным алым следам на шее, второе – более вероятно.

Меня обуяла злость. Пока в лечебнице умирали люди, он отдыхал.

– Госпожа Тяньлин, что вы здесь делаете? – всплеснув руками, воскликнул лекарь.

– А что, не имею права? – вскинула бровь я.

– Разумеется, нет… – заюлил он, – но это место для молодой госпожи слишком…

– Ты хотел сказать грязное?

Лекарь кивнул.

– Юной девушке не пристало находиться в таком месте.

– Ты будешь указывать, где мне стоит ходить, а где нет?

– А?.. Нет, простите! И в мыслях не было… – испуганно воскликнул он и взмолился: – Госпожа Тяньлин, скажите, что вы желаете!

– Что я желаю? Чтобы ты занялся своими непосредственными обязанностями и начал спасать человеческие жизни. Чтобы привел в порядок лечебницу, а то здесь грязь и смрад. А для начала дай противоядие этому юноше.

Я указала на Дайцзюня. Под конец голосовые связки устали и говорила я совсем тихо. Но не сомневалась, что и лекарь Ван, и Даи, и Фань По расслышали каждое слово.

– Госпожа Тяньлин, это невозможно! – воскликнул старик, лишь мельком взглянув на Дайцзюня. – Это же «Прах черной змеи»! Противоядие стоит дороже, чем его жизнь! Слишком дорогое снадобье, чтобы расходовать на ничтожного раба.

Как дешево здесь ценится жизнь!..

– Ты сомневаешься в моем праве принимать решения? – прошипела я.

Лекарь вздрогнул.

– Н-нет, но господин регент…

– Значит, все-таки сомневаешься, – мрачно кивнула я. – И хочешь побеспокоить моего отца по такому ничтожному поводу?

– Я неправильно выразился, – испуганно вскинул руки лекарь. – Но если господин спросит…

– Я ему все объясню, – растянула губы в язвительной улыбке я.

– Х-хорошо, – склонился в поклоне старик, а потом быстро сказал: – Но остальное никак невозможно! У меня не хватает людей, и нет денег, чтобы нанять новых слуг.

– Уверена, мой дорогой отец выделяет тебе достаточно средств. Кажется, настало время проверить, как эти средства расходуются, – прошипела я, нависнув над лекарем. – Не хватает людей – работай сам. Временно можешь взять слуг с кухни. Там хватает бездельников. Или мне учить тебя делать твою работу?.. – Горло схватил спазм, и я закашлялась.

– Молодая госпожа, вам нельзя много гово…

Но я бросила на лекаря Вана такой взгляд, что он замолк на полуслове.

– Так, где противоядие?

– У меня в кабинете.

– Так чего ты ждешь? – почти прорычала я.

Лекарь, подобрав полы длинного одеяния, опрометью бросился прочь. А я тихонько выдохнула и обхватила себя руками. Пальцы дрожали. И только потом поняла, что в лечебнице царила гробовая тишина, прерываемая лишь стонами Дайцзюня. Все, как завороженные, смотрели на меня: Даи, Фань По, трое уставших младших лекарей. И даже те раненые, кто был в сознании, не спускали с меня глаз.

Кажется, я несколько увлеклась. Вопрос в том, не наговорила ли я лишнего и насколько сильно вышла из образа Тяньлин?

Зачем я во все это полезла?.. И тут же на второй вопрос сама себе ответила: я не могла безучастно смотреть, как умирали люди. Притом умирали из-за меня.

Я совершенно не разбиралась в медицине, но у меня была власть и ответственность.

– Воды, – попросила я.

Тут же один из младших лекарей протянул мне чашку с обжигающе холодной водой. Я сделала пару глотков, успокаивая травмированное горло.

– Занимайтесь делами. Не обращайте на меня внимания.

– Как прикажете, молодая госпожа. – Младшие лекари поклонились и вернулись к работе.

Стоять я уже не могла – нога болела немилосердно. Очень хотелось присесть на край одной из коек, но этого я себе позволить тоже не могла.

– Найди мне какой-нибудь стул или табурет, – попросила я Фань По. – Лекарей не отвлекай.

– Кхм… молодая госпожа, простите за дерзость, – вдруг раздался голос у меня за спиной, – но позвольте предложить вам эту скамью.

Я обернулась. У входа стояли двое раненых стражников и держали в руках скамью, на которой сами еще недавно сидели. Разумеется, они тоже слышали весь разговор.

– Благодарю, – кивнула я.

Фань По смахнула со скамьи невидимую пыль, и только тогда я наконец смогла опуститься и вытянуть пострадавшую ногу. Наставница суровой статуей замерла у меня за плечом, а Даи так и стояла на коленях, опустив голову, у постели брата.

Вскоре прибежал лекарь Ван. В руках он сжимал крохотный пузырек. Дрожащими руками он открыл его и влил какую-то бурую жидкость в рот Дайцзюня.

Я ожидала мгновенного эффекта, и потому сначала мне показалось, что ничего не произошло. Но потом я заметила, что дыхание юноши начало выравниваться и темные корни на шее стали бледнее.

– Спасибо, молодая госпожа! – воскликнула Даи, которая тоже заметила изменения.

– Когда он придет в себя? – спросила я у лекаря Вана.

– Завтра.

– Хорошо. И завтра я проверю, как обстоят дела в лечебнице. Если останусь недовольна, то, возможно, нам потребуется новый главный лекарь.

Зачем я сказала это? Как будто у меня без того мало проблем.

– Смилуйтесь, молодая госпожа! – Старик упал на колени.

– Завтра, – повторила я и протянула руку Фань По.

Наставница помогла мне встать. Тяжело прихрамывая, я сделала пару шагов, а потом обернулась к Даи, которая тихо плакала у постели Дайцзюня.

– Ты идешь со мной.

Коварная служанка бросила неуверенный взгляд на брата, а потом поднялась и покорно направилась следом за мной.

Обратно до покоев мы добрались гораздо быстрее. Наставница обошла здание лечебницы и свернула в узкий проход между постройками, который привел нас в мой внутренний двор. Значит, Фань По в первый раз специально повела меня длинной дорогой. Но зачем?.. Впрочем, я не роптала и была благодарна за импровизированную экскурсию. Во-первых, потому что мне жизненно необходимо понять, как здесь все устроено. Во-вторых, завтра предстояло разбираться со счетами и прочими домашними делами… А теперь еще и с лечебницей.