Мёртвые души 6. Якорь души

Глава 9

— Мы почти пришли, — Марина повернулась ко мне, улыбаясь. — Кстати, ты слышал? Благодаря тем фолиантам, что мы достали в руинах, теперь практически никто не уходит с Земли. Мы удержали почти всех талантливых.

— Рад за Землю, — коротко кивнул я.

— Только вот ты, кажется, всё ещё не считаешь себя землянином, — в голосе проскользнула мягкая обида. — Как будто смотришь на всех со стороны.

— Ни в коем случае, — сказал я спокойно. — Просто… я видел немного больше, чем хотят показать. И теперь не могу закрыть глаза.

Она хмыкнула и прищурилась:

— И что же ты увидел?

Я посмотрел в сторону: узкая дорожка, аккуратные деревья, ни единой соринки. Показательная чистота.

— Мне не нравится само деление на касты, — ответил я после паузы. — Это было всегда. На протяжении всей истории. Но пользы от него обычно больше для тех, кто наверху, чем для всех остальных.

— Мы не готовы помогать тем, кто не хочет помогать обществу, — спокойно сказала Марина. — Сейчас время силы. Выживают только полезные.

— Возможно, — согласился я, но голос мой стал холоднее. — Но давай не будем развивать эту тему. Я ещё слишком мало знаю о сегодняшней Земле, чтобы судить. Пока просто… наблюдаю.

Марина бодро провела меня в зал приёмов — просторное, но не кричаще вычурное помещение. Всё здесь дышало достатком, но не пафосом. Аура, которую я ощутил, как только вошёл, заставила меня внутренне напрячься. Сидящая у окна женщина с тёмными волосами, собранными в аккуратный узел, источала уверенность и силу. И не только на уровне слов или жестов — от неё буквально исходила мощь. Я тут же отметил: божественная основа, причём не на начальном этапе. Эта женщина могла быть сопоставима с главами старших родов… или быть одной из них.

— Игорь, — с лёгкой улыбкой произнесла она, поднимаясь, — приятно наконец встретиться. О тебе много рассказывали.

— Надеюсь, не всё правда, — ответил я и вежливо кивнул. — Взаимно.

— Всё только хорошее, — вставила Марина, сияя. — Тётя, я хотела бы обсудить с тобой одну мысль. Я считаю, Игоря стоит либо принять в наш род, либо взять под твоё крыло.

— Подожди, — я нахмурился, — а не стоило ли сначала меня спросить?

Марина замерла на полуслове. Видно было, что она и сама не ожидала, что скажет это вслух именно так. Рефлекс — как будто всё уже решено, осталось только оформить. Я не злился, но насторожился. Такие "подарки" просто так не дарят.

— Ты… ты ведь помог мне в руинах. Ты спас меня. Разве это не нормальный жест благодарности? — Марина смотрела искренне, но растерянно. — Ты даже не представляешь, кто перед тобой. Это Лидия Журавская. Глава рода Журавских. Одна из двенадцати! Ты понимаешь, что тебе предлагают?

— Я понимаю, — кивнул я. — Но я не просил платы за помощь. Если у вас всё, что хотели обсудить, тогда, пожалуй, откланяюсь. Дела сами себя не решат.

Я уже собирался повернуться к выходу, когда Лидия спокойно, без угрозы, но с такой твёрдостью, что даже воздух, казалось, плотнее стал, произнесла:

— Не спеши с выводами, Игорь. Никто не отрицает, что Марина поторопилась. Она молодая и горячая. Но ты взрослый мужчина. Не руби с плеча. Ты ещё не всё услышал.

Я задержался.

Пауза повисла в воздухе.

— Хорошо, — сказал я наконец. — Я слушаю. Но учтите: если хотите, чтобы сработалось — начнём с уважения. Без навязанных решений и сюрпризов. Сначала — разговор. Потом — выводы.

Лидия посмотрела на меня спокойно, без наигранного интереса.

— Не сочти за вторжение, но мне любопытно: какие у тебя планы, если это не тайна?

— Никакой тайны, — пожал я плечами. — Хочу построить свой город. Собрать вокруг людей, которым могу доверять, и создать общество, которое не раздражает меня с первых пяти минут общения.

Марина фыркнула.

— И где ты таких возьмёшь, Игорь? Ты же сам — закрытый до паранойи. Кто к тебе пойдёт? И даже если наберёшь людей… Царь не даст разрешения на строительство нового города. Всё, что ты говоришь, звучит красиво, но ты хоть представляешь, сколько это стоит?

— Представляю, — спокойно ответил я. — И всё равно собираюсь этим заняться. Это мои проблемы. И, знаешь, с каждой минутой мне всё меньше хочется спрашивать разрешения у царя строить город в границах новой Империи.

Марина замолчала. Лидия чуть приподняла бровь, но не перебивала.

— Интересный подход, — наконец сказала она. — И всё же: зачем ты приехал в столицу?

— Хотел поближе посмотреть, как здесь всё устроено. Понять, с кем можно говорить, а с кем — лучше не пересекаться. Ну и наладить кое-какие связи. А дальше — как получится.

— И много уже успел наладить? — с лёгким прищуром спросила Лидия.

Я усмехнулся.

— Хотелось бы больше. Но начало уже положено.

— Что ты предлагаешь для торговли? И что ищешь взамен?

— У меня есть ядра. Есть немного артефактов — по большей части с других миров. Ну и знания. Их не купить за деньги.

А взамен? Пока что интересуют провизия, те же знания — но местного происхождения, культурные и технические — ну и любые предложения, если они разумны.

Лидия кивнула.

— Я дам тебе контакты своих торговцев. Предупрежу их, чтобы отнеслись к тебе серьёзно.

— Благодарю, — кивнул я.

Марина отвернулась, надулшись, будто я отказался не от предложения вступить в род, а от её руки и сердца.

Похоже, обиделась.

Хотя я, вроде, всё чётко объяснил.

Интерлюдия. Зал приёмов рода Журавских. Город Владимир.

Тишина в зале после ухода Игоря длилась недолго. Марина развернулась к Лидии с возмущённым лицом:

— Ну он и… — она замялась, подбирая слово. — Или неблагодарный, или дурак. Почему он отказался? Мы же предложили ему помощь, крышу, статус! Он что, не понимает, какой шанс упустил?

Лидия спокойно смотрела в бокал с лёгким напитком и, кажется, даже улыбнулась краешком губ:

— Он всё делает правильно.

— Правильно? — вспыхнула Марина. — Ты серьёзно? Мы ему руку протягиваем, а он гордо уходит в закат, как последний идиот! Что в нём такого особенного, чтобы позволять себе подобное?

— Всё, — ответила Лидия и наконец посмотрела на племянницу. — Он не из тех, кого можно привязать к себе обещаниями. Не тот человек, которого стоит загонять в рамки и ждать чудес. Хочешь, чтобы он был полезен — создай условия, в которых он сам захочет остаться.

— И ты сделала выводы по пятиминутному разговору?

— Ты, видимо, забываешь, кто возглавляет разведку, — голос Лидии стал чуть жёстче. — Он приехал с Марфой Васильевой. Уже это настораживает. И кто бы ни был её информатор — она не таскает случайных людей на приёмы. А ещё… он унизил Черновых. Прямо посреди дворца. Публично. Без магии. Без показного пафоса.

Марина фыркнула, но Лидия не дала ей вставить ни слова:

— Сканеры зафиксировали, что у него мифическая основа. А теперь угадай, сколько человек с такой основой способны избить троих равных по классу противников в одиночку? Причём — подчёркиваю — без заклинаний. Просто перегрузив их защиту. Без истощения. Без усилия.

Марина отвела взгляд.

— Есть два варианта, — продолжила Лидия. — Либо он скрывает свой реальный уровень, либо он обладает знаниями, позволяющими использовать силы гораздо эффективнее. А может быть, и то, и другое.

— И ты предлагаешь… что? — буркнула Марина. — Держаться к нему поближе?

Лидия усмехнулась.

— Это предложение. Ты же не любишь приказы.

— Ещё чего, — фыркнула Марина и отвернулась.

Я вышел за ворота столицы ближе к вечеру — хотел пройти хотя бы пару километров засветло. На КПП лишь кивнули, проверив отметку о пропуске. По глазам было видно — узнали. В голосе охранника прозвучало почти сочувствие:

— Один? Ночью? За внешнюю стену? Не советую, у нас даже трущобы вон — за забором. Тут свои твари водятся.

— Зато у них свои понятия о свободе, — ответил я и пожал плечами.

Уходить в ночь в одиночку — плохая идея, и я это понимал. Но и оставаться не хотелось. Слишком шумно, слишком много взглядов и разговоров, в которых каждое слово что-то значит. Сейчас мне хотелось тишины. И дороги.

Полученная карта оказалась весьма ценной. Там были указаны все стабильные порталы, линии снабжения, города, отмеченные присутствием родов и аристократии. Интересное совпадение: мой замок, ставший зародышем будущего города, оказался самым южным из всех известных точек. Дальше — пустота. Или неизвестность.

А может, и не пустота вовсе?

Кто вообще сказал, что кроме этих двенадцати городов ничего не осталось? Да, старые границы давно стёрлись, спутниковая связь работает через раз, карты поверхностны, а переходы между регионами зачастую блокированы зонами аномалий или нестабильными порталами… Но ведь Евразия — не маленький двор. Не может быть, чтобы всё остальное испарилось.

Может, там выжили другие?

А может, не выжили. Или выжили те, с кем лучше не встречаться.

Но пока я шел вдоль обочины, разглядывая редкие огни за чертой внешней стены, в голове пульсировала только одна мысль:

"Если мы хотим изменить мир, нужно сначала понять, какой он остался."

Темнело. Воздух наполнялся сыростью и тихим шорохом жизни, прячущейся по краям разрушенной цивилизации. Я удалялся от города, не ускоряя шаг — хотелось прочувствовать дорогу. Впереди проступали силуэты — не люди. Кто-то приземистый, с вытянутыми лапами и чересчур длинными шеями, кто-то высокий, будто составленный из костей и щупалец. Монстры.

Они смотрели. Я чувствовал их взгляды. Но не приближались.

И я не тянулся к энергии. Пусть живут. Если они не ищут смерти — я не стану ею.

Город растворился позади. Свет ушёл, и в небе замерцали слабые полосы северного сияния — остаточные выбросы магии сказывались и здесь. И в этот момент я почувствовал… сдвиг. Пространство надломилось. Пульсация.

Слева, на пологом склоне, воздух задрожал, будто над раскалённым металлом. Потом — резкий всплеск давления, искажение цвета, и в воздухе, словно капля масла в воде, начало формироваться нечто.

Портал.

Я остановился, дыхание замерло. Инстинкты вопили — готовься. Я знал, что стабильные порталы открываются ровно, беззвучно, как двери на автоматике. А этот — нестабильный. Живой. Враждебный.

Энергия под кожей вздрогнула. Я медленно поднял руку, впуская ток в мышцы. Тело налилось силой, сознание обострилось. Ни одной вспышки. Ни одного жеста. Я просто стал готовым.

— Ну давай, — пробормотал я, глядя, как из центра портала начинает выползать чья-то тень.

Шаг вперёд — и весь лес вокруг будто затаил дыхание.

Портал завершил формирование и начал выпускать монстров.

Сначала один — чёрный, блестящий, с длинными лапами и челюстями, как ножи. Потом второй. Потом третий. Они вываливались, будто спотыкались о край разрыва в пространстве, но мгновенно приходили в себя, вставали и начинали шевелить усиками, ориентируясь.

Муравьи.

Размером с телёнка. С толстой, плотной бронёй, покрытой наростами. С глазами-бусинами, в которых отражался мир искажённо, как в стеклянных линзах.

— Ну, бывает, — выдохнул я, щёлкнув пальцами.

С воздуха срезало пыль и листья, когда вокруг портала сформировался купол. Плотный, тугой, как мыльный пузырь, только сотканный из слоёв воздуха и давлений. Надёжный. Внутри него — только я и муравьи.

Вторая рука поднялась сама собой. Едва заметное движение — и первая пуля выстрелила в голову ближайшего.

Звук был глухим, но отдача — сочная. Пуля, сжата до плотности металла воздухом и ускорена, пробила внешний слой хитина, но остановилась на втором. Тварь зашаталась, но не умерла.

— Плотненькие, — хмыкнул я и перешёл в ритм.

Один выстрел — шея. Второй — сочленение передней ноги. Третий — основание головы. Муравей рухнул, издавая скрипящий звук.

Остальные встрепенулись. Улавливают вибрации? Или запах?

Мне всё равно.

Я уже танцевал. Шаг в сторону, короткий импульс под ноги — и я поднялся в воздух, зависнув метрах в трёх над землёй. Внизу копошились твари, неуклюже поднимались, а я поливал их дождём из точечных, пробивных ударов.

Броня трещала, но держалась. Только если попасть точно в сустав, в глаз, под панцирь — тогда они сдавались.

Один из них подпрыгнул, ударил по куполу снизу. Купол дрогнул, но выдержал.

— Не надо, — бросил я, резко погасив полёт и рухнув вниз.

Пятка вогнала одного в землю, и я тут же перекатился, уходя от клешней другого. Тот успел развернуться, но в этот момент я поднырнул под его брюхо и впрыснул в воздух короткий, узконаправленный импульс — как шило, только магическое. Щелк! — и муравей задёргался.

Через несколько минут на поляне осталась только я, да ворох переломанного, испускающего зелёную слизь хлама. Броня — ещё пригодится. Энергии в этих тварях — почти нет. Средоточия — на удивление слабые.

— Ну и мусор вы теперь выбрасываете, — пробормотал я, проверяя трупы на предмет ядер.

Одно. Всего одно ядро, и то едва тянет на первую ступень.

Зато вдалеке из леса начали раздаваться звуки: чавканье, шорох, посвисты.

Кто-то понял, что ужин готов.

Я выключил купол, бросил остатки портала на расхищение ночным падальщикам — и ушёл в темноту, ни разу не обернувшись.

В воздухе запахло озоном.

Я ещё даже не обернулся, а уже чувствовал, как ткань пространства сжимается, вибрирует и трещит, словно кто-то с той стороны рвёт обёртку реальности зубами.

— Да ладно… — протянул я, чуть склонив голову.

Портал родился медленно. Выгибаясь, как капля масла в кипятке, он шевелился, пока не выплюнул первую знакомую тушу. Потом вторую. Потом третью.

— Опять вы, — вздохнул я.

Те же самые муравьи. Чёрные, шевелящиеся, с панцирями как у дешёвых танков. Один раз — случайность. Но теперь это уже было похоже на разведку. Или на зондирование защиты.

Проверяют? На прочность? Меня? Этот район?

Я больше не стал играться. Ладонь поднялась, и пространство передо мной закололо разрядами. Щелчок пальцев — и над ближайшими тварями сверкнула молния.

Она ударила без предупреждения. Бело-синяя змея хлестнула по их бронированным спинам, вспыхнув в точке соприкосновения, и в следующее мгновение весь портал ослепло вспыхнул: энергию передёрнуло по цепочке, как по проводу.

Они даже не успели взвизгнуть. Просто сгорели, оставив после себя обугленные хитиновые каркасы.

Я ещё не опустил руку, когда почувствовал третью волну.

Сзади. Слева. В ста метрах — не больше.

— Вот чёрт, — сказал я вслух.

И это уже не разведка. Это — что-то большее. Точка пробоя. Закрепление канала. Или попытка прорваться. Поисковая сеть?

Три портала за пятнадцать минут — даже для хаотичных миров это слишком.

Я включил защиту, усилив кожный барьер, и начал настраивать дальний щит. Энергия окутала меня, словно тонкий, почти невидимый туман.

Если сейчас из портала вылезет что-то посерьёзнее муравья — придётся действовать по-взрослому.

Но даже хуже было не это.

Хуже было то, что вдалеке — между деревьями, за лунным светом — что-то смотрело на меня.

И оно не шевелилось. Только смотрело.

Из портала вывалился новый муравей — и я сразу понял: это не рабочий.

Он был выше, массивнее, с передними лапами, больше похожими на серпы, и с панцирем, напоминающим осколочную броню. Щупальца колыхались в такт движению, а из-под хитиновой обшивки тянулись нити чего-то похожего на дым или туман — энергетические следы, явно не простые.

— А вот и… друзья пострашнее, — пробормотал я себе под нос, не отводя взгляда.

Ещё один. Ещё. Уже пятеро.

Рабочие были просто телятами с клешнями, эти — солдаты. Убийцы.

— Ладно, — я щёлкнул пальцами, усиливая контроль над куполом, — запишем: первые — муравьи-рабочие, эти — муравьи-воины. Значит, где-то рядом должна быть матка или, хуже, кастовый командир.

По логике колоний — сначала приходят рабочие: разведать, оценить обстановку, выстроить первую линию. Потом воины: зачищать или защищать.

А дальше что? Тяжёлая артиллерия? Или управленец?