Мёртвые души 6. Якорь души

Глава 24

И вот, очередной бросок, и мне приходится отскочить дальше обычного — прямо в просторный зал. В тот самый момент за моей спиной что-то с глухим ударом опускается.

Я успел обернуться, чтобы увидеть, как из потолка опустилась массивная каменная плита, перекрыв выход.

Ловушка.

Чёрт.

Я сделал пару шагов вглубь и замер.

Пол здесь был странный — идеально ровные, почти полированные плиты, между которыми не виднелось ни щели, ни песчинки. Слишком чисто.

От стен тянуло холодом, и едва заметные линии уходили вверх, теряясь в тенях потолка. Не магия — механика. Сложная, старая, но рабочая.

— Вижу, заметил, — раздалось за спиной. Голос убийцы был спокоен, но в нём чувствовалась какая-то ледяная насмешка. — Интересно, кто из нас останется здесь надолго.

Я не оборачивался. Не хотелось показывать, что слова задели. Зал слишком тихий, слишком... выжидающий. Даже шаги отзывались глухо, словно камень готов был поглотить любой звук.

— Ты гнал меня сюда специально? — спросил я, продолжая осматриваться.

— Я тебя? — он усмехнулся. — Лабиринт тебя гнал. Я просто направлял.

Где-то в глубине конструкции что-то тихо щёлкнуло, и по спине пробежал холодок. Чёртов лабиринт.

Щёлк.

Из стены справа выдвинулась тонкая пластина, сверкая остриём. Не больше мгновения на реакцию — я нырнул в сторону, и лезвие прошло в сантиметре от шеи.

Убийца тоже дёрнулся, но не столько от опасности, сколько от удивления. Лабиринт, похоже, не делал различий между нами.

— Похоже, мы оба в дерьме, — бросил я, перекатываясь за ближайший выступ.

— Разница в том, что я привык, — ответил он, и в его руках блеснуло короткое лезвие.

Второй щелчок. На этот раз из потолка высыпалась тонкая струя металлического песка, мгновенно превращающаяся в вращающуюся завесу. Попади туда — тебя разрежет на куски.

Я отступал, заставляя убийцу идти на сближение. Каждый его шаг — проверка пола, каждый мой — поиск выхода. Взгляд зацепился за плиту чуть темнее остальных. Ловушка? Или шанс?

Он бросился вперёд, и я прыгнул на тёмную плиту.

Вместо того чтобы провалиться, почувствовал, как камень уходит вниз, словно под весом срабатывает древний механизм.

Гулкий треск прокатился по залу, и сразу несколько ловушек ожили одновременно.

Щёлчки и скрежет множились, сливаясь в один сплошной шум. Из пола выстрелили копья, потолок сбросил каскад каменных плит, а между колоннами распахнулись узкие щели, выпуская струи раскалённого пара.

Я прижался к стене, просчитывая траекторию. Лабиринт словно сошёл с ума — ловушки срабатывали не по очереди, а все сразу, создавая хаос.

Убийца лавировал между копьями и плитами, но один особенно коварный выброс пара задел его плечо. Он пригнулся, рванул в сторону — и в этот момент каменная плита рухнула прямо перед ним, перекрыв путь.

Секунда — и ещё одна плита упала за его спиной.

Его секция зала замкнулась, превращаясь в каменную клетку, внутри которой продолжали щёлкать механизмы.

Я видел, как он метнулся к щели, но поток песка и раскалённого воздуха заставил его отступить вглубь.

— Кажется, тебе не выбраться, — пробормотал я себе под нос и, не дожидаясь исхода, скользнул в боковой проход, пока хаос отвлекал на себя внимание лабиринта.

Коридор петлял, уводя всё глубже, но чувство опасности не отпускало.

Я шёл быстро, проверяя каждый поворот, и всё время ловил себя на том, что прислушиваюсь.

Шум ловушек уже давно стих, но в голове не отпускала картинка — убийца, прижатый к стене, с огнём в глазах. Такой просто так не умирает.

Лабиринт мог и раздавить его, и сжечь, и превратить в груду пепла… но мог и оставить ему щёлочку для побега. Случайную, или специально подкинутую — кто тут разберёт.

Я знал одно: если он выбрался, он будет искать меня до конца. И тогда следующая встреча уже не оставит места для случайностей.

Потянулся к клинку, проверяя, на месте ли, и ускорил шаг. Лабиринт пока молчал, но тишина здесь никогда не была добрым знаком.

Я сделал ещё шаг — и воздух изменился.

Теплее. Легче дышать. Даже запахи стали другими — сладковато-пряными, как от мёда, только гуще.

Передо мной раскинулась поляна — не то, чтобы большая по меркам этого лабиринта, но для меня сейчас она казалась бесконечной. По центру стояло дерево. Нет, не стояло — возвышалось, как живая колонна из старых легенд. Ствол — толщиной с дом, кора гладкая, словно отполированная веками. На самой макушке, на ветвях, сиял золотой плод. Один. И блеск у него был не просто солнечный — от него шёл мягкий, но настойчивый зов, который будто цеплялся за что-то внутри.

С разных сторон поляны начали появляться другие.

Слева — мастер тени, двигается так, будто каждое его движение растворяется в воздухе.

Чуть дальше — двое наёмников, те самые, что метку ставили. Лица напряжённые, руки уже на оружии.

С другой тропы выходят трое аристократов из союзных кланов. Один из них, похоже, уже успел пожалеть, что пришёл.

А за спиной, чуть в стороне, появляется убийца — живой, целый, и, судя по выражению, очень недовольный тем, что видит меня здесь.

Последним на поляну выходит глава научного отряда, один, без своих людей. Значит, остальные до сюда не добрались.

У каждого — своя дорожка к дереву, выложенная гладкими плитами. Но я сразу заметил: кое-где они пересекаются. И если кто-то захочет пройти дальше — пересечения станут точками, где придётся либо договариваться, либо драться.

В тот момент, когда мы почти одновременно сделали шаг вперёд, воздух дрогнул, и перед каждым из нас материализовалась тень. Тёмные силуэты раздулись, обретая плоть и шерсть. У кого-то перед тропинкой встал волк с глазами-углями, у кого-то — полосатый тигр, у третьего — пантера, чёрная, как провал. Даже отсюда слышно, как звери рычат, отрезая дорогу.

Передо мной оказался медведь. Не обычный, а такой, будто его скрестили с горой и кошмаром из чужих снов. Глаза светятся янтарём, когти длиннее кинжала. И я сразу понял — никакого обхода нет, нужно либо пройти через него, либо остаться здесь.

Соперники начали двигаться — кто-то уже кинулся в бой, кто-то осторожно кружил. Я перестал смотреть по сторонам и сосредоточился на своём.

Медведь шагнул вперёд, земля дрогнула.

Я метнулся в сторону, уходя от удара лапы, которая оставила в каменной плите трещину. Попробовал ударить в шею, но кожа — как броня, клинок только искры высек.

Он разворачивается быстрее, чем я ожидал, и бьёт второй лапой. Я успеваю подставить доспех, но удар всё равно отбрасывает меня назад. В ушах звенит, дыхание сбито. Не время играть в силовое состязание — надо быстрее.

Я выпускаю из ладони импульс, целясь в глаза. Один глаз зажмурился, и медведь рявкнул, замахав лапами, сбивая воздух. В этот момент я нырнул под брюхо и вогнал клинок в сочленение между рёбрами. Тварь дёрнулась, но не упала — пришлось провернуть клинок и выплеснуть в рану магию. Внутри что-то хрустнуло, и медведь осел на бок, превращаясь в чёрный дым.

Туман, оставшийся от медведя, быстро рассеялся, и я выпрямился, перехватывая клинок. В груди всё ещё гудел удар, но доспех сдержал большую часть.

Я поднял взгляд — остальные тоже заканчивали свои схватки. Мастер Тени уже стоял над телом пантеры, держа кинжал так, будто и не доставал его. Один из наёмников прижал к земле волка, вонзив копьё в шею. Клановые синхронно добили своего тигра, даже не глядя друг на друга.

Глава научного отряда держался дольше всех — его зверь, гибрид ящера и льва, вырывался до последнего, но в конце концов рассыпался в светящиеся крошки.

Никто не выглядел особенно потрёпанным, что настораживало. Слишком уж ровно все уложились по времени, будто эти твари были всего лишь разминкой.

Я глубже перехватил клинок и перевёл взгляд на дерево с золотым плодом. Испытание явно только началось.

Тропа уходила вперёд, петляя между странно ровными каменными глыбами. Я шёл быстро, пока на повороте не вышел прямо нос к носу с клановыми.

— Развернись, — без лишних приветствий сказал один из них, опуская руку на рукоять меча. — Дальше пойдём мы.

— Серьёзно? — я приподнял бровь, делая вид, что мне смешно, а не раздражает. — Тут же всё честно: кто успел, тот и…

— Успеют сильнейшие, — перебил второй, шагнув вперёд.

Мы остановились в шаге друг от друга, но пока никто не рвался первым перейти грань дозволенного. Я уже собирался что-то ответить, но воздух перед нами начал дрожать, и из пустоты шагнули два зверя — оба раза в полтора крупнее тех, что были до этого.

Один — тёмный леопард с полосами, будто нарисованными огнём, второй — массивный лось с рогами, на которых пробегали электрические разряды.

Слева, на другой тропинке, я краем глаза заметил, как Мастер Тени замер напротив главы научного отряда — и у них тоже материализовались два зверя. Чуть дальше убийца и наёмники, похоже, оказались в такой же ситуации.

Испытание перестало быть индивидуальным.

Леопард двинулся первым — не рывком, как обычный хищник, а с жуткой плавностью, будто заранее знал, куда я отскочу. Лось в этот момент наклонил голову, и рога сверкнули так, что волосы на руках встали дыбом.

— Влево! — выкрикнул один из клановых, и сам же прыгнул в сторону, перехватывая внимание леопарда.

Я не стал спорить. Молнии лося прошли там, где я стоял мгновением раньше, прожигая камень, как сухую кору.

— Без координации нас здесь и похоронят, — коротко бросил я.

Клановые обменялись взглядами и молча встали полукругом, оставляя между собой и мной равные промежутки. Это было похоже на старый приём охотников — загнать зверя под перекрёстный удар.

Леопард метнулся на меня. Я поднял руку, выпуская поток сгущённой энергии, который ударил в землю прямо перед зверем, подняв ослепляющий фонтан осколков. Он не остановился, но замешкался на долю секунды — и клановый клинок чиркнул по его боку, оставив светящийся след.

Лось, словно почувствовав, что партнёру плохо, перешёл в атаку. Молнии хлестали по камню, а от каждого удара в воздухе висел запах озона. Один из клановых поймал разряд щитом и тут же рухнул на колено, но я успел прикрыть его, выстрелив в лося концентрированным импульсом.

В этот момент второй клановый обошёл зверя сбоку и вонзил оружие под рёбра. Лось заревел, его рога вспыхнули в последний раз — и он осел на землю, рассыпаясь в пепел.

Леопард ещё пытался вырваться, но я замкнул на нём энергетический контур, выжигая его изнутри.

Мы стояли тяжело дыша, но живые. И, что было особенно странно, без привычных угроз или насмешек друг в друга.

— Дальше без глупостей, — сказал я, встречаясь взглядом с клановыми.

Они лишь кивнули.

Когда мы сделали ещё несколько шагов, пространство словно дрогнуло. Пол под ногами потянуло в стороны, и мы с клановыми разошлись, каждый оказавшись на своей тропе. Узкая, едва освещённая дорожка уходила прямо к подножию гигантского дерева, чьё основание терялось в тумане.

Передо мной, на расстоянии пары десятков метров, возникла лестница, ведущая куда-то вверх — предположительно, к золотому плоду, что сверкал на вершине. Лестница выглядела как простая каменная, но опыт подсказывал: в таких местах «простого» не бывает.

И действительно, на нескольких её пролётах я разглядел нечто похожее на застывшие в воздухе узоры. В энергетическом зрении они вспыхивали предостерегающими оттенками. Ловушки. Дальше — силуэты противников, стоящих прямо на ступенях. Не монстры — скорее иллюзорные стражи, но это предстояло проверить. Ещё выше — смутные тени, очертания которых постоянно менялись, и я даже не мог понять, что именно там ждёт.

Слева и справа, на своих лестницах, двигались остальные участники. Каждый видел только свою тропу и препятствия. И, судя по движениям, никто не собирался тормозить — время, похоже, тоже было фактором испытания.

Я сделал первый шаг на лестницу, чувствуя, как она мягко дрожит под ногой. Первая преграда приближалась.

Первый узор ловушки оказался не таким уж хитрым — с виду простая плита, но стоило наступить, как она начинала медленно уходить вниз, увлекая за собой в пустоту. Я замер перед ней, нащупал в энергетическом зрении тонкий переплёт сил и аккуратно перерезал один из потоков. Плита вернулась на место и будто застыла, позволив пройти.

Дальше — стена невидимых лезвий. Здесь пришлось согнуться, пригнуться и пару раз шагнуть в сторону, почти касаясь пустоты под ступнёй. Лезвия были быстры, но предсказуемы — пару мгновений наблюдения, и я нашёл ритм.

На следующем пролёте уже ждал первый страж — человек в доспехах, с копьём наперевес. Его движения были слишком чёткими, словно выверенными заранее. Иллюзия или магическая проекция, но удар у него оказался вполне настоящий. Пара обменов ударами, резкий выпад — и страж рассыпался светящейся пылью, оставив путь открытым.

Я поднял голову — над нами, на своих лестницах, двигались остальные. Мастер Тени уже успел пройти свой участок и махнул мне рукой, прежде чем скрыться за поворотом. Клановые держались вместе, но всё равно шли быстро. Даже убийца, судя по его уверенным движениям, пока не встретил серьёзных проблем.

Через несколько минут я вышел на небольшую площадку, с которой начиналась следующая четверть пути. Позади слышались тяжёлые шаги и глухие удары — похоже, остальным тоже удавалось преодолевать препятствия. Никто пока не выбывал.

Мы все поднялись выше, но знал: дальше лестница уже не будет такой «милосердной».

Вторая четверть пути началась с тишины. Слишком тихо, даже для этого странного места. Лестница шла узким пролётом между двумя отвесными стенами, и на первый взгляд здесь не было ничего опасного.

Я сделал шаг, и тут же почувствовал, как ступень под ногой едва заметно пружинит. Ещё шаг — и пол ушёл вниз, открывая чёрную бездну. Успел ухватиться за край, подтянулся и, чертыхаясь, проверил каждую следующую ступень на прочность. Вскоре понял: некоторые из них нужно обходить боковым выступом, прижимаясь к каменной стене.

Дальше лестницу перегородил механизм — ряд шипов, которые выдвигались в случайной последовательности. Я потратил минуту, чтобы проследить за циклом, и ещё столько же, чтобы проскочить без царапин.

Но третий этап оказался коварнее. Передо мной зависло прозрачное существо, похожее на сгусток ртути с застывшими в нём осколками зеркал. Оно не нападало напрямую, а искажало пространство — каждый мой шаг смещался, уводя в сторону от лестницы. Пришлось сосредоточиться, отсекая все лишние ощущения, и двигаться, ориентируясь только на энергетические потоки. Существо дрогнуло и растаяло, будто признав поражение.

Сбоку, на параллельной лестнице, я краем глаза заметил, как один из клановых — высокий парень с копьём — столкнулся с таким же стражем. Но он сделал ошибку: попытался атаковать напрямую. Пространство вокруг него скрутилось, и уже через секунду он сорвался вниз, исчезнув в темноте. Лестница сменила конфигурацию, стирая его путь.

Остальные, кто ещё шёл, начали двигаться осторожнее. И вскоре мы почти одновременно вышли на новую площадку. Здесь собрались: Мастер Тени, двое наёмников, двое оставшихся клановых, убийца, глава научного отряда и я. Восемь человек.

Мы переглянулись — все понимали, что следующая половина пути будет только сложнее.

Третья четверть пути встретила меня узким пролётом, где лестница уже не шла ровно вверх, а петляла, уводя то влево, то вправо, а иногда и вовсе прячась в короткие тоннели. Здесь-то и поджидал один из наёмников — широкоплечий, с лицом, искажённым ненавистью.

— Слуга демонов не имеет права на жизнь! — выкрикнул он, сжимая в руках короткий клинок с зазубренным лезвием.

Я лишь нахмурился. Да, история с низшим демоном была… специфической. Но в устах таких, как он, это превращалось в удобный ярлык. Если они выйдут из лабиринта, слухи разойдутся мгновенно. И доказывать, что всё было не так, я точно не собирался.

— Ты уверен, что хочешь умереть в этом месте из-за сказок? — бросил я, но в ответ получил лишь удар.

Я не атаковал. Слишком рискованно — любое неосторожное движение могло оказаться фатальным. Вместо этого я уводил тело в сторону, уходил с линии удара, пропуская его мимо. Он же всё сильнее злился, раз за разом бросаясь вперёд.

В одном из поворотов лестница сужалась до такой степени, что пройти могли только по одному. Я пропустил его чуть дальше, намеренно шагнув в сторону. Он не успел затормозить — и с рваным криком сорвался вниз. Но, уходя, зацепил меня за пояс. Мир дёрнулся, ступени исчезли под ногами, и лишь отчаянный рывок позволил мне ухватиться за край.

Пальцы свело, мышцы дрожали, но я подтянулся обратно, выругавшись сквозь зубы.

Оглянувшись, отметил, что теперь из наёмников остался лишь один. И убийца — он шёл молча, следом, наблюдая за всем с непонятным выражением. Остальные… да плевать на них.