Третий. Том 6

Глава 5

Все три наших багги стояли у перекрёстка, прижавшись к обочине. Впрочем, это и не требовалось, движения на дороге здесь не было. Прикрытием нам сейчас служил длинный бетонный забор, серый и обшарпанный, с облупившейся краской и давними следами от плазменных попаданий. Кто-то пострелял здесь когда-то давно.

Накинул на голову накидку, активировал скрыт, перехватил поудобнее снайперскую винтовку и двинулся вперёд, вдоль забора, по небольшой ложбине между дорогой и забором. Спиной я буквально чувствовал взгляды наёмников, оценивающие.

Не доверяю я этим ребятам, — мелькнула у меня мысль. — Такие стреляют в спину не из злого умысла просто потому, что им удобно.

Добравшись до угла забора, я остановился. Медленно приподнялся и выглянул за кромку дорожного полотна. Улица была пустой, ни прохожих, ни машин, только серое полотно дороги да горячий воздух, маревом исходящий дорожного полотна. На той стороне дороги возвышались пятиэтажные здания с тёмными провалами окон, давно заброшенные, заросшие по нижним этажам какой-то жёсткой серо-зелёной растительностью, которая умудрялась выживать практически в пустынных условиях. Одно из зданий когда-то было заводоуправлением. Это угадывалось по широким ступеням парадного входа и ржавой конструкции на крыше, остаткам явно корпоративного логотипа, от которого не осталось почти ничего, кроме стального каркаса. Перед этим зданием раскинулась обширная стоянка. Старая разметка, нанесённая когда-то белой краской, теперь лишь местами едва просматривалась под слоем пыли и мусора.

Где-то в середине этой стоянки находились две багги. Там же должен был находиться гравицикл посредника. Но соседнее здание на другой стороне дороги перекрывало мне обзор, и я не мог рассмотреть детали.

Согнулся почти пополам, так, чтобы дорожное полотно служило мне укрытием и рванул вперёд. Быстро, пока никто не смотрит в мою сторону. Потом пришлось опуститься на колени, а дальше и вовсе ползти по-пластунски, ползя животом к гравию вдоль дороги. Мелкий щебень впивался в локти, в живот. Пыль лезла в нос.

Вскоре я ополз до места куда хотел. Позиция оказалась почти идеальной, небольшой бугор из строительного мусора, сваленный на обочине дороги, брошенные блоки, за которыми открывался сектор обстрела.

Через прицел стоянка отсюда отлично просматривалась.

У меня перед глазами оказались две багги и гравицикл — лёгкая двухместная машина на антигравитационной тяге, сейчас стоявшая неподвижно.

Двое отошли от остальных.

Посредника я узнал сразу. Тот же, что только что разговаривал с падальщиками, — щеголеватый тип в модном пальто, явно дорогом, и второй стоявший ко мне спиной.

Когда он повернулся и я рассмотрел второго, сразу почувствовал, как у меня буквально зачесался палец на спусковом крючке.

— Вот ведь живучий гад, — проворчал я себе под нос, и моё собственное дыхание показалось мне слишком громким в тишине. Я потянулся за планшетом, не отрывая взгляда от прицела. Развернул задание, пробежался взглядом по фотографии. На ней он был явно моложе. Вернулся к прицелу и рассмотрел розовый шрам на подбородке и даже понял откуда он у него. Точно везучий ублюдок!

Именно его мы должны были взять живым.

Если бы не этот пункт в задании — он бы первым у меня получил иглу. Прямо сейчас. Но нельзя. Приказ был брать живым. Живым, значит, живым.

Интересно, что он такого знает, что ради него сюда приехало столько народу? — мелькнула у меня мысль. Впрочем, это не моё дело. Моё дело — исполнение.

Переговоры на стоянке закончились. Посредник и агент Торгас пожали руки. Посредник направился к своему гравициклу, запустил двигатель и начал медленно набирать высоту. Машина скользила вверх плавно, элегантно, пока не растворилась за крышами зданий.

Торгас тем временем направился к своему багги. Там его уже ждала внушительная охрана. Двое встали по бокам, двое заняли позиции на задней площадке.

Первой со стоянки выехала машина с охраной. Следом — вторая, где находился сам Торгас. Обе машины двигались в сторону дороги. В мою сторону. Они ещё не знали, что я здесь.

Я выровнял дыхание. Сделал медленный выдох. Прицелился.

Водитель первой багги ехал небрежно, локоть на раме открытого окна, голова чуть откинута. Ему некого было бояться. Игла в голову вошла почти бесшумно. Из-за шума двигателей никто ничего не услышал.

Водитель кивнул головой, как будто согласился с чем-то своим внутренним. Руки ослабли. Багги, лишившись управления, резко затормозила практически у выезда на дорогу, перегородив дорогу задней багги.

Водитель второй машины такого не ожидал и среагировать не успел. На полной скорости он врезался в зад первой багги. Раздался металлический скрежет и звук сминаемого пластика.

— Что за чертовщина⁈ — закричал водитель задней багги, высовываясь из кабины, — в его голосе было серьёзное удивление разумного, которому несколько секунд назад казалось, что всё идёт по плану, а тут брейк-тест, который он успешно провалил.

Кричал он недолго.

Игла вошла ему точно между глаз. Голова опустилась на руль. Тело повисло.

Остальные среагировали быстро — надо отдать должное, обучены они были неплохо. Стрелок на переднем пассажирском сиденье первой машины немедленно попытался выкинуть водителя и занять его место. Одновременно задние стрелки с обеих машин открыли огонь в сторону, откуда, по их мнению, мог прилететь выстрел.

Два потока плазмы прочертили воздух, оставляя мерцающие следы, прожигая горячие борозды в асфальте. Жара я не чувствовал, но видел, как воздух над моей головой буквально заливает плазмой. Запах горелого бетона и асфальта ударил в нос.

Не обращая на это внимания. Работал методично, без суеты.

Третья игла, стрелку, тянувшемуся к рулю первой машины. Четвёртая — заднему стрелку.

И тут я заметил Торгаса.

Он принял единственное правильное решение в своём положении. Выскочил из машины и прижался к борту, используя багги как щит. Двигался он быстро. Явно как разумный, тренированный, привыкший действовать в критических ситуациях. Пригнулся, огляделся и рванул в сторону кустарника, темнеющего у ограды бывшего завода управления.

Вот здесь у меня появилась дилемма.

Стрелять? Так, у меня приказ — взять его живым. Но если он доберётся до зарослей, найти его будет чертовски сложно. Эти кусты не декорация. Они разрослись там весьма прилично. А Торгас был явным любителем при случае посещать подобные кусты. Страсть у него к ним, похоже, выработалась ещё с прошлого раза.

Да и чёрт с ним! Прицелился и выстрелил.

Выбрал левую ягодицу, не смертельно, но достаточно болезненно. Игла попала точно. Торгас охнул, громко выругал на выдохе, споткнулся, повалился на асфальт. На секунду я подумал: всё. Но нет. Он поднялся. На одной здоровой ноге, помогая себе руками, как трёхлапая собака, и резво поковылял к кустам.

— Живучий гад, — выдохнул я, посылая следом ещё одну иглу.

Правое плечо. Торгас снова охнул, дёрнулся, но темп не снизил — только движение стало ещё уродливее, ещё отчаяннее, дополненное каким-то почти животным упрямством.

Как разумный, которого уже дважды подстрелили, но он упрямо двигался к кустам всю через стоянку. Не, он точно любитель кустов! Проворчал я сквозь зубы.

Я уже прицеливался в третий раз, когда в ухе ожил коммуникатор.

— Третий, что там происходит? Мы слышим стрельбу! — голос майора Рикса, был напряжённый.

Ага, как же, слышишь ты оттуда, проворчал я про себя.

— Захватываю цель, — коротко ответил ему. — Одну минуту.

Ещё один стрелок со второй машины всё ещё работал по моей позиции. Плазменные заряды, выпущенные им, летели не точно, но регулярно. Шестая игла закрыла и этот вопрос.

— Третий, прекрати огонь. Дальше они сами разберутся, — прозвучал голос Финира в ухе, спокойный, деловой. И почти одновременно рядом промчались две багги наёмников, перекрыв мне весь сектор обстрела, как будто специально.

Торгас находился в двух шагах от кустов. Ещё один выстрел и он бы до них не добрался. Но я не успел прицелиться и выстрелить.

— Не дайте этому засранцу уйти в заросли! — крикнул я со злостью, забыв про рацию. — Доберётся до кустов, потом его там ни за что не найдёте!

— Никуда он не денется, — ответил майор в рацию, спокойно, почти снисходительно.

Торгас тем временем нырнул в кусты. Посмотрел, как он скрывается, и мысленно уже прикидывал, сколько времени займут поиски и сколько разумных придётся задействовать. И со злости плюнул в его сторону.

Через пару минут рядом остановилась багги с Ори. Ори посмотрел на меня сверху вниз с характерным выражением лица, который наблюдал за происходящим, но имеет своё мнение по этому поводу.

— Забирайся, — коротко произнёс он.

— А чего они так рванули? — я кивнул в сторону уехавших наёмников.

Ори пожал плечом:

— Переживают, наверное, что ты всех положишь без них и им не заплатят.

— Так, я и так уже всех положил.

Когда мы подъехали к стоянке, майор Рикс уже осматривал брошенные машины. Он ходил вокруг них медленно, внимательно, с профессиональной дотошностью человека, привыкшего читать картину боя как текст. Наклонился к одному из тел, что-то проверил, выпрямился.

— Неплохая работа, — сказал он не поворачиваясь. — Все цели поражены, целевой объект жив.

— Вот только целевой объект ушёл в кусты, — ответил ему с грустью, посматривая в сторону кустов.

— Это не страшно. Найдём. Никуда он от нас не денется.

— Боюсь, вы его плохо знаете. Кусты — это его родная стихия. Поверьте, мне на слово, я точно знаю. Тем более что он уже наверняка вызвал подкрепление.

Майор взглянул на меня, что-то хотел сказать, но просто молча кивнул. Поверил или решил, что стоит отнестись к этому серьёзно? Не понял я.

Тем временем Ори отошёл ко второй машине и что-то рассматривал там с явным интересом.

— Клим, — позвал он. — Иди сюда. Тут интересное.

Подошёл к нему. Ори стоял у открытого багажника второй багги и разглядывал содержимое с тем выражением, с каким смотрят на вещи, которые не знают, как классифицировать. В багажнике лежали несколько кейсов из ударопрочного пластика — запечатанных — и несколько коробок с маркировкой, которую я не узнал. Биологическая символика на одной из них.

— Похоже, образцы чего-то, — сказал Ори, потянувшись к застёжке.

— Не трогать, — резко произнёс майор Рикс, подходя сзади. — Это для экспертов.

Ори отдёрнул руку с видом человека, у которого есть куча вопросов, но хватает разума их пока не задавать.

Торгаса нашли. Он успел углубиться в заросли метров на тридцать, прежде чем потеря крови взяла своё. Его притащили к машине майора. Двое наёмников несли его под руки, третий придерживал сзади. Они уже успели его связать и оказать ему первую помощь.

Агент держался прямо, насколько позволяли обстоятельства, и в его взгляде было упрямство человека, который проигрывает тактически, но принципиально отказывается признавать поражение стратегически.

— Ты ещё пожалеешь об этом, мальчишка, — прохрипел он, когда его усаживали в багги

— Торгас, — сказал я спокойно, — в прошлый раз ты получил от меня два заряда, выбил окно и выпрыгнул со второго этажа. К сожалению, выжил. Тогда тебе действительно сильно повезло. Но сейчас твоё везение закончилось! Поверь, если бы не приказ ты бы был уже мёртв!

Торгас переменил тактику. Оглядел наёмников, цепким, оценивающим взглядом.

— Парни, боюсь, вы не понимаете, с кем связались? — произнёс он громко. — Это же Отпуск Варгос. Корпорация вам гарантированно заплатит полмиллиона за этих двоих. Живыми, мёртвыми — неважно. Кто хочет заработать? Я вам лично гарантирую получение ден…

Ударил его прикладом винтовки коротко и не слишком сильно. Не хватало отправить его в кому. Торгас замолчал на полуслове. Что-то ещё пробормотал бессвязное. Препарат, который ему вкололи наёмники сразу после захвата, начинал действовать.

Несколько из наёмников переглянулись. А я это заметил.

По дороге на базу Финир вышел на связь.

— Отличная работа, — сказал он довольным голосом — тем голосом, который бывает у людей, когда операция прошла хорошо и теперь можно быть немного великодушным. — Цель захвачена, образцы изъяты. Премия гарантирована.

— А что будет с Торгасом? — спросил у него.

— Допросят. Возможно, удастся выяснить планы Мидланда.

— А если он не захочет говорить?

— Захочет, — уверенно ответил Финир. — У нас есть методы убеждения.

От наёмников мы держались на расстоянии, все машины шли параллельным курсом, но не бок о бок. Пару взглядов я от них я поймал, тех самых взглядов, когда наёмник смотрит на тебя и думает про деньги. Это была не угроза пока. Просто информация к размышлению.

Вскоре колонна разделилась. Две багги повезли Торгаса куда-то в другую сторону. Мы в сопровождении части наёмников вернулись на базу, где нас уже ждали.

Нас встретил Макс. Он сразу начал осматривать нашу багги с видом заботливого отца, проверяющего машину после возвращения из поездки юного сына.

— В этот раз вернули целой, — сказал он, обходя машину по кругу, постукивая ладонью по корпусу. — Не то что в прошлый раз.

— В этот раз обошлось, — ответил Ори.

Позже нам перечислили обещанные кредиты и объявили отдых.

— Знаешь, — шепнул мне Ори, — Может, эта работа и не так плоха. Ещё несколько таких операций и мы сможем установить приличные нейросети.

— Нам ещё год до совершеннолетия, — ответил ему. — Время есть. Как заработать, так и умереть.

— Да ты просто оптимист, Клим.

— Знаешь, — сказал я, — я бы сейчас завалился куда-нибудь в клуб, к девчонкам. Тот же Изгиб Тела, но боюсь, нас отсюда, никуда отсюда не отпустят.

— Нас и туда не пустят.

— Тогда в любой другой клуб.

— И в любой другой тоже. Ты не забыл, что мы всё ещё несовершеннолетние?

— Не забыл. А жаль.

Я лежал на спине и смотрел в потолок. Хотелось оторваться, не в смысле клубов и девчонок, а в более широком, принципиальном смысле. Оторваться от всего этого: от заданий, от Мидланда, от наёмников с их жадными взглядами.

Но не получится.

Три дня безделья. Мы спали, ели, сидели в сети. Ори читал что-то техническое про нейросеть, делал пометки на планшете. Я тренировался в стрельбе в виртуальном тире и думал о Торгасе. Думал о том, что будет с ними.

На четвёртый день нас разбудил сигнал тревоги.

Резкий, пронзительный вой ударил по ушам, выдирая из сна. Я сел на койке — мгновенно, на автомате, ещё не успев проснуться до конца, и сразу потянулся за комбинезоном.

— Что происходит? — сонно пробормотал Ори, пытаясь нащупать планшет.

— Понятия не имею, — ответил я, натягивая комбинезон. — Но звучит серьёзно. Одевайся быстро!

В коридоре царила суматоха. Охранники двигались быстро. Переговаривались в рации отрывками. Один из них, заметив нас, махнул рукой:

— В убежище! Быстро!

— Какое убежище? — не понял Ори.

— Подвал, минус третий уровень! Живо!

Мы влились в поток, все сотрудники базы двигались к лестнице, кто-то нёс личные вещи, кто-то шёл налегке, кто-то разговаривал с кем-то на ходу. В это момент сильно тряхнуло, а потом сверху штукатурка посыпалась. Затем снова и снова.

— Думаешь, Мидланд нас нашёл? — тихо спросил Ори.

— Не знаю. Но подозреваю, что это с Торгасом связано.

— Да, но его же здесь нет. Здесь только ремонтные мастерские.

— А они этого могут и не знать, — ответил ему. — Или знают и всё равно пришли.

Подвальное убежище оказалось просторнее, чем я ожидал: длинное помещение с низким потолком и бетонными стенами. Резервное освещение давало холодный синеватый свет, от которого все лица казались усталыми. Здесь уже собралось человек сто, наверно весь персонал базы. У входа стояли вооружённые охранники с серьёзными лицами, на которых было написано то же самое, что и у большинства, находящегося здесь, они понятия не имеют, что происходит, но не имеют права это показывать.