Сказания пыльных миров. Том 3. Гвард

Глава 2

Одна из вещей, за которые я безмерно благодарен Авиндалю — он учил меня не только гладиаторским боям. Скорее… боям в целом. Множество вещей, которые он мне дал, регламентированных, «правильных», поединков касались лишь косвенно и пользы в них приносили не то чтобы много. Нет, комплексно, вместе со всем остальным — эти вещи были полезны в том числе и на арене. Но всё же такие уроки куда больше пригождались сейчас, когда я вышел в большой и опасный мир. Когда ты не знаешь, где и в какой момент на тебя нападёт враг, когда его сил и возможностей ты тоже не знаешь, когда никаких правил поединка не существует, да и понять — враг ли перед тобой, или обманутый друг, зачастую сложно… а даже если всё кристально чисто и понятно, то тебе, может быть, просто нельзя убивать или даже драться с врагом из-за неизбежных последствий после боя.

Да, на арене всё было гораздо проще.

Но, спасибо ланисте — пока что я справляюсь с теми сложностями, которые мне в изобилии предоставлял мир снаружи. Когда Авиндаль учил меня использовать Ускорение инстинктивно — я не очень понимал, зачем мне это надо. Вначале даже спорил немного. Думал, что это малополезно и надо сосредоточиться на чём-то другом. В итоге осознал всё после первых же боёв и заткнулся. Всё ведь просто: Ускорение это невероятный по мощи инструмент, и привычку к его использованию надо вырабатывать, чтобы при нужде использовать его машинально и мгновенно, без мельчайших задержек на раздумья. Так же, как выхватывать оружие при первых признаках опасности — а Ускорение, по сути, именно оружием и является.

Поэтому целыми неделями Авиндаль даже вне тренировок изводил меня, чтобы я был готов к нападению всегда. В любой момент. Во сне, за обедом, во время отдыха — в любое время ко мне мог подкрасться тренер или один из его помощников и без всякого зазрения совести ударить или пнуть меня. Или бросить издалека камень. Интуиция спасала в большинстве случаев, но у меня не всегда получалось правильно и быстро понимать её сигналы, так что и реагировать я успевал не всегда. Когда же я, весь дёрганый и невыспавшийся, всё же научился более-менее противостоять этому террору (в части случаев — попросту игнорируя, особенно после прокачки каменной кожи и деревянной плоти), то ланиста резко повысил ставки — теперь меня могли даже ткнуть ножом, или этот же нож метнуть вместо камня. Не фатально — голову и сердце мне предусмотрительно не трогали, а остальное, мол, вылечишь сам.

Тут я, волей-неволей, взялся за дело всерьёз, понял и принял то, что от меня хотел Авиндаль. Простая истина, на понимание которой у меня ушёл добрый месяц: в любой момент, при любых подозрительных движениях, звуках, сигналах интуиции (в моём случае) — первым делом используй Ускорение. И только потом разбирайся и реагируй. Потом. Когда это полезнейшее заклинание предоставит тебе лишние секунды для выбора правильной стратегии и правильной реакции.

Собственно, сейчас я так и поступил.

И, когда я открыл глаза и увидел движущийся к моей шее клинок, у меня было море времени, чтобы спокойно перехватить руку противника на полпути. Перехватить и хорошенько сжать, выкручивая кисть и заставляя убийцу выронить нож.

Невезучий злоумышленник дёрнулся, вскрикнул тонким голосом от боли — судя по предшествующему тихому хрусту, я перестарался и попросту сломал ему руку… и начал попросту растворяться в воздухе! К счастью, происходило это не мгновенно, так что я видел, что он не телепортируется (ещё бы, откуда взяться адепту Пространства в таком захолустном городишке), а скорее… сливается с тенями. А с этим уже можно работать. Я и сам пользователь стихии Тени, так что знаю слабости большинства её заклинаний.

— Врёшь, не уйдёшь! — с азартом прошипел я и запустил разом десяток Светляков. По достижению двадцатого ранга, заклинание, во-первых, потеряло откат вообще, а во-вторых, его наконец-то стало возможно гибко настраивать: от едва заметной светящейся точки до ярчайшего источника света размером с арбуз. А если добавить маны «сверху», что стало возможным после открытия навыка Магии Света, то получившейся световой вспышкой можно легко ослеплять врагов… правда, я не особо представляю, как при этом защитить себя от такой же участи. Но сейчас ослеплять никого мне не требовалось — нужно было всего лишь много света с разных точек. Сразу десяток огромных шаров разлетелись по всей комнате и залили её потоками света, не оставляя ни единого тёмного уголка. Почти растворившегося убийцу мгновенно вышибло из мира теней, а я прыгнул на него, дезориентированного и скорчившегося на полу. Заломив вторую, неповреждённую руку ему за спину, я вышел из ускорения и прорычал ему в ухо:

— Не дёргайся. Попробуешь использовать ещё хоть одно заклинание — убью сразу. Сейчас я сниму с тебя маску и мы побеседуем.

— Нет у меня других заклинаний, — глухо, еле слышно, пробормотал убийца, упираясь носом в доски пола.

— Угу, так я сразу и поверил, — я перевернул уже не особо сопротивляющегося противника и размотал длинную, в несколько слоёв намотанную на голову полосу темной вуали, полностью закрывающей и голову, и лицо. Лишь стального цвета глаза сверкали сквозь оставленную в обмотке щель.

Сняв последний слой, я тяжело вздохнул.

Подо мной лежала довольно симпатичная девчушка едва-едва лет шестнадцати на вид. Слегка курносая, веснушчатая, с густыми русыми волосами, разметавшимися по полу, и лицом, полным презрения и вызова. «Может ты и победил, но дух мой тебе не сломить». Только выглядело это как-то… наигранно. Будто она изо всех сил старалась делать такой вид, но вот настоящей внутренней уверенности, что её дух не сломить и не согнуть — не было. Ну или я неправильно читаю женские эмоции — не особо-то я в этом хорош.

— Так. Я не буду спрашивать, как девушка попала в такое… гм… ремесло. Мне плевать, — тут я немного покривил душой. Скорее всего история интересная, но сначала надо выяснить другие, более важные детали. — Я хочу знать, кто тебя послал.

— И с чего ты взял, что я тебе скажу? — по комнате разнеслось громкое фырканье. — Второе правило любое наёмного убийцы — ни в коем случае не выдавать заказчика. Даже под пытками.

— А первое? — заинтересованно уточнил я.

— Не лезть к целям, с которыми не справишься, — скривилась девчушка.

— И, выходит, ты его нарушила…

— Кто ж знал-то…

— Твой заказчик?

В комнате воцарилось тяжелое молчание. Девчушка громко сопела: то ли от боли, то ли от неловкости ситуации — я-то до сих пор восседал на ней сверху, даже не думая слезать. Потерпит. Она, как-никак, меня убить собиралась. Наконец, немного подумав, я сказал:

— Давай так. Если ты не можешь назвать заказчика, то скажи хоть что-то, что ты можешь раскрыть без нарушения ваших неизвестных мне кодексов и правил. Если это будет полезно, то, клянусь, я тебя отпущу и даже вылечу твою руку напоследок.

Убийца посмотрела на меня слегка ошарашенным взглядом, после чего осторожно уточнила:

— Вылечишь? Ты маг Жизни? Рунный или системный?

— Второе.

— Хм… — с лица девушки спала маска презрения. — Какое-то специализированное заклинание для сращивания костей? Или общее исцеление?

— Ты не в том положении, чтобы спрашивать что-то, — холодно спросил я. — Если ты хочешь так уйти от темы, то у тебя не особо получи…

— Это важно! — резко перебила меня убийца. — Пожалуйста, ответь!

Я посмотрел на девчонку тяжелым взглядом. На такие вопросы даже хорошие знакомые не всегда отвечают. Но, судя по всему, той было плевать — она и так ходила по невероятно тонкому льду, и её жизнь была целиком в моих руках. Ладно, допустим. Если это поможет её немного разговорить…

— Общее исцеление. А теперь, будь добра, поясни, в чём дело.

Девушка закусила губу, а её взгляд наполнился дикой смесью из страха и надежды.

— Я расскажу тебе всё, даже сдам заказчика — невелика беда. Но пообещай, что взамен ты постараешься вылечить одного человека. Хотя бы попробуешь.

В некотором раздумье я потёр щёку. В предложении не звучало особого подвоха, да и в целом мне было несложно такое осуществить. Почему бы и нет? Я вновь поймал вопросительный взгляд девушки и молча кивнул.

И она рассказала. Более того, её буквально прорвало на откровения, и она с невероятным облегчением на лице затараторила, прерываясь лишь на то, чтобы вдохнуть воздуха. Мне же, слегка ошарашенному от такого напора, оставалось лишь внимать.

Невезучая убийца оказалась, мягко говоря, не профессионалом. Точнее, она была довольно-таки опытной воровкой — но не более. Людей ей до этого убивать не доводилось. Но так сложилось, что глава местного криминала — некий Толстоногий Гарв — был, мягко говоря, недоволен тем, что шайку подконтрольных ему бандитов поймал какой-то зелёный пацан. И ещё больше был недоволен, что судьба направила в сегодняшнее дежурство у ворот именно Шуна — чуть ли не самого неподкупного и ревностного стражника в городе — потому как заметная часть других стражей порядка за приемлемую сумму легко бы закрыла глаза на побег означенных бандитов, причём еще до того, как на них начали оформлять бумаги. А вот Шун не только озаботился тем, чтобы бандиты не сбежали, но и умудрился тем же вечером расколоть парочку членов банды. Последние сдали нескольких весьма уважаемых в городе людей, к Шуну тут же пришли его коллеги с мягкой просьбой слегка умерить пыл, а оскорблённый в лучших чувствах стражник подтянул к себе в поддержку других, более честных коллег.

В общем, пока я принимал ванну, неторопливо ужинал и спал без задних ног — в городе происходили определённые… бурления. И заканчиваться они пока не собирались. Лишившийся сна из-за поднявшейся суматохи, Толстоногий Гарв почему-то решил, что он прямо-таки обязан физически убрать того, кто всю эту кашу заварил. Не знаю, чем это должно было ему помочь — бандиты-то уже в руках Шуна, и логичнее было скорее послать убийцу к нему… хотя, наверное, у криминала и стражей порядка должны были быть некие негласные договорённости по этому поводу. Ну или их нет, а у Гарва просто ум за разум зашёл. Кто его знает?

Что же до девушки… из-за относительно небольших размеров городка, филиала настоящей, организованной гильдии убийц тут попросту не было. Был аморфный, но более-менее организованный криминалитет, занимавшийся всем подряд — под предводительством вышеупомянутого Гарва. Были одиночки и небольшие группки, которые непосредственно под Гарвом не ходили, но долю ему, поскрипывая зубами, выплачивали. Но серьёзных бойцов среди них не было. Так, всякие мордовороты и бандиты, по большей части. А учитывая, что Гарв всё же вызнал про меня всё, что знала та шайка неудачников (пусть освободить их у него не вышло, но поговорить всё же получилось) — из полученных сведений у него сложилась картина неплохого бойца ближнего боя с некоторым количеством заклинаний за пазухой. Такого в переулке ловить и пытаться драться в лоб — бессмысленно. Либо победит, либо убежит. Другое дело — скрытное устранение. От яда в бокале и ножа во сне особо не убережёшься. Только вот специалистов скрытного и надёжного устранения у него тоже не имелось.

Зато имелась моя собеседница. С одной стороны, молодая, но талантливая воровка, которой постоянно требовались деньги, и готовая за достаточно большую сумму пойти на сделку с совестью. С другой — получившая, по слухам, в Дар некое заклинание, навык или талант, позволяющие ей бесшумно, незаметно и в обход даже магической защиты проникать в дома богатеев. Пользовалась она им нечасто, да и начала это делать совсем недавно, что и неудивительно — Дар нужно было ещё успеть развить. Но слухи уже успели пойти. И, если верить слухам, то лучшего кандидата, чтобы тихо проникнуть в мою комнату, не потревожив мой сон, попросту не имелось.

Вот Гарв и нанял эту дурёху, наобещав ей с три короба — мол, куча денег, работёнка быстрая и несложная…

— Ясно, — сухо остановил я это словоизлияние и поднялся с пола, перестав удерживать её руки. — Спасибо за рассказ, общую ситуацию я понял. Как и обещал — тебя я отпускаю. Говори адрес, кого там тебе надо было вылечить и выметайся. Зайду после завтрака. Ах да…

Я быстро прикоснулся к её руке, задействовав Восстановление. Постаравшись сконцентрировать его действие конкретно в пределах кисти, я влил в заклинание в пару раз больше маны, чем требовалось. Несмотря на такой же высокий ранг, как у Светлячка, изменчивость заклинания проявлялась пока что в гораздо меньшей мере и с гораздо большими усилиями. Если бы не навык Магии Жизни, тоже добавляющий вариативности в заклинания соответствующей стихии, то не факт, что у меня вообще получилось бы сейчас выделить такую небольшую область действия — пришлось бы ограничивать действие как минимум по всей руке целиком, от пальцев до плеча. А без усиленной концентрации и перерасхода не факт, что перелом бы вышло излечить за один каст. Пришлось бы ждать отката, чего мне откровенно не хотелось. Гостья и так, мягко говоря, задержалась.

— Вау… — тихо выдохнула убийца, осторожно покрутив кистью в разные стороны. — С одного заклинания… а ты действительно хороший маг. Приходи на улицу Скошенных Трав, она начинается у северных городских ворот. Если идти от них, то через минут пять ходьбы слева, у городской стены будет небольшой скверик. Он там один, не пропустишь. Тебе нужен дом напротив него.

— Понял. Буду, — хмуро кивнул я. — Мне убрать свет, чтобы ты могла покинуть меня так же, как пришла?

Девушка замешкалась, бросила взгляд на дверь и шагнула было к ней. Но потом замерла: поняв, как её уход обычным путём будет выглядеть, если вдруг наткнётся на кого-то из ранних постояльцев таверны, она, слегка покраснев, кивнула. Я молча щёлкнул пальцами и погасил все светляки. С моим ночным зрением и занимающейся за окнами зарёй для меня освещение в комнате было всё ещё более чем комфортным. Но теперь по полу и стенам пролегли заметные тени — а значит, незваная гостья теперь могла меня покинуть.

— Ну? — я изогнул бровь, видя, что девушка продолжает мешкать, как-то смущённо на меня поглядывая.

Она кашлянула и тихо сказала:

— Меня зовут Энигма.

— Не сказал бы, что приятно познакомиться. Ситуация не располагает, сама понимаешь.

— Я понимаю, что ты на меня злишься…

— Да ладно? С чего бы? Ты всего лишь хотела меня убить, мелочи какие! — раздражение из меня так и пёрло наружу.

— … но я всё же хотела бы оправдаться. Прости. Я не такой плохой человек, как ты думаешь… просто…

— Да-да, не мы такие, жизнь такая, — вновь перебил я её, подкармливая разгорающуюся внутри злость. — Тяжёлое детство, деревянные игрушки, прибитые к полу, мама не любила, папа не ценил. Не оставалось никакого выхода, кроме как уйти воровать, а потом повестись на золото — и стать ещё и наемной убийцей! Я могу понять — и понимаю — тех, кто убивает равного, способного защищаться врага. Честно, лицом к лицу! Могу понять, когда это делают защищаясь, или за свои идеалы! Но не вот так — подло, из тени, во сне, да ещё и всего лишь за демоновы деньги!

Энигма сгорбилась, уперев взгляд в пол и обхватив себя руками. Каждая моя фраза заставляла её вздрагивать и сжиматься ещё сильнее. Когда же я закончил, она едва слышно прошептала:

— Всё не так…

И исчезла. Без активного ускорения я едва заметил это смазанное движение, когда её тень дёрнулась, раздулась и напрыгнула на неё, словно хищник из засады. Только вместо того, чтобы проглотить — она словно стёрла девушку из реальности, и тут же исчезла вместе с ней.

А я остался стоять, тяжело дыша и с чувством, будто только что пнул котёнка. Да, оскалившего на меня зубы и даже попытавшегося поцарапать — но всё же…

Стиснув зубы, я мотнул головой и подошёл к окну. Первые петухи давно проорали свой утренний клич прямо под окнами трактира — судя по всему, где-то во дворе… хотя нет, отсюда никаких хозяйственных построек не было видно. Значит, где-то за углом был птичник, чтобы под рукой хозяина всегда было свежее мясо и яйца. Но, несмотря на петушиные вопли, небо посветлело только сейчас — зима, как ни крути. Пусть в этих местах довольно тёплая, без снега, но всё же — зима.

Глубоко вдохнув, я загнал подальше остатки злости. Оценив своё самочувствие, использовал Компенсацию сна — не на полную мощность, на половинку, лишь чтобы «доспать» те пару часов, которых меня лишил визит Энигмы. После чего задумался над дальнейшими планами.

Вместо того, чтобы с утра же выехать дальше, придётся задержаться здесь как минимум на день, а то и два — это уже ясно. Немного жаль, но не особо критично. Что ж, надо постараться тогда по максимуму разобраться со всеми здешними делами уже сегодня, чтобы не задерживаться сверх меры.

Во-первых, надо хорошенько подкрепиться, а то за последний год из-за роста параметров жрать я стал даже больше, чем обычно. Да и сейчас моя злость на Энигму и её заказчика была вызвана в том числе и утренним голодом… как минимум, частично. Надеюсь, несмотря на относительно ранний час, трактирщик внизу уже не спит и меня смогут накормить завтраком.

Потом отправлюсь по её адресу и посмотрю, кому там требуется помощь… и смогу ли я вообще её оказать. И, клянусь, только боги им помогут, если это окажется не особо хитрая ловушка на мою отказавшуюся умирать задницу. Я тогда точно приду в ярость и пойду тонкими блинчиками раскатывать по городской брусчатке всех, кто будет к этой ловушке хоть как-то причастен. Впрочем, это маловероятный исход. Но держать его в уме стоит в любом случае.

Ну а после… после я в любом случае нанесу визит одному толстоногому ублюдку, который решил, что он может безнаказанно творить, что ему хочется.

Придётся показать ему, что это совсем не так.