Синий туман

Глава 35

В стыковочных узлах, где принимают катера с частных судов, полно народу — суета в связи с пожаром в районе проведения Ярмарки не прошла даром, и люди, завершившие свои дела, стараются поскорее покинуть станцию.

«Доступ: катер крейсера «Сигма-15», — высвечивается на голографическом стенде у стены. Приготовиться: «Ясный»…

Помещение зала ожидания довольно просторно, но при таком количестве людей кажется тесным. В ушах гудит от гула голосов и шума кондиционеров — система вентиляции не справляется и работает на полную мощность. Но все равно душно, в воздухе витает смесь запахов пота и дешевого фастфуда. Зажимаю нос рукавом и глазею по сторонам, стараясь при этом не сильно высовываться из-под своего розового укрытия.

Какой-то верзила с рюкзаком на одном плече обгоняет нашу пару, толкая меня своей увесистой ношей в плечо, и меня, словно прибоем, прибивает к Джеку ближе. Мне бы тактично отстраниться, но я, наоборот, обвиваю его руку обеими ладонями и практически вплотную приникаю к плечу.

— А ты уверен, что копы не станут искать меня здесь? — уточняю придушенным шепотом. — Может, я уже в розыске.

— За что? — так же негромко отзывается спутник. С руки не скидывает — видимо, подобрел после моего обещания. Точно подобрел, потому что даже продолжает мысль: — У тебя международное журналистское удостоверение, и официально тебя можно задержать разве что для уточнения информации.

Помнится, именно это я ему и говорила, когда он в бешенстве хватал меня в «Раю» за шкирку.

— Хочешь сказать, что мы бежали от них только потому, что нам стало скучно? — добавляю возмущения в свой шепот.

— Хочу сказать, — голос Джека становится громче — склоняется ко мне, чтобы выразить свое раздражение еще доходчивее, — что взять тебя по горячим следам и «случайно» потерять по дороге в участок — одно. А официально объявлять в розыск — другое.

Логично. Перестаю спорить и осторожно высовываюсь из-под капюшона: люди, люди, группами и по одному, налегке и с внушительными баулами. На табло все те же «Сигма» и «Ясный» — дело движется медленно.

У Джека вибрирует комм. Он принимает вызов и разговаривает через гарнитуру, одновременно увлекая меня в сторону от основного столпотворения.

Хорошее решение: у стены меньше вероятности снова получить рюкзаком по плечу или макушке, а еще прохладнее и свежее, так что наконец могу убрать руку от носа и вздохнуть полной грудью.

— Угу… А прогноз?.. — Джек разговаривает по комму.

Ему что-то отвечают. Выглядываю из-под капюшона: хмурится и, прикрыв глаза, трет пальцами вертикальную морщинку, образовавшуюся между бровей. Похоже, новости так себе.

— Ладно, понял. Ждем. Скажи, если что-то изменится. — Джек обрубает связь и натыкается взглядом на меня. — Спрячься, а? — Морщится, будто увидел под своей дверью дохлую птицу вроде той, что подложила мне бешеная жена Хью.

Возмущенно закатываю глаза в ответ на очередную грубость, однако покладисто прячусь под розовой тканью. Черт с ним, жизнь Шона дороже.

— Прогноз — три часа, — тем не менее Джек делится информацией сам. — В лучшем случае.

Что ж, он прав: есть отчего хмуриться. Особенно учитывая, что где-то поблизости бродит Баронет, жаждущий мести.

— А что потом? — Выглядываю одним глазом, на который тут же, совершенно по-хамски и нарушая личные границы, снова натягивают капюшон.

Это уже ни в какие ворота — личное пространство человека нужно уважать в первую очередь. Я же вишу на его руке со всем уважением, не так ли?

— А потом нас заберут. Ты останешься на судне, а я вернусь на станцию.

Звучит логично, а на деле — отвратительно. Если он надеется, что возьмет меня в заложники, то здорово ошибается. Но сейчас не время и не место спорить — разберусь по ходу. На Альбере без чужой помощи я все равно не справлюсь.

Поэтому не возражаю, а только серьезно спрашиваю:

— А мои документы? Если копы не станут официально шить на меня дело, то кто им помешает маякнуть Баронскому сыну, где меня искать?

— Вот и не свети их, — флегматично отзывается Джек. Поворачивается, чтобы посмотреть куда-то в сторону, и вместе с ним поворачиваюсь я. Всем телом, ага, потому что все еще приклеена к его руке. — Пиявка, отцепись уже. — Наконец сей факт доходит и до него.

Фыркаю и разжимаю пальцы. Пристраиваюсь к стене у Джека за спиной, чтобы он таким образом прикрывал меня своим телом от ненужных взглядов. И запахов, да.

— И что, просто так пропустят? Без документов и сканирования? — Все еще не могу сложить в своей голове единую картину происходящего.

— А ты видишь где-то рамку, турникет или хотя бы проверяющих? — откликается Джек через плечо.

В данный момент из-под капюшона я вижу только его сногсшибательную задницу.

— А? — спохватываюсь, что и впрямь засмотрелась и не расслышала последнюю фразу.

— Нет тут никого, — с явным раздражением в голосе повторяет Джек. Благо он повернулся, а то я не расслышала бы и во второй раз. — Каждый сам знает, на какой катер ему идти, а разрешение запрашивается с кораблей, которые тоже знают, кого привезли и увозят.

Погодите-ка, это что же получается?..

От возмущения опять забываю предосторожности и вскидываю голову.

— Это же можно отсюда вывезти кого угодно и что угодно!

Джек морщится.

— Еще поори об этом.

И я мудро затыкаюсь.

Все знают и не вмешиваются, местные власти получают доход и не препятствуют. Не поощряют в открытую, чтобы не вмешались сторонние силы, но и не пресекают. «А мы что? Мы не в курсе» — и все, взятки гладки.

— Я их закопаю, — обещаю на полном серьезе.

Нет силы страшнее, чем общественность. Огласка и праведный гнев толпы творят чудеса уже не одно столетие.

Джек хмыкает, одаривая меня сверху снисходительным взглядом.

— Что саму закопают, не боишься? — с любопытством вскидывает бровь.

И этот туда же.

Боюсь, конечно, я еще слишком молода и малоизвестна, чтобы умирать. Но осознание рисков еще не повод сидеть сложа руки.

Прищуриваюсь, вглядываясь в его лицо.

— А тебе что же, все равно? — спрашиваю с вызовом.

Ожидаю, что огрызнется, а заодно, может быть, с психа сболтнет что-нибудь полезное. Но нет, Джек смотрит в ответ совершенно серьезно.

— Мне — нет.

И… отворачивается!

Вижу, как вытягивает шею, что-то высматривая. Может, название нового судна на табло? Плевать, это мой шанс.

— А если не все равно, дай мне информацию, — шепчу ему в спину громким шепотом. — Мы замажем твое лицо на видео, наденем маску — да что угодно! Надо — голос изменим. — В приливе энтузиазма впиваюсь пальцами ему в плечо. — Если у меня будет человек, который видел все своими глазами и согласится свидетельствовать…

— Нет. — Джек даже не оборачивается, только раздраженно дергает плечом, чтобы сбросить мою руку.

— Да почему, блин? — От возмущения даже притопываю ногой.

Зря: это та, которую я травмировала при побеге из особняка Барона. Ногу прошивает, словно электрическими разрядами, от щиколотки до самого колена. Черт. Шиплю сквозь крепко сжатые зубы.

— Потому что ты играешь в своей песочнице, а я в своей, — огрызается Джек. — Не мешай.

Только теперь понимаю, что он уже не куда-то смотрит, а копается в своем коммуникаторе, просто остался ко мне спиной, из соображений безопасности — то ли моей, то ли своей нервной системы.

Глубоко вздыхаю и, скрестив руки на груди, опираюсь спиной о стену.

Ждать я не люблю, но при необходимости — умею.