Легенда о Белом Тигре 2. Серебряный шквал

Глава 7 То, что дороже золота

Паром медленно приближался к противоположному берегу. Вода плескалась о деревянные борта, создавая мерное, почти убаюкивающее журчание. Торговец Лянь всё ещё держал платок у головы, но кровотечение уже остановилось. Его слуги суетились вокруг повозок, проверяя крепления груза после всей той тряски, что устроил разъярённый бык. Они успокоили животное и снова привязали его. После они занялись своими ранами.

Я стоял у переднего края парома, вглядываясь в приближающийся берег. Что-то не давало мне покоя: ощущение, которое не покидало меня с самого начала переправы. Мне ещё тогда, на другом берегу, показалось, что я что-то видел, но что, если я ошибся? Звериные инстинкты предупреждали об опасности, и я не мог позволить себе расслабиться.

Берег выглядел спокойно. Заросли кустарника, несколько старых ив, свесивших ветви к самой воде, маленький причал из грубо обтёсанных брёвен. Никаких признаков засады, никого подозрительного. И всё же…

— Господин Ли, — обратился ко мне торговец, — как вы думаете, не будет ли проблем на том берегу?

— Возможно, — ответил я, не отводя взгляда от зарослей. — Лучше будьте готовы. Постарайтесь спрятаться.

Паром был уже в двух десятках шагов от причала, когда я почуял запах. Металл. Много металла! И ещё — пот, кожу и запах нескольких человек, которые долго сидели в засаде.

— Ложись! — заорал я, бросаясь к торговцу.

В тот же миг из зарослей ив и кустарника полетели стрелы.

Я успел накрыть собой Ляня, и две стрелы просвистели над нашими головами. Третья вонзилась в борт повозки, четвёртая — в пол парома. Слуги завизжали, падая на дно плота и укрываясь за тюками с товаром.

— Ещё! — крикнул я, видя, как из зарослей поднимаются тёмные силуэты с луками.

Второй залп стрел бил прицельнее. Одна из них летела прямо мне в грудь, но я успел перехватить её рукой. Металлическое ядро в груди позволило почувствовать наконечник и рассчитать траекторию, а руки, покрытые металлом, легко остановили орудие. Стрела хрустнула в моих пальцах.

Ещё две стрелы я отбил обломком бамбуковой палки. Мои движения были настолько быстрыми, что, наверное, казались размытыми для людей. Четвёртая прошла мимо, пронзив тент одной из повозок.

— Эй, богатей! — заорал голос из кустарника. — Видишь, что бывает с теми, кто не платит налоги на дорогу? Твоих охранников уже нет, а мы никуда не делись!

Паромщик, бледный как полотно и залитый кровью, греб изо всех сил, стараясь быстрее причалить.

Паром уткнулся в причал с глухим стуком. В тот же миг из кустарника выскочили четверо разбойников с мечами и топорами. Ещё двое остались в зарослях с луками, прикрывая товарищей.

— Ты хорошо дерёшься, пацан, — крикнул главарь, мужчина с бородой клином и шрамом через всё лицо. — Но нас шестеро, а ты один! Сдавайся, и мы оставим тебя живым!

Я посмотрел на торговца, который дрожал за своими тюками, на перепуганных слуг, на товары в повозках. А потом на разбойников, которые считали, что шесть против одного — это честный расклад.

— Что ж, — пробормотал я, спрыгивая с парома на причал, — давно хотел проверить, как работают мои новые способности в бою против людей.

Тигр в моей душе молчаливо согласился и оскалился с предупреждающим рыком. Негодяи вздрогнули, как будто что-то почувствовали.

Первый разбойник заорал и бросился на меня с топором наперевес. Он был быстр, но я видел все его движения. Для меня они были как замедленные, словно он двигался под водой. Активировав Шаг Ветра на самом слабом уровне, я скользнул влево, позволив топору пронестись мимо, и ударил нападавшего локтем в висок.

Разбойник рухнул как подкошенный, но остальные уже окружали меня. Мечи сверкали в лучах заходящего солнца, стрелки в кустах натягивали тетивы.

— Убейте его! — заорал главарь. — Он слишком опасен!

Они атаковали слаженно — двое спереди, один сбоку. Лучники не остались в стороне. В их глазах читалась уверенность в лёгкой победе. Шестеро против одного, к тому же всего одного, совсем молодого. Что может пойти не так?

ХА!

Я дождался, когда они приблизятся, и вдруг исчез из их поля зрения. Шаг Ветра перенёс меня за спины нападавших — недалеко, всего на несколько шагов, но вполне достаточно, чтобы оказаться там, где меня не ожидали.

Удар кулаком, усиленным звёздным металлом, в основание черепа — и второй разбойник отключился, не поняв, что произошло. Я схватил его меч и тут же перекатился в сторону, уклоняясь от стрел.

Теперь у меня было оружие, а разбойников осталось четверо.

— Что за чёрт! — заревел главарь, разворачиваясь ко мне. — Как он так быстро…

Я не дал ему договорить. Прыжок вперёд, обманный манёвр влево, удар справа! Меч главаря отбил атаку, но ему пришлось отступить. А я уже атаковал снова, вкладывая в каждый удар ци четвёртой звезды.

Сталь пела в воздухе. Искры летели от клинков. Главарь был опытным бойцом, тоже культиватором, определить было сложно, явно не меньше двух звёзд, но я был быстрее, сильнее, и у меня был мой звёздный металл, усиливающий каждое моё движение. Я больше не пытался сдерживаться, мне хватило боя на пароме. Каждый его удар я видел заранее, каждую атаку предугадывал, а где не мог парировать или уклониться, отводил лезвие своей силой.

Остальные разбойники пытались зайти мне в спину, но я постоянно двигался, используя главаря как щит. Стрелки из кустов не решались стрелять, боясь попасть в своих.

Внезапно я сделал то, чего никто не ожидал: отбросил меч и пошёл в атаку голыми руками. Главарь замахнулся, целясь мне в грудь, но я поймал клинок ладонями. Я уже пробовал этот трюк на пароме, и теперь был в себе уверен.

— Что⁈ — выдохнул он, глядя на свой меч, зажатый между моих рук.

Металлическая ци пульсировала в ладонях, не позволяя лезвию причинить вред. Я рванул меч на себя, притягивая главаря, и ударил его головой в переносицу. Хруст костей, фонтан крови, и предводитель разбойников рухнул без сознания.

Оставшиеся трое переглянулись и одновременно бросились в атаку. И теперь я мог не сдерживаться!

Шаг Ветра перенёс меня к ближайшему разбойнику. Удар в солнечное сплетение — он согнулся пополам. Локоть в затылок — рухнул лицом в землю.

Второй попытался ударить меня сзади, но я обернулся и перехватил его запястье. Лёгкий поворот, щелчок — сустав вышел из сочленения. Нож выпал из ослабевших пальцев. Разбойник завыл от боли.

Третий разбойник попытался бежать, но куда ему было деваться? Я догнал его в три прыжка и аккуратно ударил по шее. Он свалился в кусты, в самые колючки. Ух…

Оставались лучники. Увидев, что все их товарищи повержены, они принялись стрелять в меня. Но дистанция была слишком мала, чтобы у них было настоящее преимущество.

Я, уйдя от выстрела кувырком, поднял с земли нож и метнул его в сторону кустарника. Послышался вскрик, шорох ветвей, и один стрелок отключился. Второй выскочил из укрытия и попытался убежать, но его ноги были слишком коротки, а мои намного быстрее!

Ещё через минуту в зарослях у берега лежало шесть связанных собственными поясами разбойников. Живых, но надолго выведенных из строя. Пусть подумают о превратностях судьбы, когда очнутся.

Я вернулся к парому, отряхивая пыль с одежды. Проклятье… три сражения за день… Моё и без того не особо богатое одеяние, порванное и забрызганное кровью сначала мерзости, а теперь и людей, начало превращаться в полное рубище. Торговец выглядывал из-за тюков с выражением осторожного любопытства на лице.

— Всё кончено, — сообщил я. — Можете выгружаться.

Следующие полчаса прошли в суете. Нужно было переправить повозки с парома на берег, проверить состояние груза, и успокоить волов. Я помогал где мог, хотя слуги теперь смотрели на меня с плохо скрываемым страхом. Они шептались между собой, бросая на меня испуганные взгляды. Для них я был либо безумцем, либо самоубийцей. А может быть, и тем, и другим одновременно.

Когда последняя повозка оказалась на твёрдой земле, торговец подошёл ко мне. На его лице была странная смесь благодарности и задумчивости. Он встал рядом, явно не зная, как начать, поэтому я решил ему помочь. Мне бы не помешали лишние деньги. Осталось только узнать, во сколько купец оценит услугу.

— Господин Лянь, — сказал я, вытирая пот со лба, — не хотели бы вы как-то отблагодарить меня за помощь? Я рисковал жизнью, защищая вас, ваших слуг и ваш караван.

Торговец покачал головой с сожалеющей улыбкой:

— Конечно, я очень благодарен за всё это, уважаемый мастер Ли. Но… вы сами решили сражаться с разбойниками. Я вас не просил. И вообще, я уже заплатил за вас на пароме — двенадцать медяков, это немалые деньги для простого травника.

Я просто остолбенел. Двенадцать медяков. За то, что я дважды спас его караван от разграбления, рискуя собой… Высоко же купец оценил свою жизнь…

Воспоминания нахлынули волной. Голос Шаньлу гневно грохнул где-то вдалеке: «Не доверяй им, Бай Ли. Рано или поздно они предадут тебя!» Ему вторил звонкий смех Ли Лин: «Люди всегда найдут способ не платить за помощь, если смогут!»

Сколько раз они предупреждали меня? Сколько раз говорили о человеческой неблагодарности? А я всё равно полез вперёд, спасал, защищал и рисковал…

Как идиот. Как наивный деревенский дурачок, который верит в благородство и честность. Я должен стать серьёзнее. Надо уже определить себе цену! Двенадцать медяков за переправу. Вот сколько стоит моя жизнь по мнению уважаемого торговца Ляня.

Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, хотя я очень пытался оставаться спокойным. Видимо что-то изменилось в моей позе и в выражении лица, потому что торговец вдруг побледнел и отступил на шаг.

— То есть, уважаемый Лянь, — медленно произнёс я, глядя ему в глаза, — вы считаете двенадцать медяков достаточной платой за то, что я спас вас от разбойников? Дважды?

— Я… я не… — забормотал торгаш.

— Что ж, пусть будет так, — продолжил я, делая шаг вперёд. — не мне давать уважаемому купцу советы, но у вас больше нет охраны. Ваши бывшие наёмники лежат на дне реки или плывут по течению. Новых разбойников я оставил в кустах. А впереди ещё целый день пути до города. Впрочем, вы заплатили за паром, благодарю за это и позвольте откланяться. На этом наши пути расходятся. Удачно вам добраться до города.

Мой голос зазвенел от обиды, как у мальчишки, и я поспешил замолкнуть. Не стоит показывать, что меня задело поведение купца. Плевать, помог и помог. Делай добро и кидай его в воду. Я не настолько мелочный, как какой-то торгаш. Главное, я переправился через реку.

Лянь Мэй, явно осознав что-то своё в моих словах, переглянулся со своими слугами. Те жались к повозкам, явно не желая вмешиваться в разговор хозяина с человеком, который только что голыми руками расправился с шестью вооружёнными бандитами.

— Молодой мастер Ли, — заговорил торговец уже другим тоном, подбавив в голос мёда, — я, возможно, поторопился с выводами. Конечно, ваша помощь бесценна, и я готов достойно её оплатить. Скажем… пять серебряных за сопровождение до Железной Заставы?

Пять серебряных. Это уже больше походило на честную сумму, хотя я подозревал, что настоящий наёмник запросил бы гораздо больше. Но я не знал реальных расценок, в Юйлине не было гильдии, там даже мимоходом не появлялись воины за те месяцы, что я там провлёл.

Я посмотрел на торговца, который теперь улыбался натянутой улыбкой, на слуг с их испуганными лицами, на повозки, полные товаров. Злость медленно отступала, уступая место пониманию ситуации. Я заставил себя разжать кулаки.

Он, наверное, подумал, что теперь я ему угрожаю и теперь сам собираюсь на него напасть и ограбить… Из героев — в разбойники. Ну и дела…

Впрочем…

Мне нужны были деньги. Лао Вэнь и Ли Лин мне многое рассказали в своё время. В городе без денег не выжить — за жильё надо платить, за еду надо платить, за любую услугу надо платить. Ещё и одежду надо починить, а лучше найти новую… Пять серебряных — это лучше, чем ничего. А главное, это урок на будущее.

— Что ж, — сказал я наконец, — раз уж я взялся вам помогать, я доведу дело до конца.

— Конечно, молодой мастер, — поспешно согласился торговец. — Абсолютно справедливое замечание. Вы так добры и благородны!

Мы тронулись в путь, когда солнце уже клонилось к закату. Дорога была хорошей, широкой, с каменными мостиками через ручьи. Видно было, что власти княжества следили за состоянием тракта. Торговля явно приносила им немалый доход.

Повозки скрипели на ухабах, а волы степенно переставляли копыта, поднимая пыль. Я шёл рядом с передней повозкой, внимательно осматривая окрестности. После двух нападений расслабляться было нельзя.

Но дорога оставалась спокойной. Изредка нам попадались навстречу другие путешественники — торговцы и крестьяне. Все вежливо кивали и проходили мимо, не проявляя враждебности. Ни от кого я не слышал подозрительных запахов и не ощущал злых намерений.

К вечеру мы добрались до постоялого двора: большого деревянного здания с широким двором, где могли разместиться несколько караванов одновременно. Торговец снял комнату для себя, его слуги устроились в общем зале, а я остался во дворе.

— Может, зайдёте внутрь? — предложил Лянь Мэй. — Я могу оплатить вам место…

— Спасибо, я лучше здесь, — отказался я. — Удобнее следить за повозками.

Это была правда, но не вся. Мне просто не хотелось сидеть в душной комнате среди чужих людей, ощущать все эти запахи и звуки. Звериная часть души требовала простора, свежего воздуха и возможности чуять ветер.

Один из слуг купца принёс мне поднос с простой едой. Я поблагодарил его кивком, и мужчина без лишних слов поспешил уйти. Я его явно пугал.

Я поужинал и устроился на сене под навесом, откуда хорошо просматривались и двор, и дорога. Разложил поклажу, проверил состояние одежды. После нескольких боёв она требовала ремонта и стирки. Я попытался отмыть в колодезной воде кровавые пятна, но это не слишком-то помогло. Придётся в городе покупать новую.

Когда стемнело, я погрузился в медитацию. Четвёртая звезда в даньтяне пульсировала ровно и сильно, металлическое ядро в груди отзывалось теплом на каждый вдох. Осколки стрел больше не причиняли дискомфорта, они полностью растворились и теперь были частью меня, усиливающей связь со звёздным металлом. Даже шрамов не осталось.

Ночь прошла спокойно. Пару раз мимо проезжали всадники, но никто не проявлял интереса к нашему каравану. К утру я был бодр и готов к продолжению пути.

За завтраком торговец снова попытался завязать разговор:

— Господин Ли, вы вчера говорили, что идёте в Железную Заставу учиться.

— Да, на травника, — напомнил я, жуя лепёшку, куда завернул овощи и кусочек жареной рыбы. — Хочу расширить знания, изучить растения других краёв.

— Но вы так хорошо сражаетесь, — заметил Лянь Мэй. — Может, стоит подумать о карьере наёмника? Платят хорошо, особенно опытным бойцам.

Я задумался. Идея была не лишена смысла. Ли Лин предлагала мне то же самое. Про травника я сказал лишь бы выглядеть перед другими безобиднее, но в мои настоящие планы это не входило. Работа наёмника позволила бы мне зарабатывать деньги, путешествовать, а также искать следы источника скверны. К тому же я давно понял, что мне нравится сражаться. Зверь внутри находил удовлетворение в схватке и в победах над врагом.

— Возможно, — согласился я. — Знаете ли вы, куда мне стоит обратиться? И можете ли вы дать мне рекомендацию? Думаю, ваше слово, как уважаемого купца, имеет вес.

Торговец посмотрел на меня с любопытством, а потом вдруг рассмеялся.

— А вы, я смотрю, знаете, что в мире самое дорогое, — сказал он, когда перестал смеяться.

— И что же? — спросил я.

— Репутация, — серьёзно ответил Лянь Мэй. — Честное имя. Доверие людей. Это дороже золота и дороже самых редких товаров. Потому что репутацию не купишь — её можно только заработать. И потерять за одну минуту.

Я кивнул, понимая смысл его слов.

— Хорошо, — продолжил торговец, — я напишу вам рекомендательное письмо в гильдию наёмников. Меня там хорошо знают, ведь я часто нанимаю там людей. Пусть часть моей репутации будет вам подарком.

— Благодарю, — искренне сказал я. — Это действительно ценный дар.

Серебряные монеты и рекомендательное письмо — это гораздо больше, чем просто монеты. Намного больше!

К полудню мы увидели вдали каменные башни и стены Железной Заставы. Город был больше, чем я себе представлял — настоящая крепость, построенная в узком проходе между двумя горными отрогами. Стены были высокими, башни мощными, а ворота — широкими, чтобы пропускать большие караваны.

У ворот нас остановила стража — четверо солдат в кольчугах, с копьями и мечами. Стражник внимательно изучил бумаги, сверяя печати с каким-то списком. Затем его взгляд переместился на остальных членов каравана.

— А это кто? — он указал на меня.

— Наёмный охранник, — ответил Лянь. — Ли Инфэн. Нанимал на дорогу.

— Документы? — протянул руку стражник.

Я растерялся. Никаких документов у меня не было: в деревне они не требовались, а о том, что понадобятся в городе, я не подумал.

— У меня нет… — начал было я.

— Это провинциал, — быстро вмешался Лянь. — Первый раз в большом городе. Но могу поручиться — парень честный и хорошо дрался с разбойниками по дороге.

Стражник нахмурился, но особого подозрения в его взгляде не было. Видимо, такие случаи встречались нередко.

— Хорошо, — сказал он после паузы. — Но тебе, парень, нужно в течение трёх дней обратиться к городскому секретарю и получить временное удостоверение. Иначе могут быть проблемы.

— Он идёт наниматься в гильдию, — снова вмешался купец.

— Ну, если так, — стражник кивнул. — Они сами подадут список новичков в магистрат в конце недели. Оружие при себе? — спросил сержант, высокий мужчина с седой бородой.

— Вот, — я новую бамбуковую палку, которую я срезал очередной в роще.

Это вызвало смешки у стражи, палку за оружие никто не считал.

— Драки в городе запрещены, — предупредил сержант. — Нарушители отправляются в темницу на месяц. Имей в виду.

— Конечно, — кивнул я. — Благодарю за наставления, уважаемый страж.

Внутри городских стен было ещё более шумно и людно. Узкие улочки, высокие дома из камня и дерева, вывески лавок и мастерских. Повозки с трудом протискивались между пешеходами, торговцы зазывали покупателей, а собаки лаяли на прохожих.

Мы остановились на рыночной площади у большой богатой лавки, где торговец планировал разгрузить и выставить свои товары. Здесь было относительно просторно, хотя и не менее шумно. Я к такому не привык.

— Вот мы и добрались, — сказал Лянь, слезая с повозки. — Господин Ли, позвольте рассчитаться с вами.

Он достал кошелёк и отсчитал пять серебряных монет. Но затем добавил ещё три.

— Это что? — удивился я.

— Небольшая прибавка, — улыбнулся торговец. — Видите ли, я тоже дорожу своей репутацией. А если наёмники узнают, что я оставил без достойной оплаты одного из них, будут ли они хорошо охранять мои караваны — большой вопрос. Купите себе достойную одежду, вы это заслужили.

После он достал походный писчий набор, растёр тушь и быстро написал тонкой кисточкой послание.

— Готово, — сказал он, давая туши высохнуть. — Здесь написано, что наёмник Ли Инфэн героически защитил караван торговца Ляня от банды разбойников на переправе. Проявил исключительную храбрость и боевое мастерство.

Он достал небольшую печать из резного камня и аккуратно приложил её к нижнему углу письма. Красная тушь оставила чёткий оттиск — иероглифы имени торговца в изящной рамке.

— Эта печать зарегистрирована в торговой палате, — пояснил Лянь, передавая мне свиток. — Её подлинность легко проверить. Думаю, это письмо откроет вам двери в любую уважающую себя гильдию. Хоть наёмников, хоть травников, — он слабо усмехнулся.

Я внимательно изучил документ. Почерк был ровным, красивым и уверенным, а печать — чёткой. Выглядело очень солидно.

— Отнесите его в гильдию наёмников — она находится в Оружейном квартале, на улице Острого Клинка, спросите у любого. Скажите, что идёте от торговца Ляня.

— Спасибо, — сказал я, принимая письмо и деньги с поклоном.

— Это вам спасибо, — возразил торговец. — Если когда-нибудь мне понадобится надёжный наёмник, я знаю, к кому обратиться. И ещё, просто совет на будущее от старшего… Берегите себя, молодой мастер. Таких, как ты, в этом мире быстро убивают. Либо из зависти, либо из страха.

— Почему из страха? — спросил я.

— Потому что ты слишком молод для такой силы, — объяснил торговец. — Люди боятся того, чего не понимают. А молодой культиватор, который останавливает мечи голыми руками — это нечто необычное. Многие подумают, что ты скрываешь что-то важное. Или что за тобой стоит могущественная семья.

— И что вы советуете?

— Будь осторожен с демонстрацией силы, — сказал Лянь. — Показывай ровно столько, сколько нужно для выполнения задания. Не больше. И старайся производить впечатление обычного талантливого парня, а не чуда природы.

Он помолчал, а затем добавил:

— Сегодня на пароме ты показал слишком много. Хорошо, что свидетелей было мало, и все они заинтересованы молчать.

Мы расстались на позитивной ноте, но этот урок я усвоил крепко. В следующий раз буду договариваться об оплате на берегу. До того, как рискну жизнью ради чужих людей и их денег. Нужно было быть сильным, но не слишком. Честным, но не наивным. Надёжным, но осторожным.

А главное — нужна была репутация. И теперь у меня было письмо, которое могло стать её основой.

Я спрятал деньги в кошель, взял в руку бамбуковую палку и направился в глубь города. Железная Застава встретила меня шумом, запахами и тысячей возможностей.

Начиналась новая жизнь!