Легенда о Белом Тигре 2. Серебряный шквал

Глава 11 Железо и сталь

Две недели в Железной Заставе пролетели как один день. За это время я выполнил восемь заданий — от поиска пропавших вещей до охраны торговых складов, от очистки подвалов от крыс-мутантов до сопровождения курьеров по опасным переулкам. Каждое задание по немногу приносило не только деньги, но и репутацию, а репутация в мире наёмников была дороже золота.

Мой бронзовый жетон теперь висел на кожаном шнурке на поясе, отполированный до блеска от частого использования. В журнале Лулу напротив моего имени стояли только положительные отметки: «исполнительный», «надёжный» и «результативный». Несколько заказчиков даже специально просили именно меня для повторной помощи.

Деньги я тратил экономно. Снимал ту же койку в общей спальне постоялого двора — зачем переплачивать за роскошь, когда большую часть времени проводил вне дома? Покупал простую, но качественную еду, иногда позволял себе новую одежду взамен порванной в драках. Остальное откладывал в охраняемой ячейке банка гильдии, понимая, что в мире наёмников всегда нужен резерв на чёрный день.

За эти две недели я также понял, насколько сложен мир больших городов. Железная Застава была не просто торговым центром — это был улей интриг, где каждая гильдия, каждый клан и каждый влиятельный дом играл в свою роль в бесконечной битве за власть и деньги. Наёмники в этой игре были лишь пешками, но полезными пешками. Нас использовали для тех дел, которые нельзя было поручить официальным структурам. Я старался не лезть слишком глубоко, иногда прикидываясь деревенским дурачком. Моей целью не стояло закрепиться в Железной Заставе навсегда.

Ван Сяо стал моим неофициальным помощником и источником городских сплетен. Мальчишка действительно нашёл неплохую работу, он помогал в лавке торговца тканями, у которого я очистил склад от паразитов, но при этом продолжал держать ухо востро и время от времени приносил мне полезную информацию о городских делах и всех свежих сплетнях. Я угощал его за это ужином, а также покупал сладости для его младшей сестры.

— В западном квартале опять воры орудуют, — докладывал парнишка, сидя со мной в маленькой чифаньке и уписывая лапшу за обе щёки. — Ювелиры уже третий раз за неделю жалуются. А в северном районе говорят, что кто-то скупает старые доспехи — не важно какие, лишь бы дешёвые. А ещё ходят слухи про чудовищ на севере…

Сведения Ван Сяо иногда помогали предугадать, где скоро появятся новые задания, а также от каких заданий сразу стоит отказаться. Заодно, он рассказывал мне обо всех проявлениях скверны, о которых узнавали горожане, в лавке вечно собирались свежие сплетни. Благодаря ему и гильдейским заданиям, я собирал достаточно много достоверной информации для анализа.

Слухи про чудовищ — вот что меня интересовало больше всего. Но я уже понял главную проблему: в мире, где новости путешествуют со скоростью лошади или торгового каравана, отделить правду от вымысла крайне сложно. История обрастает подробностями с каждым пересказом, словно снежный ком. Необходимо было прилагать усилия, чтобы узнать правду.

— Какие именно чудовища? — спросил я, откладывая палочки.

— Ну, дядя Чжоу из шёлковой лавки говорит, что его племянник видел огромного чёрного волка размером с быка. А тётушка Мэй клянётся, что её двоюродный брат встретил медведя о трёх головах. — Ван Сяо почесал затылок. — Но они все говорят по-разному. Кто-то про волков, кто-то про медведей, а один торговец утверждает, что видел летающую змею.

Классическая проблема слухов, передающихся из уст в уста. Люди видят что-то страшное, потом рассказывают об этом, и каждый пересказ добавляет новые детали. Особенно если рассказчик хочет произвести впечатление на слушателей или получить бесплатную выпивку в таверне за интересную историю. Но среди этой мешанины из преувеличений и домыслов должны быть крупицы истины. Не бывает дыма без огня.

— А где именно это происходило? — продолжил я расспросы.

— По-разному говорят. Кто-то называет Серые Холмы, кто-то — леса у реки Быстрой. А один купец клялся, что это было в Каменных Ущельях, в двух днях пути на север. — Мальчишка задумался. — Но странно… все эти места вроде как в одной стороне?

Умный паренёк подметил то, что я и сам начинал замечать. Все локации, которые он называл, действительно располагались в одном направлении — к северу от Железной Заставы.

Также я собирал информацию в гильдии.

На доске заданий я читал и запоминал, какие запросы появляются в гильдии, благо что заказы всех уровней, кроме высшего золотого и платины появлялись на общей доске, а потом ходил в библиотечный зал, где висела большая карта империи и окрестностей, чтобы составить представление о происходящем.

Система была простой: бронзовые задания — мелкие паразиты, вроде крыс, иногда заражённые животные. Серебряные — более серьёзные угрозы, группы искажённых зверей и небольшие очаги заражения. Часто это были совместные походы со служителями местного храма. Золотые и платиновые не вывешивались публично — их выдавали лично только проверенным группам высокого уровня.

Но даже анализируя только бронзовые и серебряные задания, можно было увидеть закономерности. Я купил бумаги, перерисовал примерную, не слишком подробную карту и завёл привычку каждый вечер подходить к главной карте в библиотеке и отмечать места на своём свитке, откуда поступали сообщения о скверне.

Первые несколько дней картина выглядела хаотично, точки были разбросаны по всей карте без видимой системы. Но к концу недели начал проявляться узор. Подавляющее большинство отметок сосредоточилось в северном и северо-восточном направлениях.

Интересно. Я начал более внимательно изучать географию региона. На западе простиралось огромное море, оттуда сообщений о скверне практически не поступало.

Основные заказы борьбы со скверной для наёмников поступали с севера и с востока, где княжество Стального Пера граничило с Империей. Я поспрашивал наёмников, бывавших в рейдах на юге, в пустыне Поющих Песков, но там о проявлениях скверны почти не слышали. Там были свои опасности, колдуны, разбойники и чудовища, но искажённых созданий почти никто не встречал.

Я собирался со временем взглянуть на то, что творится на юге своими глазами, но смысла не доверять другим пока что не было. Там картина была ясная — пустыня не подходила скверне.

Логично. Скверна, судя по всему, предпочитала влажные и плодородные земли. Леса, болота, речные долины — места, где жизнь кипела в изобилии, дав заразе больше материала для поглощения. В безжизненной пустыне ей просто не с чем было взаимодействовать. Тем не менее, я помнил о сколопендрах из горы. Там тоже не было слишком много ци для поглощения, но всё-таки эти твари там появились.

Самое интересное открытие я сделал, когда начал сопоставлять интенсивность заражения с расстоянием от границы. Чем ближе к имперским землям, тем больше становилось серебряных заданий по сравнению с бронзовыми. А значит, и более серьёзных угроз.

Но чем больше данных я обрабатывал, тем больше понимал ограниченность своих знаний. Слухи, пересказы и задания от беженцев, всё это давало лишь общую картину. Люди могли ошибаться, преувеличивать, что-то неправильно понимать. А в местах, где происходило что-то действительно страшное, свидетелей могло просто не остаться в живых.

Эта мысль заставила меня пересмотреть всю собранную информацию под новым углом. А что если то, что мы видим здесь, в пограничье — только самый край проблемы?

Да, тут не было сети, и все новости передавались письмами, на словах или особыми, очень дорогими, артефактами, но собранная статистическая информация говорила сама за себя. Источник скверны скрывался где-то на просторах Империи. Это значило, что в один прекрасный день, я буду должен вернуться туда, откуда ушёл, а для этого мне надо стать сильнее.

Причём намного… Я должен пройти весь путь Земного Странника, и возвыситься над ним, иначе мне туда не соваться в Империю.

Я должен стать сильнее. Не просто получить новую звезду — этого я мог добиться медитацией и поглощением звёздного металла. Я хотел стать настоящим воином, овладеть боевыми искусствами, научиться сражаться не только когтями, инстинктами и звериной яростью, но и оружием. Не на уровне деревенского парня, который вроде бы и знает где у меча рукоять, но у которого нет ни мастерства, ни опыта.

Давний поединок с инструктором Ван Тэ показал, что мне многого не хватает. Я мог победить противника грубой силой или скоростью, но техники у меня не было. Меч в моих руках был просто тяжёлой палкой, а не продолжением тела, как у настоящих мастеров клинка.

Это нужно было исправлять.

В один из погожих осенних дней, когда воздух был свеж и прозрачен, а солнце ещё грело, я решился на разговор с инструктором.

Ван Тэ как обычно проводил утренние тренировки во дворе гильдии. Сегодня он показывал группе новичков основы работы с копьём — простые выпады, блоки, перехваты оружия. Его движения были отточенными до совершенства, каждый жест выверенным и экономным.

Я дождался, когда тренировка закончится и ученики разойдутся, прежде чем подойти к нему.

— Инструктор Ван, — начал я, стараясь говорить почтительно, — можно с вами поговорить?

— О чём? — спросил он, вытирая пот полотенцем.

— О тренировках. Я хотел бы по-настоящему учиться у вас — правильной технике боя с мечом, основам других видов оружия. Готов платить за занятия.

Ван Тэ внимательно посмотрел на меня:

— У тебя уже есть базовые навыки и ты силён. Зачем тебе дополнительное обучение?

— Потому что базовых навыков недостаточно, — честно ответил я. — В нашем поединке вы показали мне, как выглядит настоящее мастерство. Я хочу так же владеть оружием.

— Амбициозно, — усмехнулся инструктор. — Но амбиции — это хорошо. Без них далеко не уйдёшь. Сколько готов платить?

— Что будет справедливой ценой?

— Две серебряные в неделю за три занятия. Индивидуальные тренировки, никаких групповых уроков с новичками.

Это была немалая сумма — большая часть моего недельного заработка. Но инвестиции в собственное развитие всегда окупаются.

— Договорились, — кивнул я. — Когда начинаем?

— Завтра утром, в час Дракона. И приходи голодным, с непривычки будет тяжело.

На следующий день я пришёл к началу тренировки. Ван Тэ уже ждал меня во дворе с деревянными мечами в руках.

— Первое занятие — основы основ, — объявил он. — Забудь всё, что думаешь, будто знаешь о работе с мечом. Мы начнём с самого начала.

Следующий час был для меня откровением. Оказалось, что я держал оружие неправильно, двигался неправильно и даже дышал неправильно во время боя! Ван Тэ терпеливо исправлял каждую ошибку, показывал правильную технику и заставлял повторять базовые движения снова и снова.

— Меч — это не дубинка, — объяснял он, изменяя постановку моих рук. — Это особый инструмент. Он должен резать, колоть и отводить удары противника. Сила приходит не от мышц рук, а от всего тела: от ног, через поясницу, в плечи и руки.

…

— Дыши ритмично. Удар на выдохе, возврат в стойку на вдохе. Ци должна течь по телу плавно, не рывками.

…

— Не смотри на клинок противника — смотри на его плечи и бёдра. Они покажут, куда он нанесёт удар, раньше, чем он сам это поймёт.

К концу первого занятия я был мокрый от пота и полностью измотан, но чувствовал, что узнал больше о фехтовании за один час, чем за всю предыдущую жизнь.

— Неплохо для начала, — оценил инструктор. — Учиться умеешь. Будем продолжать.

Но только обучением у Ван Тэ мои планы по самосовершенствованию не ограничивались. Мне нужны были деньги — стабильный заработок, который позволял бы не только оплачивать тренировки, но и откладывать на будущие нужды. Выполнение заказов приносило доход, но нерегулярный. Сегодня есть задание, завтра может не быть, ведь его взял кто-то другой, или задания есть, но меня к ним не допускают из-за низкого статуса.

…Я третий день сидел без заказов, и тут мне в голову пришла идея.

При гильдии наёмников была собственная кузница. Небольшая, но хорошо оборудованная. Там ремонтировали оружие и доспехи и изготавливали простые изделия для членов гильдии. Работал в ней один мастер, коренастый мужчина по имени Лю Тецзин, с руками, покрытыми шрамами от искр, угрюмым лицом и постоянно насупленными густыми бровями.

Кузница притягивала меня как магнит. Запах раскалённого металла, звон молота о наковальню, жар горна — всё это отзывалось глубоко в моей природе. Металлическое ядро в груди резонировало на каждый удар молота, а звёздный металл в жилах пульсировал в такт работе кузнеца. Тигр настороженно относился к огню, но его тоже влёк металл, поэтому я решился подойти сам.

Пару дней я просто наблюдал за работой Лю Тецзина со стороны. Мастер трудился методично и сосредоточенно, превращая куски железа в полезные вещи. Его движения были точными и экономными, ни одного лишнего удара.

Наконец я решился заговорить с ним.

— Мастер Лю, — обратился я к нему во время короткой передышки между заказами.

— Что тебе, парень? — буркнул он, не поднимая глаз от клинка, который он затачивал на точильном камне.

— Я хотел спросить… не нужен ли вам временный помощник? Подмастерье?

Теперь кузнец поднял голову и внимательно посмотрел на меня:

— А что ты умеешь?

— Немного кузнечное дело знаю, — ответил я. — В деревне помогал местному кузнецу. Умею раздувать горн, держать заготовку и делать простые операции.

Это была правда, в Юйлин я действительно много времени проводил в кузнице с кузнецом Ваном и его помощником Сяо Хэ, хотя там у нас был звёздный металл, который требовал особого подхода, но меня также научили всему, что я перечислил местному мастеру.

— Покажи руки, — приказал Лю Тецзин.

Я протянул ладони. Мастер внимательно осмотрел их, отметив мозоли и небольшие шрамы — следы работы с инструментами и оружием.

— Руки рабочие, — констатировал он. — Но это ещё ничего не значит. Половина наёмников считают, что умеют обращаться с металлом, потому что могут размахивать мечом. А между тем кузнечное дело — это искусство.

— Я понимаю, — кивнул я. — И готов учиться.

— Ишь ты… — Лю Тецзин почесал бородку. — А что ты хочешь за работу?

— Крышу над головой, еду и возможность учиться ремеслу. Деньги не главное.

Мастер удивлённо поднял бровь:

— Не главное? Странно слышать такое от наёмника.

— Я считаю, что хорошее ремесло важнее быстрых денег, — объяснил я. — Научусь как следует, и заработок сам придёт.

Лю Тецзин долго молчал, обдумывая моё предложение. Потом кивнул:

— Хорошо. Испытательный срок — неделя. Если понравишься, то останешься на более долгий срок и буду платить. Но учти, я строг с учениками. Ошибок не прощаю и лени не терплю.

— Понял, мастер.

— Тогда начинаем прямо сейчас. Видишь вон ту кучу лома? — он указал на угол кузницы, где валялась груда погнутых мечей, сломанных наконечников копий и изъеденных ржавчиной кольчуг. — Нужно всё это разобрать, очистить от ржавчины, рассортировать по виду металла. То, что можно восстановить — в одну кучу, то, что годится только на переплавку — в другую.

Работа оказалась не из лёгких. Каждое изделие нужно было внимательно осмотреть, определить степень повреждения, решить — стоит ли его ремонтировать или лучше пустить в переплавку. Ржавчину приходилось счищать специальными щётками и особо подготовленным песком, что требовало времени и терпения.

Но я не жаловался. Более того, работа с металлом доставляла мне удовольствие. Металлическое ядро ци в груди откликалось на каждое прикосновение к железу, помогая определить качество сплава, глубину повреждений и возможности для восстановления.

К концу дня я перебрал добрую половину кучи металлолома. Лю Тецзин периодически подходил и проверял мою работу, молча кивал и возвращался к своим делам.

— Неплохо для первого дня, — сказал он вечером, осматривая результаты. — Ошибок немного, сортировка правильная. А вот это как ты определил? — он взял в руки погнутый кинжал, который я отложил в кучу «на переплавку».

— Сталь некачественная, — ответил я. — Слишком много примесей и структура неоднородная. Даже если выправить форму, клинок всё равно сломается при первом серьёзном ударе.

Мастер удивлённо посмотрел на меня:

— Откуда такие знания? В деревенских кузницах редко разбираются в тонкостях металлургии.

— Мой… учитель был весьма опытным мастером, — ответил я уклончиво. — Много чего рассказывал об особенностях разных сплавов.

Это была полуправда. Кузнец Ван действительно был талантливым, давал мне ознакомиться с записями своего деда, которые я выучил наизусть. Но знание и понимание — это разные вещи. Мои знания о металле приходили не только из книг. Звёздный металл в моих жилах позволял чувствовать структуру любого железного изделия, определять его качество практически на ощупь.

— Интересно, — пробормотал Лю Тецзин, бросая на меня задумчивые взгляды из-под густых бровей. — Завтра посмотрим, как ты справишься с более сложной работой.

Второй день принёс новую задачу. Теперь мне доверили не только сортировку лома, но и восстановление простых изделий: наконечников стрел, гвоздей и подков. Работа требовала аккуратности и внимания к деталям.

Я выправлял погнутый металл, счищал ржавчину и точил затупившиеся лезвия. С каждым движением молота или напильника металлическая ци в моём теле отзывалась, помогая чувствовать материал, с которым я работал. Я делал это в некой полумедитации, как кузнец Ван, когда он работал с сердцем горы. Моя ци как будто напитывалась самой сутью металла, той самой эссенцией, что была заложена в основах У-Син.

— Ты странный ученик, — заметил Лю Тецзин в середине дня, наблюдая, как я восстанавливаю повреждённый наконечник копья. — Работаешь как человек с многолетним опытом, а говоришь, что только начинаешь учиться.

— Вы хороший учитель, я многому у вас научился, — ответил я, стараясь не выдать истинную причину своих способностей.

— За два дня-то?.. — произнёс мастер задумчиво. — Может быть. А может, ты просто талантлив и у тебя склонность к кузнечному делу. Такое иногда случается.

Я только скромно кивнул, принимая похвалу.

К концу недели стало ясно, что испытательный срок я прошёл успешно. Лю Тецзин официально принял меня в подмастерья с жалованьем в полсеребряной в неделю, плюс питание и место для ночлега в небольшой комнатке за кузницей.

— Твоя основная обязанность, — объяснил он, — поддержание оружия и доспехов наёмников в боевом состоянии. Чистка, заточка и мелкий ремонт. Всё, что требует серьёзного восстановления или изготовления с нуля — это уже моя работа. Справляешься — три серебряных в неделю твои.

— Понял, мастер.

— И ещё одно. Ты можешь продолжать брать задания от гильдии, если у тебя есть время. Лулу уже приходила и просила не удерживать тебя, похоже ты у них хорошо справляешься. Но работа в кузнице имеет однозначный приоритет. Если я позову, то бросаешь всё и идёшь сюда.

— Конечно.

Новая работа оказалась идеальной для моих целей. Постоянный доход позволял не беспокоиться о деньгах на еду и жильё. Я смог съехать из постоялого двора и обосноваться за кузницей. Это место было поспокойнее и получше, каморка была полностью моей. Я прибрался там как мог и теперь жил один. Как же это было прекрасно! Никакого храпа, никакой вони от человечьих тел! Работа с металлом развивала мою ци, делала связь со звёздным металлом в жилах сильнее и стабильнее. А близость к оружию и доспехам других наёмников давала возможность изучать разные типы снаряжения, понимать их преимущества и недостатки.

Но самое главное — новая работа открыла передо мной неожиданную возможность для развития способностей.

Я вставал рано, занимался медитацией в тренировочных залах гильдии, пока там не было никого, и начал замечать, некоторые вещи, о которых не задумывался ранее.

Работая в кузнице, я постоянно контактировал с разными металлами — железом, сталью и бронзой. И постепенно у меня возникла интересная мысль: а что если моя способность к поглощению работает не только со звёздным металлом? Что если я могу усваивать и другие виды металлов?

Я был далеко от наставника Лао Вэня и не мог с ним советоваться, так что я решил экспериментировать сам.

Для проверки этой теории мне понадобились образцы. Серебряные и медные монеты у меня уже были — часть заработка в гильдии и кузнице. А вот олово и золото пришлось покупать специально.

В торговом квартале я нашёл лавку, где торговали материалами для ремесленников. Хозяин, пожилой человек с умными глазами, продал мне небольшие кусочки олова и даже крохотный золотой слиток размером меньше чем с половину ногтя.

— Для экспериментов? — поинтересовался он, принимая мои деньги.

— Хочу попробовать сделать особый сплав, — ответил я уклончиво. — Изучаю свойства разных металлов.

— Похвально, — одобрил торговец. — Молодёжь должна стремиться к знаниям.

В тот вечер, когда Лю Тецзин ушёл домой, я остался в кузнице один. Достав серебряную монету из своего кошелька, я сел в позу для медитации и попытался повторить процесс, который много раз проделывал со звёздным металлом.

Первые попытки не дали результата. Серебро сопротивлялось, не желая растворяться в потоках ци. Но постепенно, направляя всё больше энергии на процесс поглощения, я почувствовал, как металл начинает поддаваться.

Серебро растворилось медленнее, чем звёздный металл, и ощущения были другими. Если звёздный металл давал силу и выносливость, то серебро повышало чувствительность. Я стал лучше слышать, тоньше различать запахи, острее видеть в темноте.

Интересно.

За следующие несколько дней я провёл ещё несколько экспериментов с медной монетой из заработка, с купленным кусочком золота и с оловом. Результаты были разными. Медь улучшала проводимость ци по меридианам, золото укрепляло ментальную устойчивость, а олово делало кожу более устойчивой к порезам и ожогам.

Все эти изменения были незначительными, ничто по сравнению с тем эффектом, который давал звёздный металл. Но они подтвердили мою догадку: моя способность к поглощению металлов не ограничивается только железом.