Рожденные в огне. Книга 1. Трон

19. ЧТО СО МНОЙ?

Нитон

Натурально охреневая от того, что какой-то простой кусок железа вдруг пробился сквозь мои щиты и смог причинить мне настоящие повреждения, я активировал «Скрыт» и метнулся в сторону — и, как оказалось, вовремя! Мимо просвистел такой залп стрел, что… Раз уж мои щиты начали так сбоить — я б запросто стал похож на подушечку для игл. Что в данной ситуации, возможно, стало бы фатальным.

Да в рот мне ноги, это ж надо так здорово ошибиться в расчётах! Выходит, до конца мне осталось совсем немного? И что — прямо здесь??? Нет-нет-нет-нет-нет! Прошу пардону, но я так не договаривался! Снова вот этот пубертат (как по-научному назвал сей возраст один из моих давних знакомцев), пушок над верхней губой, нескладность тела и бешенство плотских желаний? Без меня! Как хотите — без меня!

Однако, если б я знал, ни за что бы в эту авантюру не вписался. Да что там говорить, если б я хотя бы подозревал, я сейчас не то чтобы на полпути, я бы уже на месте был! А может быть, уже и…

Меня ведь сейчас натурально прикончить могут! Последние дни перед перерождением у наших — самый уязвимый возраст!

Срочно надо обновляться. А то ведь реально убьют.

Несмотря на бешеную карусель мыслей, крыльями я взмахивал предельно аккуратно, чтобы не выдать себя резким движением воздуха, а по возможности замаскироваться под порывы ветра. Выбрал местечко поспокойнее и приземлился за кустами. Осмотрел ногу. Кровь всё ещё сочилась из раны. Однако, дело — швах. Нет, серьёзно, если мне такие повреждения простая железка может выдать, пора эту охоту спешно сворачивать. Только вот как? Надо подумать.

А вообще у этой кандидатки на трон нормальная команда. Мне они пока больше всех понравились. Вот не знаю почему, на глубинном уровне восприятия, но точно гораздо больше, чем команда Ружа. Хотя у него, возможно, и мощнее. У него-то яблочка с благодатью во время схватки не было, за счёт собственных сил вывозил. Но вот гниловато у него всё устроено. Убивать своих соратников за небрежно сказанное слово? Это как-то неправильно. Ненормально даже, я б сказал. И почему-то я не думаю, что став королём, Руж избавится от своих мерзких привычек. Скорее, наоборот. А такого добра мы уж с прежней династией насмотрелись, я говорил.

Из раздумий меня вывел голос:

— Где он?

— Заклинания обнаружения не работают!

Вот бестолковки. Ещё бы ваши заклинания «Скрыт» пробили! Смешно три раза.

— Держи её! Стин! Лечи!

— Не работает! Заклинания словно стекают с неё!

О! Это точно не я! Возможно, «Ответ» жаждет продолжить схватку и довершить начатое им дело? Не стоит, пожалуй. Что-то у меня возникло желание присмотреться к этой девице повнимательнее.

Я живо прибрал копьё в схрон. Вот теперь по меркам мироздания бой закончен.

А вокруг принцессы продолжалась суета:

— Ещё давай! Ещё!

— Опа! Работает! Работает!

Ну ещё бы.

А вообще — молодцы! Бьются за свою госпожу. Хотя ещё бы не биться — возможная будущая королева.

Вот, опять же — и внутреннее взаимодействие в этой команде лучше налажено!

Решено. Надо с ней как-то приватно пообщаться. Без всех этих дурацких огненных и ледяных эффектов. И чтоб стальными острыми штучками в меня не тыкали. Так что пойду-ка я за ними. Тихонько-тихонько. Если бы только нога так не болела. А главное — рана не заживает! Я ещё раз взглянул на кинжал. Обычная острая стальная хреновина. Но то, что рана на мне не затягивается — дурной, очень дурной сигнал.

— Юрген! Ты попал в него? — О! Принцесса очнулась. — Ты попал? Мне не показалось?

— Попал. А толку? — хмуро ответил невысокий худенький паренёк.

— А как же твой дар? — изумлённо спросила его стоящая рядом зеленоволосая девушка.

— Значит — не сработал! — огрызнулся паренёк. — И кинжал пропал!

— Да там не кинжал, а две серебрушки у кузнеца. Я тебе новый куплю! — похлопал его по плечу здоровенный рыцарь в закопчённых и порубленных доспехах.

— Это папин нож. Он мне его на совершеннолетие подарил, — буркнул паренёк.

Вот же какая сентиментальная штуковина-то, оказывается. Надо бы вернуть при случае.

Отряд претендентки на трон, ощетинившись разнообразным оружием и веерами обнаруживающих заклинаний, споро бежал по дороге. Судя по всему, к последней непосещённой мною деревушке. Видимо к лагерю? Пришлось пешочком топать за ними. А с другой стороны, тише едешь — дальше будешь. Или в моём случае — будешь здоровее, это точно.

...

Лагерь оказался защищён многократно слабее, чем крепость Ружа. Сторонники принцессы просто сняли все заборы в деревушке и перетащили их в центр, основательнее огородив пару дворов. Ну и пару наблюдательных постов на крышах деревенских изб посадили. На фоне Ружа, мягко скажем, не густо.

Конечно, все эти ограждения были усилены магией, и в астральной проекции было видно, что уж на сигнализации точно не экономили. Аж восемь независимых контуров! Вот только общая безалаберность портила картину. Там где у принца всё было выверено и по линеечке — тут, простите меня, как бык поссал. Выражаясь военным языком, разброд и шатания. Или я придираюсь?

Народ в лагере подобрался в основном молодой, так что некоторое разгильдяйство было объяснимым. Только как вы будете королевством править, а?

Встречали нас, кстати, невесело. В смысле — их встречали, отряд. Слишком многие остались на месте стычки с людьми принца Ружа. Вон девушка выскочила, глаза светились надеждой, а теперь она горько рыдает, а воин в порубленной пыльной броне неловко утешает её, боясь прикоснуться ко вздрагивающим плечам…

Раненую принцессу споро утащили в центральную избу, и у её входа встал стражником тот паренёк, что сокрушался о потере отцовского кинжала. Правда, от «Скрыта» он защитить свою повелительницу не смог. Я с улыбкой проследил, как он, даже не осознавая этого, посторонился, пропуская меня. «Скрыт», конечно — легенда среди маскирующих артефактов!

Осторожно ступая, я зашёл в избу. Богато жили бывшие хозяева! Аж три спальни, выходящие в центральную залу с непременной печкой. Голос принцессы, раздававший какие-то указания, слышался из первой, по правую сторону. Вот же неугомонная! Я встал в углу, чтоб никто на меня не налетел случайно, и ещё раз осмотрел свою ногу. Вроде, рана начинает затягиваться. А то меня-то под артефактом никто не обнаружит, а вот остающиеся за мной кровавые шлёпанцы — вполне. Панику подымут, суетиться начнут. Ни к чему мне это сейчас.

Вскоре от принцессы вышли трое, два рыцаря и девушка-маг. Вот теперь пора и мне нанести визит. Интересно, будет ли принцесса Элана рада?

Я зашёл в комнатку. Кровать, стол и лавка. На большее-то и места нет. Хотя по деревенским меркам — просто хоромы!

Элана устроилась на кровати полусидя, откинувшись на заботливо свёрнутое валиком одеяло. Умоталась, бедолага. Так, демон, настало твоё время! Я сместился ближе, достал трофейный ножик и аккуратно приставил его к точёной шейке. Главное, чтоб не порезалась. А то знаем мы их, молодых-горячих.

— День добрый, госпожа принцесса. Не желаешь ли побеседовать?

— Нитон! — выдохнула Элана.

— Он самый, единственный и неповторимый! И если ты пообещаешь не делать глупостей, я уберу нож, и мы сможем спокойно и, уверен, с пользой для обеих сторон пообщаться. Как тебе такой расклад?

Я уверен, Элане было страшно. Просто до усрачки. Но королевское воспитание всё-таки дало себя знать. Она выразительно качнула ресницами и произнесла:

— Я склонна принять твоё предложение.

Красиво сказано! Принцесска ещё немного выросла в моих глазах.

— Отлично! — На колени Элане упал нож. — Эту вещицу неплохо было бы передать твоему защитнику, благородная Элана. Кажется, сей предмет имеет для него весомое сентиментальное значение.

А что? Я тоже могу в куртуазность!

Принцесса поёрзала в кровати, садясь прямее.

— О чём ты хотел бы поговорить со мной, господин Нитон? — Видеть она меня всё ещё не могла, а с обонянием у неё, как и у большинства людей, было не очень. Так что она говорила, старательно пялясь в пустоту перед собой. Выглядело забавно, впрочем, мне эта ситуация удобства тоже не добавляла. Ладно. Это всё лирика. Теперь о серьёзном.

— Для начала скажи-ка мне, принцесса Элана, как в столице собирались определить, что предъявленное сердце — именно моё?

Она, кажется, удивилась:

— Демоны, убитые в нашем плане, сгорают в пепел. И ещё никому не удавалось остановить этот процесс.

Опа! А об этом я и не подумал! Действительно же…

— А я, значит, сгореть не должен? Оригинально!

— Как ты сам только что сказал, ты единственный и неповторимый! — ты смотри, она ещё и язвит! Уважаю!

— Допустим. Но почему нужно именно моё сердце? Именно моё? — продолжил допытываться я. — И, кстати, крикни там кому-нибудь, чтоб нашей беседе не помешали. В твоих же интересах.

— Хорошо! Юрген, ко мне! — крикнула она. В комнату заглянул паренёк-стражник. — Во-первых! Никого сюда не пускать до особого распоряжения! И вот ещё что. Забери свой кинжал!

Она протянула мой подарок рукоятью вперёд. Парнишка с вытаращенными от удивления глазами осторожно взял его и резко кивнул.

— Понял! Исполню! — поклонился и выбежал из комнаты.

— Итак, вернёмся к нашей животрепещущей теме, — я удобно уселся на противоположном краю большой принцессиной кровати, оперевшись о изножье и кинув себе под спину свободную подушку для мягкости. Движение подушки не осталось незамеченным, да и колебания кровати Элана почувствовала и сердито подобрала ноги. А я продолжил: — Значит, за исходное утверждение мы принимаем то, что все демоны сгорают во время смерти. В пепел. И тем не менее, вы все пытаетесь вынуть моё сердце. Ты не видишь здесь противоречия, умненькая девочка?

— Я не знаю, почему отец решил, что с тобой будет по-другому! — прошипела принцесса, совсем собираясь в комочек.

— Но он ведь уже пытался решить эту проблему, верно? Именно таким способом? Пытался достать демоническое сердце. Иначе с чего бы вдруг появиться королевским отрядам охотников на демонов? Раньше всегда обходились патрулями боевых монахов.

— Да, — неохотно согласилась она. — С тех пор, как женился на этой стерве. Семь лет как.

— И за все семь лет, — методически продолжал опрос я, — остальные охотники на демонов не справились с поставленной задачей? Ничего не добыли, так? Хотя чего тут спрашивать! Если б добыли, всего этого цирка и не понадобилось бы. Особенный, значит… Поня-а-атненько. Ох, Фракс! Твой долг ко мне растёт просто с невообразимой скоростью!

Элана вытаращила глаза и даже рот слегка округлила:

— Какой долг? — Вот оно! Извечное любопытство женской половины человечества…

— Обычный такой долг. Кровный. Он мне ещё с восшествия на трон задолжал… Видать, забыл…

Я прокручивал в голове варианты. Выходило скверно, как ни поверни. Я аж с кровати слез и принялся было прохаживаться, да нога опять заболела.

— Мда. Ничего, я ему напомню. Ладно. Слушай сюда, принцесска. Мне, по большому счёту, без разницы, кто из вас, гадёнышей, на трон свою задницу взгромоздит. Это же внутреннее, человеческое дело, так? — последнюю фразу я прошипел ей в ушко, так что Элана крупно вздрогнула. — Так! Но что мешает мне посмеяться напоследок? А?

— Но ты же…

— Что??? Я — Серый демон. Де-е-емо-о-он! Ау-у! Мне ваши человеческие проблемы вдоль крыла! Но есть нюанс! Эй, ты ещё тут? — слегка встряхнул я собеседницу.

— Тут, — пискнула она. — Куда я денусь?

Кажется, она меня боится. Не физической смерти, а вот этого, слегка безумного голоса. И правильно. Давно бы так.

Я слегка переместился и пропел в другое ухо:

— Умница моя! Слуш-ш-ш-шай… — я зашептал тише: — Ита-ак! Я принесу тебе сердце демона. Увы и ах — не моё, не надейся. Но настоящее сердце, которое не истлеет и не рассыплется пеплом у тебя в руках. А пока я тебе его несу, твоя задача, — я прошипел совсем тихо: — убрать Ружа и остальных претендентов…

— Убить вообще всех⁈

— М-м-м… Хорошо, сузим задачу. Ружа и тех, кто захочет столкнуть тебя с престола. Это будет честно. Ты можешь искать соратников, союзников… Но… Не разочаровывай меня, хорошо? Я только-только поверил в принцессу Элану… — прошептал последние слова совсем тихо, незаметно приткнув яблочный артефакт-накопитель рядом с подушкой, и неслышно вышел из комнаты.

Теперь нужно отойти подальше… Опа! А вокруг домика принцессы сужался круг её сторонников, и все такие сосредоточенные, с оружием в руках. Никак, бунт на корабле?

Подожду-ка.

Оказалось — таки нет, никакого восстания недовольных и прочих предательств. Видимо, Юрген, не к добру будь помянут, что-то услышал подозрительное. И решил героически спасти принцессу! Молодец какой. Юноша с инициативой.

Тройка боевиков ворвалась в избу, старательно обходя меня. Это было бы смешно, если бы не было так жалко. Из комнаты Эланы раздались короткие разгневанные приказы, и горе-спасатели, опустив оружие, вышли обратно на двор.

Не получилось героическими героями побыть, да? Незадача. Оно всегда так, если с демонами свяжешься. Особенно с серыми.

Ладно. Посмеялись и будет. У меня приглашение на Нижний план пылится невостребованное…

Татьяна

Наверное, я спала. И снился мне огонь. Он был просто повсюду, словно я сижу внутри огромной печи. При этом, понимая, что телу моему, кажется, не особенно хорошо, мне было как будто бы очень комфортно там, внутри этого огня. И совершенно не хотелось уходить.

— Парадокс, — это я сама себе внутри сна сказала. — Когда жар, должно быть плохо, правильно? Почему ж мне тут так удобно? Классно даже, прям обалденски.

Тут я испугалась и подумала, что, может быть, у меня реакция по типу тех замерзающих, которые уже всё, последние ниточки к жизни обрывают, а видят при этом умиротворяющие сны? То есть, вы поняли, да? Может, я от жара тут уже ласты склеиваю, а сама такая вся лежу и жизни радуюсь.

— Ну зашибись! — сказала я себе сердито. — Так бездарно закончить попаданчество в магический мир — это же надо суметь!

— Что? — спросила печка как будто бы знакомым голосом. — Что ты говоришь, Таня?

— Я говорю — это ж безобразие, жёваный крот! Не успела новую интересную жизнь начать — и всё, кирдык!

— А что такое «кирдык»? — ко мне как будто придвинулась часть жара, и в ней проявились смутно знакомые черты. — Попей, Таня, я тебе компота принёс.

Моих губ коснулся край чашки, и…

Мамочки!!!

Внутрь меня полилась жидкость, показавшаяся мне после царящего вокруг жара такой ледяной, что я живо представила себе, как я сейчас резко и неравномерно остыну, как неправильно обожжённая керамическая ваза, и разлечусь на тысячу дымящихся черепков! От страха я поперхнулась и компот брызнул во все стороны.

— Ну вот, — расстроенно сказал мой странный собеседник, — теперь одеяло мокрое… Проснись уже, Таня! Ты же умеешь лечить. Полечи себя…

Полечи себя… — затухающим множественным эхом откликнулось в сознании. — Полечи… Полечи… Полечи… полети…

Полети?

Я прислушалась к себе.

Казалось, что тело стало таким лёгким, что я и впрямь могла бы полететь. Только сперва хорошо бы привести в гармонию внутреннее с внешним.

Ушам было щекотно. Отчего? Дошло — это капли пота катятся. А я уж сперва подумала, что муравей по мне бегает. Хотя откуда тут взяться муравьям? Нитон сказал, что от всех лишних тварей усадьба укрыта.

Пот хотелось стереть, но руки словно свинцом налились.

И тут я почувствовала, как кто-то вытирает мне лоб влажной тряпочкой. А, это же тот мальчик, Руди… От прикоснувшейся ко лбу прохлады меня вдруг так затрясло, аж зубы заклацали.

— Таня, не умирай…

Он плакал. А я лежала, как колода, и ничего не могла сделать.

И тут я рассердилась.