Под сенью леса

Глава 11

Следующие недели нам было не до развлечений. Охотники, на этот раз пройдя аж на целый день пути в сторону портала, обнаружили богатое место с россыпями орехов, которые хорошо ценились у скупщиков, и вскоре мы вчетвером уже готовились к длительному рейду.

Наверное, со стороны должно было показаться странным, что группа покидает форт не с пустыми рюкзаками, как обычно, а груженные по полной программе. Но, к моему удивлению, никто даже внимания на такое не обратил. Всем было плевать. А торговцы, так и вовсе радовались, когда группа, потратив кучу денег, закупалась всем необходимым, набивая рюкзаки. И уж конечно всем было плевать, когда группа не вернулась вечером, как положено. И даже через неделю, я думаю, никто особо не расстроился…

Впрочем, не могу сказать, что подобное отношение меня расстраивало. Скорее наоборот. За прошедшее время мы так и не перестали чувствовать себя чужими в этом мире, а значит, чем меньше внимания, тем нам спокойнее. И даже более того, в лесу я чувствовал себя намного лучше, чем в форте. Хотя, были у меня подозрения, что тут то как раз все дело в магии, которой за пределами леса почти не было.

Но, возвращаясь к походу, могу сказать, что это было сложное испытание… Особенно первые сутки, когда, прибыв на место, уже в сумерках, мы усталые и голодные, махали лопатами как четыре экскаватора, выкапывая себе нору для ночевки. И всю ночь так и не сомкнули глаз, слушая как ночные хищники, неподалеку, едят кого-то. И радовались, что не нас…

Нет, конечно на одну только удачу мы не рассчитывали, и вокруг места стоянки охотники щедро побрызгали какой-то дрянью, призванной отогнать незваных гостей. Но это в теории. А на практике, все равно было страшно.

И надо ли удивляться, уже на следующий день нора была углублена и расширена, а в последствии и вовсе укреплена изнутри бревнами, добытыми тут же. Но, как выяснилось чуть позже, все самое интересное только начиналось…

— Тихо! Пригнись и давай сюда! — зашипел Федя, стоило мне выбраться из землянки утром, почти выспавшимся, и даже готовым к новым трудовым подвигам. Накануне мы закончили укреплять временное жилье, и уже предвкушали сбор добычи, ради которой и собрались в долгий поход. Ну, ладно, мы с Федей предвкушали, охотники же лишь усмехались, глядя на нетерпение новичков. И сейчас нам предстояло понять, почему.

— Что там? — Сняв предохранитель с карабина, я подполз к другу, и заметив, что никаких врагов не ожидается, смерил друга тяжелым взглядом.

А тому, на мое недовольство было глубоко плевать, поставив на винтовку спрятанный до поры прицел, он уже выцеливал среди зарослей небольшого оленя, который разбив копытом, валяющийся на земле орех, размером с яблоко, с удовольствием лакомился деликатесом.

— Чего смотришь, страхуй! — Нетерпеливо прошептал, вдруг Федя — Вдруг одной пули не хватит, где мы его искать будем?

Вот только пока я, еще не до конца отошедший со сна, приготовился стрелять, олень уже расправился с орехом, и нетерпеливо мотнув внушительными рогами, вдруг шагнул вперед, почти целиком скрывшись за мощным деревом, оставив на виду только заднюю половину тела.

— Вот же, козел шерстяной… — Прошипел Федя, опуская ствол на бревно, за которым укрылся — А ты чего телился, быстрее не мог? Жди теперь, пока он снова покажется…

— Так может пусть сваливает? — неуверенно предложил я, вспомнив, как Пушок испугался более крупного оленя — Мало ли, что он умеет? В этом лесу безобидных зверей нет.

— А жрать мы что будем? Орехи, которые еще не собрали?

В общем, спорить я, конечно не стал. За время стройки мы основательно подъели наши припасы, и хотя Арвик предупредил, чтобы не переживали на эту тему, и он добудет еды, упускать такую возможность было глупо. А потому мы замолкли, и тихо лежали в укрытии, ожидая удобного момента для выстрела.

А между тем, олень расправившись, видимо, со следующим орехом, поднял голову, и осторожно оглядевшись, снова шагнул вперед, ближе к дереву, усыпанному плодами. И наконец-то, открылся нам почти полностью.

И, казалось бы, наш обед был почти в кармане, осталось только выстрелить, да разделать… Взметнувшиеся корни дерева мгновенно оплели ноги зверя, прижав его к земле, под испуганный вскрик животного. И даже в такой ситуации, олень попытался сопротивляться, сковырнув блеснувшим словно сталь рогом один из корней, но из земли уже выныривали новые плети, оплетая животное все сильнее. А самое главное, даже на таком расстоянии я видел, как из рогатого стремительно утекает магия, исчезая под землей, словно по тонким живым шлангам.

— Да ну нахер… — выдохнул рядом Федя, жадно уставившись сквозь окуляр прицела на происходящее — Я туда не полезу!

Я же, вслух ничего не озвучивал, просто не найдя слов. И лишь когда животное окончательно затянуло под землю, глядя как разглаживается почва, скрывая ловушку, молча отошел обратно к землянке, где и сел, прислонившись ко входу.

— Нет, ты видел, видел? — С круглыми глазами, глядя на меня, тараторил Федя — Там же не было никаких следов волшебства! Я еще вчера на эти деревья посматривал! Орехи буквально светятся, а ствол и ветки пустые!

— Видел… — просто кивнул я, вспоминая, как уверенно ходил по лесу, полагаясь на магическое зрение для определения опасностей — Век бы их не видеть…

Надо ли говорить, что к возвращению охотников, отправившихся перед рассветом за добычей, мы были полны вопросов?

Но, как выяснилось. Не бывает нерешаемых задач, особенно если есть знания. И вскоре охотники продемонстрировали на своем примере способ добычи орехов, относительно простой и безопасный. Хотя и муторный. И совсем не интересный…

Для начала, определив место сбора, охотники аккуратно разметили колышками безопасные места, огородив границы, за которые заходить нельзя. На глазок, поскольку угадать какой длинны корни у хищных деревьев было невозможно. Но иногда следы животных, обрывающиеся в какой-то момент, позволяли хотя бы косвенно прикинуть опасную зону.

Ну а дальше началась непосредственно работа. И если в первый день улов был весьма богатым, поскольку мы просто ходили и собирали в мешки орехи из безопасных зон, то потом все заметно усложнилось.

Из рюкзаков были извлечены мотки веревок, к которым были привязаны эдакие грабли, с зубцами в обе стороны, и с того момента, каждый орех приходилось вытягивать к себе таким вот приспособлением. Раз за разом… При этом, как правило, пока трое работали, один постоянно находился на страже, охраняя работников от непредвиденных опасностей.

В итоге, уже на второй день нудной «рыбалки», я стал все чаще задумываться о посторонних вещах, в основном, конечно же о магии. Ну и анализировать все, что к тому моменту накопил, раз за разом катая в голове обрывки знаний. И конечно не забывал добывать новые.

— Слушай, а вы с Арвиком вместе учились? — в очередной раз подловив Марка на отдыхе, снова допытывался я — Ну, магии?

— Нет никакой магии! — устало отмахнулся охотник, но больше спорить не стал, лишь отрицательно мотнул головой, и лаконично ответил: — В разных.

— А есть разница в том, чему учат? — не отставал я, краем глаза наблюдая, как светятся волшебством глаза и уши Арвика, дежурящего в этот момент с винтовкой в руках.

— Есть. — Коротко ответил охотник, и вздохнув, принялся рассказывать, поняв, что отвязаться от меня не получится. Разве что плюнув на отдых идти опять работать, но за половину дня мы настолько вымотались, что руки едва поднимали.

Так что вскоре я узнал, что во всех школах есть свои направления. Кто-то учит адептов усиливать мышцы, кто-то работает с органами чувств, а кто-то и вовсе нервы магией напитывает, ускоряя реакцию. Опять же, подход к учебе, видимо, был разный, но чем он отличается, я понять пока не смог.

— Накопишь денег, отправляйся сам в школу, там и узнаешь подробности! — Наконец не выдержал Марк, и подхватив снаряжение, отправился таскать орехи. Ну а я, последовал его примеру, обдумывая новые вводные, которые все усложняли. Нет бы обучать всему и сразу?

И конечно же природное любопытство не давало мне просто сидеть и ждать. А потому, поняв, что никто мне ничего внятного не расскажет, поскольку из крох информации быстро стало понятно, что методика обучения в школах довольно странная, и больше напоминающая простые тренировки в попытках обуздать что-то внутри себя, я начал пробовать выкачивать магию из орехов в минуты отдыха. Так же как когда-то из накопителей. Иногда даже успешно, и тогда орех буквально за час портился, наливаясь чернотой, а затем быстро сгнивая. Но чаще впустую, во время отдыха тиская орех, пытаясь зацепиться за искорки внутри.

А еще через несколько дней, охотники, собрав в рюкзаки первую партию добычи, отправились ее сдавать, строго настрого приказав нам не подставляться.

— Метки мы подновили, но если услышите, или увидите что, сразу в землянку, и не высовывайтесь! — Наставлял Марк, перед уходом — Не рискуйте, лучше время потерять, чем жизни. И если работаете, то один всегда следит за окрестностями.

— А почему бы не собрать побольше, да всем четверым не отнести?

— Нельзя. — Мотнул головой охотник, и поспешил пояснить — Если в одном месте много добычи, то рано или поздно это приманивает зверей. Всегда! Как и большие группы людей, иначе мы бы сюда десяток новичков пригнали, и разом все собрали.

— Так, теперь рассказывай, что ты там творишь с орехами! — Стоило охотникам уйти, взорвался вопросами Федя. А выяснив все что хотел, тут же продемонстрировал более простой способ, банально сожрав съедобную часть плода — Вот и вся! Вся энергия поглощена, быстро и без забот!

— Да ну тебя! — Усмехнулся я на дружескую подначку, и уже серьезно добавил — Видел, как Арвик энергию к голове собирает? А я нихрена не могу внутри себя искрами управлять. Вот и тренируюсь на орехах.

— Тренироваться надо на живых организмах, толку от орехов…

— И где я тебе животное возьму? — Возмутился я — Такое, что нас не сожрет, пока я экспериментировать буду?

И все же, сказанное другом засело в голове занозой, и когда оставив его на посту, я отправился собирать новую партию орехов, моя голова была занята именно этим. Наверное только так можно объяснить то, что произошло дальше. Ну еще, рутиной и обыденностью работы, которая начала размывать понимание опасности.

В какой-то момент, доставая очередной орех, я банально споткнулся о колышек, и не успев среагировать, рухнул в прелую листву, за границей безопасной зоны. И тут же рванулся назад, даже не пытаясь подняться, но откуда-то из-под земли взметнулся корень, и почти на пределе своей длины, обвил мое запястье. А потом, стремительно потянул к себе, утапливая в неожиданно мягкой почве, словно в болоте.

Конечно же я сопротивлялся как мог, но в рыхлой земле было не на что опереться, и я медленно, но неотвратимо съезжал все ниже и ниже, целиком скрывшись из виду.

В какой-то момент я сумел дотянуться до ножа, и полоснул по корню, отрезая тонкую плеть, но почти сразу меня подхватили новые корни, впиваясь в тело острыми шипами, вместе с кровью вытягивая из тела что-то жизненно важное…

Что, что… Искры, конечно! — Промелькнуло в голове, пока я извернувшись, попытался срезать новую плеть, но нож, зацепившись за что-то, выскользнул из слабеющей руки, и мгновенно потерялся в почве.

Все больше паникуя, я попытался позвать на помощь, но едва не задохнулся, когда в глотку вместо воздуха попала земля…

Сознание начало плыть, и при этом, даже сквозь плотно закрытые веки я видел, как пульсируют неохотно покидающие мое тело искры, а едва оказавшись на свободе, резко ускоряются, улетая куда-то вдаль.

Наверное, в нормальном состоянии я бы еще трепыхался, до последнего пытаясь вырваться, но в тот момент, со скованными конечностями, я только и мог скрипеть зубами. Постепенно чувствуя, как паника сменяется ненавистью… И в какой-то момент, почти потеряв надежду на спасение, я мысленно вцепился в очередной огонек, со всех сил стараясь удержать его на месте. И искра замедлилась, отвечая на мои усилия!

«Давай, давай!» — Мысленно орал я, постепенно растворяясь в ручейке волшебства, словно собственным телом затыкая прорехи, а когда понял, что искры больше не убегают, а остаются на месте, скопившись в ранах, пошел дальше, потянувшись по почти иссякшим ручейкам магии, к тому что уже потерял. Но очень хотел вернуть!

Не знаю, сколько шла эта борьба, к тому моменту я окончательно забыл, что у меня вообще когда-либо было тело… Все что у меня оставалось, это чуть красноватые искры жизни у меня, и зеленоватые искры дерева, которые я упорно тянул к себе, одну за другой… И пусть по сравнению с океаном чужой энергии я чувствовал себя небольшой лужей, выбора у меня не было. А как только я сумел втянуть в себя первые огоньки, не осталось и сомнений.

И все же, не могу сказать, что это было легко. Битва за искры шла с переменным успехом. Иногда я рывком втягивал в себя капли волшебства сплошным потоком, но тут же терял контроль над другим ручейком, теряя все что получил, а порой и больше. Но как бы то ни было, с каждым мгновением я приноравливался все лучше, начав и сам использовать сразу несколько потоков, и дело пошло.

Искры буквально затапливали меня, проливаясь животворящим дождем, и когда их стало даже больше чем было изначально, корни, которые я видел как ручейки энергии, вдруг отдернулись, выпуская меня из своих смертоносных объятий. Вот только их никто не собирался отпускать, и войдя во вкус, я рванул вперед, уже сам хватая корни, те, до которых дотянусь…

Ярость придавала сил, и уже почти не замечая сопротивления, я качал в себя энергию сплошным потоком. И чем больше ее было во мне, тем легче мне это удавалось. И самое главное, постепенно я приходил в себя, чувствую себя все лучше и лучше…

А еще, теперь я ясно видел, как исчезают отдельные плети, лишаясь энергии. Те самые, что еще совсем недавно были грозным оружием хищного дерева.

Наверное, я бы не смог остановиться, пьянея от ощущения победы и безграничного могущества, но вычерпать дерево до дна не удалось. Видно, поняв, что проиграло, оно скинула корни, в которые я вцепился, словно хвост пойманной ящерицы. И как не старался, я не мог дотянуться, до ставшего таким далеким, источника чужой энергии. А в следующий момент, неведомая сила потянула меня вверх, вытаскивая на твердую поверхность.

Вот только я не желал останавливаться, и вытянув руки перед собой, мысленно спрессовал часть имеющихся у меня искр, раскручивая получившийся клубок до невероятной скорости, а когда понял, что удержать его уже не могу, швырнул вперед, туда где затаился враг.

— Да хорош, хорош! — буром ввинчивался в мозг чей-то голос, а я все отдалялся от врага, со злостью понимая, что не успею с ним разделаться…

— Да, блин! — щеку обожгло болью, но у меня же нет щек? И тела… Или есть?

— Серега, скотина, давай, ну! — Продолжал надрываться кто-то, и я чувствовал в звуках что знакомое, но… В какой-то момент перегруженный мозг не выдержал, и все вокруг вдруг затихло, погружаясь в темноту. И только красные искры, теперь уже точно только мои, медленно оседали, формируя собой человеческую фигуру. Мою?

Ручеек воды, медленно падал прямо мне на лицо, и я вытянулся вперед, наслаждаясь приятными ощущениями… Но именно в этот момент, чья-то грубая пятерня, словно наждачкой прошлась по коже, размазывая по лицу живительную влагу.

— Тьфу, блин! — Отшатнувшись, я звонко ударился затылком, о что-то твердое, и только после этого открыл глаза, разглядывая склонившуюся надо мной встревоженную, небритую рожу — Ты что творишь, злодей?

— Очнулся? — С явной опаской отступив назад, задал риторический вопрос Федя — Вот и хорошо… Я уж думал, тебе совсем хана!

— А что случилось?

— Это ты мне скажи, великий разрушитель, блин! — уже увереннее проворчал Федя, кивая в сторону, и повернувшись, я увидел на месте некогда огромного дерева, измочаленный, разбитый в труху остаток ствола, торчащий из земли, как гнилой зуб…

— Это что, я сделал?