Меченосец. Пламя и кровь

Глава 7

Кулак словно в стену врезался, а все тело мужика покрылось странной, светящейся плёнкой. Она-то удар и остановила. От замаха с меня слетел капюшон, открывая лицо.

— Ах ты! — начал он, попытавшись отойти, но я ударил еще раз и еще. Пленка задрожала, готовая вот-вот лопнуть. Мужик начал готовить какое-то заклинание, впрочем, мне было наплевать. Главное, разрушить пленку и прикончить его.

— Бегите, магистр! — завопила вдруг женщина. — Это воин Аргоса! Я узнала его! Бегите!

Тот вытаращился на меня, а я успел ударить еще раз. Пленка лопнула и шипы на перчатке с хрустом вонзились ему прямо в щеку. Как жаль, что они были короткие и не могли убить эту тварь! Брызнула кровь.

Маг отлетел, заскреб руками по полу, а потом растворился в воздухе. Снова телепорт! Я зарычал, разворачиваясь к женщине, и рванул на полной скорости, стараясь схватить ее. Она отпрыгнула назад, капюшон слетел с головы, открывая лицо. Эльфийка взвизгнула и тут же растворилась следом за магом. Ко мне уже бежали остальные во главе с Кирхом.

Его я и встретил мощным ударом в грудь. Защите на нем оказалась не такая крепкая. От удара она лопнула, вторым ударом я сбил его на пол и впечатал ботинок прямо в лицо. Поганец успел убрать голову и растворился в свете телепорта. Это начинало бесить.

Остальные уже разбежались по залу, готовя заклинания. В меня полетело сразу четыре сосульки, от которых я благополучно увернулся и уже несся к следующей цели. Маг явно растерялся, попытался вытащить какое-то оружие, а в следующую секунду он уже летел в стену, сшибая мебель.

— Остановите его! — закричал один из них. — Сначала кидайте замедление, а потом уже атакуйте! — кричал он, пытаясь их организовать. — А-а-а! — завопил этот мужик, когда чайник с кипятком влетел ему прямо в лицо и разбился о защитную пленку, расплескивая содержимое.

Остальные снова создали какие-то заклинания, но я увернулся только от огненного шара: — Вы все здесь умрете! — с хохотом предупредил я их, подбираясь к следующему.

Он попробовал чем-то защититься, но я просто проигнорировал пламя и схватил его, а потом с хрустом свернул ему шею.

— Уходим! Уходим! — завопил командир с обожжённым лицом и растворился в воздухе.

Я успел схватить одного за шиворот, но он все равно улизнул. Из телепорта его вырвать не удалось.

Недовольно взрыкнув, я осмотрел зал и обнаружил, что эльфийки-охранницы тоже пропали. От злости я вышиб дверь и вышел на улицу.

— Эй, там! Есть кто⁈ — заорал я на всю улицу. — Это срочно!

— Господин? — из проулка вышел субъект бандитской наружности.

— Здание кто-нибудь покидал⁈

— Нет, господин. Мы дежурим на всех улицах. Сад цветов точно никто не покидал.

— Бесы! Как они задрали со своими артефактами! — я недовольно сплюнул прямо на двери злополучного борделя и отправился прямиком к храму.

Ворота оказались закрыты. Перед ними собралась немаленькая толпа. Два паладина в полном доспехе дежурили рядом, стоически выдерживая напор жителей, пытающихся дознаться что произошло и почему храм закрыли.

Мне пришлось пробиваться через людскую толпу, пока я не вышел к воротам: — Я к Элии, открывайте, — тихо сказал я так, чтобы меня слышали только паладины.

Те молча открыли небольшую калитку, в которую я протиснулся и углубился в сад.

Элия нашлась у статуи. Она сидела на лавочке и о чем-то напряженно размышляла, но, увидев меня, встрепенулась: — Ну что там?

— Это маги! За всем стоят маги! Я почти поймал их главного! — прорычал я, махнув рукой статуе в знак приветствия. — Он встречался в борделе с эльфийкой, и они разговаривали про печать богини. Что э…

Договорить я не успел. Элия подскочила с лавки как ужаленная: — Что ты знаешь про печать⁈ — она подошла вплотную, уставившись мне в глаза.

— Я только слышал, как эльфийка сказал про печать и то, что она ее ищет, — я даже слегка опешил от такого напора святой. — Главмаг пообещал ей, что добудет печать богини, в обмен на что-то.

— Значит, он знает, где она находится! — зарычала Элия, стискивая кулаки. — Он знает! Ты схватил хотя бы одного⁈

— Не смог. Только убил нескольких. Они сейчас валяются в борделе. Тела охраняют воры. Я не могу их схватить живьем. Они используют артефакты телепортации, — принялся объяснять я.

— Артефакты⁈ — прошипела вконец рассерженная Элия. — Все еще более серьезно, чем я думала. Мало того, что они проводят кровавые ритуалы, так они еще и нацелились на печать богини! Они не должны ее получить, Эридан! Лучше уж смерть!

— Ты мне объясни хоть, что за печать такая? — я уселся на лавку, переводя дух.

— В древние времена наша богиня была запечатана! Именно поэтому она не может разговаривать с нами напрямую, а только подает знаки, — принялась рассказывать святая. — Кто запечатал я не знаю, но точно знаю, что существует некая печать, при помощи которой ее запечатали. Наш орден ищет ее уже много столетий. Мы хотим освободить нашу справедливую богиню! — она топнула ногой, не в силах унять злость. — Понимаешь, теперь что это за печать? Если она попадет не в те руки, то силу богини могут направить во зло!

— Каким образом? — удивился я, не представляя себе смертного, который мог бы справиться с освобожденной силой бога. Только если этого самого бога убить….

— Дошло⁈ По глазам вижу. дошло, — Элия зло улыбнулась. — Благодарю тебя, Эридан. Вот уж не думала, что мы получим помощь от такого как ты.

— Вот сейчас даже слегка обидно было, — попенял я ей, впрочем, совершенно не собираясь обижаться. Мне совершенно наплевать что она там про меня думает.

— Ты понял, что я имела ввиду, — фыркнула она, улыбнувшись. — Идем.

Я не совсем понял куда мы идем и зачем мне идти с ней, но пошел. Мало ли, вдруг мне это тоже будет полезно.

Миновав сад, мы прошли во внутренний двор, расположенный внутри здания храма. По дороге встретили Хасану. Элия показала ей знак рукой, начертив в воздухе треугольник острой стороной вверх. на манер копья. У Хасаны вытянулось лицо, и женщина со всех ног побежала в здание.

Мы же с Элией прошли на небольшой балкончик, приподнятый над двором. Пока шли, внизу уже начали собираться воины и послушники. Вскоре весь двор наполнился людьми. я даже не думал, что их в храме так много. Паладины, служители и служительницы молча стояли, глядя на Элию.

— Братья! — громко крикнула она. — Знаки богини ясно дали нам понять, что в мире снова поднимает голову страшное зло! Благодаря этому воину по имени Эридан, — она указала на меня рукой, — удалось выяснить, что некая секта, снова возродившихся колдунов, приносит кровавые жертвы! — народ внизу заволновался, переглядываясь. — После того, как Богиня через статую ощутила вот эти кровавые кристаллы! Эту мерзость! — Элия повысила голос, демонстрируя на ладони упомянутые кристаллы. — Она подняла копье!

Вздох прошел по толпе. Служители просто стояли, паладины же прислонили кулаки к груди напротив сердца.

— Мало того, Эридан сегодня пытался поймать их предводителя, но ему, к сожалению, удалось только ранить его и услышать, что они знают, где расположена печать богини! — последнее высказывание имело эффект взрыва. Нет, собравшиеся не бесновались, но я почувствовал исходящую от них энергию. Запал на действие. — Сегодня я объявляю святую войну! — снова повысила голос Элия. — Против мерзких колдунов, желающих использовать печать в своих мерзких целях! Трубите в рог, оповестите другие храмы! Орден святой богини идет на войну и не будет пощады отродьям, вставшим на нашем пути! Во имя мира! Во имя добра и людей, которых мы обязаны защищать!

Что тут началось. Воины начали бить латными перчатками себя в грудь и что-то тягуче запели. Песню подхватили служители. В этот самый момент над храмом гулко раскатился звук рога. Тяжелый, гудящий он на мгновение заполнил собой все, разлетаясь над городом. Орден собирался на войну.

Элия махнула мне рукой, и мы спустились в ее небольшой кабинет, где она принялась рыться в шкафах.

— Стоило объявлять им войну? — спросил я, усаживаясь на стул. — Может, лучше было сделать все тихо?

— Нет! — рявкнула она. — Пусть твари знают, что мы идем за ними и никто не в силах нас остановить! Даже совет не вправе вмешиваться, когда орден объявляет святую войну! На! — она сунула мне в руку золотой кругляш с белым, прозрачным камнем в центре. — Это высший знак ордена. Если покажешь его, никто не сможет чинить тебе препятствий.

— Полезная какая вещица, — я хмыкнул и убрал кругляш в карман. — Ладно, это все здорово, но мне идти пора. У меня дел еще выше крыши.

— Ты куда дальше собрался идти? — насторожилась вдруг она.

— Мне нужно в Дикие земли, — не стал скрывать я. — Раз с магами здесь не вышло, может, отыщу их по дороге, либо там, на месте.

Она меня с подозрением оглядела, хмыкнула и буркнула: — Я Еду с тобой и возражения не принимаются.

Калеб со своей сестрой жил у горцев уже целую неделю после того, как они покинули сожженную деревню. Как выяснилось, не такие уж они и страшные, как о них рассказывают. Необычные, но не страшные. Калеба приняли как своего и тут же погрузили в жизнь деревни. Лили забрали в дом к семье, а его поселили в общем доме с остальными мальчишками его возраста. Такие уж у горцев оказались порядки. Всех мальчиков, начиная с восьмилетнего возраста забирали из семьи и селили в общую казарму. Там они росли, учились воинскому искусству, охоте и другим умениям, потребным для мужчин.

Их обучением и развитием занимались старшие воины и охотники деревни. Сверстники к Калебу отнеслись хорошо и много помогали ни к чему не приспособленному городскому.

Взять хотя бы то, что Калеб вообще не владел оружием. Никаким.

— Бери вон тот деревянный топор, — сказал ему Биргер. Высокий, русоволосый парень на год его старше. Он уже считался довольно умелым воином и добровольно взял на себя помощь новичку в обучении.

— Почему не меч? — спросил его Калеб, выхватывая из стойки указанное оружие. — Мне мечи больше нравятся.

— Потому что мечей у нас почти нет. Они очень дорогие, — пояснил Биргер, — а еще потому, что великие предки всегда сражались топорами. Нападай!

Спустя пол дня тренировок Биргер сжалился над Калебом, к тому же и другие парни подошли. Они помогали с разделкой туш охотникам.

— Мяском разжились! — похвастался черноволосый Ульф. — Где бы нам его пожарить?

— Может, возле нашего убежища? — спросил самый младший Рун. — Там вид хороший!

— Хорошая идея! — рыкнул здоровенный Сверр. — Как новичок, Биргер?

— Неплох! — Биргер осклабился. — Не трусит, хоть и получил сегодня несколько раз! Толк из него будет! Идем? Жрать охота! Многом мяса?

Ульф раскрыл мешок, демонстрируя неплохой такой кусок: — Червячка заморить хватит, но корнеплодов я бы взял. Чтоб уж точно наестся!

Скоро вся их ватага, нагруженная мешками, топала к небольшому лесу, разросшемуся у хребта. От деревни это было совсем недалеко.

— Мы здесь частенько в детстве бегали, — рассказывал Калебу Рун. — В игры играли, учились охотится. Так и нашли наше укромное место.

— Что за место хоть? — полюбопытствовал заинтригованный Калеб.

— Увидишь на месте! Даже если мы тебе расскажем, ты не сможешь представить так, как оно выглядит на самом деле! — вклинился Ульф. — Кстати, как тебе учить наш язык?

— Сложно, — пожаловался Калеб. — Очень здорово, что вы знаете общий, иначе мне даже поговорить было бы не с кем.

— Мы должны знать язык наших врагов, — пробасил Сверр. — Так говорят наши отцы.

— Ты считаешь всех, живущих на Вольных землях врагами? — спросил у него Калеб.

— А ты нет⁈ — Сверр даже повернулся к этому наивному дураку. — Тебя чуть не сожгли вместе с твоей сестрой! И кто же это был⁈ Каратели из вольных! не будь наивным дураком, Калеб!

За разговорами они сами не заметили, как поднялись почти на самую вершину небольшого хребта. теперь перед ними показалась небольшая седловина, также поросшая лесом.

— Красиво! — восхитился Калеб, глядя на деревушку сверху.

— Это еще что. Надо на другую сторону смотреть. Идем, — поторопил Биргер и углубился в лесочек.

Попетляли между деревьями они прилично, пока не вышли к старой постройке, поросшей мхом. Деревья обступили ее так густо, что, если бы не его друзья, Калеб никогда в жизни не заметил ее.

— Вот оно наше убежище! — протянул Рун очень довольно. — никто про него не знает, даже взрослые! Так что и ты, Калеб, держи все в секрете! — он строго посмотрел на него. — Мы привели тебя сюда, потому что ты теперь свой!

— Я никому не скажу, — польщенный доверием Калеб кивнул и уставился на необычную постройку.

Больше всего она напоминала крепостную башню, только была не такой высокой. Куполообразная крыша, стены с лепниной. Башня была красивой, хоть рисунок лепнины уже не читался. Природа сделала свое дело.

— Как думаете, что это за строение было? — спросил он у ребят.

— Не знаю, — пожал плечами Биргер. — На храм оно не похоже, на сторожевую башню тоже. Уж слишком маленькая. Да еще купол этот сверху. Идем внутрь.

Внутри помещение оказалось больше, чем Калеб предполагал. Большой зал с колоннами, поддерживающими крышу. Стены и пол были украшены рисунками, а еще через них проходили странные канавки.

— Для воды? — Калеб принялся удивленно разглядывать их.

— Мы ни разу не видели, чтобы по ним текла вода, — буркнул Ульф, раскладывая собранные по дороге дрова. — А рисунки красивые здесь! Даже битвы изображены! Интересно, кто и с кем бился?

— А вы что прямо здесь собрались костер жечь? — спросил их Калеб, глядя как Биргер укладывает дрова шалашиком.

— А что такого? — удивился тот.

— Ну, как-то это, не знаю даже. Внутри красиво. не хотелось бы здесь все закоптить, — Калеб замялся, не в силах передать странное ощущение, которое сейчас испытывал.

— Да брось, — махнул рукой Рун. — Вон на парочке рисунков люди едят, значит и нам можно.

Калеб кивнул, с натяжкой принимая сомнительное утверждение. Ему хотелось здесь все рассмотреть, так что пока друзья готовили. он пошел вдоль стен. Рисунки очень тонкие и умелые захватили его воображение. Калеб нырял в сцены битв, события минувших столетий. В его воображении изображенные герои оживали. Так он и двигался вдоль стены пока не дошел до центрального рисунка, изображающего трех воителей и такая от рисунка шла странная сила, что Калеб даже замер, вглядываясь в лица.

= Калеб, ты там живой⁈ — крикнул ему Биргер с насмешкой. — Слишком долго в рисунки не вглядывайся, иначе кошмары будут сниться! Рун один раз пересмотрел, так потом неделю мучился!

= Хорошо, иду уже! — отозвался Калеб, повернулся и вдруг обо что-то споткнулся.

Это что-то с глухим звуком вылетело из-под ноги и ударилось об стену.

Калеб присмотрелся и слегка присвистнул. Оказалось, что он нечаянно пнул рукоять меча, да еще и с коротким обломком клинка на ней. Наклонившись, он подхватил неожиданную находку и принялся вертеть в руках. Рукоять явно была очень старой, но сохранилась прекрасно.

— Дорогой, похоже, меч был, — буркнул он, рассматривая ее. — Интересно, острый?

Калеб коснулся кромки лезвия, пробуя остроту и неожиданно для себя порезался. Да так сильно! Кровь потекла из пальца, пятная пол бордовыми каплями. Калеб зашипел, достал платок и зажал рану. В порыве он хотел выбросить обломок меча, но пожалел и засунул его за пояс.

— Калеб, мясо сейчас готово будет! Долго тебя ждать⁈ Сожрем все без тебя! — крикнул ему Рун.

— Да иду я, иду! Смотрите что нашел! Порезался еще об него! — Калеб побежал к костру, на ходу вытаскивая обломок меча, чтобы показать его друзьям.