Меченосец. Пламя и кровь

Глава 16

Жуткий монстр с багровым свечением из глаз схватил Калеба за шею и поднял над землёй. Парнишка, задыхаясь, ухватился за его лапу, напрягая все силы, чтобы разжать её, но ничего не выходило. Калеб задыхался, глядя на оскал чудовища. Сознание его померкло…

Парень со стоном вскочил на кровати. Липкий, холодный пот покрывал всё его тело. Ему снова приснился кошмар. Уже который день он не мог нормально спать, и всё это началось после посещения того заброшенного места.

Друзья всё время корили себя за то, что показали его Калебу. С ними-то всё было нормально, а он вот страдал от кошмаров. Сон повторялся раз за разом.

Пытаясь избавиться от кошмаров, Калеб даже закопал обломок меча. Не помогло. Чудовище каждый раз возвращалось к нему.

— Снова, да? — прошептал Ульф. — В одно и то же время. Когда же это прекратится…

— Никогда, — Биргер зевнул и опёрся на локоть, переворачиваясь набок. — Нужно идти туда снова и думать, что делать. Ты же порезался тогда?

— Угу, — Калеб улёгся, глядя в потолок.

— Полная срань, — подвёл итог Сверр. — Завтра пойдём тогда в полдень. Как раз успеем с делами закончить.

Остаток ночи прошёл более-менее спокойно для остальных и очень тревожно для Калеба. Его сердце бешено колотилось, кровь стучала в висках, а мышцы налились неприятной тяжестью. Тренировку он кое-как закончил и сидел на лавочке, уставившись вдаль на горы.

— Кто это там идёт? — встрепенулся Рун. — Наши?

— Наши и чужаки, — Ульф, как самый зоркий, принялся всматриваться. — Не пленные. Верёвок нет, идут свободно. А это кто? — он вытаращил глаза.

— Где? Где? — Сверр щурился, стараясь разглядеть то, о чём говорил друг.

— С ними идёт. Здоровенный воин! Ого! Я таких высоких у нас не встречал! — Ульф присвистнул. — А это кто⁈ Зверь! — Ульф подскочил на ноги. — С ними Румкарх!

— Да ну⁈ — хором воскликнули остальные. — Побежали, ближе рассмотрим!

Они сорвались с места и рванули вперёд наперегонки. Калеб побежал тоже, преодолевая слабость, но чем ближе он подбегал к отряду, тем хуже ему становилось. Он даже сам не заметил, как ударился в спину Сверра. Тот не дал ему упасть, поддержав за шкирку, словно щенка.

Впереди с торжеством и гордостью шли воины, которые дежурили на заставе. Позади них шёл огромный мужчина, и именно он выделялся, приковывая к себе внимание. Глубокий капюшон скрывал его лицо, но даже так от него вокруг распространялась угнетающая аура силы и опасности. Позади него шли ещё два воина: один совсем юный, второй — в богатых доспехах. Замыкали шествие длинный тощий парень в очках и девушка. Румкарх шёл параллельно отряду, но как бы сам по себе.

Калебу становилось всё хуже. Глядя на воина, молотки снова застучали в его висках. Он уже почти терял сознание.

— Вы что здесь делаете? — строго спросил их один из воинов.

— Увидели вас, пришли посмотреть, — не стал скрывать Биргер. — Это пленники

— Помолчи лучше и идите в деревню, — сверкнул глазами воин.

— Стой, — высокий воин заговорил впервые.

Он повернулся и подошёл к замершим парням, нависнув над ними, как бастион. Глаза с тлеющими углями внутри внимательно осмотрели каждого из них и остановились на Калебе.

— Плохо тебе? — спросил он вдруг тяжёлым, рокочущим голосом.

— Очень, — выдавил из себя Калеб. — Сейчас сдохну, кажется.

— Это всё твоё любопытство, щенок, — воин не сердился, он констатировал факт. — За своё любопытство ты теперь будешь расплачиваться всю жизнь.

Его рука легла Калебу на голову, и сразу же вспомнился сон. Калеб застонал, когда его тело сжало. Пламя пошло по нему от самой макушки до пят.

— Ты что творишь⁈ — Биргер выхватил меч, направив его на незнакомца. — А ну, отпусти его!

— Молчать! — рявкнул горец с заставы. — Убери оружие, идиот, если не хочешь умереть!

Биргер недоумённо уставился на него, не понимая, почему они позволяют так себя вести незнакомцу на их же земле.

Тем временем Калебу стало лучше. Он задышал ровнее, сознание прояснилось, и он перестал дрожать, как при ознобе. По телу разливалось приятное тепло.

— Глупый мальчишка, — пророкотал воин. — Ты расскажешь мне, где ты дал клятву, но попозже.

— Да, — хрипло протянул Калеб. — Всё расскажу. Благодарю.

— Не меня. Я ничего не сделал.

Воин оглядел парней и усмехнулся уголками рта: — Вы вырастили неплохих щенков.

— Благодарю, — горец, под изумлёнными взглядами ребят, слегка поклонился.

Они двинулись дальше, а мальчишки пошли следом, держась на почтительном расстоянии.

— Что это было⁈ — прошептал Ульф, толкнув локтем Калеба.

— Ты не догадался⁈ — рыкнул Сверр. — Он вляпался во что-то! Как у тебя духу хватило на него меч поднять, Бирг⁈

— Сам не знаю! Я только потом понял, что сделал глупость, — их товарищ переводил дыхание, пытаясь отойти от произошедшего.

Вдалеке раздалось угрожающее рычание. Парни оглянулись с ужасом и уставились на Румкарха, который подкрался вплотную.

— Бежим! — завопил Рун и сорвался с места.

Я сразу заметил среди толпы молодых парней одного — бледного, с запавшими глазами. Удивительно, как он ещё на ногах стоял. Ему явно было худо. Очень худо, и причину его недуга я прекрасно знал. Положив руку на его голову, почувствовал, что был прав. Он где-то умудрился дать неполную клятву. Незавершённый процесс медленно, но верно убивал его, заполняя энергией, у которой не было выхода. Ещё дня два-три — и парнишка бы умер.

Я прогнал свою энергию через его тело, выкачивая вредоносную, но родную для меня. Это поможет, но всего на пару дней. Ему нужно до конца пройти инициацию.

Другой мальчишка даже угрожал мне мечом! Смешные они и бесстрашные. Мне нравится.

— Почему он болел? — спросил сопровождающий нас воин.

— Он принял клятву, но не до конца. Энергия его убивала, — пояснил я, глядя ему в глаза.

Тот кивнул и отвел взгляд: — Про клятвы я слышал только в старых легендах, — пробурчал он. — Даже не верится, что это происходит.

Нейтану тоже не верилось, судя по его подозрительной роже. Он пребывал в прострации с самой встречи с горцами. По глазам видно, что вопросов у него уйма, но задавать их дер Клаузевиц боялся — и правильно делал.

Я проследил за котом, гоняющим мальчишек по полю, и усмехнулся. Объект, который меня звал, находился дальше в горах. Мальчишки точно там были и приведут меня туда.

Мы вошли в деревню, привлекая внимание. Народ собирался, глазея на меня и на моих спутников. В основном женщины, дети и немного мужчин. Последние работали или учили молодёжь. Остальные, должно быть, стояли на постах или пасли скот.

— Остальные на работах? — спросил я у сопровождающего.

— Верно. В деревне остаются только мастеровые и те, кто передают знания молодым воинам.

— Староста здесь?

— К нему идём, — подтвердил он.

Дом старосты ничем не отличался от остальных. Воин постучал в дверь: — Вождь, у нас гости.

— Какие гости, ёрш твой корень⁈ — рыкнули из-за двери. — Ты медовухи перепил на посту⁈

— Ничего я не пил! — воин надулся. — Выйди, да глянь!

Дверь резко отворилась. На пороге показался коренастый старик с такой шириной плеч, что он еле в проём умещался. Седая бородища была заплетена в косы. Взгляд хмурый и оценивающий.

— Вы кто такие⁈ Зачем ты их сюда привёл⁈ — рыкнул он на воина.

— Да я же сказал… — начал тот, но вождь зыркнул на него, и он заткнулся.

— Пусть они ответят. Зачем пришли⁈

Его взгляд остановился на мне, и тогда я снял капюшон: — Кричишь громко. Будешь так орать, смерть свою проглядишь.

— Ты мне не указывай! Молод ещё! — набычился вождь, но тон убавил. — Так что надо?

Я достал свой топор. Старик уставился на него очень внимательно. Пришлось разрезать лезвием ладонь, зачерпнуть кровь пальцами и прямо на двери вывести рисунок, что передал мне Бран.

— Вам послание от предка, — я закончил и убрал топор на место.

Вождь вылупился на знак, засипел, забулькал, словно котелок над огнём, и перевёл взгляд наливающихся кровью глаз на меня: — Ты! Откуда ты его знаешь⁈ Кто тебе рассказал⁈

— Он сам и рассказал, — пожал я плечами. — Бран сказал обратиться к вам за помощью, когда я сюда приду.

В следующее мгновение я перехватил руку с кинжалом, которым вождь решил меня заколоть, и двинул ему в челюсть. Не сильно, но его всё равно повело. Упал бы, если бы я не придержал.

— Ещё раз подобное выкинешь — и я тебя убью. Ты понял?

Тот кивнул, разминая челюсть, и попросил: — Покажи знак.

Я подвернул рукав, демонстрируя ему татуировку. Она словно дышала, пульсируя огненными всполохами. Мои спутники тоже заинтересовались, но горцы их просто не подпустили ко мне.

— Неужто я дожил! — на глаза вождя навернулись слёзы. — Я дожил! Никогда не думал, что при моей жизни это случится! Приветствую тебя, посланник! — он низко мне поклонился. — Час настал, да? Поэтому ты пришёл⁈

— Настал, — кивнул я, ощущая торжественность момента не для меня, а для них. — Он зовёт вас исполнить долг!

Вождь словно помолодел. Он разогнул спину, выпятив грудь, вдохнул воздух и расхохотался на выдохе — заливисто и молодо. Потом повернулся к обалдевшим воинам и рявкнул:

— Что вы смотрите, щенки⁈ Час пробил! Время мести! Время славы! Тащите сюда всех с постов! Все деревни оповестите! Я объявляю великий сбор!

Я краем глаза заметил, как мальчишки, выглядывающие из-за угла дома, переглянулись между собой, а потом посмотрели на кота рядом и снова уставились на нас в немом изумлении. Это напомнило мне о важном деле.

Горцы рванули исполнять приказ, а вождь предложил мне отпраздновать и рассказать всё подробнее, но я отказался.

— У меня есть дело, которое нужно сделать сейчас, — я поманил пальцем мальчуганов. — Идите сюда.

Те замерли, не решаясь подойти, но тут вмешался вождь: — Сюда подойдите, кому сказано⁈ Кстати, тебя как звать-то, посланник?

— Эридан. А тебя, вождь?

— Хрульд меня зовут.

Я протянул руку, и мы пожали друг другу предплечья, как принято у горцев. Мальчишки в это время подбежали и выстроились перед нами, вопросительно глазея.

— Отведите меня туда, где вы были. То место, после которого ему, — я указал на мальчишку, — стало плохо.

— В руины? — уточнил самый молодой из них. — Меня Рун зовут, если что.

— Эридан. В руины, если это руины.

— А я Ульф! Биргер! Сверр! — представились они, с любопытством разглядывая меня.

— Я пошёл, Хрульд. Парни меня проведут, — сообщил я вождю.

— Эх! Я бы с тобой пошёл, но кто всё организовывать будет⁈ — с досадой буркнул он и махнул рукой. — Идите уж.

Мы двинулись в путь всем нашим разношёрстным табором. В деревне никто оставаться не захотел — даже Нейтан. Он вообще вёл себя как подозрительный суслик: крутил головой и норовил начать приставать ко мне с вопросами, но каждый раз что-то его останавливало.

— Дядя, а ты кто? — спросил меня младший, Рун.

— Как на место дойдём, поймёшь, — мне просто лениво всё объяснять, и я перевёл тему разговора на парня, который так и не представился. Он вообще боялся на меня даже взгляд поднимать. Пришлось самому:

— Как тебя зовут?

— К-Калеб! — выпалил он, дёрнувшись.

— Ты не из горцев? Откуда ты? — поинтересовался я.

— Здесь, в Диких землях, вырос! — выпалил он.

— Как получилось, что ты заболел? Расскажи подробно, — попросил я его, чтобы скоротать время, пока мы лезем в гору.

— Нашёл обломок меча, рассматривал его и порезался. Сначала всё нормально было, а потом у меня кошмары начались.

— Каждую ночь просыпался! — влез Ульф. — Сначала орал, а потом уже только стонал.

— Привык, — тяжело вздохнул парнишка. — А что ты имел в виду под «расплачиваться всю жизнь»?

— Увидишь.

Мы поднялись в гору и продрались сквозь густой лес к древней постройке. Стоило мне подойти к ней, как я сразу всё понял. Она меня и тянула сюда. Древнее святилище.

— Оу! Какая красота! — восхитился Мирин, принявшись всё осматривать и даже, кажется, обнюхивать. — Ей сколько веков, интересно?

— У меня от неё мурашки по коже, — Зария поёжилась, обнимая себя за плечи. — Здесь страшно.

— Да ничего страшного! Всего лишь древние руины, — выпятил грудь Нейтан. — Кстати, Эридан, ты же сюда шёл специально? Откуда знаешь про них?

— Много вопросов. Если хотите, заходите внутрь, — я прислушался к своим ощущениям. — Нет, все заходите.

Я вздохнул и переступил порог, проникнув в почти точную копию храма Аргоса. Колонны, купол, стены с изображениями битв. Всё было почти так же, как у него. Только храм выглядел заброшенным. До того момента, пока я не вошёл в него. Постройка словно почувствовала меня. Почувствовала — и её сердце, которое не билось много веков, ударило в первый раз.

С потолка посыпалась пыль. Стены вздрогнули.

— Что это такое⁈ — заверещала Зария. Остальные схватились за оружие.

— Не орите и не паникуйте, — буркнул я недовольно. — Вам здесь ничего не угрожает. Да, и не мешайте мне.

— Кто ты такой⁈ — рявкнул Нейтан, вытащив меч.

— Что в просьбе «не мешать» тебе непонятно⁈ — рыкнул я, дав выход своей ярости. — Стой и смотри! Вы сейчас — молчаливые зрители! Калеб, иди сюда!

Мальчишка на негнущихся ногах подошёл ко мне и встал рядом. Как деревянная кукла, ей-богу.

— Слышишь его? — спросил я у него шёпотом. — Если да, то что слышишь?

— Удары. Глухие удары, будто огромное сердце бьётся. Медленно так, — бледный Калеб взглянул на меня, и я скинул свой плащ, прикрывающий доспех. Жаль, что он слышал это. Теперь он связан с храмом, и этого не изменить. Злой рок это или судьба, не знаю. Наверное, второе.

— Это его сердце, — я дотронулся до вибрирующей стены. — Дотронься, почувствуй.

Калеб дотронулся и выпучил в изумлении глаза: — Оно тёплое.

Тёплое. Да. Я вздохнул и снова достал топор. Раздражает резать руки, но по-другому никак. Капли крови упали на пол, а потом я приложил ладонь к стене. Я не ожидал встретить здесь святилище, да и Аргос, похоже, про них забыл.

Стены снова задрожали, посыпался песок и камни. Вся постройка заходила ходуном, вытаскивая себя из земли. По скрежету деревьев я понял, что их выворачивает с корнем.

— Теперь ты. Вот сюда, — я указал ему на фреску с первыми воинами Аргоса. — Знаешь, кто это? Это первые воины, которые получили силу от нашего бога.

— Не делай этого, пацан! — закричала Зария. — Не надо!

— Он уже сделал, ещё до нашей встречи, — спокойно ответил я ей. — У него больше нет выбора. Хотя нет, есть. Он может умереть. Будешь выбирать? — спросил я Калеба.

Тот закусил губу, мотнул головой и порезал ладонь о лезвие моего топора, а потом приложил руку к фреске. Храм тряхнуло. Внутри что-то загудело. Стук внезапно усилился, а потом пропал. Всё пространство внутри заволокло багровой пеленой. Фрески засветились багровыми всполохами.

— Имя! — голос повелителя раскатился под сводом.

— К-Калеб! — парнишка не на шутку перепугался и попытался спрятаться за меня.

— Не бойся, Калеб! Теперь ты — страж этого святилища! Моего святилища! — рокотал бог. — Как интересно всё сложилось, а я уж и забыл! Кто остальные, Эридан?

— Наблюдатели, — я окинул взглядом замерших в ужасе спутников. — Кто-то, может, станет воином.

— Я чую магов! — громыхнул голос. — Почему они ещё живы⁈

— Эти безобидные. Они ещё нужны, — я подмигнул дрожащему Мирину.

— Услышал. Добро пожаловать, Калеб! Увидимся! — бог усмехнулся и затих. Багровая дымка исчезла, зато по желобкам заструилась кровь.

Калеба тряхнуло. Он вдохнул и выдохнул, затем снова вдохнул, прикрывая глаза, и опустился на пол, прислонившись к стене. Похоже, Аргос вызвал его на разговор.

— Ты, чудовище! — заорал Нейтан, надвигаясь на меня с мечом. — Что ты сделал⁈ Кто ты такой⁈ Отвечай, иначе я тебя убью!

— Опусти меч. Мне не хотелось бы убивать тебя, как я убил твоего отца.