НеТемный 9

Глава 35

— Получается? — послышался вопрос.

Я покачал головой, открыв глаза и разглядывая утончённый силуэт Купавы на фоне заиндевевшего окна, где искрились изломы льда от утреннего солнца. Девушка глянула на меня и зашелестела бумагами, полученными от осведомителя. Я закрыл глаза.

Сегодня особенный день — я иду вызволять барда Виола, которого Стоян Хладоградский собрался казнить за пылкую любовь к его жене. Угораздило же барда когда-то соблазнить северную царицу…

И, чтобы вызволить Виола, которого, как сказал Серг, охраняют лучшие царские воины и маги, мне придётся получить право приблизиться к барду. То есть, выиграть соревнования палачей.

Поморщившись, я почесал зудевшую шею — только что нас покинул мастер магических тату, который свёл мою татуировку, так было легче притвориться просто воином. И Серг, и Купава уверили меня, что это личное разрешение Могуты… Сам же я был уверен, что это разрешение будет действовать, пока мы с дружим с Раздорожским царём. Власть одинакова во всех мирах.

В Троецарии любой маг, в особенности сильный, обязан был отметить себя знаком. Где-то это каралось не очень строго, но в Хладограде за отсутствие татуировки грозила смертная казнь.

Вчера, когда советник Серг ушёл, Купава чуть подробнее рассказала, чего именно ждёт от меня царь Могута Раздорожский.

Шах Межемира давно превратил границу в укреплённую крепость, понастроив сотни сторожевых городков с армией, а его патрули денно и нощно рыскали у самой кромки, играя на нервах троецарских воинов. Могута дураком не был, поэтому тоже укреплял границу.

Вот только это была палка о двух концах. Всем было ясно, что долго держать такую ораву у границы не имеет смысла без войны, ведь армию нужно кормить, и больше всего тягот испытывают приграничные селения, которые всех кормили. У простого люда и логика простая — если война где-то далеко, то она их не касается, пока в их собственные дома не полетят огненные стрелы.

Поэтому ни Могута, ни межемирский шах, одурманенный Тёмным Жрецом, не могли долго накапливать войска. И тут два пути — либо распускать войско, а этого никто не хотел делать, либо вскоре им придётся идти вперёд, чтобы добывать себе пропитание в бою, а не грабить собственные земли.

Но сейчас выходило так, что прорываться бросскому отряду, возглавляемому мной, придётся через вражеские позиции, готовые к войне. Именно там, где нас ждут!

Это вызвало у меня кривую ухмылку… Я помню, что когда появился в этом мире, то оказался в обозе межемирских работорговцев, которые спокойно пересекли эту самую укреплённую границу с одной стороны Троецарии, проехали всю страну и воровали рабов в Лучевии, за тысячи вёрст на совсем другой границе. Купава на этот счёт сказала, что, скорее всего, эти работорговцы прибыли морем через южный Солебрег — говорят, там только недавно обезглавили кучу заговорщиков.

Может быть, и так, но я, как бывший Тёмный Жрец, прекрасно знал — любую крепость может взять осёл, гружёный золотом. Так и через самую укреплённую границу поможет проехать звон монеты. Но я промолчал — не хотелось обижать Купаву, которая верно служила любимому царю, и для которой версия о взяточниках на границе была просто оскорблением.

Как бы там ни было, царь Могута не хотел рисковать и искать на той стороне руку, готовую принять троецарское золото — был велик шанс попасть в ловушку. Вместо этого я с броссами должен был проникнуть в Межемир… кхм… через соседнюю Пайниландию. Да-да, пройти как можно дальше по заснеженным горам и хвойным лесам, по землям злых, как волчицы, пайнских дев, готовых растерзать любого незваного гостя… и оттуда проникнуть в Межемир. Там, судя по карте, которую мне показала Купава, до столицы Таш не так уж далеко.

Смердящий свет! Я выдохнул и, снова закрыв глаза, старательно настроился на тонкие потоки магии вокруг. Советник Серг оставил особый артефакт, который позволял обмануть защитную магию северной столицы. Но я не привык полагаться на чужую магию, и сейчас занимался тем, что пытался разобраться в плетениях заклинаний, заключённых в медальоны. Тех, что скрывали мою силу, и тех, что её искали — советник Серг по моей просьбе оставил артефакт, который обнаружил мой шестой ранг старшего магистра.

Да, иногда магия напоминает самую настоящую математику — мне надо было решить два уравнения и связать их воедино. Выяснить, где слабые места моей собственной маскировки, и прикрыть их.

Купава, естественно, была недовольна — она считала, что лучше положиться на скрывающий артефакт, и не мучиться. Тем более, и татуировку мы только что свели. Но охотница быстро отступила, поняв, что спорить с упрямым броссом можно до третьего пришествия Хморока, если оно вообще будет.

Сама охотница изучала какие-то записи, которые ей принёс невзрачного вида человек. Я его не видел, как и он меня, но про себя отметил, что тайный осведомитель излучал магии не больше, чем самый обычный человек. Наверное, как и Купава, это просто разведчик. Да, сеть шпионов у царя Могуты тут сильна…

Особенность хладоградской атмосферы была такова, что здесь все хоть что-то да излучали, сами того не ведая. Магическая аура сама по себе сопротивлялась давлению защитных заклинаний, и, видимо, за этим следили стражники, снующие по улицам Хладограда — выискивали либо особо сильных магов, либо тех, кто нарочно пытался обмануть заклинания и вообще блокировал свою ауру.

— Раздорожский посол встречается сейчас с царём Стояном, — сказала Купава, перебирая страницы в руках, — Насчёт твоих друзей. Договариваются.

— У него получится?

— Надеюсь, — девушка поморщилась, — Могуте придётся в чём-то уступить. Цени это, бросс.

— Бегу, аж чакры блестят, — буркнул я.

Сам-то я прекрасно понимал, что предложение Могуты выгоднее больше для него, чем для меня. Тёмный Жрец Адгам Певчий так и так мой враг, да и барда я бы вытащил без просьбы царя… А тут получается, что я делаю всё то же самое, но при этом остаюсь должным.

Поэтому Могута Раздорожский наверняка знал, что ему придётся постараться, и вытащить остальных. Иначе наша дружба и вправду закончится, так и не начавшись.

— Осведомитель выяснил, какие испытания ждут вас, — вдруг сказала Купава, показав исписанный лист, — Выступление будет на старом ристалище, выстроенным над лабиринтом.

— Лабиринт?

— Да… Раньше в этом месте была магическая зона с кровожадными существами, завлекавшими путников в лабиринт. Хладоград вырос, этих существ давно истребили, но ещё тогдашний царь изумился запутанности подземных ходов.

— Не понимаю. Я думал, за этим будут наблюдать сотни, если не тысячи людей.

— Гору над лабиринтом срезали, это была великая стройка прошлого. И получилась хладоградская арена. Если надо, то лабиринт накрывают, делая ровное поле.

— А не легче было ли сделать ровную арену, и на ней строить по надобности лабиринт? — спросил я.

— Ты не видел его. Увидишь, поймёшь. Он не просто отмечен древностью, там особые горные породы, с магическими свойствами. Царям Хладограда, с их нелюбовью к магам, этот лабиринт очень понравился.

— Поясни…

— Думаешь, в Хладограде провинившихся просто так казнят? Как ты знаешь, чаще всего преступниками объявляются всевозможные маги, царь их не очень жалует. И суд вершится именно там, на арене! — Купава глянула через плечо, в морозное окно, — Всё зависит от степени вины… Кому-то даётся шанс, кому-то нет.

— Магов заставляют найти выход из лабиринта?

— Иногда да, просто найти выход. Иногда за магами охотятся. Иногда маги охотятся друг на друга. А иногда они просто сражаются друг с другом за право остаться в живых… Народу нравятся зрелища.

— И что за испытания ждут Виола?

— Не только Виола, — сказала Купава, — И вас, палачей. Право казнить надо заслужить. Кстати, очень многие отказались, узнав, что всё будет проходить в лабиринте.

— Что за испытания-то?

— Говорят, Стоян взял за основу древний обычай, где правду выясняли в бою. Там считалось, что невиновному благоволят боги, и они обязательно ему помогут. Здесь сам царь Стоян, видимо, считает себя богом и, активируя всякие механизмы и заклинания, помогает понравившимся участникам.

Я поджал губы, взглядом показывая, что мне нужны конкретные сведения.

— Ох, бросс, ты даже не даёшь мне блеснуть знаниями, — надулась Купава, потом со вздохом продолжила, — Ладно! Первое испытание: «горячие топоры».

— Ого, — я тут же глянул на топор Огнезима, замотанный и стоящий в углу, — А там нельзя будет со своим оружием.

Купава покачала головой.

— Испытания будут происходить на ровной арене. К вам выпускают магических животных, и на арене появляются топоры. Их на один меньше, чем участников…

— Понял. Каждый хватает топор и рубит зверя. А кому не хватило топора, тот погибнет и так, пока не останется один.

— Семеро. Царь Стоян любит магические числа, — пояснила девушка, — Говорят, топоры разогреваются так, что ты его бросишь. И один топор разрушается… Снова запускают зверей, и так по кругу.

— Представляю себе эту мясорубку. Неужели это будет бой насмерть? — не поверил я.

— Добро пожаловать в Хладоград, бросс, — усмехнулась Купава, — Здесь свои жестокие законы. Тем более, каждый из участников думает, что он будет среди этих семерых.

— И что, на это соглашаются ради денег? Какие глупцы…

Купава перебила меня:

— Глупцов ищут за стенами Хладограда, а в городе народ знает, каков их царь Стоян на самом деле.

— Но я слышал, что участников так много, что царь даже смотр перенёс.

— На самом деле их было так мало, что царю пришлось прибегнуть к хитрости. И он предложил узникам право на свободу за участие. А из царской темницы выхода, как все знают, нет… Вот теперь ты представляешь, бросс, что за мясорубка там будет?

Я хмуро кивнул. Теперь да, картина вырисовывалась полная. Куча смертников, готовых драться за свободу… и я, бедный наивный бросс, который просто хочет вызволить друга.

— Дальше?

— Дальше охота в лабиринте, это будет второе испытание. Называется «холодные топоры», но почему так, осведомитель не знает. Да, вы, семеро, друг против друга… Остаются трое.

Тёмные Жрецы часто устраивали такие развлечения для подданных, и мне, когда я ещё не стал Десятым, пришлось в одном таком участвовать. И я прекрасно знал, как они проходятся — выигрывают те, кто объединяется и ищет одиночек. Кто же в этом высокомерном Хладограде объединится с броссом?

— А где же бард? — всё же спросил я, — Это больше похоже на казнь всех участников, чем преступника.

— Барда будут ловить трое в последнем испытании. В том же лабиринте. «Везучий топор» — так называется. Победитель казнит барда, получит золото и, видимо, свободу…

— Ясно. Скажи мне, Купава, а среди участников… ну, этих самых узников… Среди них полно магов?

— Я думаю, бросс Малуш, что там будут почти все маги. В Хладограде других преступников нет.

Я закрыл глаза и снова настроился на тонкие астральные материи. Что-то мне подсказывало, что эти самые маги не будут брезговать использовать магию. Со вздохом я потёр шею… А мне же этого делать будет нельзя, если я не хочу себя выдать.

Конец 9-го тома.

Следующий том тут — https://author.today/reader/547407/5167508