Чужой жетон. Мент из Южного Централа

Глава 17

Проснулся я невероятно отдохнувшим. Часы показывали 5:21, поэтому я позволил себе пару минут просто поваляться, после чего не спеша поднялся, сладко потянулся. Рэмбо услышал, поднял морду и посмотрел на меня ленивым взглядом. Кажется, он планировал поспать еще пару часиков.

Я соорудил поводок из куска бельевой веревки, привязал его к ошейнику и выгулял пса, сразу убрав за ним. Вернувшись, перевязал лапу, чтобы повязка, в которой он проведет в трейлере весь день, была чистой. Покормил его и дал лекарства.

Строго-настрого наказал ему не трогать повязку, пока меня нет. Не уверен, что он меня понял, но посмотрел мне в глаза очень ответственным взглядом.

А дальше обычные утренние хлопоты: сделал зарядку, принял душ, позавтракал овсянкой. Посмотрел на срок годности молока — завтра закончится, уже начинает угадываться характерный запашок, но пока едва уловимый. А я еще и половины не выпил. Кто вообще придумал продавать молоко канистрами? Мелкий опт какой-то уже.

Подумал, что неплохо было бы купить сковородку. Тогда из кислого молока можно будет приготовить обалденные пышные оладьи. Этому трюку в прошлой жизни научила меня жена — мы часто делали так с остатками непастеризованного молока, которое покупали для дочки. У того вообще срок годности был всего несколько дней.

Да и мясо на ней можно будет жарить. Решено, как разбогатею, куплю и сковороду, и мяса. Я усмехнулся, надел ботинки и вышел из трейлера. Сел в «Шеветт» и направился в участок.

Вошел в кабинет детективов, сел за стол в ожидании очередного скучного брифинга, однако в этот раз мои ожидания не оправдались.

Спустившись на десять минут раньше, лейтенант махнул одиноким листом бумаги и, посмотрев в нашу сторону, громко объявил:

— Срочное дело, угон. Серебристый «Вектор Дабл-ю Восемь», тысяча девятьсот восемьдесят девятого года.

Я сначала даже не понял, что это за машина, но Спронг продолжил.

— Мелкосерийный суперкар, предсерийный образец. Превысил скорость, но не остановился по требованию патрульных. Офицеры начали погоню, водитель продемонстрировал склонность к опасному вождению, было применено табельное оружие, но безуспешно. Получил пулю в заднее крыло, если для такой машины вообще нужны особые приметы. Около двух часов назад оторвался от погони на въезде в Южный Централ по Вестерн-авеню. Запрос подтвердил — его угнали сегодня ночью в Голливуде с парковки одной из съемочных площадок.

Спронг потер переносицу и продолжил.

— Парни, вы не представляете, чья это машина, и сколько она стоит — их вообще должны начать продавать только через полгода. Ее нужно найти, — он сделал ударение на слове «нужно».

Спронг взглянул на одного из моих коллег, по всей видимости, собираясь отдать дело ему. Но я уже понял: вот оно. Поэтому перебил офицера до того, как тот успел открыть рот.

— Лейтенант Спронг, позвольте мне взять это дело.

Тот посмотрел на меня с недоверием.

— Ты еще «Порше» не нашел, — ответил лейтенант.

— Так вот именно!

Спронг поднял бровь, а я пояснил свою мысль.

— Я уже искал дорогую машину в Южном Централе совсем недавно и даже вышел на ее след. У меня уже есть понимание, куда ехать в первую очередь, и у кого можно получить информацию. Я смогу действовать оперативнее, чем любой другой детектив.

Спронг все еще смотрел с сомнением.

— Ты понимаешь, что после твоего прошлого прокола это дело может поставить под угрозу твою карьеру? Найти эту машину требуют… очень важные люди в Департаменте. Если ты не справишься… — он красноречиво замолчал.

— Да, — я кивнул. — Но я справлюсь.

— Хорошо, — кивнул Спронг, сделал пару шагов и положил бумагу передо мной. — Дело твое. Выезжать нужно немедленно. Опрашивать владельца не нужно, сверху сказали, что он слишком занят для этого. На месте угона уже работают местные детективы. Отправляйся сразу в район и постарайся найти ее по горячим следам.

— Так точно, — я поднялся, мельком взглянул в бумагу и понял, что к ней не прикреплено фото. — Лейтенант Спронг, а как она выглядит-то?

Спронг кивнул.

— Точно. Формами кузова напоминает «Ламборгини Кунташ» — такая же низкая и обтекаемая. Если встретишь машину, которую никогда до этого не видел, с похожими чертами — будь уверен, это она. А теперь езжай.

Я кивнул Филлмору, схватил со спинки стула куртку и быстро вышел из кабинета.

Сел в машину, выехал на дорогу и задумался: погоня со стрельбой. Настолько узнаваемую машину, да еще и преследуемую полицией, невозможно спрятать в Южном Централе так, чтобы на нее не обратили внимания. Поэтому крайне маловероятно, что они поехали на ней сразу в мастерскую на Флоренс — для этого нужно было преодолеть почти половину района.

Если она оторвалась на въезде в Централ, значит, ее загнали в гараж где-то на ближайших улицах, и теперь не высунут оттуда носа как минимум до наступления ночи — слишком большой переполох подняли, да и машина слишком необычная. Днем в любом случае найдутся свидетели.

Но и долго держать ее в укрытии, которое они приготовили на скорую руку, угонщики не будут. Судя по тому, что я уже успел узнать, те, кого я ищу, тщательно выбирают машины. И они не могут не знать, у кого увели настолько редкую машину. Равно как и не могут не понимать, как ревностно будет ее искать полиция.

Поэтому они попытаются как можно быстрее ее перекрасить. Просто чтобы ее не опознали случайные свидетели, которые в таких делах все равно ориентируются, в первую очередь, на цвет. Также им нужно замазать пулевое отверстие — оно сразу выдает криминальный автомобиль. А значит, в ближайшее время наша машина окажется в известной нам автомастерской.

Я не выдержал и свернул на Флоренс, проехал мимо сервиса Хуана — ничего подозрительного, внутри все так же работал молодой латинос, что менял мне лампочку. Хотя покрасочный бокс все так же закрыт. Конечно, оставался шанс, что машина уже внутри, но проверить это среди дня и без ордера я не мог никак. А ордер мне без веских доказательств быстро не оформят.

Развернулся, проехал по Флоренс до пересечения с Вестерн. И крепко задумался. Вестерн-авеню была прямой и длинной, с отличным асфальтом. Сбросить погоню на ней вряд ли было возможно — слишком уж далеко она просматривалась. Но с другой стороны — угонщик ехал на предсерийном суперкаре. Наверняка лошадиных сил в нем целый табун. Так где еще отрываться от патрульных машин, как не на длинной прямой, с которой можно резко свернуть, достаточно разорвав дистанцию, и скрыться в лабиринте улиц Южного Централа?

Если взять эту версию как рабочую, то до автосервиса от въезда в район был всего один поворот и две прямые, как стрела, улицы, на которых в предрассветные часы еще и ни одной машины, как правило, не было.

Я задумался еще сильнее. Надо быть особенно внимательным в ближайшие ночи. Думаю, Филлмор и Андерсен поймут это и без меня, так что будут готовы ко всему.

А сегодняшняя смена как раз моя. Надо бы приехать на место пораньше.

Я вытянул из нагрудного кармана пейджер, проверил — работает, батарейка не села. Правда, толку с него на дежурстве не будет никакого — он же умеет только принимать сообщения, но не отправлять их. Я снова с ностальгией вспомнил мессенджеры на смартфонах из моей прошлой жизни. А ведь с их помощью можно было не только сообщение мгновенно отправить, но и фото или видео. Да уж, вот чего мне сейчас действительно не хватает в работе, так это гаджетов и интернета.

Так или иначе, если что-то случится этой ночью, мне все равно придется бежать до телефона-автомата, звонить оператору и наговаривать сообщения голосом. Мда уж, проклятые пещерные технологии. Скорее б хотя бы нормальные сотовые вошли в обиход и перестали стоить, как крыло от «Боинга».

Благо я помнил, что телефон-автомат есть прямо рядом с супермаркетом, на парковке которого я ставил свой «Шеветт» во время прошлого дежурства. Надо в этот раз припарковаться еще ближе к аппарату. Не потому что мне лень пробежаться, а потому что это создаст ненужную суету среди ночи, которую могут заметить из мастерской.

Размышляя, я продолжал кататься по улицам неподалеку от въезда в Централ. Вряд ли, конечно, угонщики настолько тупые, что бросили «Вектор» где-то на видном месте, но чем черт не шутит — вдруг увижу следы горелых покрышек или еще что-нибудь странное.

Однако удача мне не улыбнулась, и я весь день прокатался по району зря. Стрелка датчика топлива неумолимо ползла к нулевой отметке. Заехал на заправку, залил полный бак, заплатил за это десять с небольшим баксов, заодно разменял побольше мелочи. На случай, если все же придется звонить с таксофона.

Время перевалило за пять, и я решил, что пора ехать в Карсон. Перед дежурством нужно позаботиться о Рэмбо — я не могу просто не появляться дома сутками. Да и перекусить не мешало бы, чтобы ночью не жевать руль от голода.

Я выехал на шоссе и в плотном трафике потянулся в сторону дома. Хорошо, что я мог себе позволить спокойно ехать в правом ряду, никого не обгоняя. Во-первых, потому что в мою комплектацию «Шеветта» обгон не положили. А во-вторых, потому что через пакет, заменяющий мне водительское окно, было почти невозможно рассмотреть, что происходит в левом зеркале заднего вида.

А еще раз столкнуться с малолетними «гангстерами» мне совсем не хотелось. Боюсь, что от очередного удара элементы кузова просто осыпятся ржавыми хлопьями, как осенняя листва.

Кстати,

о той аварии… Голову посетила очень важная мысль. Я сунул руку под сиденье, нащупал там Глок, забытый еще вчера, и убрал его в карман. Таскать эту штуку с собой чревато, но и избавляться от нее с концами не хотелось. Конечно, я надеялся, что незарегистрированное оружие крайне сомнительной с точки зрения закона чистоты мне никогда не пригодится…

Но лучше иметь и не нуждаться, чем нуждаться и не иметь. Поэтому, приехав домой, я надел пару резиновых перчаток, обнаруженных в ванной, полил пистолет перекисью водорода, за неимением ничего более подходящего, и очень тщательно вытер его чистым полотенцем, стирая отпечатки пальцев — свои и парней, у которых его забрал. Вообще, перекись неплохо подходит для этого — она ведь расщепляет органику, поэтому помогает удалить и потожировые следы в труднодоступных местах.

Разобрал пистолет, тщательно отмыл детали от ржавчины.

Пришлось очень сильно поломать голову, пытаясь понять, как он разбирается. Это был ни разу не табельный Макаров, а Соко раньше не сталкивался конкретно с этой моделью.

Оказалось, схема была куда более хитрой, чем я ожидал. Нужно было опустить специальный рычажок перед спусковой скобой вниз. Но звучало это сильно проще, чем было на самом деле. Потому что сначала нужно было немного отвести затворную раму назад. Не полностью, как это было на Макарове, а буквально на сантиметр. Когда до меня это дошло, я попробовал — и затвор заклинил, а рычажок остался в каком-то среднем положении.

Я уж было подумал, что старое и ржавое оружие просто сломалось, но после нескольких ощутимых рывков затворной рамы все снова заработало, а рычажок поднялся в свое изначальное положение.

Методом проб и ошибок я понял, что этот рычажок нормально работает только тогда, когда на пистолете спущен курок. И когда я в очередной раз пытался опустить рычажок, но уже после контрольного спуска, он вдруг поддался, а затворная рама вместе со стволом снялась вперед.

На все эти эксперименты я убил больше двадцати минут. Но если бы не память Соко, которая подсказала мне, что он уже разбирал пистолеты, на которых были похожие рычажки — я бы, наверное, вообще не разобрался. Мой табельный чистить было раз в десять проще.

Дальше пошло проще, я просто снял пружину и ствол с затворной рамы и тщательно их почистил. Благо, в трейлере обнаружилась початая баночка масла и шомпол от Беретты. Все-таки за оружием Михаил ухаживал.

В ударно-спусковой механизм я не полез — побоялся сломать, поэтому просто обильно смазал его, капнув внутрь оружейного масла. На все подвижные детали также нанес смазку, но без фанатизма. Почистил и смазал магазин и его шахту — он сразу начал ходить свободнее.

Собрал пистолет и протер все металлические элементы слегка промасленной тряпицей. Его воронение сильно побито, не хватало еще, чтобы он окончательно проржавел. Да и для нормальной консервации это нужно. После чего я сунул оружие в чистый мусорный пакет, завернул и положил на стол.

Снял перчатки, взял лопату и вышел на улицу.

Между моим и соседским трейлером росли густые кусты неизвестного мне вида. Рэмбо регулярно справлял там нужду, поэтому я, пока убирал за ним, успел найти неприметное местечко, скрытое с двух сторон стенами трейлеров, а еще с двух — непролазными зарослями.

Я огляделся, убедившись, что меня никто не видит, и юркнул в переплетение веток. Возле одного из крупных кустов аккуратно срезал пласт дерна. Выкопал неглубокую ямку, ссыпав лишнюю землю в захваченный с собой мусорный мешок. Вернулся в трейлер, взял со стола пакет с пистолетом через чистое полотенце, чтобы не оставить отпечатков на пластике, отнес и бросил оружие в яму. Аккуратно присыпал землей и уложил кусок дерна сверху.

Оценил результат трудов — если не знать, что конкретно искать, заметить срезанный дерн было невозможно. Через некоторое время он прирастет обратно, полностью скрыв все следы.

Подумал, вернулся в трейлер, налил в стакан воды из-под крана и полил срезанный дерн — чтобы точно не засох.

Лишнюю землю из пакета высыпал под одну из стоек турника — я все равно при ее установке копал, так что внешне ничего не изменилось.

Отлично, одной проблемой меньше.

Я вернулся в трейлер, выгулял Рэмбо на импровизированном поводке, покормил его и дал лекарства.

Задумчиво посмотрел на повязку — она не промокла и выглядела хорошо, и особой нужды менять ее второй раз за день не было. Но потом все же решился и сменил — вдруг завтра утром не получится сделать это своевременно. Кто знает, что может случиться во время дежурства. А здоровьем собаки рисковать нельзя.

Когда с заботой о питбуле было покончено, я осторожно погладил его по спине и пошел готовить ужин уже себе. Быстро сварил мак энд чиз из пачки, и снова съел две порции в одно лицо. Нужно было набить желудок, чтобы без проблем отдежурить всю ночь.

Стал вспоминать, все ли сделал, и тут меня словно током ударило. Какой же я идиот!

Встал на четвереньки и залез рукой глубоко под диван. Вытащил оттуда картонную коробочку. Открыл — внутри блестели промасленные девятимиллиметровые патроны.

Я ведь выпустил в того мексиканца три пули, и уже четвертый день шатаюсь с неполным магазином. Да, в моей Беретте он пятнадцатизарядный, и нехватка трех патронов, скорее всего, не сыграла бы большой роли. Но это огромный промах для меня, как для детектива. И ведь ни я сам, ни тело Соко даже не почесались.

Вынул магазин, добил в него три патрона. Посмотрел на коробочку. Нет, не буду брать ее с собой. В бардачке «Шеветта» лежит запасной магазин, и этого точно хватит. Я все-таки угоны расследую, а не наемных убийц ловлю, чтобы устраивать перестрелки на полсотни выстрелов.

Убрал коробочку обратно под диван, поглубже. Вообще, по рекомендациям Департамента, патроны нужно было хранить в «недоступном для посторонних месте». Я вполне обоснованно считал, что ни у кого постороннего доступа под мой диван нет. У Рэмбо туда морда не пролезет, а больше тут никто не ходит.

Вставил магазин в Беретту и убрал ее в кобуру. Взял из холодильника последнее яблоко, чтобы не так скучно было дежурить. Посмотрел на часы — начало девятого. В принципе, можно выезжать. Стемнеет еще не скоро, но пропустить что-то важное не хотелось.