Между звезд и руин

46. Обрывки воспоминаний

Вернувшись через чёрный ход, который проходил через просторную кухню с массивными столами и старинной плитой, я решительно направилась в комнату Ксара. После прогулки голова прояснилась, и я была полна решимости получить ответы на свои вопросы. Ждать до завтрашнего дня казалось невыносимым.

С силой распахнув дверь, я вошла в его комнату. Ксар сидел на диване, погружённый в чтение. В его руках была старинная книга в кожаном переплёте, а поза казалась абсолютно непринуждённой. При виде меня его брови слегка приподнялись в притворном удивлении.

— А я уж думал, тебя снова придётся искать, — не отрывая взгляда от страницы, сухо произнёс он, словно это было для него обычным делом.

Я плотно закрыла за собой дверь и села рядом с ним. Его небрежность только подливала масла в огонь моего нетерпения. Ксар медленно отложил книгу в сторону и наконец обратил на меня всё своё внимание.

— Я не собираюсь ждать завтрашнего дня, — нервно ответила я, чувствуя, как внутри разгорается пожар. — Рассказывай, что смог узнать.

Ксар усмехнулся, его взгляд стал пронзительным. Он расслабленно откинулся на спинку дивана, словно наслаждаясь моим нетерпением. В его позе читалась уверенность, которая только усиливала моё раздражение.

— Мне казалось, я уже сказал, что завтра вечером всё тебе расскажу, при условии твоего хорошего поведения, — его хищная улыбка растянулась ещё шире, а в глазах заплясали озорные искры. Ксар с вызовом посмотрел на меня, затем медленно раскрыл ладонь и продемонстрировал оставленный мной кулон, который мерцал в свете лампы.

— Но ты ведь даже и не думала быть послушной, да, крошка? — его голос стал вкрадчивым, а взгляд скользнул по моему лицу, словно оценивая реакцию.

Я стиснула зубы от его надменного тона, чувствуя, как внутри закипает ярость. Этот мужчина явно наслаждался ситуацией, играя со мной как кошка с мышкой. Его самоуверенность была почти осязаемой, она просто витала в воздухе.

— Если ты не хочешь помогать мне, так и скажи, — отведя взгляд от кулона, произнесла я.

— Всё зависит только от тебя, — ответил Ксар, его голос звучал спокойно и уверенно.

— Я не собираюсь быть твоей послушной собачонкой и не надейся, — прошипела я, сжимая руки в кулаки. В этот момент каждая клеточка моего тела была наполнена яростью и негодованием.

Ксар лишь усмехнулся, его глаза заблестели в полумраке комнаты.

— Ох, мне и не нужна послушная собачка. Я лишь хочу видеть рядом с собой достойную пару, — произнёс он с лёгким смехом, протягивая мне кулон. Свет лампы заиграл на его поверхности, создавая блики.

Я упрямо посмотрела на него, отказываясь принимать этот символ нашей связи. В воздухе повисло напряжение, словно перед грозой.

— Так ты не расскажешь мне? — повторила я, стараясь сдержать дрожь в голосе.

Ксар взял мою руку и вложил в неё кулон, его прикосновение было лёгким, но от него по коже пробежали неприятные мурашки.

— Айрина, игра всегда будет лишь по моим правилам, — произнёс он, его голос стал серьёзным, — и в твоих интересах следовать им.

Меня передернуло от звучания моего имени из его уст. Я чувствовала, как его слова проникают в самое сердце, создавая там странный вихрь из противоречивых эмоций — от гнева до необъяснимого волнения. Кулон в моей руке ощущался как клеймо, словно раскалённое железо, прижигающее кожу. Я не хотела играть по его правилам, но выбора, похоже, не было.

— Хорошо...но ты будешь обязан мне всё рассказать, ничего не утаивая, — скрипя сердцем согласилась я, машинально наматывая кулон на кисть. Но Ксар остановил меня одним резким движением руки, его глаза сверкнули в полумраке.

— Нет, я хочу, чтобы он был на твоей изящной шее, — с явной издевкой произнёс он, не отрывая взгляда от моего лица, наслаждаясь моей реакцией.

Мои ладони сжались в кулаки, оставляя на коже полумесяцы от впившихся ногтей. Я чувствовала, как кровь приливает к щекам, а сердце бьётся где-то в горле. Этот мужчина играл со мной, словно кошка с мышью, и ему явно нравилось происходящее.

Медленно, с неохотой, я подняла кулон над головой. Его прохладная поверхность коснулась кожи шеи, словно прикосновение змеи. В этот момент я почувствовала себя пленницей, надевшей собственный ошейник.

Ксар наблюдал за мной, его взгляд был полон триумфа. Я знала, что сделала шаг в неизвестность, и пути назад уже не будет.

— Тебе понравилось платье, которое принесла Зира? — непринужденно спросил Ксар, его голос звучал почти небрежно, но в глазах промелькнуло что-то похожее на интерес.

Я лишь хмыкнула, вспоминая это розовое недоразумение, которое больше походило на наряд для детского утренника, чем на платье для взрослой девушки.

— О, да. Только ваша мода отличается от того, к чему привыкла я, — ответила я, стараясь сдержать раздражение в голосе.

— Ты быстро привыкнешь, — ответил он с лёгкой улыбкой, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся.

«Не думаю», — про себя подумала я. К такому просто невозможно привыкнуть. Я прекрасно помнила, как выглядели их женщины во время приезда Верховного правителя — их наряды были элегантны и сдержанны, ничего общего с этим розовым кошмаром.

Меня хотели выставить посмешищем, но теперь у них вряд ли это получится. Вилета вела со мной грязную войну, и я не собиралась ей этого прощать или забывать. Завтра я ей во всей красе продемонстрирую свои «короткие и кривые» ноги, о которых она так пренебрежительно отозвалась.

— Кстати, забыл спросить, когда ты успела очаровать моего младшего брата? — внезапно спросил Ксар, его голос звучал неожиданно серьёзно, вырывая меня из моих размышлений.

Я едва сдержала смешок, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица.

— О чём ты? — ответила я, стараясь скрыть усмешку.

Ксар серьёзно посмотрел на меня, его взгляд стал пронзительным.

— Дирк просил тебя в своё личное пользование, — произнёс он, и в его голосе промелькнуло что-то похожее на раздражение.

— И что ты ответил? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более равнодушно.

— Издеваешься? — Ксар резко поднялся с дивана, его лицо потемнело от гнева. Он сделал шаг ко мне, и я невольно отступила назад, чувствуя, как напрягаются мышцы.

— Да нет, правда любопытно, — ответила я, стараясь сохранить спокойствие в голосе, хотя внутри всё дрожало от его внезапной вспышки.

Он стоял надо мной, возвышаясь как скала, его глаза метали молнии. В этот момент я отчётливо увидела, насколько он опасен — не только физически, но и эмоционально. Его сила была подавляющей, она словно заполняла всю комнату, не оставляя места для воздуха.

— Я настоятельно рекомендую не флиртовать с другими мужчинами, — произнёс Ксар, его голос звучал непривычно серьёзно, почти угрожающе. В комнате словно стало холоднее, а его взгляд прожигал насквозь.

Он был абсолютно серьёзен в своих словах, словно его действительно могло это задевать. Его поза, его тон — всё говорило о том, что он не шутит.

— Ревнуешь? — язвительно бросила я, стараясь скрыть своё удивление.

Ксар лишь усмехнулся, его губы изогнулись в знакомой усмешке, но глаза оставались серьёзными.

— Не переношу конкуренции, — ответил он, словно я сказала какую-то глупость. В его голосе слышалось лёгкое презрение, смешанное с чем-то, что я не могла определить. Я чувствовала, как его слова проникают под кожу, вызывая раздражение.

Он стоял передо мной, такой уверенный в себе. И в этот момент я поняла, что его предупреждение — не пустые слова.

— И что же ты сделаешь, если я всё-таки буду флиртовать? — спросила я, сама не зная, зачем провоцирую его.

Его взгляд стал ещё более пронзительным, а в уголках рта появилась тень улыбки — опасной, обещающей.

— Тебе не понравятся последствия, — бросил он, его голос прозвучал холодно и уверенно. Резким движением Ксар взял в руки старинную книгу, переплёт которой тускло блеснул в свете лампы.

Он опустился в кресло с видом человека, который знает, что держит все карты в своих руках и продолжил спокойно читать. Его поза была расслабленной, но в этом спокойствии чувствовалась скрытая сила, готовая в любой момент вырваться наружу.

Ксар полностью ушёл в книгу, игнорируя моё присутствие. Я прошлась по комнате, ища чем бы себя занять. Мои эмоции бурлили внутри, хотелось накричать на него, послать куда подальше, но это было нерационально. Как бы то ни было, он действительно был мне нужен — он помогал разобраться с моей силой. Моя собственная сила могла убить меня... Насколько же мне не везёт.

Внезапно мои глаза заволокла пелена, и уже знакомая боль пронзила голову. Снова...

Моё дыхание было сбитым. Мама крепко держала меня за руку и тащила за собой.

— Быстрей, малышка, прошу тебя, — в панике просила мама. Мои ножки так устали, я больше не могла бежать.

— Мы должны успеть, они знают, кто ты...

Мама остановилась и подхватила меня на руки. Я поймала её слезинку своим крохотным пальчиком.

— Почему ты плачешь, мама? — во мне бурлило волнение. Мама выглядела такой напуганной, такой несчастной...

Мама ничего не ответила, лишь сильнее прижала меня к себе. Мы были в каком-то длинном туннеле. Под ногами мамы хлюпала грязь, каменные стены давили со всех сторон. Единственным источником света был фонарь в маминых руках, отбрасывающий жуткие тени на стены.

Каждый шаг отзывался эхом, а капли воды, падающие с потолка, создавали тревожную симфонию. Я чувствовала, как дрожат мамины руки, как часто бьётся её сердце. В её объятиях я пыталась найти защиту от этого кошмара, но страх проникал всё глубже, заставляя моё маленькое сердце биться чаще.

Что-то ужасное гналось за нами, и мама знала об этом. Знала то, чего не знала я. Но она хранила эту тайну, пытаясь защитить меня даже от своих собственных страхов.

— Где папа? — спросила я, мой детский голосок дрожал от страха и непонимания. Я вцепилась в мамину рубашку, пытаясь найти в ней опору в этом кошмаре.

Мама не ответила. Глухое рыдание сорвалось с её сухих губ, и это напугало меня ещё больше. Её плечи задрожали, и я почувствовала, как по моей щеке скатилась горячая слеза.

Я всё пыталась разглядеть в темноте туннеля невидимого преследователя. Кто гнался за нами? Я слышала только мамины шаги, тяжёлое дыхание и капли воды, падающие с потолка. Тогда почему она так напугана? Что-то ужасное таилось во мраке, и мама знала это.

Внезапно меня отбросило обратно в комнату. Я лежала головой на коленях у Ксара, его лицо слегка расплывалось перед глазами, а в ушах всё ещё звучали отголоски маминых рыданий.

— Что ты видела? — спросил Ксар, его голос звучал обеспокоенно.

Я попыталась сфокусировать взгляд на его лице, но перед глазами всё ещё мелькали образы туннеля, маминых слёз и той угрозы, что гналась за нами.

Комната Ксара казалась такой далёкой от того кошмара.

— С чего ты решил, что я что-то видела? — с недоверием спросила я и медленно поднялась с его коленей. Каждое движение давалось с трудом.

— Я уже видел подобное, — начал Ксар, его голос звучал задумчиво. — Твои воспоминания находятся словно в закрытом сундуке. Ты ничего не помнишь о детстве, своей семье и как оказалась на Земле. Но сейчас воспоминания начали просачиваться наружу. — Он сделал паузу, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— Так что ты видела? — снова спросил он. Его глаза словно пытались заглянуть мне в душу, прочесть то, что я пыталась скрыть.

— Просто какие-то обрывки перед глазами, ничего важного, — соврала я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.