Между звезд и руин

43. Сомнения

Жар медленно растекался по моему телу, спускаясь от груди к животу. Не в силах справиться с нахлынувшими чувствами, я резко отвернулась к окну. Мои щеки пылали, словно их коснулось пламя, а дыхание стало прерывистым и тяжёлым.

В этот момент я чётко осознавала: достаточно было сделать крошечный шаг вперёд, и наши губы встретились. При этой мысли кровь мгновенно вскипела, а сердце забилось в бешеном ритме. Но я не могла позволить эмоциям затмить мой разум.

Ксар оставался для меня загадкой. Я не могла ему всецело доверять. После всего увиденного моё отношение к Астарийцам стало ещё более настороженным.

Моё первое свидание обернулось полным провалом — все из-за нелепых попыток Ксара переманить меня на свою сторону, доказать, насколько низко могут пасть люди.

Но я твёрдо знала: существуют те, кто будет бороться до последнего, те, в ком жива искра надежды. Несмотря ни на что, я верила — люди и Астарийцы должны быть равны, никто не имеет права заставлять прислуживать другому. Эта вера давала мне силы противостоять наваждению и сопротивляться притяжению, которое испытывал к этому загадочному мужчине.

Ксар тяжело вздохнул, и машина наконец-то тронулась с места. Ночной город медленно поплыл за окнами — размытые огни фонарей сливались в длинные светящиеся полосы, словно кто-то разлил жидкое серебро на асфальт. В салоне царила напряженная тишина, нарушаемая лишь ровным гулом двигателя и моим сбивчивым дыханием.

Мысли о ресторане не отпускали. Почему девушки решаются на такое? Как можно добровольно подвергать себя подобным испытаниям? Я не могла даже представить себя на их месте — каждый мускул моего тела противился самой мысли об этом.

Сегодняшний день превратился в череду потрясений, от которых кружилась голова. Сначала эта встреча с моей полной копией в собственном сознании. И эта сила, которую мое хрупкое тело просто не способно выдержать. Как такое вообще возможно? Тревога острыми когтями впивалась в грудь, раздирая внутренности на части. Жизнь, словно жестокий учитель, продолжала сыпать испытание за испытанием, не давая ни минуты на передышку.

До резиденции мы добрались в напряженном молчании. Выскочив из Зипа, я почти бегом направилась внутрь здания. Сейчас мне отчаянно не хватало Марины — простой разговор с ней помог бы разложить все мысли по полочкам, упорядочить эмоции и, возможно, заметить то, что ускользало от меня в суматохе событий.

Решив не идти в комнату Ксара, я направилась прямиком в столовую — ведь тот великолепный кусок мяса в ресторане так и остался нетронутым. К моему удивлению, Ксар не последовал за мной, а с мрачным выражением лица поднялся на второй этаж. Так даже лучше — сейчас мне нужно было побыть одной.

В столовой для персонала я застала Тасю, которая сидела в абсолютном одиночестве. При виде меня она заметно смутилась.

— Привет, можно присесть с тобой? — осторожно спросила я, и она, радостно закивав, подвинулась, освобождая место.

— Привет, угощайся, — Тася отломила половину булочки и протянула мне. Я с благодарностью приняла угощение.

По её поведению было заметно, что она чем-то обеспокоена и не решается заговорить. Её взгляд то и дело убегал в сторону, а пальцы нервно теребили край скатерти.

— Девочки многое болтают про тебя, — наконец выдавила она, волнуясь.

— Что именно говорят? — поинтересовалась я, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

— Раиса говорит, что ты одна из них, — Тася указала на мои глаза, — и что ты теперь невеста Старшего наследника.

Я не смогла сдержать усмешки при мысли о том, насколько нелепо это звучит. Невеста...

— Всё не так просто, — уклончиво ответила я. — И, увы, я действительно не являюсь человеком. Даже для меня самой это стало настоящим потрясением.

После моих слов выражение лица Таси изменилось — в её глазах промелькнула опаска, недоверие. Теперь она явно боялась меня, и это причиняло почти физическую боль.

Тася наклонилась ко мне через стол, её голос звучал приглушённо:

— Первая группа теперь тоже в подчинении у Зиры.

Внутри у меня всё похолодело. Зира — та ещё змея, а её методы управления просто невыносимы. Что же случилось с Хиллом? Этот вопрос острым клинком вонзился в моё сознание.

— А что с Хиллом? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал от волнения.

Тася лишь пожала плечами, её лицо оставалось бесстрастным:

— Говорят, перенаправили его просто.

В этот момент из кухни выплыла пожилая кухарка — грузная женщина с властным выражением лица. Её белоснежный фартук был украшен мелкими капельками воды, а на носу блестели круглые очки.

— Не часто к нам такие важные гости захаживают, — проговорила она с едва заметной ухмылкой, ставя передо мной чашку ароматного чая и тарелку с пирожными.

С этими словами она развернулась и скрылась за дверью, оставив после себя шлейф пряных кухонных ароматов и ощущение чего-то недоброго, витающего в воздухе.

Посидев ещё немного, Тася извинилась и отправилась отдыхать, ссылаясь на усталость. Я её не винила — сейчас она видела во мне уже не ту Яру, которая когда-то помогла ей, а совершенно чужую незнакомку.

Когда кухарка уже третий раз выглянула с кухни, чтобы проверить, ушла я или нет, я поняла — пора. Поблагодарив за чай и пирожные, я покинула столовую. Идти к Ксару до сих пор не хотелось, и я всерьёз думала о ночёвке в подсобке.

Слоняясь по резиденции из Восточной части крыла в Западную, я убивала время. Бесконечные коридоры, старинные портреты на стенах, чьи глаза, казалось, провожали меня взглядом — всё это навевало тоску. Наконец, найдя укромный уголок с высоким окном, выходящим во двор, я залезла на широкий подоконник и задернула плотную штору.

Я чувствовала себя просто ребёнком, который спрятался таким способом от своих проблем. Здесь, в этом маленьком убежище, время словно остановилось, давая мне возможность собраться с мыслями перед неизбежной встречей.

Тишину разорвал резкий звук шагов, эхом отразившийся от стен коридора. Знакомый до дрожи тонкий голосок становился всё отчётливее, и я замерла, затаив дыхание.

Полумрак коридора скрывал моё присутствие, но я всё равно старалась не шевелиться, боясь даже случайно колыхать тонкую ткань шторы.

— Да, а ещё она страшнее вас. Чего только стоит этот мышиный цвет волос, — ядовито протянул тонкий голос, заставляя моё сердце сжаться от боли.

— А ноги ты её видела? Кривые и короткие, — высокомерно добавил второй голос, более властный и надменный. Мне не нужно было видеть их лица, чтобы понять, кто это. И о ком они так злорадно судачат.

— Кому она вообще может понравиться. Да и не верю я в то, что она одна из нас, — презрительно бросила Вилета, и её голос, словно острый нож, вонзился в моё сознание.

Её присутствие раздражало меня до глубины души. Всё во мне противилось желанию выскочить из укрытия и поставить её на место, но я держалась, понимая, что могу услышать что-то действительно важное.

— Ох, Зира ей такое платье подготовит... Она будет главным посмешищем на празднике, — злорадно рассмеялась Вилета, и её смех, похожий на скрежет металла, разнёсся по коридору.

Когда они подошли к окну, за которым я пряталась, я задержала дыхание, боясь выдать своё присутствие даже случайным шорохом.

— Вы затмите всех своей красотой, и я уверена, старший наследник Верховного правителя будет смотреть только на вас, — подобострастно пропела Ульяна, и в её голосе слышалась неприкрытая лесть.

— Кстати, твоего брата и его друга переведут в качестве моей охраны на этой неделе. Ты заслужила, — небрежно бросила Вилета.

Подумать только — ей удалось уломать эту заносчивую девицу организовать перевод Макса и Артёма. Честно говоря, я удивлена — может, в Ульяне всё-таки есть что-то хорошее?

Лишь когда их силуэты скрылись за поворотом, я смогла сделать глубокий вдох. Напряжение наконец-то отпустило.

Значит, они в сговоре с Зирой и планируют выставить меня в дурацком свете на дне рождения Дирка. Но какое мне дело? Всего несколько дней назад я сама была в классе "Чистильщиков" и носила эту кошмарную форму. Да и стоит ли вообще идти на это мероприятие? Желание отсутствует напрочь, и почему я вообще согласилась? Пытаясь вспомнить наш разговор с Ксаром, я никак не могла воспроизвести этот момент в памяти. Странно...

Мысли кружатся в голове, но ясности не приносят. Что-то здесь не так, и это «не так» настораживает всё больше.

Прислонившись лбом к прохладному стеклу, я неотрывно следила за тем, как небо постепенно окрашивается в чернильные тона, а первые звёзды робко зажигаются одна за другой. Их мерцание казалось таким далёким и недостижимым, как и ответы на мои вопросы.

Тяжёлый день навалился свинцовой усталостью, заставляя тело буквально растекаться по подоконнику. Неизвестность острыми когтями впивалась в душу, раздирая её на части. В такие моменты хочется убежать, скрыться от всех проблем, но судьба словно насмехается, не давая ни единого просвета.

Подняв руку, я коснулась кулона, который таинственно переливался в лунном свете, отбрасывая зелёные блики. Как же просто было бы вернуть его и исчезнуть, оставив позади все эти интриги и заговоры. Теперь мне стало понятно, почему Вилета так ненавидит меня — она ведь мечтала занять моё место. Возможно, она действительно любит Ксара так сильно, как говорит, а он ошибочно считает, что её интересует лишь власть.

В этой опасной игре каждый преследует свои цели. Поможет ли мне Ксар с моей силой, или это всего лишь уловка? А что, если он не успеет, и она действительно погубит меня? От этих мыслей по спине пробегал ледяной озноб.

Затекшая спина протестовала против долгого сидения на твёрдой поверхности. Я спустила ноги с высокого подоконника и осторожно спрыгнула на пол. Усталость накатывала волнами, так хотелось погрузиться в глубокий сон. Гнев на Ксара был настолько сильным, что ноги сами понесли меня к старой пыльной подсобке.

Добравшись до своего временного убежища, я аккуратно расправила мятую подушку на продавленном диване. Прислонившись к его шершавой обивке, я невольно поежилась — это место вызывало глухую тоску. Может быть, виной тому было тесное пространство или вечный полумрак, царивший здесь. Но как только моя голова коснулась подушки, я мгновенно провалилась в спасительное забытье.