Между звезд и руин

33. Важный разговор

После того как я закончила уборку всех душевых и туалетов, Зира собрала нас всех в общем коридоре на первом этаже.

— Итак, вы отлично справляетесь со своими обязанностями. Никто из гостей резиденции не жаловался на грязь или пыль. Я решила переосмыслить свои правила и поэтому сегодняшний вечер вы можете провести за пределами резиденции. Но завтра с утра обязаны приступить к своей работе. Всем вернуться до двенадцати, не хочу видеть завтра сонные лица, — торжественно закончила Зира.

И мы действительно удивились. Девушки начали перешептываться, на их лицах был искренний восторг. Они радовались, что смогут навестить свои семьи. Насколько я знаю, многим людям позволили вернуться в их прежние дома, у кого они, конечно, уцелели, а мы застряли в этой резиденции, возможно, пожизненно.

Мне было не к кому идти, да и у меня было ещё незаконченное дело. Мне срочно нужно было выследить Ксара и вернуть кулон. Я больше не могла прятать его от остальных.

Устало вздохнула, я ведь так и не узнала у Хилла ничего полезного насчёт Марины. Где их могут держать? Почему их забрали? Всё-таки я надеялась, он расскажет мне об этом. У нас с ним возникли какие-то доверительные отношения. Он теперь знал про кулон и даже не собирался меня сдавать.

Я уверена, Верховному правителю бы не понравилось, что какая-то человечка носит их священный кулон. Он ведь не знал, что я одна из них. Да и лучше пускай не знает. Мало ли что они сделали с моими родителями. Быть может, их вообще уже нет в живых.

С тяжёлой головой я направилась на улицу. Пока есть возможность, я хотела бы просто прогуляться вокруг резиденции. На свежем воздухе лучше думается.

Выйдя на просторную веранду с большим количеством окон, я взглянула на небо. Солнце уже спряталось, унося с собой приятное тепло. Эх, сейчас бы хотя бы одну сигаретку... Зависимость никуда не пропала. Я горько усмехнулась.

Выйдя на улицу, я вдохнула весенний апрельский воздух. Он был наполнен запахом свежести и надежды на лучшее будущее. Кто знает, быть может, всё ещё изменится.

Вдалеке был слышен шум стройки. Видимо, пришельцы решили не оставлять город в руинах, а создавать свой.

Я слегка поежилась от прохладного ветра, ведь на мне была только тонкая форма.

Медленными шагами я прогуливалась вдоль резиденции, по протоптанной тропинке. Я не знала, безопасно ли идти за пределы этого места одной. Проверять мне это не хотелось, но девчонок уже и след простыл. Возможно, если бы меня ждали дома, если бы у меня была семья, я бы тоже бежала, не думая о возможных угрозах. Но меня к сожалению никто не ждал.

Одиночество давило на плечи тяжёлым грузом. В этом новом мире, где всё изменилось, я оставалась одна со своими тайнами и вопросами, на которые не было ответов.

За большим зданием резиденции я обнаружила старую беседку круглой формы. Вокруг неё была лишь сухая трава, которая вот-вот должна была зазеленеть. Летом здесь, наверное, будет красиво. В беседке стояло несколько лавочек вдоль изгородей.

Я присела на одну из них, наслаждаясь уединением. Деревянные балки беседки слегка поскрипывали от лёгкого ветра.

Сквозь ажурные перила были видны очертания города — разрушенные здания, новые постройки пришельцев. А здесь, в этой маленьком укромном уголке, время словно остановилось.

Я провела рукой по шершавой поверхности скамейки. Дерево было тёплым от дневного солнца, оно ещё хранило в себе тепло уходящего дня.

Я вспоминала нашу последнюю встречу с Ксаром, как он предал моё доверие и водил меня за нос. Он говорил, что постарается помочь. А сам ещё и план подкинул, как превратить нас в рабов. Ненавижу!

Совсем стемнело, а я всё сидела. В беседке становилось прохладнее, и я обхватила себя руками, пытаясь согреться. Где-то вдалеке мерцали странные огоньки, а здесь, в этом укромном уголке, царила тишина, нарушаемая лишь редким шорохом ветра в ветвях.

Вдалеке я увидела, как крупный силуэт направляется в мою сторону. Мне стало слегка не по себе, и я даже хотела уйти, пока свет одинокого фонаря не осветил фигуру и лицо приближающегося. Это был Ксар.

Он излучал уверенность, его не смущало, что по его вине я сейчас нахожусь в таком положении. На нём был богато расшитый костюм из чёрной ткани, с серебристыми символами. Он выглядел как сам дьявол — на лице расползлась довольная ухмылка, когда он заметил, что я его разглядываю.

Я поднялась с места и сдёрнула с себя кулон. Внезапно я почувствовала прилив ярости — меня просто выводило из себя само его присутствие. Он словно хищник вошёл в беседку, не сводя с меня глаз. Его брови взлетели вверх, когда он увидел, что я сжимаю в руке.

— Знаешь, я думал, ты уже остыла, букашка-терра, — улыбаясь, произнёс он. Его бархатистый голос заполнил собой тишину.

— Не называй меня так, и свой подарок можешь забрать, как оказалось, у него весьма интересное значение, — зло прошипела я. И откуда во мне столько злости? Его самодовольный вид просто выводил меня из себя.

В воздухе повисло напряжение, словно перед грозой. Я крепче сжала кулон в руке, чувствуя, как внутри закипает ярость. Этот пришелец... разрушил мою жизнь, предал моё доверие, и теперь стоял здесь, ухмыляясь, словно всё происходящее было для него забавной игрой.

Сложив руки на груди, он оперся о деревянную балку беседки.

— К сожалению, он уже принадлежит тебе, и забрать его я никак не смогу. Разве ты не чувствуешь, что он принял тебя? Поверь, для меня это тоже стало большим сюрпризом, — хмыкнул он, нагло смотря в мои глаза. — Я и подумать не мог, что на вашей земле есть Астарийцы.

Он просто снова лжёт мне. Его слова эхом отражались от стен беседки, словно удары молота по моей уверенности.

— Ты знал, кто я, — блефовала я. На самом деле я не понимала, действительно ли это случайность или он знал об этом с самого начала.

— О чём ты, милая? Как я мог знать, что ты не человек? — рассмеялся он надо мной, его голос звучал издевательски мягко.

Я сжала кулаки, пытаясь скрыть своё волнение.

Ветер вдруг усилился, зашелестел листьями вокруг беседки. В воздухе повисло напряжение, словно перед грозой. Его улыбка стала шире, а взгляд — пронзительнее.

— Ты лжец, — выдохнула я, не глядя на него. — Для чего ты вообще подарил его мне?

Я сделала шаг в его сторону, чувствуя, как в груди закипает ярость.

— Я не был уверен, что главнокомандующий примет моё предложение, — его голос прозвучал неожиданно серьёзно. — С ним бы тебя не тронули, ты бы осталась жива. Я хотел отплатить тебе той же монетой за моё спасение, — говорил он, искренне глядя в мои глаза.

Его слова повисли в воздухе, словно тяжёлые капли дождя. Я замерла, не в силах отвести взгляд от его лица. В его глазах читалась странная смесь сожаления и решимости.

— Но ты считаешь меня чудовищем и предателем, — продолжил он, делая шаг ближе. — Что же, лучше полное уничтожение или возможность прожить свою жизнь в новом мире?

Я не смотрела на это в таком ключе. Его слова словно ножом резанули по сердцу. В голове крутились мысли, пытаясь найти ответ на его вопрос. Новый мир... Возможность жить... Но какой ценой?

— Да лучше умереть, чем провести всю жизнь в рабстве! — крикнула я на него, чувствуя, как внутри закипает ярость.

— Ты действительно считаешь, что уничтожение было бы лучшим вариантом для людей? — его голос оставался спокойным, словно он ожидал такой реакции.

Я не смогла ответить «да». Своими вопросами он поставил меня в тупик. И я лишь исподлобья зло пялилась на него, не находя нужных слов.

— Хорошо, быть может, этот вариант был более гуманным, — нехотя согласилась я, — но вы же могли попробовать договориться!

Он лишь устало посмотрел на меня и покачал головой.

— Как думаешь, после уничтожения делегации с главным наследником на борту, наш Верховный правитель всё ещё желал договариваться? — его голос стал холоднее, а в глазах промелькнуло что-то похожее на сожаление.

— А зачем было отправлять такую важную персону на переговоры? — спросила я, стараясь скрыть своё раздражение.

— Потому что я должен был проявить себя как будущий Верховный правитель, — ответил он, не отводя взгляда. — Каким меня будет видеть мой народ, если я буду трусливо отсиживаться в безопасном месте, пока другие будут рисковать своими жизнями?

— И что, смог проявить себя? — кольнула я его. Сама не знаю, зачем это делаю. Но мне хотелось задеть его, увидеть хоть какую-то слабость в его уверенном взгляде.

— Как видишь, да, — его губы тронула лёгкая улыбка. — План по разделению людей по их особым способностям оказался более чем выигрышным.

В его голосе звучала гордость, а в глазах отражалось удовлетворение. Он действительно считал свой план гениальным, не понимая, что для меня это было равносильно приговору.

Я сжала кулаки, пытаясь сдержать гнев. Как он мог так спокойно говорить об этом? Как мог считать правильным превращать людей в рабов?

— Выигрышным для кого? — процедила я сквозь зубы. — Для тебя? Для твоего народа? А как насчёт нас? Как насчёт тех, кто теперь вынужден подчиняться вашим правилам?

Он пожал плечами, словно это не имело значения. Словно судьбы тысяч людей ничего не значили по сравнению с его амбициями.

— Правила всегда создаются сильнейшими, — произнёс он с философским видом. — Такова природа власти.

Его слова ударили по мне словно пощёчина. Я отвернулась, не в силах больше смотреть в эти холодные глаза.

Протянув руку с кулоном, я грозно заявила:

— Забери, он мне не нужен.

Он аккуратно взял меня за руку и сжал ладонь в кулак вместе с кулоном. Его прикосновение обожгло кожу, словно электрический разряд.

— Он твой, Яра. Неужели тебе не нужна защита в этом новом мире? — спросил он, не отводя взгляда.

В его глазах отражался лунный свет, делая их ещё более внеземными.

— Я не хочу принадлежать кому-либо, — процедила я сквозь зубы. — И разве у тебя нет спутницы? Вот и отдай кулон ей.

Его губы дрогнули в едва заметной усмешке. Он медленно разжал пальцы, отпуская мою руку.

— Вокруг будущего правителя всегда вьются те, кто желает попасть в его свиту, — его голос стал холоднее, а улыбка исчезла с лица. — Вилета мечтает обладать властью, а я лишь инструмент достижения её цели. К сожалению для неё, у меня нет и не было планов брать её в жёны, — посмеялся он над моим ошибочным предположением.

В его глазах читалась странная смесь сожаления и решимости. Он словно пытался донести до меня что-то важное, но я всё ещё не понимала.

— Кулон я не возьму назад, — продолжил он, не сводя с меня пристального взгляда. — Он бы не слился с тобой, если бы ты сама этого в тайне не желала. Я бы мог забрать его, но он всё равно продолжит принадлежать тебе. Понимаешь, он теперь часть тебя.

Он оттолкнулся от беседки и приблизился ко мне. Слегка согнулся в коленях, чтобы напрямую взглянуть в моё лицо. На его губах играла знакомая усмешка.

— Ты понимаешь, что это значит? — дотронувшись до моих волос, спросил он. Его голос звучал вкрадчиво.

— Я уже ничего не понимаю, — выдернув свои волосы из его пальцев, шикнула я, отступая на шаг.

— Ну смотри, будь ты человеком, ничего бы не произошло. Но ты какого-то чёрта Астарийка, я ещё не понимаю, как такое возможно, но приложу все усилия, чтобы выяснить это, — властно произносил Ксар.

— И теперь я принадлежу тебе, — закончила за него я, чувствуя, как внутри всё сжимается от отвращения к самой себе.

— Не совсем так, — он сделал паузу и улыбнулся. — Я самолично затянул на своей шее ошейник и дал поводок тебе, крошка.

— Что...? — не веря его словам, пискнула я.

— Это значит, что теперь мы связаны, — в тишине его слова прозвучали как приговор.