Личная помощница врага

Глава 24 Шкатулка с сюрпризом

Гладкая деревянная поверхность без какого-либо узора или орнамента. Легкая, длиной в две ладони. Аккуратная защелка, металл блестит, как новенький. Я держала шкатулку в руках и не решалась ее открыть. Ее могла прислать леди Анна. Но странный вид горничной и то, что она не передала никаких пояснений, насторожили меня.

Наконец, я положила шкатулку на туалетный столик и взмахнула руками. Ледяное заклинание поиска получилось на удивление легко. На светлом дереве проступила изморозь. Пусто. Я не чувствовала никакой чужеродной магии. Значит, даже если там опасный предмет, то сотворил его бессмертный. А врагов среди бессмертных у меня предостаточно. Поэтому я решила не открывать эту шкатулку до того, пока не увижу хозяйку дома. Если это прислала леди Анна, то она скажет мне о подарке. Если шкатулку передали через слуг — почувствует враждебную магию. И сможет узнать, кто ее принес.

На этом я успокоилась и снова растянулась на постели. Но заснуть снова не успела. В дверь снова постучали. С мысленным стоном я отправилась открывать.

На этот раз горничная была знакомой. Именно эта девушка помогала мне вчера. Она доброжелательно улыбнулась и отвесила мне почтительный поклон. А затем сообщила:

— Учитель ожидает вас у ворот. Господин наместник позволил вам покинуть дом.

Сердце в груди подпрыгнуло. Учитель ждет меня! Наконец-то я оставлю эту золотую клетку и вернусь домой. Собралась я мигом. Леди Анна, похоже, не собиралась прощаться. Возможно, это все-таки ее подарок. Но проверять я не стала. Только сунула шкатулку в карман куртки и пошла к выходу следом за служанкой. На миг я ощутила слабость и лёгкое головокружение, но стоило мне сделать следующий шаг, как странное чувство исчезло, и я тут же забыла о нем.

У ворот замка стоял Ару, в его руке лежали поводья пары лошадей. При мысли о том, что сегодня учитель не повезет меня в седле перед собой, я испытала легкое разочарование. Но я постаралась его скрыть.

Учитель оглядел меня с ног до головы, а затем внезапно спросил:

— Где твой демон?

— Разве он не должен быть с вами? — удивилась я.

Ару покачал головой:

— Он таскался за мной как преданная собачонка, весь вчерашний день. Но сегодня утром улетел. Я думал, что ты позвала его.

Теперь настала моя очередь качать головой:

— Нет, даже не думала об этом. Но могу сделать это сейчас.

Я уже хотела завести руку за спину, как учитель перехватил мое запястье.

— Позовешь в городе. Едем.

С этими словами он подвел мне лошадь и помог взобраться на нее. На границе сознания маячило странное чувство, будто я что-то упускаю, но как будто что-то мешало мне на нем сосредоточиться.

День выдался теплым и солнечным. Я ехала на белоснежной кобыле, любовалась фигурой учителя впереди, наслаждаясь свободой и солнышком. Все злоключения были забыты. Теперь я возвращалась домой.

Правда, долго радоваться мне не дали. Стоило нам въехать в город и вернуть лошадей в ту конюшню, где Ару их нанял, как за спиной я услышала знакомый голос:

— Маленькая дрянь…

Я резко обернулась и встретилась взглядом с Даремом. Ару тут же оказался за моей спиной и переспросил:

— Вы что-то сказали, господин Дарем?

В его голосе звучал сарказм.

— Ничего, — буркнул он в ответ. — Хотел посоветовать леди получше следить за здоровьем.

С этими словами он развернулся и ушел, а по моей коже побежали мурашки. Странное чувство посетило меня снова. Но не успела я попытаться понять, в чем дело, как Ару за моей спиной негромко произнес:

— Трой Эттвуд пытается притянуть его к делу о покушении на тебя.

Я поежилась. Неудивительно, что Дарем зол. И в покое он меня не оставит.

Кажется, последнюю фразу я произнесла вслух, потому что учитель спокойно ответил:

— Он тебя и без этого не оставил бы. Ничего пусть Шендан побеспокоится о своем подручном. Пора ему понять, что задевать тебя не стоит.

После этого Ару пошел прочь, и я последовала за ним. То, что идем мы не домой, я поняла не сразу. Только когда впереди замаячили ворота Эйехона, спросила:

— Зачем мы идем сюда?

— У тебя через два дня зачет по специальному законодательству, — произнес Ару.

Я опешила:

— Зачет?

— Да. Я записал тебя на этот курс, помнишь? То, что учитель закрыл глаза на твои пропуски не освобождает тебя от экзамена. Так что сейчас возьмешь учебники в библиотеке. А я сдам пару отчетов ректору.

Я рассеянно кивнула. Про специальное законодательство я благополучно забыла. Ару тактично не напоминал. До сегодняшнего дня. Интересно, правда забыл, или это была попытка меня завалить? Почему я об этом думаю, ведь учитель давно не давал мне повода для таких предположений? Я тряхнула головой и решительно шагнула в распахнутые ворота.

Как и ожидалось, у дверей комнаты меня ждали. Кай стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Я невозмутимо подошла и вставила ключ в замочную скважину. И только после этого спросила:

— Как ты узнал, что я в Академии?

— Видел из окна, — ответил он. — Нужно поговорить.

Я решительно повернулась и заглянула ему в глаза:

— Ты все время это говоришь, Кай. Что на этот раз?

Впускать его в комнату я не торопилась. Но, похоже, он на это и не рассчитывал. Когда третьекурсник заговорил, в его голосе прозвучала горечь:

— Хотел предупредить тебя об опасности. Но подозреваю, что ты меня не послушаешь.

— Послушаю, — спокойно ответила, — Если ты расскажешь что-нибудь конкретное. Где, когда, какая опасность.

Кай грустно улыбнулся и покачал головой:

— Я уже много раз говорил тебе, что делать, но ты не пользовалась моими советами. Кроме того, если отец узнает, что я хотя бы намекнул тебе на его планы, мне не сдобровать.

Я пожала плечами в ответ:

— Что ж… Тогда могу обещать тебе только, что буду начеку.

Кай помрачнел и вздохнул:

— Если бы я мог…

В этот момент я распахнула дверь и вошла в комнату. Запираться я не стала. Но Кай не последовал за мной и ушел. Странное чувство на границе сознания снова напомнило о себе, но я в очередной раз не смогла на нем сосредоточиться. Все же в порядке?

Я подхватила пару книг из комнаты, а затем спустилась в библиотеку.

Через полчаса я стояла у ворот Эйехона и ждала учителя. В сумке лежали несколько книг, солнце начинало припекать. Я в очередной раз посмотрела на дверь замка и повернулась к воротам.

В следующий миг я вздрогнула. За спиной я обнаружила ровный ряд жандармов. Перед ними стояли Шендан и Дэмиан Хейг. и по их взглядам было понятно, что цель этого визита — снова я.

Когда Дэмиан Хейг криво улыбнулся и прошествовал мимо меня по направлению к входу в замок, я удивилась. А еще больше удивилась, когда жандармы последовали за ним. Я проводила их взглядом, и только в этот момент поняла, что осталась наедине с Шенданом. Похоже, в Эйехоне шел урок, и двор был совершенно пуст. Я отступила на шаг и настороженно посмотрела на своего врага. Тот стоял, тяжело опираясь на трость, и разглядывал меня с благожелательной улыбкой. Фальшивой насквозь. А затем он снисходительно пояснил:

— Не переживай, Дэмиан здесь сегодня не по твою душу. Ему нужно предоставить доклад ректору о результатах своей работы.

— Результатах работы? — переспросила я, снова чувствуя легкое головокружение и слабость.

Как не вовремя, я же наедине с врагом…

— О том, как продвигается расследования покушений на тебя, — с той же улыбкой продолжил он. — Знаешь, Хейги неплохие союзники. Но неразумные девицы и здесь все портят.

— Неразумные девицы?

Я понимала все меньше и чувствовала себя все хуже. В горле пересохло, пальцы начали подрагивать. Что со мной?

А Шендан тем временем продолжал:

— Дурочка Элоиза решила извести тебя вопреки пожеланиям Лукиана. Знаешь, меня начинает раздражать, что моим планам все время мешают юные девушки. Особенно когда одна бестолковая девка хочет убить другую, весьма ценную для меня. Как ты это делаешь, Суру?

— Делаю что?

— Наживаешь неприятности на ходу. Стоило тебе переступить порог Эйехона, как ты попала на практику к кровному врагу, приглянулась безумцу Лукиану и вызвала ревность Элоизы. Рыжая дурочка сохнет по Рою Ару и жаждет занять твое место. Вот и наворотила с помощью родственничков…

Его лицо исказилось от бешенства. Несколько мгновений он смотрел на меня, а затем раздраженно спросил:

— Ну, как себя чувствуешь?

— Прекрасно, — ответила я.

Но прозвучало это довольно жалко, потому что меня начало колотить, как в лихорадке. В голове плавал туман, казалось, я вот-вот потеряю сознание. И при этом меня не покидало чувство, будто я о чем-то забыла. О чем-то важном. Я должна была сказать учителю… леди Анне… О чем?

В голове царила блаженная пустота.

Шендан выругался и рявкнул:

— Перестань сопротивляться, дура! У тебя всего половина круга, что ты хочешь противопоставить магии бессмертного?

Я хотела ответить, что ничему не сопротивляюсь, но Шендан устал ждать. Процокали копыта лошадей, и за его спиной остановилась карета без опознавательных знаков. Он распахнул дверцу, выругался, затем достал из кармана маленькую узкую деревянную шкатулку.

И тогда я вспомнила. Странная горничная, странная шкатулка, которую я почему-то приняла и о которой почему-то забыла. И теперь эта вещь лежала в кармане… и стала обжигающе горячей, только я этого не чувствовала, не замечала. Магия бессмертного? Неужели это сделал Лукиан?!

Нужно было развернуться и бежать, но в этот момент Шендан сжал свою шкатулку в руках и повелительно произнес:

— Иди сюда.

Чувство было таким же, как на балу у ре Айштервицей. Из головы будто вымело все мысли, а страх отодвинули в сторону. Я сделала первый, неуверенный шаг. Мой враг расплылся в довольной улыбке и похвалил:

— Умница. Теперь все будет хорошо, Ариенай. Садись в карету, и все твои страдания закончатся…

Еще три шага. Нет, два. Страдания? Но я ничего не чувствую, совсем.

А в следующий миг мое плечо пронзила боль. Сзади раздалось едва слышное, жалобное:

— Пусу-пусу…

Непривычно холодные огненные лапы обхватили меня. Это же Мерпус! Демон отчаянно вцепился зубами в мое плечо и не давал сдвинуться с места.

Шендан выругался и взмахнул рукой.

— Да когда же ты сдохнешь, мерзкая тварь? — крикнул он, и мощное водное заклинание отбросило демона прочь.

Повернуть голову не было сил, но я успела заметить, что огненная шкура Мерпуса испрещена погасшими полосами. Значит, они снова пытались избавиться от него. Я посмотрела на своего врага. Одной рукой он продолжал удерживать шкатулку, а второй — дверцу кареты.

— Иди сюда, быстрее, — властно повторил Шендан.

И я пошла. Кровь стекала по моему рукаву, в плече пульсировала боль, но я уверенно преодолела оставшиеся два шага, стараясь отрешенно смотреть в пустоту. Он не должен ничего заподозрить, неожиданность — мой единственный шанс получить свободу от магии шкатулок.

На лице Шендана появилось торжество. А затем я вскинула руки и ударила магией. Времени использовать усилитель не было, поэтому я собрала всю свою силу и создала лед. Хрустящая корка окутала лицо моего врага. Он взвыл от боли, а я, пользуясь моментом, выхватила шкатулку из его рук и бросилась прочь.

Сначала меня повело в сторону, и я думала, что упаду. Но Мерпус подтолкнул меня сзади и придал нужное направление. Как только обе шкатулки оказались в моих руках, они стали холодными, а в голове начало проясняться. Бок о бок с демоном мы ворвались в Академию и понеслись по коридорам. Похоже, только что закончились уроки, и они наполнились студентами. Но в моей голове была только одна мысль. Ару в кабинете ректора. Именно туда я и бежала из последних сил, и Мерпус также из последних сил прокладывал мне путь.

От нас шарахались, нас провожали проклятиями и удивленными взглядами. Где-то мелькнуло озадаченное лицо Ханса и полное облегчения — Кая. Но я не остановилась и продолжила бежать. Глаза секретарши стали круглыми, как плошки, когда Мерпус вышиб дверь приемной, и я влетела туда вслед за ним. То же самое произошло с дверью кабинета, и никто не успел нам помешать. Не оглядываясь по сторонам, я вывалила шкатулки на стол изумленному ректору, и только тогда силы оставили меня.

Я пошатнулась, но упасть мне не дали. Моя спина уперлась в грудь Ару, чуткие пальцы перебросили мои волосы на грудь и накрыли раненое плечо. Когда он заговорил, в его голосе прозвучало бешенство:

— Что произошло? Где ты это взяла?!

Я, наконец, обвела взглядом комнату и обнаружила, что ректор и Ару здесь не одни. Чуть в стороне стоял Дэмиан Хейг и лицо его было совершенно белым. А Трой Эттвуд уже склонился над моей добычей, и теперь с его шеи медленно сползала прекрасная борзая, чтобы тщательно обнюхать принесенные мной вещи.

Пытаясь выровнять сбившееся дыхание, я произнесла:

— Шендан… Одна была у Шендана, а вторую… мне дала странная горничная в доме наместника. Они… оно…

Трой Эттвуд выпрямился и ответил вместо меня:

— Двойной артефакт для ментального подчинения, половина заточена под использование водной магии. Сделано бессмертным, с применением высшей магии иллюзий. И в этом городе есть только один человек, способный сотворить подобное.

После этого он повернулся к Дэмиану Хейгу.

На менталиста было жалко смотреть. Бледное, покрытое испариной лицо, бегающие глаза.

— Думаю, все не так однозначно… — промямлил он. — Лукиан не хотел…

— Использовать запрещенные артефакты на юной девушке? — фыркнул Эттвуд. — Это не первая его попытка воздействовать на разум леди Суру. Предыдущая тоже была весьма некрасивой, на грани законного.

— Вероятно, всему этому есть объяснение… — попытался возразить менталист.

В этот момент ректор выразительно прокашлялся и сообщил:

— Леди Суру — практикантка Эйехона. Поэтому я сейчас же доложу наместнику о произошедшем, а господин Эттвуд, я думаю, приобщит к делу доказательства, принесенные леди. Вы свободны, господин Хейг.

Лицо менталиста перекосило, но он нашел в себе силы распрощаться и вышел, печатая шаг. Как только за ним закрылась дверь, Ару процедил:

— Я убью его. Лукиана.

Ректор покачал головой:

— Теперь его ждет правосудие. Лучше позаботься о своей помощнице. А мы с господином Эттвудом, в свою очередь, позаботимся о том, чтобы делу дали ход и этот безумец не ушел от расплаты. Я лично поеду к наместнику.

Ару возмущенно выдохнул, но ничего не сказал. Вместо этого он подвел меня к креслу и помог сесть. Его голос я теперь слышала как через вату:

— Сейчас я обработаю твою рану, и ты еще раз все расскажешь, хорошо?

Сил говорить не было, и я кивнула. Это было ошибкой — голова взорвалась болью, и мое сознание кануло в темноту.