Личная помощница врага

Глава 14 Личная просьба

Курьер поклонился и ушел. Я сжала конверт и спросила учителя:

— Что это?

— Печать наместника, — ответил он. — Открывай.

Сердце ушло в пятки. Неужели наместник решил познакомиться поближе с водницей, которая наводит беспорядки в Эйенкадже? Зачинщицей поединка между Лукианом и Ару считают меня.

В это время учитель спокойно распечатал свой конверт. Я последовала его примеру под бешеный стук собственного сердца.

— Приглашение? — через несколько мгновений удивленно пробормотала я, пробежав глазами по листу.

— Торжественный прием, знаменующий начало весны — местная традиция, — кивнул Ару, сворачивая письмо. — То, что ты приглашена — ожидаемо. В городском доме наместника собирается весь цвет аристократии Центральных Земель и гости Эйенкаджа. Но Шендан тоже будет там.

— И Хейги, — прошептала я.

Он всмотрелся в моё лицо и сказал:

— Тебе стоит подумать о наряде, а не о своих врагах.

Я удивленно хлопнула ресницами. Слова учителя заставили вспомнить, что у меня нет платья для приемов такого уровня, не говоря уже о родовых украшениях, которые конфисковали вместе с артефактами. И мне снова предстоит чувствовать себя белой вороной. Водницей среди огненных, дочерью изменника, лишенной всех регалий…

Наверное, эти мысли отразились на моем лице. Потому что Ару негромко сказал:

— Я буду рядом. Идём.

Засунув приглашение в карман, я поспешила в Эйехон следом за учителем. Я пребывала в таком смятении, что почти не замечала взглядов и шепотков горожан, которые успели отвыкнуть от нас. А, возможно, за время нашего отсутствия по городу расползлись какие-нибудь впечатляющие слухи вроде тех, что гуляли по Академии.

Когда мы подошли к воротам, над городом нависли тучи. Ару раздраженно покосился на небо, а затем обратился ко мне:

— Ты все еще уверена в своем решении? Комната в общежитии останется за тобой до окончания практики. Возможно, это более безопасное место, чем муниципальный дом. И… Думаю, ты понимаешь, что тебе грозит рядом со мной.

От его взгляда стало жарко. Я поспешно отвернулась и выдавила:

— Уверена. Я быстро.

— Можешь не торопиться, мне нужно отдать документы ректору, — ответил он и первым направился к входу в Академию.

Но собиралась я быстро. Вещей у меня было немного. Библиотечные книги пришлось оставить в комнате, а все остальное я быстренько сгребла в сумку, которую так и не успела толком разобрать.

У лестницы я встретила Кая и Ханса. Они о чем-то очень тихо разговаривали, и голоса их были встревоженными. Блондин задумчиво почесывал шею, и мне в какой-то момент даже показалось, что огненная татуировка издала довольное “тирсссс”.

Кай тут же заметил сумку у меня на плече и обеспокоенно спросил:

— Ты куда? Неужели вас снова отсылают?

— Нет, — ответила я. — Магистр Ару назначил меня своей личной помощницей, и теперь я переезжаю в муниципальное жилье. Чтобы лучше выполнять свои обязанности.

У обоих парней отвисли челюсти. Ханс нашелся первым:

— Л-ли-личная помощница? Врага?

— Ты же не обязана там жить, — почти прошептал Кай. — Откажись.

— Поздно, — ответила я. — Еще увидимся.

И направилась к выходу.

Следующая отпавшая челюсть принадлежала Валисию. Стоило мне доложить, что я временно покидаю его вотчину, как пес разинул рот и выпучил глаза. Но ключ прибрал. Со смешанными чувствами я направилась к выходу. Я сомневалась в своем решении гораздо больше, чем хотела показать. Я знала, что нам с Ару нельзя находиться так близко. Но вспоминала, как рядом с Адскими вратами он нанес себе раны, чтобы сдержать пробуждение метки, и сердце сжималось.

Торопиться и правда не стоило. Когда я подошла к воротам, Ару рядом с ними еще не было. Зато я увидела Герберта. Он разговаривал с тем самым человеком, который сказал мне адрес учителя. Как просто тогда все было. Преподаватель — кровный враг. Можно было бояться его и писать отчеты. И никаких поцелуев…

Я нарочно замедлила шаг, но меня уже увидели. Преподаватель торопливо распрощался с Гербертом и направился к Академии, приветливо кивнув мне. А его собеседник никуда уходить не собирался. Стоял у ворот, призывно улыбался и поджидал меня.

Я остановилась в паре шагов и настороженно оглядела Герберта. Огненный снисходительно взгляднул на меня. И только после этого заметил сумку. Светлые брови взлетели вверх.

— Снова уезжаете из города? — спросил он. — Неужели успела что-то натворить?

— Ничего подобного! — возмутилась я.

Но скрывать правду не видела смысла, поэтому нехотя продолжила:

— Переезжаю в муниципальное жилье. Я же теперь личная помощница…

На мгновение Герберт потерял дар речи. Похоже, того, что я по собственной воле пожелаю жить практически под одной крышей с кровным врагом, от меня не ждали. Но огненный быстро справился с собой и улыбнулся:

— Неожиданное решение. Вы не обязаны этого делать.

— Знаю, — коротко ответила я, разглядывая значок в виде полумесяца и трех звезд на лацкане его пальто. — Но так будет проще выполнять мою работу.

— Что ж, желаю удачи, — ответил Герберт и распрощался.

Я проводила его взглядом и вздрогнула, когда совсем рядом раздался голосу учителя:

— Чего он хотел от тебя на этот раз?

Я поспешно обернулась и ответила:

— Кажется, ничего. Он приходил не ко мне. Разговаривал с кем-то из преподавателей Академии.

Но этот факт моего учителя не заинтересовал. Ару бросил мне:

— Идем. У нас с тобой есть еще одно дело в городе.

— Какое дело? — спросила я.

— Увидишь.

Больше он ничего не сказал, и теперь меня съедала тревога. Неужели что-то еще случилось? Куда мы идем?

Квартал, где мы в скором времени оказались, был мне почти незнаком. Кажется, именно здесь мы проходили с Рупертом в ночном патруле. Я оглядывала улицы и лавки, пытаясь понять, куда ведет меня Ару. Перед одним из домов мы остановились. Учитель поднялся на высокое крыльцо и решительно постучал. Я нервно спросила:

— Зачем мы сюда пришли?

— Увидишь, — снова ответил он.

Нам открыл седой дворецкий. Кажется, нас не ждали — глаза старика стали круглыми, как плошки, когда он увидел, кто пожаловал в его дом. Но нас пустили. Пока прислуга принимала наши пальто, в небольшой светлый холл вышла жгучая брюнетка в темном платье. Я сразу узнал ее. Перед нами стояла Глория, пассия Руперта. Она была удивлена не меньше дворецкого, и после короткого обмена приветствиями спросила:

— Чем обязана твоему визиту, Рой? Что-то случилось с Рупертом?

В ее глазах промелькнула тревога. Но Ару покачал головой:

— У меня есть к тебе личная просьба.

После этого он выразительно посмотрел на меня. Я чувствовала замешательство. Зачем мы сюда пришли? о чем он хочет попросить Глорию. И, самое главное, при чем тут я?

Глория удивилась еще больше, но спокойно поклонилась еще раз и бесстрастно сказала:

— Все, что господин Ару изволит пожелать.

Учитель поморщился:

— Обойдемся без официоза. Нам нужно поговорить с глазу на глаз.

Кровник удалился вслед за хозяйкой дома, а вокруг меня захлопотали слуги. Я оставила сумку с вещами и прошла в небольшую гостиную, выдержанную в теплых тонах. Скоро я сидела в уютном кресле, отхлебывала ароматный чай из чашки и грызла печенье, теряясь в догадках. У меня не было ни одной мысли, зачем мы сюда пришли. Чем мне может помочь Глория? Или Ару и правда зашел к ней по личному делу, а меня взял с собой заодно?

К счастью, разговор не продлился долго. Вскоре учитель вместе с пассией Руперта появился на пороге. Скользнул взглядом по чашке в моей руке, он приказал:

— Останешься с Глорией. Будешь делать все, что она говорит. Я зайду за тобой вечером. Если начнутся проблемы, вызови своего демона. Я только что видел, как Мерпус гонял голубей на соседней крыше.

Я озадаченно кивнула. Кровник тут же распрощался и ушел. Глория проводила гостя, а затем вернулась и опустилась в кресло напротив меня. Карие глаза изучали мою фигуру, и от этого стало немного не по себе.

— Что-то не так? — спросила я.

Но она улыбнулась и покачала головой:

— Все в порядке. Волосы у тебя, конечно… Но фигура отличная, так что это не должно быть сложно.

— Что не должно быть сложно? — недоуменно переспросила я.

— Просьба Роя, — терпеливо пояснила она. — Не беспокойся ни о чем. Я помогу тебе. Собирайся.

С этими словами она встала и степенно удалилась. Сомнения и тревоги одолели меня с новой силой. Чем она собирается мне помочь? Кто она вообще такая? Судя по этому дому, ее род не обладает большим влиянием. Зачем же Ару привел меня сюда.

Дальше мое недоумение только росло. Вместе с Глорией я вышла из дома. Сумка с вещами осталась в холле.

— Попрошу слугу отнести их позже, — отмахнулась от моих вопросов она. — Все равно придется везти к тебе не только это.

Я совершенно перестала понимать, что происходит, но задавать вопросы больше не решилась.

Лавка, перед которой остановилась Глория, была довольно неприметной снаружи, но внутри… Я, наконец, поняла, что за просьбу высказал Ару. И больше всего мне хотелось сбежать отсюда. Потому что он не должен этого делать. Но я стояла на пороге, во все глаза разглядывая свертки тканей и кружева, столы, уставленные рядами коробочек с нитками. Лавка портного.

Навстречу нам вышел худой седеющий мужчина. На его носу красовались очки в толстой роговой оправе.

— Мастер Уоллен, — с лучезарной улыбкой приветствовала его Глория.

Тот отвесил ей глубокий поклон, ощупал меня цепким взглядом и подобострастно спросил:

— Чем я могу помочь вам сегодня, леди? Желаете заказать новое платье?

— Ах, мастер Уоллен, — проворковала она, — сегодня помощь нужна не мне, а гостье нашего славного города.

Она кивнула на меня, и портной поднял на меня взгляд.

— Ариенай, не стой на пороге, — позвала Глория. — Проходи.

Затем она повернулась к Уоллену и сообщила:

— Юной леди нужно бальное платье. Для приема у наместника. И там она должна блистать. Вы понимаете о чем я?

С этими словами она выложила на стол увесистый мешочек с деньгами. И по тому, как легко она распоряжалась немалыми средствами, я поняла, из чьего кармана будет оплачен этот заказ. Нужно было бежать, отказаться, найти Ару и объяснить, что не могу это принять… Но моя растерянность и мягкий голос Глории сделали свое дело. Вскоре вокруг меня суетился портной с помощницей, расправляя на столах отрезы тканей и пытаясь подобрать тот оттенок, что подойдет к моим волосам и глазам. И подчеркнет стихию магии.

Остановились на холодном синем оттенке, с которым должны контрастировать мои волосы. Меня терзали сомнения, но Глория только восторженно кивала, обсуждая фасон.

После лавки Уоллена мы посетили еще одну, с готовым платьем. Там Глория помогла мне выбрать несколько рубашек, брюки и белье. Также мы купили кожаный корсаж с парой потайных кармашков, и я подумала, что с ним будет хорошо смотреться портупея с пистолетами…

Затем был магазин с притираниями. И еще один.

Сначала я пыталась возражать. Но Глория сурово произнесла:

— Ты свою сумку видела? Разве приличной девушке подобает иметь так мало вещей? На приеме у наместника рядом с тобой будет весь цвет огненной аристократии. Ты должна выглядеть достойно среди них. Не любишь и не ценишь себя — уважай свой род и предков, по тебе будут судить об Инрешваре. Неужели ты хочешь, чтобы твой враг видел перед собой замухрышку?

Слово “враг” произвело нужный эффект. Правда, думала я в этот момент вовсе не о Шендане. А внезапно осознала, что на балу рядом со мной и правда будет человек, для которого я готова надеть все самое лучшее. Мне впервые в жизни хотелось кому-то нравиться, и от этого я чувствовала смятение и растерянность.

Эти чувства сопровождали меня весь день. В дом Глории мы вернулись уже под вечер. Покупки и мои скромные пожитки отправили в мое новое жилище. А в гостиной нас уже ждал учитель. Ару задумчиво оглядел меня, и после этого мы отправились домой.

Всю дорогу мы молчали. Я тщательно подбирала слова, но не могла найти смелости, чтобы заговорить с ним. А когда мы поднялись на второй этаж, к себе я не пошла. Кровник невозмутимо пропустил меня в свою комнату. Только когда за нами закрылась дверь, и на нее привычно легло огненное заклинание, я резко обернулась к учителю, посмотрела ему в глаза и прошептала:

— Спасибо.

В ответном взгляде промелькнуло самодовольство.

— Не за что, — с деланным равнодушием произнес он.

На этом спокойствие меня оставило. Я резко отвернулась и прошептала:

— Что скажет ваш отец, когда узнает на что, а точнее, на кого вы тратите семейное достояние?

Его руки обвили мою талию.

— Не узнает, — прошептал он мне на ухо. — Глория может выглядеть легкомысленной, но она не болтушка и не дура.

— Все равно… Вы не должны были этого делать, — также тихо ответила я.

Ару убрал с шеи мои волосы и парировал:

— Я уже много сделал того, что не должен. И у меня есть для тебя кое-что еще.

Он разжал руки и сделал шаг назад. А я изумленно обернулась. Что-то еще для меня? И что же это?

В руках Ару держал плоскую шкатулку. Сердце забилось чаще, но сил принять подарок из его рук я не нашла. Тогда учитель молча откинул крышку сам, и я не смогла сдержать вздох восхищения.

На темно-синем бархате лежало колье. Белое золото и яркие камни складывались в три цветка невероятной красоты. Голубые лотосы. Символ моей магии. Такие росли у меня дома. Я не сразу поняла, что за камни использовал ювелир. Неудивительно, я же видела подобное всего один раз. Но это сияние ни с чем невозможно спутать. Редчайшие голубые алмазы, самой природой созданные для магии.

Ару держал в руках целое состояние. Но смотрел он только на мое лицо. А я не могла оторвать взгляд от камней.

— Примеришь? — спросил он.

Я была настолько обрадована и растеряна одновременно, что не стала сопротивляться. Покорно расстегнула пару верхних пуговиц рубашки и позволила ему надеть мне на шею колье. Затем кровник взял меня за руку и подвел к зеркалу над комодом. Цветы из голубых алмазов сияли на белой коже. Я осторожно коснулась пальцами самого крупного из трех лотосов и прошептала:

— Почему? Зачем?

— Потому что ты лучше любой девушки из этого огненного курятника, и должна выглядеть соответственно, — ответил Ару, и в его голосе прозвучала непоколебимая уверенность.

Я не нашла слов. Молча обернулась и спрятала лицо у него на груди, чувствуя, как щеки заливает румянец. Я? Лучше всех высокородных девиц Эйенкаджа? Он и правда сказал это вслух? Сказал это мне?!

Ару снова обнял меня и начал гладить розовые пряди. А затем настороженно спросил:

— Тебе оно нравится?

Я прошептала:

— Очень. Спасибо.

После этого я накрыла колье ладонью и вздохнула:

— Но что будет, когда это все увидит Шендан… И Лукиан?

— Надеюсь, сдохнут от зависти, — мстительно процедил Ару. — И это избавит нас от части проблем.

Я невольно улыбнулась и снова задумалась о том, сколько лет моему учителю. Как давно он получил бессмертие? Иногда казалось, что он намного старше меня. А иногда кровник рассуждал и вел себя, как подросток.

Учитель нехотя выпустил меня из объятий и вздохнул:

— Пора ужинать. У нас есть еще дело этой ночью, помнишь?

Я поспешно кивнула и отступила на шаг. Колье пришлось вернуть в шкатулку. Расставаться с украшением не хотелось. Мне был так дорог подарок Ару, что я готова была носить его не снимая. Но придется ждать бала. Кроме того, я уже ношу браслет, который он подарил мне.

На прощание я коснулась лотосов подушечками пальцев, и ощутила внутри магию.

— Амулет? — удивилась я.

— Защитный, — кивнул Ару. — Легкое заклинание от боковых атак, а также будет усиливать твои собственные щиты.

Не только о моем внешнем виде позаботился, но и о безопасности, надо же… Это заставляло меня испытывать радость и восторг. Но они тут же смешивались с чувством вины и стыдом. Я не должна радоваться. Не должна принимать его подарки. Но отказаться было выше моих сил.

Я унесла шкатулку в свою комнату. И в гостиной, и в спальне царила пустота. Мерпус, наверное, снова бегал по крышам. Я не стала звать демона и отправилась на ужин.

На этот раз мы были не одни. Вместе с Рупертом за столом сидел хмурый мужчина, заросший черной бородой. Стоило ему увидеть за спиной учителя меня, как такие же черные и густые брови неумолимо поползли вверх.

Ару представил нас:

— Лерой Макли, руководит Южным отделом магической зачистки. Переехал сюда из Лансвета в сентябре. Ариенай Суру, моя личная помощница.

— Приятно познакомиться, — произнесла я.

Но ответом мне стала очередная отпавшая челюсть. Интересно, наместнику уже сообщили о моем новом назначении? Наверное, да… О том, что скажет и сделает Юлиус Ару, когда ему донесут о самоуправстве сына, я предпочитала не думать. Макли, наконец, смог справиться с удивлением и буркнул приветствие. Мужчины начали обсуждать дела и работу. Я слушала вполуха — большинство имен и названий мне ни о чем не говорили. Удивительно, что несмотря на это, здесь я чувствовала себя на своем месте. Пока в муниципальном доме мне нравилось гораздо больше, чем в общежитии Эйехона. Макли справился с первым удивлением и потерял ко мне интерес. И я рассчитывала, что остальные обитатели этого дома тоже не будут интересоваться мной. Комната учителя напротив, Руперт рядом и на него можно положиться. Конечно, нам с Ару стоило держать дистанцию… Но мы же справимся, да?

Мы вышли из дома уже за полночь. Нас снова окружало заклинание, напоминающее серый дым. Я еще помнила, как мы крались под ним в сторону кладбища, в дом гробовщика. Следующую мысль я решила высказать вслух:

— Мы так и не узнали, что Шендан взял из дома гробовщика, и как они связаны.

Ару покосился на меня и негромко ответил:

— По моей просьбе за ним приглядывают. Шендан больше туда не возвращался.

Я кивнула и замолчала. Мы скользили по тихим улицам Эйенкаджа, прячась в тени. Я старалась ступать тише. По сравнению с шагами учителя, мои собственные казались мне очень громкими. Непозволительно громкими. Я помнила, что завеса не полностью гасит звуки.

Наконец, мы свернули к нужному дому и притаились в одной из подворотен так, чтобы видеть вход. Ару стоял за моей спиной и внимательно осматривал улицу. Он взмахнул руками и создал несколько поисковых плетений. А затем коснулся моего запястья с браслетом и прошептал:

— Твоя очередь. Я ничего не нашел.

Я кивнула и осторожно провела пальцем по одному из топазов, пробуждая артефакт. И только после этого взмахнула руками. Голубое сияние стекало каплями и сплеталось в самое сложное поисковое заклинание, которое я знала. Я вычерпала артефакт до дна, и голубой купол накрыл весь квартал, и, кажется, даже часть соседнего. У меня захватило дух от кружащейся в воздухе силы. Несколько мгновений я ждала отдачу. Но ее не было. С горечью я должна была признать:

— Пусто. Того заклинания больше нет здесь.

Пальцы Ару сжали мое плечо, и в тот же миг позади нас раздался до боли знакомый голос:

— Не стоит выгуливать столь породистую собачку на помойке, господин Ару. Особенно по ночам.

Серый дым маскирующего заклинания начал растекаться по земле лужицами грязи. Я резко обернулась.

Шендан стоял в двух шагах от нас, опираясь на трость. Над его головой парил тусклый голубой светлячок. Смотрел он только на Ару, и в его глазах была угроза.