Леди из низшего общества (СИ)

Глава 55. Герцог Стенфорд

— Очень хороший вопрос, леди Кэтрин! — похвалил я. — И полагаю, нам всем хотелось бы услышать на него ответ.

Я посмотрел на леди Розмари, которая сразу переменилась с лица. Неужели она в самом деле думала, что ее рассказ такое неизгладимое впечатление, что мы не засомневаемся в ее словах?

— Я… я попросила помочь мне одного из наших слуг. Но я не хотела бы называть его, ваша светлость. Ведь он ни в чём не виноват. Это я ударила Кэтрин по голове. И я подумала, что я ее убила. А слуга лишь выполнил мое требование и помог мне спрятать доказательства моего преступления. Я запугала его и сейчас не хотела бы, чтобы он понес за это наказание.

— Какая трогательная забота о слугах! — восхитился я. — Но позвольте мне всё же вам не поверить, миледи! После шантажа мисс Дженкинс и мистера Рамзи вы ни за что не решились бы доверить такую тайну даже самому преданному слуге. Предполагаю, что это был не слуга, а ваш внук. Не так ли, леди Розмари?

Она еще крепче сжала подлокотник кресла и произнесла несколько громче прежнего:

— Не впутывайте в это Сэмюэля, милорд! Разве вам недостаточно моего признания? Любой суд признает меня виновной. Вы выполнили свою работу и изобличили преступницу. А еще вы лишили моих внуков и дома, и титула. Об этом напишут во всех английских газетах, и вы обретете положенную вам порцию славы.

Я перевел взгляд на Сэмюэля. Молодой человек владел своими эмоциями куда хуже бабушки. В его взгляде я заметил смесь ужаса и отчаяния.

— Довольно лжи, леди Розмари. Ваш внук в любом случае будет вызван в суд как свидетель. И я позабочусь о том, чтобы ему были заданы правильные вопросы. Поэтому будет лучше, если вы признаете правду сейчас. Ведь это именно Сэмюэль помог вам отнести вашу невестку в кладовую, где, как вы думали, ее никто не сможет найти?

— Я же говорю вам, ваша светлость, — старая дама затрясла головой, — что мы были уверены, что Кэтрин мертва! Да, мне помог мой внук. Но он сделал это только для того, чтобы защитить меня! Я сказала ему, что ударила Кэтрин сгоряча, в пылу ссоры. И что ужасно испугалась. Он же не мог меня предать! Так что во всём виновата только я!

Сэмюэль был так бледен, что мне показалось, он вот-вот упадет в обморок. Он сидел, закусив нижнюю губу, словно боялся, что с нее вот-вот сорвется то признание, которое я хотел услышать.

— Уверена, суд поймет мотивы его поступка, — продолжила взывать к моей доброте леди Розмари. — Нельзя же судить человека за то, что он пошел на поводу у своей старой бабки!

На что она рассчитывала? На то, что суд проявит снисхождение к ее возрасту и знатному происхождению? Или адвокат попробует убедить суд в ее сумасшествии и добиться ее помещения в лечебницу?

— Не знаю, почему, Розмари, но я вам не верю, — вдруг тихо сказала леди Кэтрин. — Удар по голове мне нанесли сверху. А значит, это был человек, рост которого превышает мой собственный. И это точно были не вы.

Если бы взглядом можно было убить, то ее сиятельство уже лежала бы на диване бездыханной, потому что ее свекровь посмотрела на нее с такой ненавистью, что не по себе стало даже мне.

— Браво, ваше сиятельство! — воскликнул я. — Очень верное замечание! Не так ли, Сэмюэль? Простите, что обращаюсь к вам так запросто, по имени, но учитывая, что прав на фамилию Кросби вы уже не имеете…

— Довольно, ваша светлость! — леди Розмари поднялась и теперь стояла перед нами как мраморное изваяние, потому что в лице ее не было ни кровинки. — Вы уже унизили нас как только могли. Я сделала признание, и вы должны арестовать меня и препроводить в тюрьму. Всё остальное будет решать суд.

— Разумеется, миледи! — согласился я. — Но я всё-таки хотел бы, чтобы и присутствующие здесь узнали о том, что в вашем рассказе были слишком мало правды. Я уверен, что это не Сэмюэль помог вам, а вы помогли ему. Помогли после того, как поняли, что это именно он убил своего отца!

Кто-то вскрикнул — то ли леди Кэтрин, то ли леди Розмари.

— Это ложь! — взвизгнул Сэмюэль каким-то странным, словно не своим голосом.

— Возможно, — кивнул я. — Но позвольте мне всё-таки озвучить и эту версию. Я полагаю, что незадолго до той роковой ночи вы услышали разговор вашего отца с его адвокатом или нотариусом и узнали ту правду, которую от вас так тщательно скрывали. А возможно, ее рассказала вам ваша бабушка, решив, что вместе вы сумеете переубедить Джейкоба и заставить его отказаться от обращения к графу Шамплиену. И наверняка вы действительно пытались поговорить с отцом, но он не захотел вас слушать. А на кону стояло слишком многое, чтобы вы могли позволить ему действовать так, как он хотел. Вы могли потерять и Кросби-холл, и графский титул. И вы решили, что за сохранение всего этого смерть вашего отца не такая уже большая цена. Так что это именно вы в ту ночь пришли в комнату Джейкоба и помогли ему отправиться в мир иной. И именно вас тогда видели Шейла и Джон. И именно вас они и стали шантажировать. Мне сразу показалось странным, что мисс Дженкинс осмелилась писать записки с угрозами своей хозяйке и благодетельнице, которая так много сделала для нее. Более того, если бы она всё-таки оказалась столь неблагодарной, то вряд ли осмелилась бы выпить то вино, которое дала ей леди Розмари — ведь подсознательно она должна была бы чувствовать хоть какую-то опасность.

— Всё это не более, чем ваши домыслы, ваша светлость! — ледяным тоном сказала леди Розмари. — Вы можете думать что угодно, но в суде это будет звучать просто смешно.

— О, я умею быть убедительным, поверьте! И у меня есть не только предположения. Я уверен, что мы с Мэдисоном сможем достать и доказательства той теории, которую я вам сейчас озвучу. Но дайте же мне договорить, миледи! Итак, ваш внук убил своего отца, понадеявшись, что это преступление припишут кому-то другому — стороннему грабителю, воришке табакерки из числа слуг или мачехе. И поначалу всё шло хорошо. Но потом он получил письмо с угрозой и запаниковал. Он понял, что кто-то видел его в ту ночь и может выдать его полиции. При этом, насколько я понимаю, денег, чтобы заплатить шантажисту, у него не было, и он обратился за помощью к вам. Но вы не намерены были платить. Тем более, что вы быстро поняли, кто был этим шантажистом. И вы сделали так, чтобы Шейла Дженкинс замолчала. Эту девушку действительно убили именно вы. А вот остальные преступления на совести вашего внука. Не так ли, дорогой Сэмюэль?

— Чушь! Чушь! Чушь! — закричал тот.

— Что же касается доказательств, — я не обратил никакого внимания на его слова, — то я полагаю, что мы обнаружим их, когда более тщательно изучим кристалл с магией, который в ночь убийства вы забрали из комнаты вашего отца. Зачем вы сделали это? Надеялись завладеть магией мачехи? Или изначально собирались подбросить кулон в ее комнату, дабы наши подозрения пали именно на нее? Чуть ранее я уже говорил вам о дактилоскопии. Так вот, я не сомневаюсь, что мы найдем на кристалле отпечатки ваших пальцев. И это приведет вас на виселицу.

А вот это как раз была та самая чушь, о которой он заявил чуть ранее. Потому что, во-первых, на столь маленькой поверхности отпечатки было бы просто не распознать. А во-вторых, этот кулон уже побывал в стольких руках, что найти там след Сэмюэля было бы просто невозможно.

Но молодой человек был уже не способен мыслить логически. Он обезумел от страха.

И как только я сказал про отпечатки пальцев, он сорвался с места и выскочил из гостиной столь быстро, что ни я, ни инспектор не успели его остановить.