Красный Корпус V

Глава 30

После вопроса генерала, в кабинете образовалась абсолютная тишина. Розали сжала мою ладонь, пытаясь таким образом поддержать, молчаливая Екатерина рассматривала собственные руки, будто пыталась что-то на них разглядеть, а дядя Жора молчал и буравил меня взглядом.

Я не торопясь вытащил ириску из пиалы, задумчиво развернул фантик и закинул конфету в рот.

Самый важный вопрос на повестке дня: рассказывать или нет? По сути — можно. Генерал не чужой мне человек, чего уж тут, он один из самых близких людей, насколько это вообще возможно. Моя тайна уже не такая и тайна, о ней знает тот же император и его ближайший слуга, Толик и Перун. Распутин скорее всего догадывается, граф очень умный человек, сопоставить все моменты несложно. Розали тоже возьмём в расчёт для общей картины. Кутузов очень близок к разгадке, но вера — его столп, основа новой цели в жизни, он может об этом догадываться, но никогда не признает сам себе.

И что в итоге? Да нет уже никакого секрета, правда может в любой момент всплыть наружу, тот же Михаил Петрович её раскроет, если так будет выгодно для Империи. И если дядя Жора узнает правду не от меня лично, особенно когда просит быть с ним честным, это может создать… не проблемы, но напряжение.

Переведя взгляд на Екатерину, вновь посмотрел на генерала. Тот всё понял, кивнул и вывел женщину из кабинета, передав её в заботливые руки недовольной этим фактом секретарши.

— У меня нет память крови, — произнёс я, когда он вернулся и сел напротив. Мужчина даже вздохнул с облегчением, но мои следующие слова заставили его нешуточно напрячься: — Я есть тот, кого когда-то звали Приносящий Знания.

— Это шутка такая? — нахмурил он густые брови. — Если да, то очень несмешная, Костя. И я очень разочаро…

— Это не шутка, — перебил я его, а Розали кивнула. — Ты хотел правды — ты её получил. Я — Приносящий Знания.

Пожалуй, впервые я видел дядю Жору в таком смятении. Он мне верил, действительно, искренне верил, что несомненно радовало, но в его голове не укладывалось, как такое возможно.

Розали сходила и налила нам выпить. Генерал одним махом опустошил налитое виски, выдохнул и подался вперёд.

— Рассказывай. Всё и без утайки, — хпипло потребовал он.

— Это будет не быстро, — со вздохом покачал я головой.

— Костя, твою мать! — сжал он кулаки. — Рассказывай!

— Ладно, — поднял я ладони, чуть не расплескав напиток. — С чего бы начать…

Я рассказал ему всё, что посчитал нужным в данный момент. Затронул часть своего прошлого, назвал другое имя, поведал о предательстве Богов с моей точки зрения. Затронул Хаос, Идризера и свою смерть. Слова сыпались, складываясь в историю, подвиг и жестокую реальность. Затронутые моменты из этой, новой жизни, накладывались на моменты прошлого, давая ответы на то, чего ранее дядя Жора не понимал.

Моя Сила. Мой опыт. Мои знания. Всему нашлось объяснение, последние части картины сложились в его голове, но от этой информации… Не знаю, стало ли ему легче, но под конец генерал был очень задумчив. И очень мрачен. Я ожидал многого. Осуждения, возможно, оскорблений и обиды, что ранее скрывал и поведал ему свою историю не первому. Но дядя Жора не такой человек, и поэтому его первый же вопрос звучал не попыткой предъявить, а узнать важное:

— Сколько нам осталось?

— Сложно сказать, — повёл я плечом, обводя взглядом обстановку кабинета и выигрывая время на подумать. — Год, два, возможно десять. Я бы сделал ставку на ближайшие годы, Хаос стал слишком активен, Япония тому яркий пример. Моя попытка защитить людей выиграла время, две тысячи лет, но дала лишь отсрочку. Маяки — те костыли, что помогли мне создать одиннадцатый мир, но и они же стали слабым местом в окружающим мир барьере. Твоя история про первое столкновение с тварями Хаоса… Грань истончилась, на Ближнем Востоке четыре маяка, именно поэтому Орден тогда столкнулся с ними. Хаос воспользовался шансом и проник сюда. Далее Червоточины. Ещё одна попытка, успешная, закрепление и создание прохода. Люди в этом плане молодцы, не оставили всё просто так и создали на той стороне крепости, но, как я считаю, то было, действительно, просто попыткой. Ещё один блин комом, пусть и успешный.

Генерал задумчиво кивнул, пожевав губы.

— И что в таком случае нас ждёт дальше? Больше Червоточин, как в Японии? Сколько их всего откроется в таком случае?

— В Японии был один маяк, вот и представь. Всего маяков по всему одиннадцатому миру сорок четыре.

Вот теперь его проняло. И не только его, но и Розали. Она знала о грядущей опасности, но не ведала, сколько всего этих слабых мест в практически истончившемся барьере.

— Сорок четыре, — хрипло произнёс дядя Жора. — И каждый из них… потенциальная Червоточина. Нет, хуже, Эссерхоф говорил, что при открытии даже одной Червоточины энергетический фон мира сходит с ума. В Японии до сих пор проблемы с погодой, а маги выросли в силе, но пришли доклады о нестабильности дара у некоторых из них. Если такие дыры откроются по всему миру… Пекло, это будет конец!

— Аномальные шторма, мощнейшие цунами, изменение гравитации, дестабилизация литосферных плит, — назвал я то, с чем сталкивался в прошлую войну. — Хафнир, каким его знают сейчас, и то, чем он был ранее, два разных мира. Он полностью изменился, когда я появился в нём впервые после перерождения, то не узнал вовсе.

— Но этот мир стабилен, — правильно понял мои слова генерал. — Значит, он не разрушен, а… перестроен? Не понимаю.

— Хаос — переменчив, сама его суть изменение всего. Теперь, после встречи с ним, я стал лучше понимать его логику, насколько это возможно, когда мы говорим о сущности с иным разумом и мышлением. И я, кажется, понял, почему именно на десятый мир пришёлся страшнейший удар и именно его затронуло самое сильное изменение. Стабильность. Хафнир был процветающим миром, много ресурсов, идеальный, плодородный. Вот только в какой-то момент люди перестали развиваться дальше, застыли на границе прогресса, достигнув определённой черты. Виноваты в этом и Боги, контролировать глупое стадо проще, чем образованное, а чем больше прогресс, тем умнее народ. Это не совсем уж верная аксиома, но я считаю так.

— Стагнация, — прошептала Розали. — Хаос не любит стагнацию, ты так говорил.

— Именно, — кивнул я. — Развитие магии, конечно, с моей помощью продвигалось, но это мелочь на общем фоне. Люди не двигались дальше, не развивались во многих направлениях. И когда Владыки поглотили другие миры, не такие благоприятные для людей, именно Идризер ударил по Хафниру. Почему он и почему так сильно? Этим вопросом я задавался последние дни. Идризер — один из первых Владык, самолично он не спускался в миры, те банально не могли выдержать его сущность, он слишком силён. Но он сам ступил в Хафнир.

— Будто его заставили, — чертыхнулся дядя Жора. — Думаешь, это сделал Хаос? Твою мать, воспринимать эту хреновину в виде тупых тварей проще, чем знать, что у неё есть разум!

— Скорее не заставили, и не приказали, — задумчиво ответил я. — Хаосу плевать на Владык, Богов и смертных. Сколько таких миров, как Хафнир? Великое множество, если говорить о всей вселенной, а не только о цепи наших десяти миров, а сейчас одиннадцати, миров. Для него важен лишь прогресс, отсутствие стагнации. Хафнир постигла участь стать целью, воплотив в себе то, для чего существует Хаос. Вероятно Идризер и сам не понимал, почему сделал так. Его сила берёт своё начало из Хаоса, пусть не изначального.

— Он лишь инструмент, — генерал понял меня и, увидев кивок, выдохнул. — Дерьмово как-то получается… Если всё так, то зачем ему одиннадцатый мир? Наш мир!

— Он не завершил задуманное до конца! — воскликнула Розали. — Талион, то есть, Костя, спас людей! Уберег их, создал им нечто вроде ковчега, но взял за основу десятый мир! Ты сам сказал, дорогой, что наш мир похож на Хафнир до его изменений!

— Получается, этот ваш Идризер, ну и имя, мать его, — выругался дядя Жора от эмоций. — В общем, он вроде и выполнил задачу, о которой, по вашей же теории, особо не знал, а просто тупо делал, а в итоге его обвели вокруг пальца и он облажался. Но задачу выполнить надо, и эта идея сидит у него в подкорке, заставляет мутить воду и напускать полчища тварей в наш мир⁈

— Если упростить, то да, выходит так.

— Прелестно! — с мрачной веселостью воскликнул генерал и вскинул руки. — Вопрос: что делать? Надеюсь, у тебя есть план? Если всё то, что ты рассказал правда без преувеличений, то нас ждёт глубокая жопа. Уже сейчас крепости в восьмом и девятом мирах зашиваются, их постоянно атакуют, а выходит — это просто, сука, репетиция⁈ Лично мне, даже с моим опытом и всем временем службы в Ордене, сложно представить Легионы, способные покрыть собой весь мир! Как с этой чертовщиной бороться⁈

— План… Он есть и уже частично выполняется, — ответил я, решив пояснить: — Сейчас Перун с набранной командой рыскает по Хафниру. Ещё до поездки на свадьбу я дал ему координаты святилищ и храмов предателей, Хафнир, конечно, изменился, но общее местоположение должно соответствовать. Помимо этого, скоро мне на долгое время придётся уйти.

— Куда это ты собрался? — прищурился дядя Жора.

— В Первый Храм Лахимы — Бога Луны, — был мой ответ, от которого мужчина выпучил глаза. — У меня есть карта и тот, кто проведёт к нему.

— Откуда⁈ Стоп, не отвечай, — задумался он и вскинулся. — Толик! Медведев! Твою мать, он тоже БОГ⁈

Я не торопился с ответом, всё же это не мой секрет, но владея всей информацией дядя Жора мог помочь. Он бы и так помог, но теперь будет работать на общее дело, общую цель. И человек с его опытом, и чего уж тут, со связями в Ордене, мне нужен. А без этой информации он бы, скорее всего, не стал пользоваться этими связями.

— Не совсем, — запнулся я и решил пояснить, что не так с Толиком. Розали уже знала о ситуации с Лахимой и просто молча кивнула. — Как-то так.

— М-да, не повезло парню, — протянул генерал. — Или повезло, тут как посмотреть. Так, мне надо ещё выпить, на трезвую голову слушать такое это надо быть полным психом. Дитя, нальёшь старику?

Розали быстро выполнила просьбу и вновь села рядом, прижавшись к моему боку.

— Что в этом храме? Зачем тебе туда?

— Сложный вопрос, — вздохнул я, задумавшись. — Изначально я хотел добыть для Толика Мантию Звёзд. По легендам, та соткана самим Лахимой из первых звёзд, что зажглись в десяти мирах. С её помощью он станет сильнее и должен был стабилизировать свой дар. Но сейчас, в свете открывшегося знания, это позволит ему окончательно слиться с той частью души Лахимы, что в нём переродилась.

— Значит, на нашей стороне будет воевать Бог Луны. Точнее, его половина, или вроде того, — мне понравилось, что дядя Жора сразу обозначил — он с нами. — Это хорошая новость. Что ещё?

— Возможно, только возможно, — посмотрел я на бокал в руке, покрутив его. — Нам удастся привлечь на свою сторону стражей Первого Храма. Звёздные драконы Мовран и его сестра Лаксазия, подчинялись лишь Лахиме. Он их вырастил, стал приёмным отцом. Если Толик сможет слиться с душой Бога Луны, станет им, то они, возможно, не могу утверждать точно, пойдут за ним.

— Это… хорошо же? — не понял моей заминки генерал, да и Розали подалась вперёд, чтобы заглянуть в глаза.

— Сложно сказать, — поморщился я, вспомнив этих двоих. — С Лаксазией проще всего договориться, она всегда была лояльна к людям, очень умна и слушала Лахиму во всём. А вот её брат, Мовран, полная противоположность. Вспыльчивый, агрессивный. Вряд ли прожитые века на защите Храма изменили его характер. Но он силён. Сильнее своей сестры и всех драконов, которых я когда-либо встречал. Пожалуй, он в одиночку сможет выйти против целого Легиона Хаоса, если потребуется. И не факт, что проиграет. В прошлом Боги уважали и боялись Лахиму, но не только из-за его силы, а потому что в ином случае старик мог натравить Моврана на их Храмы и подданных. Я не видел подобное лично, но слышал, что однажды он так сделал. В итоге — половина восьмого мира была закована в лёд, а два континента просто исчезли.

Дядя Жора впечатлился, лицо у него вытянулось, он точно представил себе подобную мощь. Да и Розали тоже прониклась, вперив взгляд в стену.

— Это какой же мощью надо обладать, — тихо прошептал генерал. — Архимаг, конечно, может вдарить и накрыть город, но континент? Даже два? Что там за тварь такая?

— Могу лишь сказать, что своими крыльями он мог накрыть тенью огромные города, — вспомнил я размеры дракона со скверным характером, который не уважал никого, кроме Лахимы. Люди и вовсе для него были всего лишь бактериями. — Пожалуй, если бы не Лахима, то не Хаос был бы основной проблемой, а именно Мовран.

— И ты хочешь привлечь это чудовище на нашу сторону? — теперь дядя Жора понимал мою заминку. — Другого плана нет? Ладно ещё его сестра, раз ты говоришь, что она нормальная, но без этого… Боги, кто эти имена придумывает? Кхм, без этого Моврана никак не обойтись?

— Они близнецы, — ответила за меня Розали. Про свой частичный план я уже ей рассказывал, но без таких подробностей. — Если я правильно поняла, то в их паре — Лаксазия мозги, а Мовран мускулы.

— В общем и целом это так, — криво усмехнулся я. — На неё я тоже рассчитываю, она может помочь убедить его работать на общее благо. Но всё зависит от Толика и той части души Лахимы, что переродилась в нём. Если драконы признают его, то можно будет работать, если нет… придётся убегать.

— В смысле? — удивлённо вскинул брови дядя Жора.

— В прямом, — вот теперь я скривился. — Мы проникнем в Первый Храм Бога Луны! С конкретной целью забрать оттуда один из важнейших артефактов Лахимы! Вряд ли его стражи одобрят такое, Мовран уж точно. Одно хорошо — храм рушить он не станет, возможно, придётся сражаться с ним в его втором обличии. Это плюс и минус одновременно.

— Надеюсь, у тебя есть план на подобный случай? — с тревогой поинтересовался генерал.

— Есть, — вздохнул я. — Но он вам не понравится…