Красный Корпус V

Глава 1

Катастрофа в Японии всколыхнула весь мир. Стабильность была разрушена напрочь, а человечество поняло одну простую вещь — теперь нет безопасного места нигде. Раз Червоточина открылась в Японии — чего не случалось никогда до этого, а другие Червоточины были давно стабильны — то теперь такая же могла появиться в любом уголке мира.

Не факт, конечно, что подобное всё же произойдёт, но страх… от него теперь не избавиться. Я видел его на лицах окружающих меня людей, видел в глазах ребят, которые вместе со мной смотрели в столовой на большой плазменный телевизор, где показывали канал новостей и обрывки эпизодов из Японии.

Города горели, твари бегали по улицам, а люди умирали сотнями, если не тысячами каждый час. Сикоку был небольшим островом, самым малым из четырёх основных в Японии, но он был плотно населен. И пострадала как раз префектура Токусима, самая большая и обжитая.

— Боги… — закрыла ладонями рот Аврора, глаза её повлажнели. — Как же так?..

Вокруг галдел народ, шли споры, а напряжение в воздухе можно было ножом резать. Но я не слушал их. Как не слушал и что говорила ведущая новостей, работа которой обязывала держать лицо, но сейчас женщина была в глубоком шоке и едва читала по тексту. Я смотрел именно на эпизоды с места происшествия и чувствовал, как внутри разгоралась жгучая ярость.

Всё повторялось. Опять. Точно также, как тогда, но в прошлый раз Хаос вторгся легионами во всех мирах сразу, а сейчас действовал через Червоточину. Будто… ему пришлось так делать из-за чего-то.

Хуже всего — нам приходилось ждать. В штабе царил полный бардак, начальство решало, что делать и ждало приказов, а император пока что так и не выступил с обращением в людям. Будем ли мы помогать Японии? Останемся в стороне? Какие меры будут предприняты?

Вся эта неопределённость раздражала. Будь моя воля я бы уже полетел туда, чтобы сделать хоть что-то. Даже понимая, что с таким количеством тварей — покачал я головой, угрюмо нахмурившись — нужна целая армия. Не сомневаюсь, японцы справятся, но сколько ещё людей погибнет? Скольких твари Хаоса сожрут?

— Костя, может стоит ещё раз позвонить Арсеналу? — мягко тронула меня за плечо Мария.

Я и сам хотел это сделать, но понимал — слишком мало времени прошло. Рома был одним из тех, кто находился близко к командованию и располагал свежей информацией. Но при первом звонке он сказал, что пока ничего неизвестно и нужно ждать. Опять ждать!

— Позвоню, но не сейчас, немного позже, — сухо ответил я, не рассчитывая, что Рома сам наберёт меня, как обещал.

Сейчас меня больше всего волновало — поможем ли мы Японии после выступления императора и новых приказов. Надеялся я на лучшее, но готовился к худшему, ведь своя рубашка ближе, а там, судя по кускам видео, натуральное пекло. Захочет ли император жертвовать своими гражданами ради другой страны, пусть та и находилась с нами в дружеских отношениях? У меня не было ответа на этот вопрос, только надежда.

А ещё мысли… Да, я готовился к худшему, но всё равно продумывал, как и что делать, если мы всё же окажем помощь. Лететь одному или с ребятами? Разумеется, последнее, без них не обойтись, а я не находился на том уровне сил, чтобы воевать с армиями Хаоса в одиночку. Нужно ли привлекать людей из команды с той стороны Червоточины? Лучше не нужно. А ведь я мог так сделать, если бы не Шуйский. Но из-за информации князя о Ростриме, восьмом мире, мог так поступить. Но вдруг эта акция направлена не только в этом мире, но и других? Какова вероятность повторного нападения на ту же «Гордость»?

Как же много вопросов…

Неожиданно трансляция прервалась, телеканал с новостями пропал, а на смену ему пришёл чёрный фон с медленно вращающимся гербом золотого орла.

И там же были цифры отчёта, внизу, под ним.

— Сейчас начнётся обращение… — прошептал в образовавшейся тишине мужчина рядом с нами.

Все замерли в ожидании, а когда последняя цифра сменилась нулём, каждый из нас увидел огромную залу, забитую людьми и императора Российской Империи, стоявшего на трибуне.

Похоже, сейчас всё и решится…

Воздушное пространство Пекина…

Время: 7:32

Мигал зелёный свет электроламп внутри салона самолета. Стальная обшивка подрагивала за спиной, монотонный гул двигателей снаружи заставлял мысли лениво ворочаться в голове.

Темнота салона, мрачные, решительные лица людей. Запах мужского пота смешивался с машинным маслом и табачным дымом.

Жёсткое сиденье было неудобным, но терпимо. В одной руке я держал меч и размеренными движениями, не торопясь, протирал лезвие пропитанной маслом гвоздики тряпочкой, которую в последнее время стал использовать. В этом не было нужды, Розали могла очистить сама себя, но вернувшаяся привычка из прошлой жизни дала о себе знать спустя восемнадцать лет. Причём появилась она вновь совсем недавно, буквально неделю назад.

По бокам от меня сидели Толик и Игнат. Наследник Лахимы нагло дрых, закреплённый ремнями, а здоровяк хмуро смотрел перед собой и сжимал кулаки. За время нашего знакомства и дружбы я хорошо его узнал. Сейчас Волков устраивал сам себе психологическую накачку, готовясь ко всему.

Рядом с парнями были и девушки, тихо переговариваясь в своей стайке. Им никто не мешал, никто не дёргал, в салоне самолёта стояла гнетущая, тяжёлая тишина. Люди если и переговаривались, то не мешая другим, без криков и оров.

Император всё же решился. Толкнул короткую речь о том, что Российская Империя не может остаться в стороне в тот момент, когда в Японии в частности, и мире в целом, появилась такая угроза. Он же призвал и остальные государства сплотиться, выказал поддержку императорской семье Японии, а затем отдал приказ о мобилизации.

Каждый доброволец, если он прошёл обучение в Корпусе, мог отправиться на войну, за исключением новобранцев, которых должны были со дня на день доставить в Корпус. В нашем же случае КМБ окончено и мы могли наведаться в пункт приёма, откуда людей делили на отряды и отправляли толпой в Японию. Как дела обстояли с регулярной армией пока не понятно, до дяди Жоры я так и не дозвонился, чтобы прояснить этот момент.

Стоит ли говорить, что каждый из нас изъявил желание помочь? Мне не нужно было даже спрашивать ребят, согласны ли они, те сами опередили меня и высказали свою позицию.

И теперь мы здесь. Летели среди других бойцов Корпуса, слаженных команд, на войну. Летели убивать тварей и спасать людей, скольких сможем.

Вот только пункт нашего назначения не префектура Токусима, а Коти, находящаяся юго-западнее. Слишком много времени прошло, слишком быстро твари убивали всё на своём пути и сеяли разрушения. Токусима пала и чудовища ринулись во все стороны. Большая часть двинулась в Осаку, где завязли благодаря Силам самообороны Японии. Те подорвали мосты, а авианалеты и пригнанная артиллерия утюжили тварей вовсю. Такая же история с мостом на Курасаки, но, как обстояли там дела, в полной мере мне лично было неизвестно.

Выходило так, что тварей зажимали. Им отрезали путь дальше на восток, а в стороне Коти организовали мощное сопротивление. По логике японцы могли бы справиться сами, с большими жертвами, но сами. Вот только жертв в таком случае было бы столько, что даже думать не хотелось.

— Как думаешь, мы кого-нибудь спасём? — тихо спросил у меня Игнат, глаза которого уже на протяжении получаса приняли вид волчьих.

Я остановил тряпку в центре лезвия с шелестящим звуком.

Ответить ему честно? Сказать, что у тварей отличный нюх на людей и спрятаться от них… настоящий подвиг. Игнат и сам это знал, но сейчас парню нужно было услышать, что у нас есть шанс найти среди разрушений и хаоса выживших людей. Счастливчиков, которых благословила сама Удача.

— Шансы есть всегда, — сказал я, продолжив своё занятие. — Японцы опоздали, не смогли вовремя среагировать, но кому-то могло повезти. И наша задача не только убить столько тварей, сколько сможем, но и найти их.

Здоровяк нахмурил брови, кивнул и вновь вперил взгляд в собственные ноги.

Пусть Силы Самообороны Японии и смогли в конечном итоге избежать ещё более жестокой, кровопролитной катастрофы — особенно с мостами — но среди тварей встречались те, кто спокойно мог перебраться вплавь или по воздуху. Не так много, как те, кто передвигался по суше, но достаточно, чтобы защитники умылись кровью.

Закончив с медитативным занятием, убрал Розали в ножны, и решил последовать примеру Толика. Я, конечно, успел поспать, но, думаю, в ближайшее время сон станет для нас чем-то очень редким.

Люди мне не мешали. Игнат тоже молчал, а гул двигателей в какой-то мере даже успокаивал.

Любопытно, что я испытывал некоторый мандраж. После моего перерождения подобные реакции человеческого тела и выверты перерожденного сознания Бога выходили чем-то занимательным и даже интересным. В прошлой жизни, когда приходилось участвовать в масштабных сражениях, это чувство часто возникало. Даже после того, как я заматерел и навидался смерти до отвращения.

Но страха у меня, в отличие от некоторых людей в самолёте, не было. Да, нас ждёт бойня, кровь и огонь. Но страх… мне доводилось столь часто его испытывать в той жизни, что это чувство, похоже, намертво атрофировалось в этой. Хотя, в первую встречу с Распутиным какие-то отголоски всколыхнулись, но они скорее принадлежали Розали, с которой у нас глубокая связь.

С этими мыслями я и отключился, а проснулся при посадке. Самолёт вздрогнул, шасси коснулись земли, а затем птичка начала замедлятся.

Это послужило спусковым крючком для всех остальных. Люди сразу же подобрались, подхватили баулы и оружие.

Толик довольно громко всхрапнул в последний раз, встрепенулся и, открыв сонные глаза, закрутил головой.

— Уже прилетели? — широко зевнул он, пытаясь потянусь в ремнях.

— И как ты вообще смог уснуть в такой момент? — покачал головой Игнат.

— Опыт, — хмыкнул наследник Лахимы и только потом догадался, что сказал, прикусив язык.

— Какой ещё опыт? — непонимающе нахмурился здоровяк. После потрясения для всего мира он вообще был не в своей тарелке, как и многие другие, но понять их можно. — Мы не участвовали ни в чём подобном…

Почесав затылок, Толик бросил на меня взгляд и дал ответ:

— Да какая разница, — махнул он рукой, ещё раз зевнув. — Чего ты пристал? Лучше вон, девчонок дёрни, скоро на выход двинем!

Я окинул Толика внимательным взглядом. Пожалуй, из всех в салоне самолёта, он был одним из немногих, кто будто бы ехал в отпуск, а не на войну. Никаких нервов, как у Игната. Или тихой паники, свойственной Авроре. Полное спокойствие и безмятежность, но глаза… в глазах наследника Лахимы была такая буря, что даже у меня появилось несвойственное сочувствие к тварям Хаоса, которые попадутся ему на пути сегодня и в последующие дни.

Самолёт полностью замедлил ход и постепенно остановился. Зелёные лампочки вспыхнули особенно ярко, люди начали подниматься со своих мест, а аппарель с механическим звуком стала опускаться вниз.

Внутрь пробрались звуки громких голосов, дальних взрывов артиллерии и хлопки авиации, уходящей на взлёт.

Мы сидели почти в конце салона и, к тому моменту, как ребята забрали вещи, большая часть людей вышла наружу. Мои же никуда не торопились, сгрудились вокруг меня и смотрели в ожидании приказов.

— Задачи вы знаете, — оглядел я их лица, одной рукой держа лямки сумки, а вторую положил на рукоять Розали. — Держимся вместе, никуда не разбегаемся. Мы не дома, а на чужой территории, следите за словами и за своими поступками. Особенно это тебя касается, Толя, — парень фыркнул и махнул рукой. — Постарайся избежать конфликтов, в особенности с теми, кто также прибудет на помощь Японии от других государств. В целом это всё, теперь пошли.

И мы двинулись на выход из самолёта вслед за остальными добровольцами Красного Корпуса, за которых уже взялись ответственные люди со стороны Японии.

Ты хотел стать ещё сильнее, Талион? Что ж, Хаос тебя услышал, и дал тебе эту возможность.

… возможность вновь окунутся в жерло войны.