Ковыряла 2

Глава 8 Пацаны из качалки

— Леталка? В смысле коптер? Нафига тебе схемы коптера? — удивился Капрен.

— Понадобились, — ответил я уклончиво.

Я не опасаюсь, что он сдаст тему внешникам, но трепаться про заказы не принято.

— Так, стоп… — почесал он височный имплант. — В нижнем гараже башни стоит такой. Привезли на платформе как недвижимость и сгрузили. Из Пустошей припёрли, типа летел в город и не долетел. Если примерить член к носу, то выходит… А интересно выходит!

— Некоторыми вещами лучше не интересоваться, дро, — предупредил я.

— Да брось, я же отвечаю тут за информационную безопасность. Ты думаешь, ко мне внешники не подъезжали насчёт прослушки? Очень им хочется видеть и слышать, что тут происходит. Требовали подключение к внутренней сети, но я их послал, потому что приказать мне может только владелец Башни, то есть Дом Креона, или назначенный управляющий, то есть Шоня. Тогда они предложили, так сказать, продать лояльность. Токов обещали столько, что остаток жизни можно было бы провести, выходя из самых дорогих борделей Средки только чтобы пожрать в самых дорогих её ресторанах.

— И ты отказался?

— Я что, дурак? Согласился, конечно!

— Э…

— Да ладно, расслабься! Я им задорого продал линк к гейту брейнкластера, который рекламу генерит. У него референсы помещений Башни, видеорефы Шони и прочих, и он погнал феерически красивую видеохрень. Рыжая была даже лучше, чем настоящая! Какие там были интриги, страсти, любовь, ревность, пафос, героизм, вдохновляющие речи… Эх… Я сам смотрел иногда, чуть не плакал, веришь? Умеет этот брейн в такие штуки, он всю рекламу в одно рыло делает. Ну, то есть рыло у него, как раз не одно, это же кластер… Ладно, не суть. Жаль, я беки по-серьёзному промтить не умею…

— Чего?

— «Беки» — сокращение от «брейнкластеры», «промтить» — типа программирования, но иначе. Ставить задачи, задавать граничные условия, референсить и так далее. Это внешниковская тема, вот и слова ихние. У них было несколько спецов, которые подключались к кластерам и типа как будто даже общались с ними напрямую. Выглядело — жуткая жуть, усраться можно. Из наших никто не смог, хотя многие пробовали. Башка у нас как-то не так устроена. Крыша отлетает на раз и назад может уже не вернуться. Я так и не смог объяснить беку, что мне нужно «как в жизни», а не «как в рекламе». В общем, до внешников, хоть и не сразу, но допёрло, что их говном в красивых фантиках кормят. Они мне предъявили, я их послал и токи не вернул. А что они мне сделают, ну? С тех пор живу на одну зарплату, но мне особо и тратить-то некогда. Так что, дро, будь спокоен: от меня никуда ничего не утечёт. Меня ещё при Креоне сюда взяли, и я всё ещё надеюсь, что однажды он вернётся.

— Его же вроде собственная дочка зарезала?

— А рассказал об этом кто? Она же! Вдруг набрехала?

— Зачем?

— Да без понятия! Может, чтобы боялись сильнее, может, это их с Главой Дома хитрый план, а может, ей вообще всё померещилось. Она, когда стала Верховной, поперву вообще не в себе была, бегала в броне с мечом, опасная, как бешеный шуздр, от неё даже слуги разбегались на всякий случай, те, что не кибы. Может, ей приснилось, что папашу грохнула, отчего нет. Спорить с безумной девкой дураков не было, она даже Владетелям в их Совете резню устроила. Посмели, вишь, предъявить за что-то! Причём по каким-то их распоняткам она ещё и в своём праве оказалась, так что Дома сглотнули. С тех пор никто больше на Калидию не залупался. Я говорил, что я её фанат?

— Говорил.

— Вот! Девка — ураган говна с битым стеклом вперемешку, но эта отмороженность прям завораживала. То есть я, конечно, верю, что Кали могла грохнуть папашу: если кто и мог, то только она. Но всё равно надеюсь, что он вернётся. Без всяких оснований, просто мне так хочется.

— Думаешь, Креон бы всё разрулил?

— Ха! Да легко вообще! При нём внешники бегали, пригнувшись, вдоль плинтуса и жидко срались, а не с пинка двери в Башню открывали, как сейчас! Глава Дома стрёмный был, но крутой. Если он вернётся, то всё станет как раньше, даже круче!

— Э… Ну, допустим. Не помню Креона, я в интере был, когда его грохнули. Может, ты и прав. Так вот, насчёт леталки…

— Да ладно, дро, ты мне ничего не говорил, я ничего не слышал, всё правильно. Но, если мозги есть, догадаться несложно. На этом коптере Калидия во время локаута улетела в Пустоши, и с ней была нынешняя команда рыжей. Обратно вернулась уже Верховная Шоня, а леталка не дотянула. Возвращались сами, аппарат притащили потом. Я за этим не наблюдал, было не до того, пытался спасти оборудование башни, но логи-то писались! В общем, раз вам внезапно понадобился коптер, то речь, скорее всего, пойдёт о полёте туда, где осталась Калидия. Может, рыжая наконец поняла, что не тащит, а может, они так и договаривались, не знаю, но я фанат Калидии и за любой движняк в эту сторону! Хотя… — вздохнул он, — Креон всё равно круче.

Похоже, Капрен засиделся тут в одиночестве, теперь треплется так, что не заткнёшь.

— Леталка, — напомнил я. — Мне нужна интерактивная схема для смарт-слоя импла.

— Высру я её тебе? — удивился техн.

— То есть я с тобой просто время теряю?

— Ну вот что ты сразу в залупу лезешь? — обиделся Капрен. — То, что ты называешь «схемами», — это рендовые смарт-паттерны, они есть только на ренд-серваке. Им теперь рулят внешники, можешь пойти у них попросить: «Дяденьки, дайте к серваку подключиться вне ренда, я ненадолго, только коптер починить! Да, тот самый, на котором мы потом привезём Калидию! Да вы не бойтесь, она вас не больно убьёт: чик мечом, и башки как не бывало!»

— Очень смешно. А реальные советы есть?

— Ну, смотри, есть путь относительно простой. Как я уже говорил, смарт-паттерны выдаются сервером либо по задаче ренда, либо по найм-контракту. Наймись «техном обслуживания коптеров» и при первом же подходе к машине обратись к смарт-слою. Наличие профильного контракта создаёт легальный линк, сервер читает маркеры оборудования, отдупляет, что ты взялся чинить леталку, чекает контракт, валидирует, что не от нефиг делать, а работа такая, и выгружает в память твоего железа то, что ты зовёшь «схемой». Для этого, разумеется, нужна сеть, но один раз, дальше у тебя работает локальный кэш. Даже после разрыва контракта он остаётся при тебе, пока не затрётся чем-то ещё при заполнении памяти.

— Это «простой» путь? А какой тогда «сложный»?

— Найти книги по устройству леталок, прочитать их, понять и усвоить. Потом поковыряться в устройстве достаточно, чтобы сформировались чёткие ассоциации между схемами в книжке и железом в коптере. Тогда тебе смарт-слой будет не особо нужен, но он, тем не менее, сформирует новый паттерн, который помогает в работе. Их, собственно, так и получают, через опыт нерендовых, но подключённых технов.

— А нафига? Разве готовых схем нет?

— Всегда может сломаться что-то, до сих пор не ломавшееся или ломавшееся, но иначе. Киб будет тупить, а опытный контрактун чего-то придумает, найдёт способ. Сформируется новый смарт-паттерн, сервак его сохранит и в следующий раз зальёт кибу. Тогда тот не ступит, а справится, понимаешь?

— Понимаю. Чем сообразительнее контрактованный техн, тем больше паттернов получат кибы, и тем меньше останется работы в найме.

— Ну, как-то так, да. У всего есть обратная сторона, дро. Зато город не теряет компетенции. Если какая-то редкая фиговина ломается раз в полвека, то нерендовый техн, который знает, как её чинить, может до очередной оказии не дожить. А вот когда весь его технический опыт есть на сервере, то никаких проблем. Техны приходят и уходят, а компетенции только накапливаются. Всё-таки ренд — гениальная штука, а Креон — гениальный Владетель.

— Был, — уточнил я.

— А может, и есть, — упрямо не согласился Капрен. — Если бы ты его видел, дро, тоже бы сомневался. От Верховного просто пёрло силищей и мрачной харизмой. Фиг бы он дал себя просто так грохнуть!

— Не буду спорить. Лучше скажи, кто может меня нанять для ремонта леталок.

— Я могу, например.

— Реально?

— А чего нет? Перед тобой Главный Техн Башни, имеющий право ренда кибов и найма технов. Не в одну же харю я всю эту громаду обслуживаю? Коптер — имущество Дома, часть парка техники Башни, его ремонт входит в мою зону ответственности. Но не советую.

— Почему?

— Контракты идут через ренд-сервер, админ от внешников, они могут заинтересоваться, нафига в башне вдруг подорвались чинить леталку, которая до этого стояла и никого не парила. Куда собрались лететь, кто и зачем? Я бы на их месте такие вещи пас, тем более что сервер под ними и это ничего не стоит.

— Логично, — признал я. — А кто ещё может?

— Ну, теоретически вообще кто угодно. Как и ренд законтрактить. Но есть нюанс. Вот захочешь ты, к примеру, завести себе личную мапу, чтобы драть её в один член сутками и на бордели не тратиться — фиг там. По условиям ренда, у тебя должно быть: оборудованное помещение, контракт на поставку киб-питания, сертифицированного под мап-сет, лицензии, налоги, рендовая выплата, фискальный контроль и ещё куча мелочей. У Гарта спроси, если интересно. То есть фактически ты станешь владельцем не мапы, а борделя на один мап-слот с единственным клиентом. И будешь отчислять за каждый перепих ренд-центру. Невыгодно. Развлечение промов, эксклюзивки, то есть штучные мапы на заказ, по цене вообще космос. С контрактными пострендниками несколько проще, но всё равно не совсем халява. Контрактовка валидируется — то есть нанять тебя чинить коптер может только тот, у кого он есть. Поскольку в личном владении их не бывает, это же не мот какой-нибудь, то список вообще небольшой: Дома владетелей (не все, но многие имеют), крупные семьи промов. Собственно, всё. Вот если бы ты нанимался унитазы чинить, вариантов было бы побольше…

— Спасибо, с унитазами пусть кибы возятся. Значит, говоришь, владетели, промы или книжку почитать? Спасибо, дро, буду думать.

— Думать, — одобрил Капрен, — оно завсегда полезно.

Найти Ередима оказалось неожиданно сложно. Вершок из промов, который тырил имплуху с семейной фабрики, как в Залив канул. В башне, через которую мы когда-то спустились под город на фабрику, со мной даже разговаривать не пожелали, а когда я прибег к авторитету Верховной, то на прямой запрос Шони ответили, что этот человек давно покинул семью, и сведениями о его нынешнем местопребывании они не располагают.

— Брешут, — отмахнулся молодой вершок, когда мы всё-таки встретились. — Всё они прекрасно знают, семья есть семья. Это тебе не низовая корпа, у нас свои всегда остаются своими. Делают вид, что не в курсе, да, но на самом деле мой бизнес отчасти семейный, и токи в общий бюджет капают.

Ередим нашёл меня сам. Видимо, интерес Шони заставил промовскую семью подёргаться.

— Отец-основатель велел мне разобраться с этим вопросом, — подтвердил тот, — дела и так в полной жопе, а тут ещё и Верховная… До сих пор она вообще никогда в дела промов не лезла!

— Может, и зря, — пожал плечами я. — Могла бы и поинтересоваться.

— Было бы чем, — отмахнулся пром. — Семьи теперь уже не те. Производства в Городе, считай нет, вся промовская жизнь крутилась вокруг него, теперь активы стали пассивами, и никто толком не знает, что с этим делать.

Я вдруг понял, что довольно слабо представляю себе место промов в жизни Города. Никлай рассказывал, но я не вникал, о чём теперь жалею.

— Но у тебя всё-таки есть какой-то бизнес?

— Ну да, — кивнул Ередим. — И семье, хоть и с большим скрипом, пришлось его признать. Отцы-основатели очень не любят, когда отходят от производственных традиций, но токи есть токи. Фабрика стоит и проедает запасы, а я зарабатываю!

— И чем, если не секрет?

— Ну, как бы трепаться направо и налево не стоит, но вообще-то это даже не крайм.

Мы сидим в кафе, его выбрал для встречи сам Ередим, и я не очень понимаю, за что. Довольно слабенькая забегаловка, на той Средке, которая была два года назад, такая считалась дешёвкой для шлоков, прогуливающих последние токи. Ассортимент чуть получше пищемата, автоповар с нижним уровнем лицензированной прошивки, потасканная киб-официантка третьего ренда с дешёвым глючным сетом приволакивает ногу и с третьего раза принимает заказ. Возможно, на нынешней Средке это уже нормальный средний уровень, я пока плохо ориентируюсь в новых реалиях. Вон, компания молодых людей в «скорлупе» торопливо перекусывает, чувствуя себя вполне расслабленно и комфортно. Едят, смеются, болтают, выглядят беззаботно. По прежним меркам совсем молодь, лет по пятнадцать-шестнадцать, но микроренд позволяет им не сидеть на соцмине, который, говорят, теперь тоже понерфан по лимитам. Город мотивирует молодых к труду.

Двое парней, девчонка. «Скорлупа», в отличие от имплухи, по большей части универсальна, так что по внешнему виду не скажешь, где вкалывают. Решает обвес — инструментальный, боевой, защитный и так далее. Лопата с усиленной ручкой, такелажные захваты — или шлем с целеуказателем и винтовка с автонаведением. Вот, компания доела, пошла к выходу. Снаружи встали, дружно посмотрели на часы, а потом резко замолкли на полуфразе и остекленели глазами. Всё, ребята в микроренде. И точно — подкатила машина, залезли, уехали. Машина большая, раньше таких на Средке не видел, внутри десятка три сидячих мест, большинство заняты. Куда-то повезли работать. Небось в Пустоши, объекты для внешников вскрывать. Одни лопатами примутся землю рыть, другие винтовками будут их охранять. Я уже знаю, что такой микроренд обычно на десять дней, потом их возвращают в Город, отключают, на счета падают токи, и есть два дня, чтобы их прогулять. Молодь счастлива, потому что работы в их жизни нет: вышли из кафе, моргнули, зашли обратно. Заодно проголодались, можно жрать снова. Пожрут и в «Весёлкин дом», плясать, играть, тусоваться, трахаться. Не жизнь, а праздник, и не надо ждать десять лет, как в ренде. Правда, и токов не так дофига, так что дорогие услуги, вроде мап-борделей, теряют клиентуру.

— О чём задумался? — спросил Ередим.

— Чего?

— Да ты, вроде как, подзавис, что ли.

— Да так, фигня. Пытался представить, что за новый бизнес можно сейчас замутить на Средке. Ничего в голову не пришло.

— Ха, — засмеялся вершок, — так я же умный! Если все ниши спроса заняты бизнесом, надо делать бизнес для бизнеса! Вот чего не хватает тут бизнесу, как ты думаешь?

— Клиентов, — сказал я мрачно, оглядывая променад.

Не помню его такой пустынным.

— Это не совсем так, дро. Клиентов стало даже больше, просто других. Микрорендники ищут услуги попроще, подешевле, а главное, побыстрей. У них нет времени по-настоящему оттягиваться, как у постренда, и токов тоже гораздо меньше. «Весёлкины дома» с их комплексом услуг «получи всё сразу в одну ночь» недаром так популярны — там можно спустить аккурат столько токов, сколько платят за десять дней, а не за десять лет. Так что тут ты мимо, извини.

— Тогда скажи сам.

— Главная проблема заведений Средки — рост накладных расходов при одновременном снижении среднего чека. И в первую очередь это счета за электричество. Сейчас это основная строка затрат, что особенно досадно потому, что оно всегда было бесплатным. Креоново семя, да вся экономика Города стояла на халявной энергии, без неё всё тут убыточно! Народ бухтит, что, мол, «при Калидии такой фигни не было», но платит, потому что куда деваться. Распределением рулит тот же сервак, что и счетами, токи списываются автоматически. Оказывается, учёт электричества и раньше был в системе прошит, представляешь?

— Ну да, — подтвердил я, — иначе как балансировать сеть? На каждом вводе есть контроль потребителей, инфа с него отдаётся серваку, прикрутить к этом оплату проблемы нет.

— Именно! — кивнул Ередим. — Верховная Шоня, надо сказать, вошла в положение, урезав до минимума все остальные платежи и налоги, только поэтому малый бизнес пока не загнулся. Сейчас такое заведение, как это кафе, помимо покупки концентратов платит только за энергию для пищевого синтезатора, нагревателей, освещения, кондиционера и так далее. Лицензии начального уровня практически бесплатные и даже арендная плата за место отменена. Но электричество настолько дорогое, что всё равно бизнес на грани рентабельности.

— То есть, — сообразил я, — весь бизнес теперь платит внешникам, а не городу? Энергия от них, сборы Шоня отменила…

— Ну, типа того, да, если вдуматься, — подтвердил пром, — не знаю, как она будет разруливать дефицит бюджета, но это не моя задача. Моя — дать людям реально дешёвое электричество!

— Левые врезки? — предположил я. — Но они же элементарно палятся по разнице…

— Именно, дро, разом за жопу возьмут, тут ты прав. Как-то вычисляют, присылают киба проверить, и фигак — штраф. Так что я о другом! Мы продаём электричество, которое делаем сами!

— Сами? Электричество? Это как?

— Хочешь посмотреть?

— Конечно.

— Я специально тут встречу назначил, это заведение — наш клиент, ну и вход рядом. Двинули. Платить не надо, у нас взаимозачёт!

Ередим показал на дверь для персонала, мы прошли через помещение, где размещается дешёвенький пищевой синтезатор. Рендовый киб-грузчик загружает в холодильник брикеты пищевого концентрата и канистры со вкусовой химией, таская их из небольшого грузовичка, где за рулём совсем юный микрорендник. Пришлось подождать, пока они закончат, и только потом выйти через чёрный ход в переулок.

— Нам сюда, — молодой пром показал на гейт технической зоны.

Такие напиханы по всей Средке, через них можно спуститься в её внутренние технические помещения. Там трубы, кабельное хозяйство, линии пневмодоставки… Кстати, странно, что концентраты грузили вручную, в норме они должны доставляться автоматически. Насколько я понимаю, это значит, что химия «левая», то есть скраймленная или не подходит по лицензии. Не моё дело, вообще-то. А ещё в недрах огромной эстакады, имеющей толщину в несколько этажей, расположены промежуточные склады, магистральные водяные фильтры, насосное хозяйство, шнеки промышленных мусороизмельчителей (в которые можно попасть, например, за долги), сетевые маршрутизаторы, оптические линии связи… Ну и всякое такое, что плохо смотрится на поверхности, разумеется. Ринги боёв без правил, игровые салоны, где можно проиграть имплы, мясные бордели и прочий крайм-за-гранью-крайма. В общем, я много чего ожидал увидеть, но то, что показал мне Ередим, реально поставило в тупик.

Никлай как-то рассказывал нам с Кери и Тики о «подростковых бандах» своего детства, которое, разумеется, прошло не в Городе. Там так назывались низовые корпы молоди. Ренда у них не было, а значит, и силовой имплухи тоже, так что всё решала сила натурных тел. Чтобы как-то продвинуться в тамошних корпах, а потом, если повезёт, перейти в крайм уровнем выше, молодь активно «качалась». Смысл этого термина дошёл до нас не сразу, учителю пришлось несколько раз объяснить. Оказывается, если регулярно нагружать мышцы натурного тела, то они, в отличие от миоблоков имплухи, начинают расти. Процесс долгий, нудный, болезненный, вредный для здоровья и неэстетичный, но ради продвижения в крайм-иерархии многие были готовы тратить на это по несколько часов в день. По словам Никлая, наиболее упорные «раскачивались» так, что становились похожи на рендовых силовиков, только без имплов. Кери внезапно заинтересовался, как именно надо «качаться». Ему тогда регулярно вваливали пацаны из корпы Пупня за то, что он мутил с Дженадин, которая была как раз оттуда, и пацан загорелся идеей стать сильнее нахаляву, без ренда. Тогда Никлай нарисовал нам, как выглядит так называемая «качалка»: специальное место, где при помощи механических устройств наращивают силу мышц. Заодно и схемы тренажёров набросал, некоторые оказались весьма интересными. Кери, когда узнал, что все эти штуки не работают сами, делая его сильнее, а наоборот, он должен приводить их в движение, преодолевая механическое сопротивление, сразу к этой идее потух. Более упорный Тики даже пробовал поднимать тяжести, но оказалось, что мышцы не растут, а зверски болят, а руки потом трясутся так, что про мелкий ремонт можно сразу забыть. Никлай объяснил, что эффект виден не сразу, что потом боли станут меньше, а мышцы — больше, но ребята к этой теме больше не возвращались. Мне куда больше понравились уроки «рукопашного боя», где учитель показал, как и куда надо бить в драке, но память у меня хорошая, и про «качалку» я запомнил.

Так вот, то место, куда меня привёл Ередим, выглядит типичной «качалкой», только для…

Да ладно! А смысл?