Ковыряла 2

Глава 20 Второй Город

От легендарного Второго Города осталось не очень много. Я даже не сразу понимаю, что машина уже катится по улице. Постепенно обломки стен всё выше, центр пострадал меньше окраин. Становится видно, что он не был похож на наш. Ни башен, ни низов, ни Средки: широкие улицы и невысокие дома. Наверное, здесь не было Чёрного Тумана и высотки не лезли вверх, опираясь на крыши низовых кондоминиумов.

Продвижение сильно замедлилось, потому что проезды завалены обломками, присыпанными песком. Я опасаюсь повредить колесо, ищу обходные пути, выписывая причудливые петли и теряя время. На ночь пришлось остановиться в руинах, потому что ночное зрение не справляется в каменном хаосе, а фары только усугубляют это пляской ломаных теней. Ещё один лишний день. Я дичайше вымотался в дороге, и, хотя имплуха бережёт от самых неприятных ощущений, чувствую себя удивительно погано. Особенно тут. Мёртвый город словно давит на голову, в Пустошах так тяжело не было. Может быть, дело в том, что руины закрывают обзор, не видна перспектива, кругом косые углы и неровные линии. Я даже заснуть толком не могу, все время дёргаюсь, просыпаюсь от каждого шороха, в котором мерещится не то чей-то зловещий шёпот, не то тихая, на грани слышимости музыка, как будто где-то вдалеке включена видеостена с рекламой. Несколько раз прибавлял чувствительности аудиоимплам, но становилось только хуже, и я снова выключал усилитель.

Утром встал совершенно разбитый, не выспавшийся, с больной головой. Кажется, даже видеть стал хуже, ноги подгибаются, руки ослабли, наверное, если б не имплы, пальцы бы дрожали. Смарт-слой показывает, что я здоров, уровень питательных веществ в норме, обезвоживания нет, повреждения кожных покровов от солнца и песка несущественные, почему же мне так плохо?

Несколько часов осторожного петляния по улицам привели меня к цели. Единственное целое… Здание? Нет, скорее, объект. Он не выглядит как что-то, построенное людьми. Чёрный каменный куб с высотой ребра в несколько этажей, которому ничуть не повредило время. Шоня говорила, что тут их встретили здешние владетели. Жуткие и, скорее всего, на глушняк рехнувшиеся люди в оболочках. Но меня внутрь никто не приглашает, и я вхожу сам, закатив машину в широкий коридор без дверей. Здесь сумрачно, но не темно, не жарко, но и не холодно, гладкие стены и ровный пол. Жить тут два года? Я бы свихнулся нафиг. Надеюсь, Калидия более устойчива. Или настолько безумна, что терять ей нечего.

Всё оказалось печальнее — внутри просто никого нет. Некоторые помещения имеют вид жилых, но и в них всё покрыто толстым слоем пыли. Не знаю, сколько времени пустуют, но поставил бы на то, что как раз те самые два года. Как Шоня с корпой свалили, так и остальные не стали задерживаться. Я бы точно не стал.

Еды нет, воды тоже, никаких записок вида «Если вам срочно нужна Калидия, то ищите там-то» тоже не обнаружилось. Пока всё выглядит так, будто я просто зря прокатился. Печально, но не смертельно. Поеду, значит, обратно ни с чем. Но сначала передохну. Полежу. Посплю. Что-то совсем придавило усталостью, а тут так тихо… Вот и кровать даже есть. Мягкая. С одеялом. Ничего, что пыльная, зато песка за шиворот не наметёт.

Проснулся от аварийного сигнала прошивки. В смарт-слое пылают красные значки опасности. «Низкий уровень…», «низкий уровень…», «низкий уровень…» Чего именно? Кажется, всего. Не могу понять. Не могу встать. Ноги не слушаются, тело еле шевелится. Работают руки, точнее, имплы, словно бы напрямую, сами по себе.

Бутыль с кибконцентратом у постели, я обливаю им себя, одежду и кровать. Обоняние и вкус, как назло, почему-то включились, но рот открывается и руки льют туда плотную вонючую маслянистую жижу. Чудовищная дрянь. Постепенно число красных строк сокращается. Делаю усилие, концентрируюсь, пытаюсь понять, что случилось. Не понимаю. Похоже, что организм свалился в состояние крайнего истощения, и, если бы не импловое сердце, я бы умер во сне. К счастью, прошивка имплухи забила тревогу и сумела меня разбудить, но как так вышло? Без понятия.

Постепенно тело оживает. Я, преодолевая чудовищную слабость, сажусь на кровати, а затем и встаю. Обнаруживаю на постели жёлтое пятно. Да, именно там. Я не только обоссался и лежал в луже, но ещё и провалялся достаточно долго, чтобы бельё высохло. Хорошо, что перед сном снял штаны, трусы-то у меня чистые есть. Помыться бы… Воды ещё немного осталось, но переводить её на мытьё жалко, мне назад ехать через Пустоши. Может, здесь есть что-нибудь типа водопровода? Жили же тут люди когда-то… Пока бродил, трубы мне попадались, надо проверить, вдруг с водой? Что-то тут неладно, надо валить. Но сперва всё же помыться, потому что восприятие запахов почему-то не выключается, а несёт от меня… Дичайше несёт. Может, и хорошо, что тут никого нет, повезло им. Сколько я проспал? Не пойму. Часы в смарт-слое моргают прочерками вместо цифр, логи пестрят ошибками. Нет, точно место дурное. Голова мутная, вспомнить, где видел трубы, не могу, бреду вдоль стены, держась за неё рукой, по первому попавшемуся коридору. Тут всё одинаковое. Кажется, что я хожу по кругу, но нет, трассировка в смарт-слое показывает, что иду прямо. Видимо, не туда, потому что выпираюсь в помещение, где раньше не был. Хотя перед сном обошёл всё. Впрочем, труба тут есть. Сразу вижу, что не водяная, больше похоже на систему пневмодоставки к пищематам, только сделано непривычно. Вот этот стеклянный отсек, видимо, приёмный, сюда должна прилетать капсула со жратвой. Мне бы пригодилась жратва. А лучше стим. И побольше. Или газировки сладкой. Хотя и несладкая сойдёт… Вот, стати, и сама капсула торчит. Как это открывается? Дёргаю за рычаг, коротко шипит воздух, и серый прозрачный цилиндр улетает в трубу.

Не доставка. Отправка. Жаль. И воды тут нет. Ничего тут нет. И никого. Надо сделать так, чтобы и меня не было. Зря я сюда приехал вообще, дурное место.

Машина не стартует. Силовая установка не запускается. Сканер показывает полный ноль электрических процессов везде. Когда я доехал, аккумулятор был заряжен на две трети, сейчас пуст. Нет заряда во встроенной батарее перепрошитого комм-тестера, который используется как управляющий модуль. Сдохли даже микроисточники в управляющих платах миоблоков. Сами миоблоки на вид целы, кибконцентрата ещё много, но запустить их нечем. Нужен осциллятор, подающий управляющие импульсы. Он потребляет сущую ерунду, но даже такого крошечного заряда нет. Не понимаю, как это возможно.

Но солнце-то снаружи светит, верно? Зря я машину загнал внутрь, на свету она бы подзаряжалась от небольшой батареи на крыше. Ничего, сейчас выкачу. Таратайка нетяжёлая, пол ровный, справлюсь. Там разложу все панели, сколько-то заряда батарея наберёт быстро, мне лишь бы миоблоки запустить, а там генератором наберу. И валить, валить, валить отсюда! У меня уже и сканер, кажется, начал поглючивать, а список ошибок имплухи даже не читаю, чтобы не расстраиваться. Вот сейчас откажут имплоруки, и что тогда?

Упёрся плечом, навалился — еле сдвинул, с хрустом и скрипом, как будто она тут годы стояла. Креонова жопа, да у неё даже на колёсах вмятины внизу! Промялись в тех местах, где упирались в пол! Ничего, внутренняя ячеистая структура покрышки постепенно восстановит геометрию, а пока немного попрыгаем на некруглых. Чуть-чуть энергии, завести силовую установку и валить-валить-валить. Дурное место.

Солнца снаружи нет. Не в смысле «зашло за облако» или «ночь настала». Его просто нет. Нет солнца, неба, облаков, звёзд, луны и всего такого. Есть тусклый серый свет без источника… Нет, не свет даже, а просто темнота тоже отсутствует. Этой серостью батареи не зарядишь.

И ехать некуда.

Вместо заметённых песком развалин Второго Города вокруг раскинулся город совершенно другой. Наверное, Третий. Или Сотый какой-нибудь. Город белых башен, связанных на высоте переходами. Наверное, он когда-то был красивым, но чёрные пятна мёртвых деревьев в сером отсутствии света всё портят. Тут было много зелени. Наверное. В нашем городе растения только внутри холлов в кадках, в гостиных у вершков, ну и на Средке ещё были до локаута небольшие кусты на насыпных газонах. Предмет роскоши, можно сказать. А здесь на каждой ровной площадке торчали. И сейчас торчат, только мёртвые. Чёрные корявые палки, бурые сухие листья. Жуткое место. Валить-валить-валить… Но куда? В какой стороне Пустоши? Где наш город? Есть ли он тут вообще? Наверное, это что-то вроде того самого «внешнего» мира? Тогда неудивительно, что «внешники» лезут к нам. Я бы отсюда куда угодно лез.

— Кто ты и что здесь делаешь? — раздался за моей спиной ровный синтетический голос.

Обернувшись, вижу женщину в эксокибрисе — оболочке владетелей. Глазищи эти круглые, широко расставленные, чёрные щитки полугибкой брони, выступающие впереди двумя полушариями. Женский вариант. Говорят, в этих штуках владетели могут силового киба на куски порвать.

— Я Тиган Ковыряла.

— Я должна тебя знать?

— Нет. И я не в курсе, что тут делаю. И даже где это «тут».

— Вижу. Пошли.

— Куда?

— Туда, где ты сдохнешь не так быстро.

Интерьер напоминает что-то из Креоновой башни. Из тех комнат, которые обставили ещё до Тумана. То есть на самом деле совсем не похоже, но я не знаю с чем ещё сравнить. Не с модулем кондоминиума же.

Никакого неона, никакой особой роскоши, просто жильё. Но хорошее. Пара спален, санмодуль… нет, это называется «ванная комната», мне Калидия сказала. Кухня ещё есть. Это место, где «готовят еду». Наверное, лапшу кипятком заливают или как-то так. Пищемата, чтобы выдавать готовую, тут нет.

В «ванной комнате» есть ванна. Туда можно налить горячую воду и лечь в неё. Очень поправляет, если ты тащился днями по Пустошам, а потом уснул и обоссался. Калидия разрешила лить воду, сколько хочу, лимита нет. Правда, она понятия не имеет, откуда та берётся и что её греет. Просто открываешь кран, и течёт.

Тут есть электричество, по крайней мере, горят лампы. Я сразу предложил приволочь батарею с таратайки, но Калидия сказала, что «это так не работает». Мол, даже если я сумею зарядить, то заряд исчезнет, как только вытащу наружу. Откуда подаётся электричество, она тоже не знает. Сканер показывает скудную проводку под напряжением: переменный ток, только лампы, несколько розеток непривычного формата, плита с простейшим резистивным нагревом на кухне. На ней сейчас закипает «чайник», похожий на тот, что я видел у Скриптора. Провода кончаются в стене, словно оборванные, но при этом электричество в них есть. С водяными трубами, похоже, та ж фигня, а сети нет вовсе. Калидия не может объяснить, что это за место. Она вообще почти ничего не может объяснить.

— Они не очень много успели рассказать, — поделилась девушка.

— Кто?

— Владетели Второго Города.

— Почему?

— Я их быстро убила, — отвечает она равнодушно.

Калидия красивая, выглядит лет на двадцать — двадцать пять, сидит в кресле. Черноволосая, темноглазая, с отличной фигурой. Эксокибрис валяется в углу бесформенной грудой. В руке у девушки странная прозрачная посудина из тонкого стекла на длинной ножке, внутри тёмно-красный, как венозная кровь, напиток.

— Вино. Хочешь попробовать?

Оказалось — слабый алкоголь с резким, очень сильным, кисловато-терпким, с нотками сладости вкусом. Мне не очень.

— Я пробовала раньше. В… другом месте. Сперва тоже не пошло, но потом понравилось. Теперь пью и вспоминаю то время, как странный хороший сон. Солнце, море в котором можно купаться, ежедневная радость жизни, любовь. Время, когда я ничего была не должна. Здесь нет других напитков, кроме вина, зато оно никогда не кончается. Возвращаешься, а бар снова полный.

— И еда тоже?

Я хлебаю из миски что-то вроде супа. Он не похож на лапшу, но его тоже заливают кипятком. Очень сильный и непривычный вкус, но есть можно.

— Да. Тут много еды. Тебе мало что понравится, но я такую ела и раньше. Она не сделана на фабрике.

— Внешниковская жратва?

— Да, наверное. Не знаю, откуда берётся. Может быть, ниоткуда, просто я, возвращаясь, оказываюсь в моменте до того, как её съела. Время тут не то очень странное, не то его вовсе нет.

— Стоп, но если ты ешь эту еду до того, как съела в прошлый раз, то тогда в том, прошлом разе, её бы не было! Ведь ты её съела в следующем…

Я помотал головой пытаясь вообразить обратную последовательность питания, но не преуспел.

— Одна здешняя женщина мне сказала, что мы говорим и думаем на языке, не позволяющем осознать концепцию нелинейности времени. Это, мол, было сделано специально, чтобы мы ничего в нём не поломали. Но мы поломали всё равно.

— И где эта женщина?

— Я её убила.

— Почему?

— Они хотели… Впрочем, долго объяснять. Но иначе остановить не получалось. Но и я не искала других путей. Мало знаю, но хорошо владею мечом.

Меч стоит в углу возле лежащей на полу оболочки, я не стану проверять, успеет ли Калидия до него дотянуться.

— А что это за место?

— Не знаю. Не уверена, что это вообще место.

— А что? — озадачился я.

— Время. Кусок времени.

— Время бывает кусками?

— Конечно. И очень разными. Пара кубиков времени — и Город не нуждается в электричестве, например. Но я не тот человек, который знает, как это работает. Что-то прочитала в отцовских файлах, что-то мне рассказали Владетели Второго Города.

— До того, как ты их убила?

— Кто-то до. Кто-то после. По-разному.

— Креонова перхоть! Это как?

— У отца нет перхоти. Он лысый.

— Ой, прости… Забыл, что ты его дочь.

— Ничего, все всегда ругались и клялись его именем. Традиция. Я могу бесконечно рассказывать тебе даже то немногое, что узнала, но лучше ты скажи, зачем приехал на той смешной штуке.

— Меня Шоня послала.

— Шоня… Шоня… Что-то знакомое…

— Рыжая девчонка из корпы «Шуздры». Ты её ещё Верховной назначила, если не врёт.

— А, да, точно. Не врёт. Это не было обдуманным решением, но почему бы и нет? Она была смешная. И красивая. Вся в порыве, так мило. Кто-то ведь должен сидеть в Башне, воображая, что всё под контролем? Не я же.

— А почему не ты?

— А я узнала, как всё на самом деле устроено.

— То есть ты не вернёшься?

— Тебя за этим послали… Как, говоришь, зовут?

— Тиган Ковыряла.

— Ломщик, что ли?

— Техн. Пострендовый. Но да, был ломщиком.

— Понятно. Я Калидия из Дома Креона, но ты и так знаешь.

— Верховная Владетельница, ага. Я тебя в интере в рекламе видел, но ты всегда была в той штуке, — я показал в угол, на оболочку.

— Да, я её не снимала тогда почти, хотя понятия не имела, зачем на самом деле нужны эксокибрисы. Впрочем, это, кажется, все к тому времени забыли. Кроме отца, может быть.

— Разве не для того, чтобы быть сильными, быстрыми и крепкими, рубая всех мечом?

— Нет, это случайный вторичный эффект. Шоня отправила тебя за мной? Почему? Я думала, ей понравится быть Верховной.

— Ну, так-то да, ей идёт. Отлично смотрится в рекламе. Но внешники отжали у неё руль, Город катится в мрачную жопу, рыжая не знает, что с этим делать, и паникует. Сперва послала меня за своим прошлым премом…

— За Доком? — удивилась Калидия.

— Вы знакомы?

— Он дважды спас мне жизнь.

— Ого, похоже, Шоня не преувеличивала его крутизну, а скорее преуменьшала…

— Она просто почти ничего о нём знала. Все они. Так что Док?

— Всё обломалось, я не смог к нему добраться.

— Жаль.

— Думаешь, он бы реально разрулил?

— Не он. Его дочь. Ладно, расскажи, что там с Городом. Пожалуй, мне стало интересно…

Имплуха постепенно восстановилась и перестала сыпать в смарт-слой ошибками, но часы всё равно моргают прочерками, поэтому я не знаю, сколько времени рассказывал. Калидия сообщила, что времени тут то ли нет, то ли нет ничего, кроме времени, но я решил, что не буду над этим задумываться. Говорил и говорил, пока не вывалил на Владетельницу всё: свои наблюдения, рассказы Шони, объяснения Никлая, истории Гарта, требования Грерата…

— Бераны тут нет, — категорически заявила девушка. — Она стала бесполезна там, где мы оказались в итоге, потому что не имела эксокибриса, и я её отпустила. Не убивать же? Всё-таки мать. Впрочем, она осознала некоторые ошибки. Не все, но для неё и это прорыв.

— И где она теперь?

— Понятия не имею. Ты продолжай, продолжай. Надо же, там два года прошло, как странно… Никогда не привыкну смотреть на время вот так, снаружи и чуть сбоку.

— А тут сколько прошло?

— Бессмысленный вопрос. Снаружи, — она показала на дверь, через которую мы вошли, — времени просто нет. А тут, внутри, нет ничего, кроме.

— Я не понимаю…

— Я тоже. Знаешь, что такое вакуум?

— Ну да, я же техн. Это если воздух из ёмкости откачать.

— А мы сейчас там, откуда откачали время. Вот оно было, и вот его нет. Совсем. Выжить можно только в эксокибрисе, это его предназначение. «Скафандр» — кажется, есть такое слово. Исключение — вот этот дом. Не знаю почему. Тут можно отдохнуть и снять оболочку, попить, поесть, пописать, помыться. В эксокибрисе не требуется, но иногда просто хочется. Но если выйти и вернуться, то всё, что я тут делала, исчезает. Запасы не тронуты, постель не расправлена, в сливе ванны нет чёрных волос. Я даже оставляла сама себе записки, царапая стену — бесполезно. Каждый раз как первый.

— А вот это зачем? — я показал на прибор, похожий на узел пневмодоставки.

Такой же был в чёрном здании, где я чуть не сдох. Калидия объяснила, что из-за того, что «терял время». Не в том смысле, что нифига не делал, а в каком-то физическом. Как будто его из меня откачивали, как кровь. Не понял, но принял к сведению.

— Система передачи сообщений. Я плохо понимаю, как она работает и зачем, но, когда ты её использовал, смогла тебя найти. В том времени, когда был нажат рычаг.

— А если бы не нашла?

— Твоё время ушло бы полностью.

— Я бы умер?

— Или не родился. В каком-то смысле. Всё сложно. Я пыталась читать здешние книги, но не поняла примерно ничего.

— Тут есть книги? — обрадовался я. — Книги — это дичайше круто!

— Целая библиотека, внизу. Попробуй, может у тебя получится лучше. Так, говоришь, внешники продают Городу его же энергию?

— Ну, типа притащили какие-то штуки, из которых она добывается. Сказали, что те дичайше дорогие и невозможно редкие, а значит, мы торчим им буквально всё. Если нас что-то не устраивает, они их заберут, и мы все сдохнем без электричества.

— То есть, — уточнила Калидия, — Шоня не привезла кристаллы?

— Какие кристаллы?

— Инкумбы. Которые я купила.

— Яснее не стало.

— Перед самым локаутом я выкупила у Владетелей Второго Города очередную пару кристаллов, которые преобразовываются в энергию станцией под отцовской Башней. Была уверена, что Шоня забрала, и хотя бы этой проблемы нет. Их хватает на годы.

— Рыжая, мне кажется, вообще про них не в курсе. Забыла, наверное.

— Может быть… — задумчиво покачала головой Калидия, — я не стала объяснять, казалось, что всё очевидно… Получаются, они так и остались лежать.

— Лежать где?

— Нет, «лежать когда». В том временном моменте. Надо бы забрать, оплачено.

— Шоня говорила, что за энергию отдавали…

— Детей, да. Это не плата, а сырьё.

— Их убивали, чтобы?..

— Из них откачивали время. Это не убийство, потому что нельзя убить то, что никогда не рождалось. Не я это придумала. И даже не отец. Так устроен наш сраный мир. Плохо жить внутри дверного замка.

— Не понял.

— Неважно. Доставь Шоне инкумбы, пусть использует их и шлёт внешников нафиг.

— И где… или когда? В общем, как их получить-то?

— А, ну это проще всего…

Она подошла к устройству пневмодоставки и потянула рычаг. Свистнуло воздухом, канула в трубу капсула.

— И что будет?

— Эта штука отправляет то, что должно быть получено, в тогда, для которого оно предназначено. Не спрашивай, что это значит, я только пользуюсь.

Свистнуло, глухо хлопнуло. В стеклянном отсеке трубы приземлился матовый цилиндр. Калидия нетерпеливо открыла приёмное окошко, вытащила ёмкость, сняла крышку, вытряхнула на стол содержимое.

Два полупрозрачных кубика. Каждый размером с мою голову примерно. Грязновато-голубые с прожилками.

— И вот эта фигня…

— Именно. А так и не скажешь, верно? Отдай Шоне, это развяжет ей руки перед внешниками.

— То есть ты не вернёшься?

— А зачем? Я паршивая Верховная, один раз всё уже просрала по незнанию. Теперь знаю гораздо больше, но от этого только хуже, поверь.

— Чтобы владетели могли вмешаться. Думаю, внешники не отдадут Шоне руль просто так, хоть их завали этими кубиками.

— Боюсь себе представить, как они «вмешаются»… Впрочем, их ждёт кое-что получше, чем моё возвращение. Не спрашивай, будет сюрприз. Мне есть чем заняться здесь, Тиган. Не так уж много осталось носителей эксокибрисов. В городе же и я никому не нужна, и мне никто не нужен.

— Ладно, — вздохнул я. — Последняя попытка.

Достал из кармана коммуникатор. Здесь он ожил даже без зарядки, словно и не был мёртвым куском пластика совсем недавно. Только часы на экране показывают прочерки вместо цифр, как и мой смарт-слой. Пролистал входящие, нашёл сообщение от Седьмой, открыл прикреплённое фото, развернул на весь экран, повернул к Калидии.

— Алька… — неверяще сказала та. — Офигеть. Но как?