Капитан (Часть 1) Назад в СССР. Книга 13

Глава 11 Из последних сил

За рулем пыльного пикапа с опущенным пулеметом в кузове действительно была Лейла. Ее бледное, встревоженное и осунувшееся в тусклом свете лицо, исказилось от напряжения. Она явно знала кто устроил на заводе хаос, поскольку увидев нас, не удивилась. Вот только откуда она вообще тут взялась?

— В машину, быстро! — крикнула она, высунувшись в открытое окно.

Особого приглашения не требовалось. Мы практически одновременно рванули к пикапу. Я втиснулся на переднее сиденье, а Шут, Дамиров и Смирнов — в кузов. Лейла тут же вдавила газ, и машина, взревев, рванула вперед, поднимая за собой клубы пыли. Пули еще свистели мимо, а одна из них разбила заднюю фару. Но не прошло и десяти секунд, как мы скрылись за поворотом.

— Лейла! Как ты здесь оказалась? — спросил я, глядя на нее встревоженным взглядом.

Девушка, не сводя глаз с темной дороги, ответила сдавленно:

— ХАД направил меня в составе группы на встречу с вами. Группа состояла из четырех человек. Но это была ловушка, не знаю как, но произошла утечка информации. Я догадываюсь, кто мог за этим стоять… Нас застали врасплох, хотя мы никак себя не выдали. Ребят перебили сразу, а меня взяли живой — решили, что я просто переводчица из Кабула. Хотели допросить, но времени почти не было. Меня держали в подвале административного корпуса несколько часов. Со мной хотел поговорить полковник Хабиб, но разговор прервался, даже толком не начавшись…

— Ясно. А дальше?

— Ну… Когда наверху раздался взрыв, Хабиб и его люди спешно покинули подвал. Оставшийся часовой не выдержал и тоже побежал смотреть, что там происходит. Дверь была не заперта только на засов снаружи, я легко сдвинула его просунув руку через прутья. Когда он появился вновь, я разбила ему голову камнем. Забрала автомат, у входа расстреляла еще троих. А за углом нашла этот пикап с ключами в замке зажигания. Увидела, как вы на танке прорывались… На такое мало кто способен. Я решила выждать немного, а то бы вы и меня… Пара-тройка минут, затем я бросила гранату под другую машину и за вами.

Она резко свернула с основной дороги, нырнув в узкую расщелину между скал. Остановилась и заглушила двигатель.

Вроде бы нас не преследовали, но мы все равно подстраховались.

— Гром, это не главное, — продолжила она, посмотрев на меня напряженным взглядом. В ее голосе прозвучала сталь. — Я слышала разговоры. Хабиб, перед тем как он скрылся, обсуждал со своими людьми некоторые моменты. Генерал Хасан еще днем заминировал основные топливные емкости и резервуары с нефтью на заводе. Какая-то новая взрывчатка с дистанционным радиоуправлением. Это было сделано на тот случай, если его силы выбьют с завода. Понимаешь, он намерен все там подорвать, стоит только советским или правительственным силы попытаться занять объект. Хабиб упомянул, что обезвредить заряд невозможно. Скорее всего, сделать это может только сам генерал, тоже дистанционно. Они хотят устроить огненную ловушку и политический спектакль одновременно.

Повисло тяжелое молчание. Дамиров хрипло выругался.

— Как-то это не логично с его стороны… — возразил я. — Зачем все взрывать, учитывая что у генерала тут куча техники, оружия и людей? Согнать сюда столько сил, чтобы просто все уничтожить⁈

— Это на крайний случай!

Конечно же, у мятежного генерала нет сил тягаться с советской армией. Времени мало. Отходить ему будет крайне сложно. Да и некогда. До границы с Пакистаном он скорее всего, уже не доберется.

— Значит, даже если мы его ликвидируем, завод все равно может взлететь на воздух! — процедил я, чувствуя, как внутри все сжимается в ледяной ком. — Его нужно брать живым! Где он сейчас может находиться?

— Бежал в гарнизон, — коротко бросила Лейла. — Это менее чем в километре отсюда по прямой. Там каменные постройки, старые казармы. Он использует его как командный пункт и личное убежище. Пульт должен быть у него.

— Ну, мы и так туда собирались, — я принял окончательное решение. — Тихо туда проникнуть уже не получится — он в курсе, что на нефтедобывающий завод проникли диверсанты. Пока он не знает, чьих именно рук это дело. Это мог быть и ХАД. Придется прорываться. Лейла, ты нас довезешь до точки, где гарнизон в прямой видимости, а потом уходишь. Это не твоя война.

— Еще как моя! — резко парировала она, и в ее глазах вспыхнула обжигающая ярость. — Гром, это моя земля. Мой народ. Хасан из тех людей, которые и допустили эту войну. Все страдания, смерти, пролитая кровь… У него руки по локоть к крови! Они убили моих людей, а много лет назад и мою семью. Ну уж нет, я буду с вами до конца!

Спорить было некогда. Да я и не хотел. Лейла хоть и женщина, но боец из нее хороший. Надежный.

— Макс, оказывается у нас тут в кузове небольшой арсенал есть! — заметил Корнеев, откинув сторону смятый брезент.

В кузове пикапа действительно было оружие. Под замотанными в брезентовое полотно инструментами нашлись два гранатомета РПГ-7, к ним по два выстрела. Еще там были два РПК, по три магазина к каждому. Коробок с гранатами РГД-5. Ну да, арсенал неоднозначный, но все же лучше, чем ничего. Мы с нашими ПБ-1С уж точно много не навоюем.

— Выезжаем! Осмотримся уже на месте! Женька, давай ты за руль!

Лейла торопливо покинула место водителя, уступив его Смирнову. Что ни говори, а разведчик все равно имел куда больше опыта в управлении подобным транспортом.

Взревел двигатель. Пикап медленно выполз из расщелины, потихоньку покатил вперед по ущелью. Дорога здесь давно была укатана техникой, но в некоторых местах валялись осыпавшиеся со склонов камни. Отчётливо различались пыльные следы прошедшей здесь совсем недавно небольшой колонны. Другой дороги туда не было.

— Женя, гаси свет! — решительно распорядился я. — Не зачем лишний привлекать внимание, да ещё и раньше времени.

За следующим поворотом перед нами открылась картина — на небольшом плато, окруженном глиняным дувалом, стоял комплекс одноэтажных каменных построек — бывший советский гарнизон. Небольшой, на пару взводов максимум. В окнах мелькали огни, у въезда маячили силуэты людей. Стояли пикапы с пулеметами. Коробки бронетранспортеров. Танк. Дорога к КПП шла по открытому пространству. На одной из вышек туда-сюда метался луч прожектора.

— Объехать не получится, — констатировал Шут, сжимая в руках пистолет. — Все простреливается. Нас сразу заметят и в решето превратят! Пикап это лишь жестянка… Если бы Т-62 был цел, мы поперли бы в лоб!

— Его больше нет. Значит вот что, идем на хитрость, — помолчав, заявил я. — Бросаем машину, двигаемся вправо. А ты Шут, тихо отгони ее влево метров на пятьсот и взорви. Бери с собой пару зарядов для гранатомета и бегом обратно к ущелью. Нам нужен хороший отвлекающий маневр. Под шумок мы проскочим. Ну а там просто перемахнем через стену. Она всего-то высотой в человеческий рост. Найдем генерала. Как только услышишь выстрелы внутри, ничего не предпринимай. Жди. Не светись. Если увидишь, что через главный вход кто-то прорывается, это мы! Прикроешь с гранатометом! Чую, просто так нас оттуда не выпустят! Задачу понял?

Он кивнул. Широко улыбнулся. Взорвать что-нибудь, это к Корнееву!

Выгрузив все оружие, он оставил себе один РПГ с парой запасных зарядов, затем сел за руль. С выключенными фарами он тихонько пополз вперед. Не прошло и минуты, как он скрылся из вида.

— А он точно справится? — с надеждой в голосе спросила Лейла.

— Непременно! — отозвался я. Шут не подведет.

Выждав несколько минут, мы медленно двинулись вперед. Полоса открытого пространства составляла примерно сотню метров. Прожектор работал, луч света ползал туда-сюда. Нас безусловно могли заметить, но только уже на подходе к стенам, где не было вообще никаких укрытий. Примерно через пару минут, с другой стороны плато что-то взорвалось. Причем не слабо. В той же стороне вспыхнуло оранжевое пламя, хорошо различимое в темноте. Потом, почти сразу, рвануло еще раз. Шут взялся за дело со свойственным ему энтузиазмом, не иначе.

У ворот КПП сразу же началась суета. Показались вооруженные люди, медленно выкатился одинокий танк.

Этого было достаточно — внимание к себе Корнеев однозначно привлек. Дал нам шанс. Мы, словно тени, со всех ног метнулись к восточной стене, преодолели открытый участок незамеченными. Дамиров подсадил меня, потом Женьку и Лейлу. Ухватив его за руку, я помог ему забраться. Спрыгнули вниз.

Получилось. Мы внутри, но это только самая простая часть накиданного буквально на коленке плана.

Показалось несколько человек с автоматами. Патруль.

— В укрытие! — торопливо прошипел я.

Мы буквально вжались во тьму и те проскочили мимо не заметив ничего подозрительного. Выждали, двинулись следом. Но не прошли и тридцати метров, как по нам открыли огонь откуда-то сверху. Зараза! Часовой!

Тот сам опешив от неожиданности, принялся не прицельно палить из Калашникова, хорошо, что ни в кого не попал.

Лейла сняла его двумя выстрелами из пистолета. Стрельба с крыши прекратилась. Однако фактор неожиданности уже был утерян. Духи подняли тревогу. Взять генерала тепленьким у нас не получилось. Ну, ничего. Мы умеем работать как тихо и аккуратно, так и напролом. С шумом и спецэффектами.

Показались первые духи. Дамиров с РПК нырнул за укрытие. Разложил сошки и принялся палить короткими очередями. Смирнов проделал тоже самое, но с другой стороны. Два пулеметчика удержат сектор, по крайней мере, хотя бы на какое-то время. Однако было не похоже, что душманы понимают, с кем имеют дело. Они осторожничали.

И все же начался хаотичный, яростный бой. Мы отстреливались, перемещаясь от развалившегося гаража к груде ящиков, от колодца к растрескавшейся стене. Но противников было больше. Они выскакивали из строений и укрытий, словно разъяренные тараканы. Но несмотря на численное преимущество, они почему-то не пытались им воспользоваться.

— Гром, идите с Лейлой! Найдите генерала! — крикнул Женька, стреляя короткими очередями. — Мы справимся!

Вокруг творился чуть ли не хаос. Правильно анализировать обстановку — почти нереально. Даже мне. Но как бы там ни было, а разведчикам с пулеметами тоже пришлось постепенно отступать, занимая более выгодные позиции. Вдруг, атакующие нас духи, словно по команде, перестали давить и даже частично откатились. Женька удивленно хмыкнул — мол, чего это они?

Впрочем, какая нам разница? Нельзя было терять время — я принял решение всего за пару секунд. Бросился направо, девушка за мной. Вот только далеко продвинуться мы, к сожалению не успели.

Вдруг, из центрального здания, из распахнутых дверей, вышел генерал Хасан. Но не в своей прежней одежде, а в какой-то плотной камуфляжной форме, с защитным шлемом на голове. В его руках был не автомат, а старый советский ранцевый огнемет ЛПО-50. Темный резиновый шланг тянулся к закрепленному на спине баллону.

— С-сука! — рявкнул я, оценив угрозу. — Назад! В укрытие!

— Что, думаете, достали меня⁈ — проревел он на ломаном, сильно искаженном русском. — Ну уж нет! Получите!

Из сопла вырвалось плотное облако раскаленного пламени. Струя пламени ударила в стену, за которой укрывался Дамиров. Огонь облизнул край, лейтенант отчаянно отпрыгнул в сторону, но ему не хватило мгновения. Он вскрикнул, упал на землю, катаясь, пытаясь сбить пламя, объявшее левую руку и плечо.

— Дамиров! — заорал я, но помочь не успел. Было слишком опасно. Вскинул пистолет.

Хасан, среагировав, развернул ствол огнемета уже в мою сторону. Мир сузился до раскаленного жерла. Но мой выстрел раздался раньше, чем генерал успел нажать на спуск. Потом еще два раза. Пули ударили Хасана в правую руку и плечо. Он закричал от боли, ствол огнемета выпал из его обездвиженных пальцев, тяжело грохнувшись на камни.

Мы с девушкой бросились к нему. Хасан, скрючившись, держался за окровавленное плечо, его лицо исказила гримаса боли и ярости. Но он все еще был опасен своей холодной непредсказуемостью. Левой рукой офицер потянулся к кобуре на поясе, но Лейла его опередила.

Хлопнул выстрел. Пуля щелкнула о стену точно рядом с головой Хасана. Череп оцарапала выбитая каменная крошка. Тот замер, глядя на нее безумным взглядом.

— Не двигаться! — крикнула она, приблизившись

почти вплотную. — Даже не вздумай!

Хасан вздрогнул. В его глазах мелькнуло не просто признание, а леденящая душу ненависть. Замер на мгновение. А потом подгадал момент и внезапно нанес коварный удар. Его левая рука снова дернулась и в ней блеснул нож. Он полоснул им точно по правому бедру девушки, отчего та вскрикнула и упала на землю.

В следующее мгновение, приблизившись, я нанес генералу короткий, но мощный удар рукоятью пистолета точно в висок. Он рухнул на землю без сознания. Все происходило очень очень быстро, в спешке.

— Лейла?

— Я цела, только глубокий порез. Нормально. Сама перебинтую.

— Смирнов, прикрывай.

Проверил Хасана. Он нам живой нужен был. Из-за заминированного объекта.

— Живой, — проверив его пульс, спустя несколько секунд подытожил я. — Два легких ранения в плечо и руку. Жить будет. Дамиров, ты как?

— Нормально.

Лейла, побледневшая, но собранная, уже срывала у него с пояса подсумок с аптечкой. Ожог был достаточно большим и болезненным, но вовсе не смертельным. Лейтенант скрипел зубами от боли, но не жаловался.

— Терпи, брат, — пробормотал Смирнов.

Снаружи, со стороны ворот, нарастал шум. Голоса, крики, топот. Лязг оружия. Духи явно что-то задумали.

И тут я увидел то, что могло нам сильно помочь в сложившейся ситуации.

— Вон к тому БТР! — указал я на бронетранспортер, стоявший у дальнего склада. — На этой дуре мы и прорвемся. Если что, Шут обеспечит поддержку. Смирнов к черту пулемет, тащи генерала туда. Лейла, помогай Дамирову. Я вас прикрою!

К счастью, пустой техники было больше чем тех, кто мог ей воспользоваться.

Мы рванули через двор. Смирнов, волоком, втащил бесчувственное тело Хасана в открытый люк БТР. Лейла рывком втолкнула туда Дамирова. Я запрыгнул последним, дал очередь по моджахедам, уже вбегавшим во двор, и захлопнул люк.

— Женька, заводи! — крикнул я Смирнову, который уже устроился на месте механика-водителя.

Двигатель БТРа взревел. Грозная машина дернулась с места, проломила какой-то сарай, а затем хлипкие внутренние ворота и выкатилась на относительно открытое пространство. Справа и слева от нас уже строчили легкие пулеметы. Пули звонко стучали по броне, но пробить ее не могли.

— Держи курс на север, к точке сбора! — скомандовал я, сам занимая место у пулемета. — Шута нужно подобрать!

Мы прорвались через бегущих кто-куда моджахедов. Зацепили угол казармы, проломили главные деревянные ворота. Но путь отступления внезапно оказался отрезан. Спереди, перекрывая дорогу, выкатился тот самый Т-62. Начал медленно разворачивать приплюснутую башню. Сзади нас тоже ничего хорошего не было. Нас зажали в клещи.

— Бляха муха! Кажется, приехали! — выдохнул лейтенант.

— Гром! — заорал Смирнов. — Танк!

Наводчик противника неторопливо наводился на нашу машину. Выстрел прямой наводкой из такого калибра гарантированно нас похоронит. Но выстрелить он не успел, поскольку в корму Т-62 с шипением неожиданно прилетела реактивная граната.

Рвануло знатно. Машина сразу же загорелась, а экипаж с воплями пытался покинуть подбитого монстра. Спустя несколько секунд, туда же прилетела и вторая граната — снова раздался взрыв. Танк — все!

Пушка его так и не выстрелила.

— Шут! — радостно воскликнул я. Но радоваться времени не было. Вокруг черт знает что творилось.

Башню БТР отчего-то заклинило, поэтому воспользоваться крупнокалиберным четырнадцати миллиметровым пулеметом мы уже не смогли. Отстреливаться возможности почти не было.

Но за нами выезжал ещё один бронетранспортер и несколько пикапов. Тут мы были практически беззащитны.

В этот момент где-то во тьме, над нами, с ревом, неожиданно пронеслась черная тень. Знакомый, гул турбин и рокот двигателей. Это был Ми-8МТВ-3 капитана Дорина, летевший на предельно малой высоте, резко задрал нос. Из подвесных блоков по бортам вырвались струи дыма и огня — это пошли неуправляемые ракеты. Они ударили точно по стенам гарнизона позади нас, превращая все в кучу металлолома и разнокалиберного щебня. Если бы не броня, нам бы тоже досталось. Земля вздыбилась взрывами, поднялась стена пыли, пламени и обломков. Один пикап перевернуло, второй охватило огнем. Третий разнесло в клочья. БТР отклонился от курса и влетел в глубокую яму. Дорога была открыта.

— Дорин! Черт возьми, ты вовремя! — выдохнул Дамиров, выглядывая в смотровую щель.

И верно. Появление капитана серьезно разбавило ход преследования. Уцелевшие шарахнулись в стороны, думая, что вертушка не одна.

Но триумф был недолгим. Не прошло и минуты, как с ближайшего холма, из-за камней, брызнула огненная стрела. Затем вторая. Переносной зенитно-ракетный комплекс, скрытая огневая точка. Ракета, извиваясь и оставляя за собой белый шлейф, ударила куда-то в бок вертолета, который как раз шел на разворот.

Раздался глухой взрыв. «Вертушка» зарыскала в воздухе.

Она не упала сразу, а, медленно теряя высоту, понеслась в сторону, пытаясь совершить вынужденную посадку где-то за гребнем холма. А может и нет, может пронесет. Дорин опытный пилот, вытянет как-нибудь.

Мы даже успели по пути подобрать Шута — тот умудрился вывести из строя еще один пикап. Чуть ли не на ходу ворвавшись в салон, тот сразу же потребовал дать что-нибудь мощное.

Наш БТР, пробиваясь через клубы дыма и разбросанные обломки, камни, вырвался на относительно чистый участок. Женька управлял тяжелой машиной буквально на грани. Но погоня не отставала. Сзади, объезжая завал, уже выскакивали пикапы с пулеметами. Пока ещё не организованно, неуверенно. Но они точно нас не отпустят.

Начавшийся в гарнизоне бой быстро превратился в бешеную гонку со смертью по пыльной дороге, петляющей по извилистой дороге. Мы кое-как отстреливались, они наседали. Дамиров, бледный от боли, пытался перевязать себе руку. Лейла прижимала к груди пистолет, ее глаза были прикованы к бесчувственному телу Хасана, лежащему у ее ног.

Наконец, мы вырвались на прямую, проскочили мимо стены нефтедобывающего завода, помчались на север. К той самой дороге ведущей к условленной точке сбора, где нас должны были ждать Гуров и остальные разведчики. Доберемся ли?