Искушение проклятого демона

Глава 12

Я открыла глаза в темноте, тяжело дыша. Протянула руку, скользнув пальцами по мягкому покрывалу, — и нашарила пустоту.

Из-за ставен лился ровный утренний свет. Утро коронации.

А я была заперта здесь. И сон…

.. Был лишь сном. Потому что проснулась я одетой и в полном одиночестве.

Ничего не было. Ничего, что имело бы значение.

Быстрый взгляд на бедро сказал мне, что клинков, разумеется, при мне уже не было. Но раздевать или обыскивать меня дальше Тень не стал. Что ж, и на том спасибо.

Я села, обхватив голову руками. Яркий контраст между огромными призрачными крыльями, поцелуями Тени на моих губах и пыльной одинокой реальностью был настолько пронзительным, что мне захотелось разрыдаться.

И я заплакала бы, не будь я охотницей.

Вместо этого я невесело усмехнулась и полезла в потайной карман. Утро коронации уже наступило, и стоило поторопиться. До того как Тень решит меня навестить и снова угостить водичкой.

Я бросилась к окну — и занялась замком.

Пальцы механически работали, а я изо всех сил старалась не плакать. Внутри было горько и пусто. Совсем недавно мы были вдвоём, я была полна нашей близостью, любовью, доверием, а сейчас — да полно, были ли они вообще? Или была лишь я, наивная и околдованная?

Было что-то ещё. Было. был миг, когда я верила, что грозный правитель Рин Дредена, которого я видела обнажённым и открытым, меня любит.

Но.

Но.

Демон и охотница. Пропасть, которую не перейти. Конте предупреждал, что нам не переманить Тень на нашу сторону, а я не верила. Или всё ещё не переставала надеяться?

Створка наконец поддалась, и я медленно-медленно потянула её наружу. Миг — и я открыла вторую.

И замерла от ослепительного солнечного света. Дьявол!

Коронация была назначена на полдень, это я знала. Но сейчас… солнце было уже так высоко, что…

Коронация. Охотники. Им не добраться до Тени, когда церемония начнётся: там будет слишком много охраны. Но до начала церемонии, пока Тень всё ещё будет во дворце.

Я побледнела. Конте! Чёрт подери, они друг друга поубивают!

Одним прыжком я вскочила на подоконник. Бросила беглый взгляд на стражников под окном. Мальчишки: они даже не смотрели в мою сторону. Что ж, мне это подходило. Ведь они будут ждать беглянку, которая спрыгнет вниз. Не авантюристку, которая полезет наверх.

Цепляясь за незаметные выступы и сжав губы, я выскользнула на карниз. И быстро, ловко добралась до следующего этажа по выступающему ярусу фасада. Ставни следующего окна были приоткрыты. Я открыла их чересчур резко: снизу раздался крик. Но я уже нырнула внутрь.

Чей-то пустой кабинет. Неважно.

Пока я была пленницей Тени, я не успела изучить дворец так хорошо, как мне бы хотелось. Но я знала, по каким галереям и лестницам он пройдёт, чтобы выйти через парадные двери. И я знала Конте девять лет. Это был его единственный шанс покончить с Тенью и воспользоваться безвластием — и он его не упустит.

Я бросилась бежать. Но я знала, что не успею.

Уже не успела.

Потому что увидела знакомую фигуру в капюшоне, нырнувшую в тайный ход.

Конте всё-таки выведал достаточно у смотрителя тюрьмы. Я не вернулась с нашей с Тенью встречи — и Конте понял, что пришла пора сделать свой ход. Впрочем, если бы я принесла Конте долгожданное приглашение на поединок с Тенью, разве было бы иначе? Конте с Тенью сошлись бы в любом случае. Тень мог махнуть на Конте рукой, но чтобы Конте просто так забыл о новом правителе Рин Дредена? Никогда.

Я влетела за Конте на потайную лестницу в последнюю секунду: ход передо мной уже закрывался.

— Конте, — изо всех сил заорала я, запрокинув голову. — Подожди!

Ответа не было. Я изо всех сил припустила наверх. В моей крови не было боевых зелий, но был страх, скорость, колотящееся сердце и отчаянное желание успеть.

И я победила.

Я перехватила Конте у самого верха лестницы. На самой последней ступеньке.

— Конте, нет, — выдохнула я, вцепившись ему в плечи. — Я знаю, что Тень убил твоего брата, но…

Конте мягко высвободился, повернувшись ко мне.

— Он не убивал моего брата, Закладка. В этом-то всё и дело.

Эти слова обрушились мне на голову ледяным водопадом.

— Что… тогда как.

— Это ничего не меняет. — Голос Конте был спокойным и строгим. — Если дело дойдёт до схватки, мы будем драться. Насмерть.

— Я иду с тобой, — выдохнула я.

— Нет. Это дело касается только нас двоих.

Впервые за девять лет Конте говорил, что я помешаю ему. Впрочем, разве не это же самое я имела в виду вчера вечером, когда говорила, что пойду во дворец одна?

— Я не останусь здесь, — прошептала я.

— Я вернусь за тобой. — По губам Конте скользнула усмешка. — Или не вернусь, и тогда из дворца тебя выпустит он. Но вдвоём ты нас уже не увидишь.

Останется лишь один из них. Второй умрёт.

— Мне пора, — произнёс Конте.

Я рванулась вслед за ним. Но Конте легко вывернулся, и костяшки его пальцев мазнули меня по локтю, поддев коротким ударом, который я так и не научилось блокировать. Я охнула, сжав враз онемевшую руку, — и Конте исчез в закрывающемся проходе. Не оборачиваясь.

Дьявол! Я ударила голой ладонью по камню — и чуть не взвыла.

Самым неприятным было то, что я понятия не имела, как открывается этот чёртов ход изнутри. А времени было не просто в обрез — его просто не было.

Ладно. Я не сдамся.

Я сосредоточилась, представляя, что мы с Конте вновь исследуем очередную древнюю крипту. Каждая неровность могла оказаться смертельной ловушкой, каждая шероховатость

— единственным тайным путём к цели.

Конте многому меня научил. Мои пальцы скользнули вверх к незаметному выступу, который совсем недавно накрыла его рука. Кто бы мог подумать, что однажды мне придётся повернуть это знание против него? И для чего — чтобы спасти от Конте убийцу его брата!

Тогда кого?

Но времени думать не было. Дверь открылась, и я метнулась наружу.

Пустые коридоры. Все были на коронации: дворец охранялся снаружи, но внутри гулял чёртов ветер. Если Тень будет спускаться без охраны…

А потом я почувствовала знакомый жар в груди, взлетая по лестнице. И поняла, что я почти на месте. Лишь бы Тень не заметил, что я рядом, пожалуйста, пожалуйста.

Задохнувшись, я вылетела в зал, обшитый тёмными деревянными панелями, с роскошным наборным паркетом, узоры на котором стоили, как целый особняк.

И увидела спокойный чёткий профиль Тени, стоящего у противоположного выхода.

А посреди зала, положив руку на рукоять меча, стоял Конте.

— Твоя власть в Рин Дредене закончилась, — произнёс он. — Навсегда.

— Интересно, — медленно произнёс Тень, — чего тебе стоило прийти сюда?

— А тебе? Выйти мне навстречу?

Я прижалась к стене, скрывшись в обшитой панелями нише. Ни тот, ни другой не повернул головы в мою сторону, и я перевела дух. Они меня не заметили.

— Ты всё-таки разузнал про тайный ход, которым я ушёл в ту ночь, — произнёс Тень. — Как ты прошёл? Я поставил там охрану.

Конте усмехнулся:

— И где она теперь, твоя охрана?

Глаза Тени сверкнули.

— Ты заплатишь.

— Валяются в беспамятстве, только и всего, — пожал плечами Конте. — Какого дьявола ты запер Закладку? Она должна была вернуться ещё вечером.

— Я запер бы и тебя, — холодно сказал Тень. — Раз уж тебе не нужна ни свобода, ни жизнь. Убирайся с моей дороги. Дважды я не повторяю.

— Я знаю, почему ты отменил жертвоприношение на своей коронации, — проронил Конте.

— И почему же?

— Ты слишком боялся, что положишь Дару на алтарь.

Не Закладку. Дару.

— Когда в жертве твоя кровь, пентаграмма просто взрывается силой, — продолжал Конте. — А когда чувства жертвы — открытая рана, ты и вовсе ощущаешь, как становишься бессмертным. Я знаю, что у тебя голова звенит от искушения положить её на алтарь, потому что я знаю этот взгляд. И голос, который требует крови, я знаю тоже. Демон внутри тебя, который жаждет получить своё.

Конте шагнул вперёд.

— Закладке я никогда не говорил, что демоны испытывают подобное, — негромко сказал он.

— Не хотел, чтобы она боялась парня, который заменил ей родителей. Но мы знаем, каково это, когда инстинкты берут верх, правда? Ты и я? Помнишь, на годовщине коронации, когда вся сила досталась Адриану? Долетело даже до нас с тобой.

Конте помолчал.

— Думаю, именно тогда Джейме встретился с тем, кто убил нашу мать. Потому на наш дом напали на следующий день.

Тень замер неподвижно. Конте горько улыбнулся.

— Не ожидал? Я всё знаю.

— Долго же до тебя доходило, — холодно произнёс Тень.

В зале повисло молчание. Абсолютная тишина.

И в этой тишине Конте произнёс одно-единственное слово:

— Ниро.

Я перестала дышать. Я вдруг поняла, почему Тень разбил медальон с портретом своей матери, не желая, чтобы его увидел Конте.

Потому что Конте узнал бы свою мать на этом портрете.

Мать Тени была матерью Конте, а Джейме Мореро был его отцом.

Тень не убивал Ниро Мореро по одной простой причине. Он сам им и был.

Мальчиком, брошенным в Подземье. Юношей, которому пришлось выживать в Гильдии Клинков в одиночку, пока его старший брат не подозревал, что Ниро был жив. А потом, устав от боли, предательств, ошибок и недоверия, этот юноша решил покончить со всем, что связывало его с прошлым, — и выгравировал на своей катане другое имя.

Но, едва он оказался на поверхности, Церон набросил на него удавку проклятия.

— Ниро, — беззвучно произнесли мои губы.

Теперь я знала, какое имя Тень произнёс ночью. Имя, которое я, должно быть, в глубине души знала всегда. Слова Тени об убийстве Ниро теперь представали передо мной в совершенно ином свете.

Конте убрал руку с рукояти меча и шагнул вперёд.

— Ниро, откажись от власти. Не оставайся среди них. Пойдём со мной.

Тень молчал, глядя вниз. А потом он медленно поднял взгляд, и я отшатнулась, увидев, какая ярость в нём сверкала.

— Ты думаешь, что я с тобой хоть куда-то пойду? Ты?!

— А разве нет? — Голос Конте стал хриплым. — Ты не этого ждал? Что я приму тебя и узнаю? Что мы снова станем семьёй?

На лицо Тени было страшно смотреть. Такого жгучего ледяного гнева я не видела в нём никогда.

— А ты помнишь, — тихо, почти вкрадчиво произнёс Тень, — как мы перестали быть семьёй? Может быть, освежить тебе память?

Конте потёр лоб.

— Я понимаю. Ты считаешь, что я бросил тебя в Подземье.

— А это не так?

— Да нет же! — заорал Конте. — Джейме бросил тебя! Он ударил меня по голове, я ничего не соображал! Я был почти без сознания!

— Незаметно, — ядовито бросил его младший брат. — Ты шёл своими ногами.

— Я едва волочился! Я слышал твои жалобные крики, но я не мог…

Конте осёкся, глядя на лицо Тени. Ошеломлённое, растерянное, неверящее.

— Так ты их слышал, — прошептал тот, кого когда-то звали Ниро Мореро. — Все эти годы я думал, что просто кричал недостаточно громко.

Повисла тишина.

— Ты мог догнать нас, — хрипло сказал Конте. — Побежать за нами. Разве нет?

— Да? — Тень расхохотался. — От тела моей матери? Побежать, Конте? Зная, что она лежит мёртвая там, наверху, а мои босые ступни в её крови, потому что я поскользнулся в ней на лестнице? Ты смог бы побежать и бросить её? Зная, что никогда не вернёшься? Побежать? Да я шагу от неё не мог сделать.

Лицо Конте стало совершенно белым.

— Я не знал, — прошептал он. — Не знал, что она мертва. Джейме тащил меня, а я едва мог идти. Я почти не понимал, что происходит. За что ты меня ненавидишь?

— За то, что ты не обернулся!

Голос Тени прозвучал криком, отдаваясь от стен зала.

Лицо Конте было застывшей маской.

— Я не сумел, — хрипло сказал он. — Не мог, мне было слишком плохо, Ниро, я же сказал тебе, отец ударил меня…

— Мог. Как бы плохо тебе ни было. Потому что я бы обернулся.

Настала очередь Конте молчать.

Тень устало провёл рукой по лицу.

— Рассказать тебе, как я родился заново, Конте? — спокойным тоном спросил он. — Как стал тенью прежнего себя, потерявшего всё? Вряд ли ты захочешь это услышать. И вряд ли нам найдётся что ещё сказать друг другу.

Я замерла в нише, немая и безмолвная. Передо мной был Тень. И всё же не совсем Тень. Тень — и кто-то другой, кого я никогда не знала.

«Правда в том, что ты не знаешь настоящего меня. И только если узнаешь, сможешь решить, чего ты хочешь. Убежать от меня, убить — или остаться рядом. Вот только тогда уже будет поздно».

— Ты всё-таки не тронул Закладку, — очень тихо произнёс Конте. — Не посмел тронуть. Ты даже не стал устраивать жертвоприношение сегодня. Хотя искушение было очень велико, правда?

Тень холодно смотрел на него.

— Перед искушением можно устоять. В этом разница между нами: я выбираю, каким искушениям поддаться. Ты же отвергаешь все скопом.

— Ни один демон на твоём месте не устоял бы. Ты человек, так что не будь идиотом, — Конте повысил голос. — Втемяшь в свою тупую башку, что я твой брат! До тебя хоть что-нибудь доходит? Хочешь, чтобы мы проткнули здесь друг друга? Может быть, мечтаешь взобраться на трон через мой труп? Думаешь, наша мать этого хотела?

— Именно этого она от нас и хотела, — презрительно сказал Тень. — Но ты был слишком слаб

— и отказался от своего наследия. Мне ткнуть тебя в это носом в очередной раз?

Рука Конте вновь легла на рукоять меча.

— Откажись от власти. Сейчас.

Нет.

Несколько секунд Конте смотрел на брата в упор.

— Ты почти погиб, спасая нас, — его голос упал почти до шёпота. — Ниро, ты вонзил себе чёртов кинжал в сердце. Тебе судить, подвиг это или нет, но… не позволяй ему пропасть зря.

— Ну что ты. Он меркнет по сравнению с твоим подвигом. — Губы Тени изогнулись. — Помнишь свой побег из Подземья? Ты оставил на смерть меня, но спас закладку из моей любимой книги. Очень трогательно.

Он шагнул вперёд.

— Довольно, Конте. Время, которое я отвёл на эту встречу, истекло. С дороги.

Конте долго-долго смотрел на брата.

И резко вложил меч в ножны.

— Нет. Я не собираюсь тебя убивать.

— А я тебя убью, — произнёс Тень спокойно. — Потому что мне не нужен соперник, претендующий на трон императора. Не нужен легендарный охотник, вставляющий мне палки в колёса. Не нужен осуждающий взгляд, жгущий мне затылок.

Он одним резким движением высвободил катану из ножен.

— Но больше всего мне не нужен брат.

Конте не шевельнулся.

— Ты потеряешь Дару навсегда.

— Знаю. И не могу вечно жить в ожидании этого момента.

— Все эти годы, — Конте горько улыбнулся, — я думал, что тебя убили сразу. Я был уверен, я поверил Джейме безоговорочно. да и с чего ему было лгать? Когда я узнал, что ты был убит годы спустя. я не сразу поверил. Когда поверил, чуть не расколотил ладони о стену. Ниро, мне нечем оправдаться, кроме того, что я вернулся бы за тобой. Я обернулся бы. Я.

я не ушёл бы. Никогда.

— Я тебе не верю.

— Я верю, — прозвучал мой голос.

Я отделилась от стены, не обращая внимания на две пары глаз, полные яростного изумления. Как я не замечала раньше, как похожи выражения их лиц? Как они непохожи — но едины в проявлениях чувств, словно незримо дышат в унисон?

— Я верю Конте, — произнесла я, глядя на Тень. — Он бы вернулся. И сейчас он рядом с тобой, твой старший брат, тот, кто тебе ближе всех в мире. Ближе меня, ближе воздуха, ближе жизни — ведь ты рискнул ради него, не ради меня. «Вернись. За. Мной», — каждое из твоих писем было адресовано ему. Ни одно из них не дошло, и это разрывает ему сердце, и будет разрывать каждый час каждого дня, если он переживёт вашу встречу, но потеряет тебя. А если победишь ты — разорвётся твоё. Неужели ты хочешь этой мести? Такой жизни?

Ниро-Тень молча смотрел на меня.

— Я знаю твоё имя теперь, — сказала я тихо. — Неужели я так скоро должна его забыть?

Тень молчал долго. Так долго, что надежда успела разгореться во мне безумным факелом. Братья вернутся друг к другу, и мы будем вместе. Возьмёмся за руки, и я отдам Тени всю себя. Всю любовь, которую я умею дарить, — и ту, которой я научусь. Которой мы научимся вместе.

Я зажгу в нём другое пламя. Негасимое.

— Ниро, — прошептала я.

Это имя словно зажгло в нём что-то.

И потушило.

Тень холодно усмехнулся.

— Не называй меня этим именем. Меня зовут Тень. И всю мою жизнь меня звали именно так. Прошлого не существует.

Он рванулся к Конте с такой скоростью, какую могло дать только боевое зелье. Целясь прямо в солнечное сплетение катаной остро и неотвратимо.

Я закричала. Ни я, ни Конте не успевали предотвратить этот удар. Я не смогла бы его парировать. Никто бы не смог.

В следующий миг Конте подставил на путь катаны свой меч в ножнах, останавливая её путь легко, словно та была тростинкой. Ножны не выдержали, и мечи заскользили друг о друга, высекая искры, а лица дуэлянтов исказились в чудовищном напряжении.

— Остановись, — выдавил Конте. — Ты всё ещё можешь…

— Уйти в жалкую неизвестность? — выплюнул Тень. — Оставайся там, если хочешь. Я выбрал свой путь давным-давно — и дал тебе все возможности уйти. Они закончились, Конте. Вместе с твоей жизнью.

Конте высвободил меч и мощным круговым движением оттолкнул Тень. Тот, согнувшись, заскользил по паркету в другой конец зала. И с разбегу атаковал. Конте встретил его атаку в воздухе, и они закружились друг вокруг друга так быстро и яростно, что мне осталось лишь замереть у стены: места мне в этой неистовой схватке не было.

— Ты не получишь Рин Дреден! — крикнул Конте, отбивая дерзкий удар, нацеленный в голову. — Или ты отступишься сейчас, или демонам наступит конец!

Они отступили, медленно идя по кругу в трёх шагах друг от друга, и Тень мрачно улыбнулся.

— Бахвалиться будешь, когда победишь… если победишь.

Я стояла, лихорадочно перебирая слова, мучительно пытаясь подобрать хоть что — то.

Я знала одно-единственное. «Люблю».

Но говорить его было запрещено.

— Конте! — заорала я. — Он спас тебе жизнь! Сейчас твоя очередь!

— Да? — откликнулся Конте, с неотразимым блеском отражая очередной удар. — Как насчёт других жизней? Тех, кто погибнет в Рин Дредене? Слышала про жертв, которые будут ложиться на алтарь сами? А про то, что рабство никто отменять не собирается?

— А ты что предлагаешь? Ещё больше жертв, когда город захлебнётся в крови? Ты готов поставить мою голову на то, что мы победим?

— На чьей ты, чёрт подери, стороне?

— На своей!

Я указала на Тень, который припал на одно колено, парируя выпад, нацеленный ему в плечо. По его виску катился пот.

— Он ранен, чёрт подери! Нас дважды атаковали дикие демоны ночью! И один раз он отражал нападение в одиночку, без меня, спасая этот чёртов дворец и чёртов город! А потом.

Я поймала быстрый взгляд Тени, и мы поняли друг друга без слов. Он знал, о чём я думала. О призрачных крыльях, которые один-единственный раз в жизни распустились за моей спиной.

Но я не жалела об их утере. Я лишь хотела увидеть их обоих живыми. Мне достанет времени потом, чтобы оплакать своё одиночество. Если Тень погибнет, мне никто не будет нужен, а если победит, я к нему не прикоснусь. Но моё будущее сейчас не имело значения. Только будущее тех, кого я любила.

— Ниро! — изо всех сил закричала я. — Есть другие пути! Вложите эти чёртовы клинки в ножны! Правьте вместе, придумайте что-нибудь, бросьте монетку, устройте поединок на палках, но не убивайте друг друга!

Удар Тени отшвырнул Конте к стене так, что дерево потрескалось.

— Не смей. так. меня называть!

Глаза Тени горели сумасшедшим блеском. И глаза Конте сверкали таким же.

Их было не остановить. Никак.

Только одним-единственным способом.

Чёрт, я ведь столько всего не успела сделать. Взобраться на настоящую гору, прогуляться по Подземью, заняться любовью и увидеть фейерверки. Дождаться дня, когда в Рин Дредене перестанут приносить людей в жертву. Загнать чёртовых демонов-рабовладельцев в Подземье, всех до единого. И главное и единственное — пройти через все круги ада, чтобы снять с Ниро Мореро проклятье. Убить Церона и умереть, если понадобится. А ещё лучше

— вернуться домой вместе. Обнять своего мужчину и разрыдаться счастливыми слезами, а потом запустить чем-нибудь тяжёлым в стену от облегчения. И фехтовать, пока мы наконец не окажемся в постели по-настоящему.

Тень едва успел парировать удар Конте, который теснил его в угол. Медлить дальше было нельзя.

Прости, Тень. Прости, Конте. Но я люблю вас обоих и не дам вам убить друг друга. Любой ценой.

Я разогналась и взлетела в прыжке, приземляясь между Конте и Тенью. Прямо на обнажённые мечи.

Время остановилось.

Вот сейчас, с беспощадной ясностью поняла я. Вот сейчас для меня всё закончится.

В следующее мгновение клинки с невозможной скоростью ушли с моего пути и проискрили по стенам, разбивая дубовые панели в щепки. А потом жёсткий удар отбросил меня к противоположной стене, выбивая из меня воздух.

— Хочешь быть воином — получай, — холодно бросил Тень.

Я не успела понять, кто из них отшвырнул меня: Тень, Конте или всё-таки они оба? Впрочем, на тренировках я получала и похуже. Тень был прав: я была охотницей и, вмешавшись в дуэль, не имела ни малейшего права на поблажки.

Я с трудом приподнялась, следя за схваткой. И не сразу поняла сквозь головокружение и ноющие мышцы, что схватка уже закончилась.

Конте рухнул на пол, стукнувшись затылком о наборный паркет, уже успевший окраситься кровью. Попытался приподняться — но его голова лишь бессильно дёрнулась. Он ударился с такой силой, что едва соображал.

Снова. Будто в ту страшную ночь, когда предатель-отец уволок старшего брата от младшего. От растерянного мальчика, кричащего ему вслед и умоляющего вернуться.

В следующий миг меч Конте отлетел в сторону.

— Вот так ты себя чувствовал в ту ночь в Подземье? — произнёс Тень холодно. — Скажи мне, Конте, сейчас ты бы обернулся? Или плюнул бы мне вслед?

Конте коротко застонал. Его пальцы бессильно скребли пол, но рукоять меча была слишком далеко.

— Всё кончено, — негромко сказал Тень. — Если я отпущу тебя сейчас, ты придёшь за мной снова и зарубишь даже спящего — и мы оба это знаем. Всё во имя Рин Дредена, правда?

— Правда, — едва слышно прошептал Конте. — Потому что я должен… защищать… людей… от тебя.

— А себя, — холодно произнёс Тень, — ты не защитил. Ни себя, ни меня, ни нашу мать. Как и я. Ты когда-нибудь простил себя за это, Конте? За то, что тебе не хватило сил спасти её, когда её убивали? Потому что я себя — нет.

Голова Конте вновь беспомощно дёрнулась. Тень коротко усмехнулся:

— Впрочем, довольно. Игры в благородство закончились. Время умирать.

— Тень, нет! — хрипло выпалила я.

Если я не успею, я никогда себя не прощу.

Я оттолкнулась от стены и скользнула вперёд по натёртому паркету, словно пловец, гребущий без рук жёстким кролем. Я не успевала закрыть Конте или предотвратить неизбежный удар. Но я всё ещё умела играть грязно.

Я вцепилась в лодыжки Тени. И потянула их на себя.

Его ноги дёрнулись, и я ощутила, что вот-вот получу пинок в лицо. Тень тоже не собирался церемониться. Но я уже изогнулась в воздухе, оттолкнувшись от его спины, перелетела через него отработанным акробатическим трюком — и приземлилась прямо на Конте. И рухнула на спину, закрывая Конте своим телом и не обращая никакого внимания на его сдавленный вопль. Потерпит. Главное, рёбра целы.

В следующий миг в мою грудь упёрлась катана. Прямо под сердцем.

Кажется, разрезанной одеждой в этот раз дело не ограничится.

— Бей, — спокойно сказала я, глядя Тени в лицо. — Только оставь его в покое.

Мне стоило чудовищных усилий не зажмуриться в ужасе и не разрыдаться. Слёзы были совсем близко: я понимала, что, если Тень захочет проткнуть меня насквозь, его руку не удержит ничто. Чуть ли не впервые в жизни я была перепугана насмерть.

Но я просто смотрела, и Тень смотрел на меня в ответ. Меч он не убрал.

— Закладка, слезь, — слабо прошептал Конте.

— Ещё слово, — негромко отчеканила я, — и я напорюсь прямо на катану. Ты уже натворил дел, Конте Мореро. Моя очередь.

— Твоя очередь натворить дел? — холодно поинтересовался Тень. — И каких же?

— Спасти Конте от тебя, — хрипло произнесла я. — Любой ценой.

— Если бы я захотел, отшвырнул бы тебя и прирезал его прямо сейчас.

Я криво усмехнулась:

— Это не так просто сделать.

— Закладка, беги, — прошептал Конте. — Мне просто… не повезло.

— Даже сейчас ты слишком горд, чтобы признать, что я лучше, — холодно бросил Тень. — Глупо и безрассудно. Ты даже не пытаешься себя спасти.

— Потому что знаю. что это бесполезно.

Я вцепилась в клинок Тени тонкими пальцами, не касаясь кромки, и нажала, пока не почувствовала, что по груди течёт кровь.

— Ну же, — тихо сказала я, глядя на Тень. — Продолжай. Воткни его глубже. Ты ведь так хочешь это сделать, правда, Ниро? Вгони лезвие до конца, и мы с Конте останемся тут навечно. Тебе даже не нужно будет приходить на похороны.

Тень потянул катану на себя. Я сжала пальцы, но он усилил нажим, и мои пальцы бессильно соскользнули.

Я медленно поднялась, стоя между ним и Конте.

— Ты можешь убить своего брата в любую минуту, — произнесла я. — Но сначала ты убьёшь меня. Иного не дано. — Я вскинула подбородок. — Как это будет, Тень? Помнишь, как ты приставил меч к моему горлу, когда впервые меня увидел? Я готова.

Тень молчал.

— Нет, — тихо сказала я. — Ты грезишь о другом ударе. В сердце. Ты хочешь увидеть меня на алтаре, правда?

Взгляд Тени прошёлся по моей фигуре. Холодно, оценивающе. и я вдруг разом вспомнила свой сон: пещера в Подземье и я, связанная и полуодетая, лежащая в круге.

За спиной Тени вдруг распустились крылья, окутывающие зал зловещей тенью, и я отшатнулась.

— Ты пойдёшь на жертвоприношение, чтобы спасти его? — ровным голосом сказал Тень. — Подойдёшь к пентаграмме своими ногами? Позволишь, чтобы тебя раздели, уложили на алтарь и привязали? Зная, что Конте всё равно вернётся за мной снова и тогда погибнет уже наверняка? Что ты выгадаешь ему лишь пару недель?

В его тоне было лишь ледяное бесстрастное любопытство. Но под ним лежало что-то страшное и тёмное. Тщательно похороненное — но вновь поднимающее голову. Что-то родом из тёмного измерения, ставшее частью Тени и Конте с рождения вместе с призрачными крыльями. Искушение демонического голода. Жажда, которую не мог утолить ни бой, ни ночь с обнажённой женщиной — только кровь жертвы и её последний крик. И сила, бьющая в небо.

Крылья колыхнулись за его спиной, ожидая ответа.

— Иди к дьяволу, — прошептала я.

— Ты мне не ответила.

Я кусала губы, глядя в его лицо. Лицо, которое совсем недавно было нежным. Открытым, незащищённым и таким близким.

Чёртовы рыдания подступили к самому горлу. Я судорожно задержала дыхание. Нет, Тень не увидит моих слёз сегодня.

— Да! — выпалила ему в лицо. — Да, чёрт подери, клади меня на алтарь и отпусти его! Выгони из города и запрети возвращаться, но не смей его трогать!

Тень усмехнулся:

— О, так легко он не отделается. И ты тоже.

Лезвие его катаны, словно играя, скользнуло по моей обнажённой шее, не касаясь кожи. Спустилось вниз по ключицам, срезая одну пуговицу за другой. И уткнулось в грудь, заставляя меня замереть.

— Я мог бы оставить тебя заложницей, — раздумчиво произнёс Тень. — Положиться на то, что Конте оставит меня в покое, если будет знать, что, атаковав, увидит твой труп. Слышишь меня, Конте? Я не блефую.

— Я знаю, — послышался глухой ответ за моей спиной.

— Но это бесполезно, — констатировал Тень. — Ты всё же нападёшь на меня, чтобы защитить свой город и свергнуть меня даже ценой её жизни. Верно, Конте? Давай. Я хочу услышать, как ты это скажешь. И хочу, чтобы она слышала тоже.

Молчание. Катана у моей груди, готовая ударить в сердце.

И долгая, долгая тишина. Моя жизнь — или судьба Рин Дредена?

— Нет, — наконец хрипло прошептал Конте. — Потому что ты никогда с ней так не поступишь. Я… не дам тебе с ней так поступить. Любой ценой. Наверное, я такой же… одержимый, как и ты. Только ты одержим властью, а я — свободой от вас.

— Ещё скажи, что хочешь стать императором и разделить тёмное измерение и мир людей навсегда, — презрительно бросил Тень. — Дара Незарис, ты всё слышала?

— Да, — тихо проронила я.

— Если ты останешься, ты разделишь его судьбу.

— Какую?

— Смерть, если я решу, — холодно произнёс Тень. — Вы оба сейчас в моей власти, и я даю тебе последний шанс уйти.

— Ниро.

— Последний шанс уйти и быть свободной, Дара Незарис. Прожить долгую счастливую жизнь. И если ты ещё раз назовёшь меня этим именем или выдашь душещипательную речь о братской любви, о милосердии можешь забыть. Я не собираюсь пропускать ради вас коронацию. Один удар в сердце — и стража уберёт ваши трупы.

Его голос был жёстким. Чужим.

Я когда-то гадала, на что Тень готов был пойти ради власти. Кажется, я только что узнала ответ.

— Я не уйду, — коротко сказала я.

Тень одним движением вложил катану в ножны. И отступил. Крылья за его спиной сложились, и я перевела дыхание.

Тень кивнул на бессильно откинутую руку Конте:

— Помоги ему встать.

Мои глаза расширились. Он что… отпускает нас?

Но Тень лишь покачал головой:

— Делай, как я говорю.

Я молча присела и закинула руку Конте себе на плечо. Он с трудом поднялся.

— Я приговариваю всех охотников Рин Дредена к отсроченной казни, — холодно произнёс Тень. — У вас сутки, чтобы попрощаться с этим миром и устроить себе роскошные поминки напоследок. Если вы решите покончить с жизнью, я тоже не стану возражать.

— А если не решим? — произнёс чей-то чужой голос. Кажется, мой.

— Тогда, если вы по истечении суток появитесь на улицах Рин Дредена, вы будете уничтожены, — спокойно сказал Тень. — Если покинете город, вас найдут и перебьют с особой жестокостью. Но казнь, как я сказал, будет отсрочена. Вместо того чтобы отправить вас на эшафот, я посылаю вас в катакомбы. Припасы вам будут посылать по мере необходимости, но выйти обратно вы не сможете. Никогда.

Рука Конте сжалась в моей.

— За моей спиной мощь всего города, если вы забыли, — уронил Тень. — Если через сутки вы не прибудете в условленное место с оружием, чтобы отправиться вниз, дикие демоны покажутся вам ласковыми зверьками по сравнению с казнью, которую я вам дарую.

Дикие демоны, которые внезапно полезли из катакомб и пошли на город накануне коронации. И Тень, похоже, не сомневался, что это произойдёт снова. Именно поэтому он посылал нас вниз вместо того, чтобы казнить.

— А если мы найдём их логово и уничтожим его? — поинтересовалась я. — Ты даруешь нам амнистию?

По губам Тени пробежала усмешка:

— Может быть. Но я бы не стал на это рассчитывать.

Неважно. Я перевела дух. Это был наш шанс.

— Ты никогда не сможешь убить меня, Конте, — холодно завершил Тень. — Заруби себе это на носу и благодари небо, что мне вообще сейчас нужны охотники. А теперь убирайтесь, вы оба. Завтра в полдень я жду вас у замка Дреден. Ни одного охотника в Рин Дредене остаться не должно.

Я заморгала:

— Ты пустишь нас в замок Дреден? В цитадель, к которой людей не подпускают даже близко? Серьёзно?

— Там удобный вход в катакомбы, — пожал плечами Тень. — И у меня есть причины там с вами встретиться.

Он обвёл нас холодным взглядом.

— Всё? Вопросы закончились? Ещё пара минут — и я окончательно выйду из себя.

Я потянула Конте к выходу, но он остановился.

— О твоём происхождении знает ещё кто-нибудь? — негромко спросил он.

Тень холодно усмехнулся:

— Нет, конечно. Иначе император давно бы обратил на меня внимание. Церон знает, но будет молчать, разумеется.

— Потому что Церон все эти годы мечтал сделать тебя императором-марионеткой, — вырвалось у меня. — Вот почему он обращался с тобой как с равным и не злоупотреблял приказами! Вот почему ты был ему так нужен!

Тень поднял бровь:

— Почему же «был»?

— Ты всегда будешь ему нужен, — прошептала я. — И вечно будешь ему принадлежать.

Лицо Тени исказила мгновенная судорога. Но он не сказал ничего.

— А Гильдия Клинков, где ты учился? — подал голос Конте. — Твои… я не знаю… друзья? Тень смерил его одним-единственным взглядом.

^{- Д}ру^зья?

Конте отвёл глаза.

— Обо мне не знает никто. — Тень больше не глядел на него. — Эреб узнал почти случайно, но это не повторится. Всё. Идите.

В его голосе была абсолютная финальность.

Я поймала его взгляд на прощание. И не увидела в нём ничего.

— Идём, Конте, — проговорила я. — У нас здесь ничего не осталось.

— Значит, Ниро Мореро и впрямь больше нет, — тихо произнёс Конте.

Тень обернулся в дверях. Долго-долго смотрел на брата.

И кивнул.