Харза из рода куниц

Глава 30

Двухместный кар[1] мало чем отличается от гоночного болида. Второе сиденье, колеса поменьше, внешне куда сильнее похож на машину. Впрочем, Надя болиды видела только по телевизору, может и ошибаться в конструкции. Быстро едет — значит, болид. Девушку больше интересовало, как Дима собирался везти на нём братьев? Глупый вопрос, не пешком же наследники на праздник пришли. Зато быстро весть донёс, да и сейчас… Машина неслась так, что дух захватывало, благо в свою резиденцию Нашикские проложили мало не автобан. Вековые лиственницы по обочинам сливались в сплошную смазанную стену, словно вплотную к отбойнику стоят. В повороты водитель вписывался, не снижая скорости. Легко и аккуратно, Бронислав знал, кого послать за наследниками. На второй минуте Надя накинула щит и на себя, и на в последний момент заскочившую в салон Хотене. Защита от весьма вероятной аварии так себе, щиты хорошо отбивают мелкие предметы, но если влепиться в трехсотлетний древесный ствол, мало не покажется: закон сохранения импульса никто не отменял. На всякий случай даже ремни безопасности надели — никому не хочется вылетать головой вперед сквозь лобовое стекло.

— Что случилось?

— Да я не знаю толком, — пожал плечами водитель, не повернув головы. — Бронислав Игоревич сказал, чтобы я наследников привёз, потому как Станислав Сергеевич умер. Я и погнал. Приезжаю, а братья уже на площадке. А потом «бум», и всё. Ну я к Вам, лучше же, чем ничего.

— Ты даже не представляешь, насколько лучше, — улыбнулась Надя.

Хотела добавить: «Ладно, гони», но вовремя остановилась. И так гонит! Хотя сам, похоже, считает такую езду медленной и спокойной. Проверять не хотелось.

Да и ни к чему: полсотни километров до усадьбы проскочили за четверть часа.

— У тебя аварий много было? — спросила девушка, отстёгивая ремни.

— Да миновала пока участь сия, — Дима отвечал, будто молился.

Своеобразная личность. Надо будет присмотреться.

Навстречу спешили Бронислав Тёркин и Тимур Ахметов, воевода и начальник отряда поиска. Дед терпеть не мог слова «служба безопасности», оба вместе и каждое в отдельности. Потому и возник «отряд поиска». Но как волка не называй, серая шкура за километр видна!

— Здравствуйте, Надежда Николаевна, а…

— Здравствуйте. Братья погибли.

Надя в двух словах изложила произошедшее на балу.

— А здесь что произошло?

— Станислава Андреевича загрыз зверь, — ответил Тёркин. — Мы пока не осматривали место происшествия подробно. Ждали наследников. Что же теперь делать?

Наступил критический момент. Без поддержки силовиков вся её затея катилась едмедю под куцый хвост. Но глава, пришедший из младшей ветви, поставит на их места своих людей. Хватит этого, чтобы силовики выбрали нужную сторону? Должно хватить!

— Мне придётся взять на себя обязанности главы рода.

Посмотрела в упор. Растерялись.

— Но Вы женщина… — промямлил Теркин.

— Напрямую не запрещено, — пожала плечами Надя. — Не хочется совершенно, но другого выхода не вижу.

Задумались.

— Согласен, — нарушил молчание Ахметов. — Других кандидатов нет. Только Вы же раньше или позже выйдете замуж…

— Возможно. Но мужа в род не введу. Пусть своим занимается.

— А Вы уверены, что народ за Вами пойдёт?

— Кто не пойдёт за мной, пойдёт за дедом, — пожала плечами девушка. — Когда-нибудь было иначе?

— Приказывайте, глава! — вытянулся воевода.

Надя поморщилась:

— Вот только можно без этого? На «ты» и по имени. Или можете называть меня «прекраснейшая»!

Все трое рассмеялись, вот только веселья в этом смехе не было.

— Специалисты уже подъехали, — сообщил Бронислав, — прекраснейшая!

— Пойдемте, — кивнула, улыбнувшись, Глава.

Смерть настигла Станислава Нашикского за рабочим столом. Старик так и остался сидеть в кресле, только упал головой вперёд, на бумаги, с которыми работал. Присмотрелась. Затылок покрывала спекшаяся кровь. Документы тоже залило, хищник добрался до артерии. Сняла с плеча мертвеца несколько волосинок:

— Это что?

— Шерсть, — ответил эксперт, невысокий мужчина в потертом костюме, с кобурой на поясе. — Надо уточнить, что за зверь…

— Егерей сюда! — приказала Надя. — Кто там у нас лучший?

Чья шерсть, она уже и так поняла, оттенок характерный. Прибывшие егеря подтвердили:

— Куница уссурийская. Харза, которая. И укус её. То есть, может быть и другой зверь, но вряд ли.

— Откуда она взялась? — спросил Ахметов. — Усадьба под магической защитой!

— Это я у тебя должна спрашивать, — девушка пристально посмотрела на «поисковика», — почему у нас звери убивают главу рода.

— Так это, — хором ответили егеря. — Харзюк же. Желтогрудка! Самец, как заматереет, на магию болт ложит и кладёт!

— Не верится, что-то, — бросил Тёркин.

— Вот и князь не верил! — сказал Филька. — Как под усадьбу место присматривали, харзёнка молодого поймал. Вот на этом самом месте! Всё похвалялся, мол, прекрасно магия работает. А тот совсем мелкий был…

Егеря переглянулись:

— Надежда Николаевна, а можно нас на факторию в Нерюнгри перевести?

— А что так? — ухмыльнулась девушка.

— Ну… — замялся Филька. — Мы тогда с князем были… А зверя того в зоопарк отдали… Вдруг сбежал, а? Он ведь как раз заматерел…

— Что, такой злопамятный? — удивилась Надя.

— Да нет, — протянул Филька. — Харза зверь солидный. Но на обиду злой. И памятливый.

«Неужели тот самый? — подумала Надя. — Вряд ли, хотя всё может быть. Но ты дал мне шанс, боец!»

Вслух озвучивать не стала. Только кивнула:

— Подумаем, — повернулась к силовикам. — Не будем мешать специалистам. Нам есть, что обсудить.

В коридоре нарисовался Велимир Нашикский, один из юристов дома

— Наденька, мои соболезнования! Такая трагедия! И дед, и братья! Я уже вызвал наследников…

Надя резко остановилась:

— Кого ты вызвал?

— Наследников, — пояснил Велимир.

— Каких наследников, Величка? Дед назначал наследников, кроме меня и братьев?

— Но как же, — удивился юрист. — Место главы рода не должно пустовать! Раз назначенные наследники мертвы, главой становится ближайший родственник покойного.

— А с чего ты взял, что наследники мертвы? И кто, по-вашему, ближайший родственник моего деда?

— Даниил Иванович, Сергей Семёнович, Родион Петрович и Григорий Закирович, — первый вопрос юрист проигнорировал.

— Ты прав, Величка, — прошипела Надя. — Троюродный племянник ближе к деду по крови, чем родная внучка. Особенно, если он приходится племянником и тебе. Верно? — Она приветливо улыбнулась: — Велимир Нашикский, Вы арестованы за попытку узурпации власти и подозрению в убийстве главы рода. Бронислав!

Выросшие как из-под земли дружинники вывернули Велимиру руки.

— Но как? — развел руками Тимур.

— Кто-то же пронёс зверька в кабинет.

Юрист зашипел, напрягся, аж кровь прилила к лицу. Надя с интересом смотрела на его потуги:

— Да, Величка, совсем забыла: я тебе магию заблокировала. Что делать, память-то девичья! Но ты не расстраивайся, сутки у тебя есть.

— А потом?

— Либо сниму заклинание, либо умрёшь. Ты уж постарайся, чтобы я не забыла.

— Он маг? — удивился Ахмедов.

— Тимур! Вот это уже верх некомпетентности! Ты должен знать всё и про всех! Даже в каких позах он трахает овец за стеной кошары! А у тебя неучтённый маг по усадьбе шляется!

— За двадцать лет ни разу не колданул, — вздохнул Ахмедов. — А овец… Не, он по другой части. Они с братом скандинавскую семью организовали.

— Вот, слова не мальчика, но мужа! — кивнула Надя. — То есть, не то племянник, не то сын, сами не в курсе. Надо же, до чего мы докатились! А у нас цейтнот образовался: стараниями этого, который по скандинавской части, сюда скоро слетятся все родовые стервятники. С чего начнём?

— С клятв? — спросил Ахметов.

— Смотри, какой сознательный, — хмыкнул Тёркин. — А ведь прекраснейшая за полчаса тебя дважды мордой в грязь сунула?

— Не «мордой сунула», а указала на недостатки в работе. Как и положено главе, — пожал плечами Тимур.

— Начнем мы с того, что всё-таки дойдём до малого зала, — улыбнулась девушка. — Не в коридоре же делами заниматься. Хотя уже занимаемся.

В зале Надя уселась в кресло главы.

— Первое, — распорядилась она. — Перевести охрану усадьбы в режим полной боевой готовности. Возможно всё, вплоть до штурма усадьбы с воздуха. Прибывающих членов рода — сюда. Их сопровождение разместить во внешних пристройках. При неподчинении кого бы то ни было — не стесняйтесь. Второе. Позвонить в особняк. Приказ никого не впускать до особого распоряжения. Особенно членов рода. Кабинеты деда и братьев запереть, опечатать и выставить охрану. Третье. Разбудите главного юриста. Петр Евгеньевич стар, но не сошёл с ума.

Силовики дружно схватились за рации.

Главный юрист, поднятый посреди ночи, выглядел — краше в гроб кладут. Надя сначала подлечила старика, и лишь потом ввела его в курс дела.

Петр Евгеньевич напряг профессионально бездонную память и прошамкал:

— В законах рода нет запрета на занятие поста Главы рода женщиной. Правда, и прецедентов нет. Но прецедентное право изобрели скандинавы, чтобы не платить женщинам. Хе-хе!

— Всё когда-то случается в первый раз, — пожала плечами Надя.

— Какая глубокая мысль! — восхитился старик. — А скажите мне, Наденька, кто у Вас будет работать юристом? Я уже стар и могу только консультировать. Велька оказался, не юристом, а пардон, сукою. А больше и нет у нас никого…

— Продолжайте, Пётр Евгеньевич, — промурлыкала Наденька, — продолжайте. Чьи интересы лоббируете? Внучки?

— Хм… Тамара, конечно, хорошая девочка, но её способности ближе к возвышенным рифмам, чем к точным наукам. А юриспруденция, она та же математика! Нет, Томочка пусть и дальше занимается любовной лирикой. «Твои глаза по два карата, а между ног очки зажаты»… Какие иносказания! Талантище! Нет, Наденька, в нашем деле я бы рекомендовал Зосеньку.

— Правнучка, значит… — хмыкнула Надя. — А у неё что зажато между ног?

— Фи! И эта женщина у нас возглавляет род! Девочке пятнадцать лет, какие могут быть «между ног»? Она до сих пор уверена, что дети рождаются от поцелуев и обнимашек! Но виндикационный, негаторный и регрессный[2] иски не перепутает. Ей бы немного практики…

Надя улыбнулась:

— Отправлю-ка я Вашу девочку на практику к Хорьковым. Знаете их?

Старик развёл руками:

— Росомаху и Ласку⁈ Как же, как же! Их невозможно не знать. Не хотел бы оказаться с ними с разных сторон судебного зала. Но они же работают на Куницыных-Аширов, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, — кивнула Надя. — У нас они будут проводить аудит. Работы много, практикантка кстати придётся. Вы не против?

— «За» обеими руками, — обрадовался старик. — Как представлю, в какого монстра эти зверюги превратят Зосеньку!

«Мда… — подумала Надя. — Каждый по-своему понимает счастье правнучки».

Общение с главбухом девушка оставила на утро. Никаких сомнений, что у этого лисовина рыльце в пушку. А значит, будет врать и изворачиваться, пока не прижмут с цифрами в руках. Да и не хватит одних цифр, тут придётся работать отряду поиска. Что за дурацкое название⁈ Переделать в «службу безопасности», как только руки дойдут до бумаг.

«Наследникам», чтобы добраться до усадьбы потребовалось больше часа. Явно не на карах добирались. Несмотря на молодость, ближайшие родственники, хоть и из разных ветвей, возглавляли производства и, насколько знала Надя — успешно. И не лезли в драки за власть. В этом схожи. А характеры совершенно разные. Обстоятельный Даниил, порывистый Родион и искрящийся ядовитым юмором Сергей. Несмотря на отличия, дружны с детства.

Зашли. Посмотрели на Надю, на Петра Евгеньевича, на силовиков. Расселись за столом.

— Насколько я понимаю, — первым заговорил Родион. — Велимир несколько исказил ситуацию.

— Да нет, — хмыкнул Сергей, — по пьяни берега попутал.

— Так он же не пьёт, — засомневался Даниил.

— А в первый раз как раз и ведёт. Решил, что если мы тут за место главы подерёмся, то будет весело!

— Если только, — согласился Даниил. — А почему я его не вижу?

— Вырубился с непривычки, — Сергей гнул свою линию. — Пропустит всю веселуху! Так драться бум?

— Я пас, — поднял ладони Родион. — Некогда! Новая линия барахлит, скотина!

— Я тоже! — присоединился Даниил. — Как-то вышел из этого возраста.

— Тогда выясняем у Нади, что тут творится, и по домам. Помечтали, и хватит. Жены ждут.

— О, мальчики, вы меня заметили, — обрадовалась Надя. На самом деле, обрадовалась. Не придётся убивать трёх неплохих ребят. — Вкратце так. Глава рода теперь я. А вас вызвали потому, что Величка решил Григория Закировича на трон возвести. Я так понимаю, что Гришенька сейчас нагрянет со всеми наличными силами.

— Мудак! — выдохнул Родион.

— Кто? — не понял Даня.

— Гриня!

— Да, это он зря затеял, — вздохнул Даниил. — Надь, ты ведь его повесишь, да?

— Ага, — Надя ослепительно улыбнулась.

— Ну вот. А он хороший мальчик был. Помню, в пять лет нашёл котёнка, таскал его с собой, гладил…

— Пока не загладил до смерти, — хмыкнул Сергей. — И дерьмо кошачье всем в тапки подкладывал.

— Так что, всё-таки будем драться? — спросил Родион.

— Или быстро переходим к матриархату, и по домам? — уточнил Сергей.

— Боюсь, не проскочите, — вздохнула Надя. — А драться вам некем. Придётся всё самой. Только стала главой, а уже столько проблем!

Григорий Закирович приехал в сопровождении целой автоколонны с гербами Хвощёвых, остановившейся в метре от первого бетонного блока. Когда Надя пришла к месту действия, бойцы уже выгрузились из кунгов, разбежались в стороны и заняли позиции за немногочисленными укрытиями. Прям будто штурмовать собрались!

— Открывай ворота! — заорал Нашикский, который подошел к воротам в сопровождении статного мужика с проседью на висках и в бороде.

— Не велено, — пробасил один из дружинников.

— Ты что, долбанулся? — взвился Григорий. — Кто может велеть не пускать меня?

— Глава рода.

— Какой глава⁈ Станислав убит, внуки его — тоже! Теперь я глава рода!

— Не велено.

— Эй, ты! — вновь заорал Гришка. — Либо сейчас откроешь ворота и притащишь сюда всех самозванцев, что там набились, либо усадьбу с землёй сравняем! Кто со мной рядом стоит, видишь?

— Воевода Хвощёвых рядом с ним стоит. Приличный мужик, кстати, — негромко произнесла Надя. — Я пошла. Открывайте калитку. Ну⁈ Ещё я от Хвощёвых не пряталась!

Неторопливо вышла за стены. Хотене тенью следовала у неё за спиной:

— Гришенька, — ласково спросила Надя. — Ты чего буянишь?

— Не путайся под ногами, шлюха! — рявкнул Григорий. — Не твоего бабьего ума дело!

От пощёчины голову наглеца мотнуло вправо.

— Это за шлюху, — голос замораживал.

— Ты неправильно даешь пощёчины, — сказала Хотене.

— Так покажи! Ему ещё за бабий ум положено.

Уже открывший рот Григорий улетел влево и плюхнулся на землю метрах в четырёх от девушек.

— Ходота, — Надя перевела взгляд на воеводу, наблюдающим за полётом Нашикского, — позволь представить тебе княжну Хотене Атуевну Куницину-Ашир. А теперь скажи, что ты делаешь здесь посреди ночи в сопровождении всей дружины? Воевать нас надумали? Так извещения не было.

— У меня приказ Акинфея Нефёдовича, княжна, — пробасил Ходота. — Сопроводить Григория Закировича и помочь ему занять место главы рода.

— Во-первых, «княгиня», — поправила Надя. — Во-вторых, ты утверждаешь, что пришёл сюда свергнуть законного главу? По приказу главы рода?

— Да, княгиня, — кивнул воевода.

— А скажи, Ходота, Акинфей был сильно пьян, когда отдавал приказ?

Воевода почесал бороду:

— Честно говоря, сильно.

Надя усмехнулась:

— Тогда так. Это я забираю, — так и не пришедший в себя Григорий взмыл в воздух и, перелетев через стену, шумно упал где-то во дворе усадьбы. — Ты сейчас грузишь своих бойцов в машины и везёшь их по домам. И передашь господину Хвощёву, что утром я, княгиня Надежда Николаевна Нашикская, глава рода Нашикских, жду его с объяснением текущего инцидента. Если не явится — объявлю войну. И не я одна. За вторжение без объявления войны можно и от имперцев схлопотать!

Воевода покачал головой. Мысли судорожно метались:

«Княгиня! Баба — глава рода⁈ А она ещё и маг сильнейший, как Гришку швыранула! И права во всём! Гришки-то нет. Штурмовать? Половину ребят положу! Ради чего? Чтобы потом впаяли вторжение без объявления⁈ Уж вмешательство в чужие дела по-любому впишут. Да гребись оно всё конём! Пусть Акинфей трезвеет и разбирается».

— Слушаюсь, княгиня! По маши-инам!

Дружинники оперативно загрузились в кузова. Надя проводила взглядом габаритные огни арьергардной машины. Обвела взглядом опустевшую площадку.

— Ну где ты? Вылезай.

— Здесь, — Тимофей поднялся в десятке метров от неё. — Я не вмешивался! Ты всё сама сделала.

— Сама, — кивнула Надя. — Но ты всё время стоял за спиной. Я чувствовала. Как ты умудрился здесь спрятаться? Даже кустика нет!

— Ну так форма от Лацкеса! — ухмыльнулся Харза. — У тебя, кстати, тоже есть.

— Это ваша форма, — замотала головой девушка.

— И ваша. У нас с тобой одинаковая форма. Носи, не стесняйся.

— Я не стесняюсь. Я вообще ничего и никого не стесняюсь, — она уткнулась головой ему в грудь. — Я бы даже поплакала. Но глава рода не должна плакать. Никогда!

— Можно. Когда со мной в спальне.

— С тобой можно, — согласно кивнула Надя. — А ты знаешь, деда убил харза.

— Неправда, меня там не было.

— Не ты. Зверь. Тот самый, что сбежал из зоопарка на Сахалине. Его ещё Леший потом в Ходжу увёз. Боец!

— Так уж и тот самый? — улыбнулся Тимофей.

— Может, и не тот. Но я думаю — тот. Мне так кажется[3]. Дед его именно здесь поймал. Отправил в зоопарк. Боец вырос, но не простил. Дед забыл одно правило. Или не знал. Я его в зоопарке прочитала. На клетке. Большими буквами: «ОСТОРОЖНО! ХАРЗА КУСАЕТСЯ!»

[1] Надя не различает спорткары, суперкары и гиперкары. Не её это.

[2] Желающие повысить свою юридическую образованность могут воспользоваться любым поисковиком.

[3] Многие думают, что «кажется» — не аргумент. Неправда. Если женщине что-то кажется, значит, так оно и есть. И никто её не переубедит. Даже авторы.