Граф в Тайной канцелярии. Книга 4

Глава 2

Я не видел, что это именно, но шипение походило на звук горящего бикфордова шнура. Размышлять, кто пользуется такими древностями в наше время, я не стал и поспешно закончил заклинание руной Берегиня. Темный плотный купол накрыл столик и шипение прекратилось. Пока я поднимался на ноги и всматривался в летние сумерки, купол содрогнулся и пошел трещинами. Какой же силы был взрыв?

Само собой на улице уже собрались зеваки. Я не сомневался, что метатель среди них — наблюдает, изучает наше поведение и способы защиты. Но он не покажется. Если только не спровоцировать его, пришла в голову светлая идея.

— Ничего себе, — потрясенно сказал Даня, поднимаясь. — Ты щит-то сними, а то…

— Не отвлекай, — прервал я его. Голос я не сдерживал, чтобы слышали зеваки. — Пробую ощутить магию, просто так такое стекло не разбить. И он все еще где-то там.

И я не врал. А говорил так, чтобы меня услышал метатель. Даня кивнул — кажется, понял мою идею.

— Я тогда пока тут разберусь, — пробормотал он и повернулся лицом к залу.

А на улице меня услышал не только метатель, но и другие. Люди начали с подозрением коситься друг на друга. Несколько человек отошли чуть подальше, но трое решили не находиться рядом с вероятным преступником и пошли по своим делам. Метатель наверняка один из них. Я сосредоточился… Да! Есть магия. И не просто магия — запрещенная некромантия! Ее нас учили вычленять из обычного магического фона аж со второго курса.

Кричать «некромант» я не стал, паника только помешает. Просто сорвался с места и побежал за невзрачным мужичком в толстовке с рюкзаком на плече. Он настолько не сомневался в себе, что даже не накинул капюшон. Впрочем, это бы первым привлекло внимание. А так я успел рассмотреть усы и бородку, острые скулы и короткие темные волосы к тому моменту, как он понял, что замечен, и бросился от меня, стараясь затеряться среди людей.

А вот людей почти и не было на улице, лишь отдельные граждане торопились домой после работы. Они не собирались прикрывать беглеца, помогать мне его поймать, впрочем, тоже и шарахались от него в стороны.

Мы пробежали половину улицы, когда мне надоело. В движении я начертил руны, переместился к нему и… события на Патриарших повторились: довольная морда Конька-Горбунка и пустота в моей руке вместо беглеца.

Так. И почему он не вызвал этого копытного мерзавца раньше? Зачем сначала бегал? Получается, что призыв этой сутулой коняги связан с моим телепортом? Такое возможно? Я не помнил, надо будет уточнить у кого-то из Надзора при случае. В совпадения я не верил, но повторять еще раз для пущей уверенности не собирался. В следующий раз буду бегать, решил я на пути обратно в «Эрмитаж».

К моему возвращению появились жандармы. Они оцепили разбитое окно и часть улицы красной лентой с надписью «за ленту не заходить» и занялись опросом свидетелей на улице. Тех, кто не додумался уйти раньше. Обычно такие опросы ничего не давали — те, кто действительно мог что-то видеть, спешили уйти сразу из страха. Оставались люди, которые подошли позже и заинтересовались чем-то необычным. Следом прибыла полиция, два офицера в штатском. Я показал удостоверение.

— Это наше дело, поручик, — дополнил я. — Жандармерия обеспечит порядок.

— Я понял, ваше сиятельство, но нам нужно что-то написать в отчете, — пояснил офицер.

— Даня, есть уже что-то для полиции? — спросил я, войдя внутрь ресторана через разбитый пролет окна.

Защитный экран уже сам испарился без моей помощи. На полу лежали обломки стола и взрывного устройства — куски оболочки и мелкие шарики. Понятно, если бы рвануло, мы бы не выжили. Еще и посетителей за соседними столами задело. Но взрывателя я не видел.

— Да, магическая бомба осколочного типа, — отозвался мой друг от соседнего стола.

Понятное дело, что всех гостей ресторана попросили удалиться, кроме тех, кто сидел рядом с нами и мог что-то заметить. И персонал скромно жался к стойке.

— Можно попросить их опросить свидетелей, — добавил Юсупов.

Разумеется, в исполнении офицера Тайной канцелярии «попросить» означало приказ сделать это. Полицейские уже собирались уходить, но вздохнули и со скорбными лицами достали блокноты и ручки. Я быстро описал, что тут произошло, чтобы они понимали, какие вопросы задавать, кроме стандартных. Мужики кивнули, а я подошел к стойке, где Даня заканчивал разговор по телефону.

— Ушел? — спросил он очевидное и поморщился. Я кивнул.

— В Надзор надо звонить. У нас некромант и снова тот горбатый, — тихо сказал я.

— Не первый же раз. Что не так? — нахмурился он.

— Второй раз он появляется ровно в момент моего прыжка.

— Я о таком не слышал. Звоню Витьке. — И Даня снова снял трубку.

А я пошел общаться с персоналом — не всю же работу на полицию скидывать.

Разумеется, никто ничего не видел. Видимо, некромант специально дождался, когда все отвернутся от окна. Только не учел он, что Даня всегда садится у окна не просто так, а чтобы в него смотреть.

Через полчаса приехал Виктор Корф в серой форме Чудного Надзора. Он устал, но все же был рад нас видеть.

— А тебе идет форма, Вить, — улыбнулся Даня и пожал ему руку.

— Спасибо. В отличие от вас мы ее обязаны носить. Что случилось? — спросил он.

Я объяснил в деталях — рассказал про дневной случай и что все в точности повторилось здесь и сейчас. Он слушал и хмурился.

— Идем смотреть, — вздохнул Витя.

Я привел его на место, откуда исчез некромант. Корф походил, опустился на колено, начертил руны, но результат заклинания я не увидел, а он кивнул и поднялся.

— Ты прав. Тебя изучили и сделали установку на твою телепортацию, — с сочувствием подтвердил он.

— Так. Днем второго я поймал щитом. На это заклинание тоже уже есть установка? — нахмурился я.

— Установка у Проводника может быть только одна, без «или».

Я кивнул.

— Нам бы тогда тоже Проводника, чтобы не упускать их, — попросил я.

— Боюсь, сейчас не получится, — вздохнул Виктор и повернул обратно к ресторану. — Кощею бросили вызов в очередной раз. Нелюди из тех, кто не хочет в этом участвовать, перебираются в Явь.

— В этот раз известно, кто это? — уточнил я, ни разу не удивленный.

— Давай я вам обоим расскажу, чтобы не повторяться.

Я кивнул и мы вернулись в зал. Даня закончил с последним свидетелем и общался с полицейскими. Офицеры как раз говорили, что никто ничего не видел, а официальный отчет они пришлют завтра в контору. На том их и отпустили. Я ввел Юсупова в курс дела и Виктор продолжил:

— Царю Нави бросила вызов Марья Маревна. Она назвалась ставленницей Мараны, потому не через «О».

— А сама богиня что? — удивился Даня.

— Ничего, молчит как всегда. Она снова наблюдает за схваткой и ждет победителя.

— Через тебя можно связаться с Кощеем? — рискнул я. — Или через твоего отца?

Старший Корф после событий весны раз в месяц должен проводить в Нави три дня, иначе умрет. А по службе у него есть прямая линия связи с Кощеем.

— Я попробую. Что передать царю? — спросил Витя.

— Чтобы связался со мной как можно быстрее, — сказал я. — Это важно для него. Прости, сказать большего не могу. Сам понимаешь, этот князь Ский может оказаться в любой организации, даже в Надзоре.

Даня с удивлением на меня посмотрел, но ничего не сказал при Викторе.

— Понимаю. В его интересах, значит? Надеюсь, это заинтересует Кощея, — усмехнулся Виктор и снова стал серьезным. — Но на вас теперь охотятся. Есть безопасное место?

— Конечно. Я уже позвонил отцу, сейчас туда и поедем, — отозвался Даня.

А я выругался про себя. Не на нас, а на меня — это я знаю содержание записки. Только им не объяснить и не отбрехаться. А мне же надо домой, к домовому. Барон Корф может завтра сможет связаться с Кощеем, а может и через неделю. Но хоть Ольга сегодня не собиралась приходить. Хотя кто ее знает, моя царевна непредсказуема.

Месяц назад она появилась у меня на пороге. Я без слов затащил ее в квартиру. Полночи мы занимались любовью, а потом до утра болтали. В итоге я не выспался и едва не опоздал в контору. С тех пор Ольга периодически приходила, чаще спонтанно, но иногда предупреждала. И ведь не сообщить ей. Впрочем, она царевна, сама узнает. Лишь бы не попалась тем, кто может меня ждать у дома.

— Давай только заедем к тебе и ко мне за вещами, — предложил я.

— Нет, там нас могут уже ждать. Купим все по дороге, — ответил Юсупов.

Пришлось с ним согласиться — других аргументов у меня не нашлось. Оставалось надеяться, что там будет домовой. Увы, не в каждом многоквартирном доме они сейчас есть.

Сначала Даня собрался тащиться на квартиру с пакетами из магазинов одежды. После жизни на границе и остальных приключений в Польше я едва не рассмеялся.

— Как ты не спалился в Польше не понимаю, — покачал я головой и затащил его в магазин для простых смертных.

При виде дорогих костюмов на нас и этикеток элитных магазинов на пакетах с одеждой продавец впал в ступор с выпученными глазами.

— Но… мы же… — пробормотал Даня.

Он с удивлением смотрел на брюки и джинсы, на свитера и рубашки в полоску и клетку, на далеко не модельную обувь. Но я не ради этого привел его сюда. Вернее, не только ради этого. Почти за руку я протащил друга мимо одежды к сумкам и рюкзакам.

— В этом таскать шмотки удобнее и не так бросается в глаза, — тихо объяснил я.

— Но в этом одежда помнется, — удивился он.

— А в кофре или таком пакете ты сразу всему миру объявишь о том, кто ты. И встанет закономерный вопрос: что ты, такой красивый, забыл в районе для среднего класса, — невозмутимо ответил я.

— Предлагаешь и одежду такую купить? — Перешел Даня на шепот.

Я лишь кивнул. Он подумал и сдался.

— И ведь манакар будет бросаться в глаза, да? — проворчал он, когда мы уже ехали на конспиративную квартиру.

— Нет. Аморфы тоже на них ездят. Мы же не в Мадриде.

— От сердца отлегло, — фыркнул Даня, становясь собой прежним. — Надеюсь, мы быстро поймаем этих уродов.

— Я тоже, — пробормотал я, глядя на огни столицы, хотя особой уверенности не испытывал.

— Кстати, зачем тебе Кощей понадобился? — задал Даня вопрос, которого я опасался.

— В деле появились некроманты. Просто так, из ниоткуда. Если бы они были из Яви, засветились бы на стадии обучения или первых шагов. А тут уже обученный и довольно опытный. К тому же использует Горбунка, — зашел я с другой стороны и понял, что этот след тоже хорошо бы отработать. — К тому же появилась эта Марья.

— Ты же не думаешь, что она и Скарлетт — одно лицо? — удивился Даня.

— Нет, не думаю. Но с чего вдруг Марья так возбудилась? И ведь недавно подобным же образом возбудилась Хель.

— Тоже женщина. Но в Мадриде они использовали демонов мужиков.

— В Аду не так много женских образов. Суккубы — самые яркие и сильные, пожалуй, — парировал я.

— Думаешь, все связано? — Даня хмурился и сильнее сжимал руль.

— Не исключаю.

— Тогда Кощею это может пригодиться. Он нормальный мужик, а что это за барышня, мы не знаем.

На полпути мы вспомнили про еду. Вернее, я вспомнил. Это в доме князей Юсуповых она появлялась на столе с кухни, куда мой друг, кажется, никогда не заглядывал. Мне же приходилось готовить самому. Так что заехали в круглосуточный продуктовый магазин и закупили еды на несколько дней. Даня все норовил купить какую-то ерунду, словно ребенок. Так что мне еще и гидом по продуктам пришлось побыть и объяснить, что хрустящим картофелем не наесться, а батон хлеба полезнее булочек.

Спустя еще полчаса мы, наконец, зашли в квартиру. Самая обычная квартира для среднего класса, рассчитанная на семью из трех человек или на двух друзей — гостиная, кухня и две спальни. Оставалось радоваться, что Даня уже знает, как живут простые смертные, и не пришлось отвечать на наивные вопросы о том, где кабинет, столовая и почему санузел всего один.

В «Эрмитаже» нас все же покормили, так что сейчас за чашкой чая мы еще раз проговорили все, что узнали сегодня, составили план действий на завтра и разошлись по комнатам отдыхать.

Это Даня пошел отдыхать. Я же взял на кухне стакан молока и ломоть черного хлеба, поставил на стол у себя в комнате и позвал домового.

Через минуту у хлеба исчез кусок, раздалось тихое сюпанье и в стакане стало меньше молока. Я вздохнул — ну что за детский сад?

— Дедушка, проявись, будь добр. Разговор есть, — попросил я со всей учтивостью.

— Совестно мне, Темный, одет плохо, — раздался в ответ скрипучий голос и стакан чуть отодвинулся от края.

— Я не хочу приказывать, но и с воздухом говорить не хочу. Показывайся, — сказал я настойчивее, но это все еще был не приказ.

Послышался вздох и на стуле появился маленький дедок. Теперь я понял, что он имел в виду. Косоворотка уже давно не белая, больше серая в коричневых и черных пятнах, жирные и масленые пятна и на штанах, сапоги дырявые, седые волосы всклокочены, в бороде крошки. Я покачал головой и придвинул ему стакан обратно.

— Что случилось с тобой, дедушка?

— Люди тут живут холодные, безразличные. А аморф так вообще злющий, — пожаловался он.

— Дом не старый, его всего лет пять как построили. Как за такое время ты себя настолько запустил?

— Так они меня не уважают, никакой благодарности, никаких подношений, — сказал он жалостливо и запихал в рот кусок хлеба. В бороде прибавилось крошек. Я ждал, когда он прожует и продолжит. — Вот на днях было: потерял парень ключи, попросил помочь найти, я ими звякнул. И он вместо благодарности: «а, не надо, я сам нашел». И как тут быть?

— Так ты не просто звякай, ты давай понять, что это ты помог, — с удивлением посоветовал я. — Не будь таким скромным.

— Да? Ну… я попробую.

— А с аморфом что?

— Он из знатного рода, так его не стали там держать и выперли. Вот он и озлился на весь свет. Как меня видит, так кидается чем-то. Я больше не хожу к нему.

— Понятно. Обычная история. А сейчас иди в ванну, приведи себя в порядок.

— Так ведь мой вид — отражение отношения ко мне.

— Вот мне сказки не рассказывай. Сам себя запустил. Иди умываться и возвращайся. Дело к тебе есть.

Он хлопнул глазами и исчез. Из ванной раздался плеск воды. Появился домовой через десять минут, опрятный и чистый, в новой одежде. И сразу вернулся к поглощению молока и хлеба.

— Другое дело, — одобрительно улыбнулся я.

— Ну, так чего хотел-то? — спросил он, когда все доел и в глазах появился сытый блеск.

— Мне нужно встретиться с царем Кощеем. Это срочно. Ему угрожает опасность.

— Это он итак знает, — махнул рукой домовой. — Маревна не скрывается.

— Нет, другая опасность. Но говорить конкретнее опасаюсь, — серьезно сказал я.

— Третья сила? — прищурился дедушка.

Я кивнул.

— Я в Нави не появляюсь сейчас, нечего мне там делать, — проскрипел он старой половицей. — Но я постараюсь что-то сделать.

— Спасибо, дедушка.

— А тебе за совет спасибо, Темный. Ты тут долго еще будешь?

— Не знаю, как получится.

— Ну, зови, если что.

Я улыбнулся. Что за «если что» я прекрасно понял — молоко и хлеб. Конечно, прикормлю бедолагу. А пока мы попрощались и я отправился спать.

Утром завтрак готовил я. Даня хоть и прошел курс по выживанию, но еда у него получалась максимум съедобной, но не факт, что вкусной. И мы не стали рисковать перед долгим днем. Позавтракали и отправились в университет.

Да, некроманты — это серьезно, но они напали именно из-за того, что мы… я что-то узнал. Так что мы продолжали действовать по плану, только теперь имели в виду новые вводные: наш таинственный князь связался с некромантами. Давно эти любители запрещенной магии не появлялись в России.

Запретили некромантию еще в семидесятые годы девятнадцатого века, при Николае втором. Именно из-за них будущий император едва не погиб при падении с лошади. А если бы погиб, на трон взошел бы его брат Александр. Я знал, как в этом случае пошла бы история. Хорошо, что старший сын Александра второго выжил.

Проблема с некромантией заключалась в том, что будучи специализацией, она заменяла основную школу магии — огонь, свет и прочие — и начинала влиять на психику. В итоге, если некромант морально слаб, он сходит с ума на почве жажды власти над жизнью и смертью. Все это мы изучали и учились распознавать и бороться. И вот настала пора применять знания на практике.

Родной университет встретил нас привычной суетой и толпами студентов. Совсем недавно мы так же спешили в аудитории и на полигоны и волновались только о заданиях и занятиях. Теперь у нас на хвосте некроманты, а впереди маячит очередной заговор. И Кощея хотят ограбить. К Бабе Яге сходить, что ли? У нее, вроде, прямая связь с царем Нави. Но сначала главное.

Нас встретил лично ректор, князь Алексей Александрович Кропоткин, и провел к себе в кабинет. Здесь почти ничего не изменилось за год. Как после Вяземского он сменил интерьер на более современный стиль, так и все. Граф Демидов в тот раз отказался от должности ректора. Сказал, что уже стар, а тут нужен кто-то помоложе и посовременнее. Потому и выбрали Алексея Александровича, сильного пятидесятилетнего чародея. Он внушал доверие спокойствием и рассудительностью.

— Итак, я слушаю вас, господа, — сказал князь после приветствий.

— Мы приехали выяснить на счет странной задержки в обмене информацией в мае, — официальным тоном начал Даня.

— Проще говоря, прибыли узнать, почему не получили список вовремя, — усмехнулся в пышные русые усы. — В нашем архиве самая работа начинается как раз после окончания учебного года. Надо занести в реестр всех выпускников, их оценки, характеристики, результаты экзаменов. Потому работники архива ходят в отпуск во время учебного года. Старший архивариус как раз был в отпуске, запрос получил его заместитель. Я готов был стоять у него над душой, пока он ищет анкеты по списку, но на одном из полигонов произошла ситуация, пришлось идти туда. Потом еще что-то случилось, уже и не припомню. Сами понимаете — суета окончания учебного года. Пока разобрался, прошло три дня. Позвонил в архив, а этого вредителя уже и след простыл! Никто так и не знает, куда он делся.

Рассказ меня не удивил. Если наш противник связан с университетом, ему не составило труда убрать или купить помощника архивариуса. Вариант, что он тут преподает, я отмел — нет у профессора или даже заведующего кафедрой такой власти.

— Подскажите, что значит помощника «след простыл», — попросил я. — Он исчез в неизвестном направлении или что?

— Ничего такого, все по закону. Он уволился одним днем. Получил расчет и уехал из Москвы.

— Это законно? — удивился Даня.

— Когда приказ спускается сверху, законно, — вздохнул ректор.

Мы с Даней переглянулись.

— Можно узнать, за чьей подписью приказ? — спросил мой друг.

— Да, конечно. Сейчас найду. — Алексей Александрович поднялся, взял из шкафа папку и начал листать документы. — Помощник министра образования, князь Хованский, Никита Олегович.