Меченосец. Головы гидры

Глава 20

Неймар Хаузенхоф сидел в своём кабинете, склонившись над массивным столом из тёмного дуба, покрытым картами и свитками. Свет от масляной лампы дрожал на стенах, отбрасывая длинные тени, которые плясали в такт мерному шуму волн за окном. Остров жил своей жизнью: где-то вдали слышался шум порта. Скрип снастей причаливающих судов, приглушённые голоса матросов и грузчиков. Ветер сквозь открытое окно доносил солёный запах моря.

В самом кабинете царила тишина, нарушаемая лишь редким скрипом пера по бумаге. Хозяин кабинета Неймар Хаузенхоф, мужчина лет сорока с жёсткими чертами лица и глазами, в которых читалась смесь усталости и цепкой настороженности, перебирал бумаги. Его пальцы, привыкшие к перу, замерли над очередной записью в журнале торговых дел, когда дверь кабинета неожиданно распахнулась.

В проёме стоял его помощник, Стив Беккер. Худощавый молодой человек с острым взглядом и слегка взъерошенными волосами цвета спелой пшеницы. Он вошёл без стука, что само по себе было редкостью, и Неймар сразу понял: что-то произошло.

— Господин Хаузенхоф, — начал Стив, слегка запыхавшись, — на остров прибыл новый корабль. Называется «Морская ведьма». Владелец — некий Джон Боэлья, а с ним ещё один человек, Арно Вальдериус. В журнале отметился как торговец.

Неймар откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди. Его брови слегка приподнялись, выдавая интерес, но голос остался ровным, как поверхность штилевого моря: — Почему меня должны волновать внов прибывшие?

— Арно Вальдериус не состоит в списке торговцев, — тут же пояснил Стив свой визит.

— Удалось что-то выяснить? — спросил заинтересованный Нейман, внимательно глядя на помощника.

Стив подошёл ближе, вытащил из-под мышки тонкую папку и положил её на стол перед Неймаром. Открыв её, он начал говорить, будто зачитывая доклад, хотя было видно, что информация собрана наспех.

— Джон Боэлья — известная фигура в торговых кругах. Занимается перевозкой тканей, вина и прочего добра через южные воды. Ходят слухи, что примерно год назад он промышлял пиратством. Пощипывал свободных торгрвцев, но доказательств нет, да и с тех пор он, похоже, завязал. По крайней мере, так говорят. А вот про Арно Вальдериуса почти ничего не известно. Поговаривают, будто он сколотил состояние на перепродаже специй в Империи. Шафран, корица, чёрный перец — всё, что ценится на вес золота. Но это только слухи. Ни документов, ни свидетелей, ни даже точного места, откуда он родом. Человек-призрак.

Неймар задумчиво постучал пальцами по столу. Его взгляд скользнул к окну, за которым рос шикарный розовый куст. Неймар обожал розы. Много денег тратил на их выращивание и селекцию.

— Человек-призрак, говоришь? — пробормотал он, возвращая взгляд к Стиву. — А мне кажется, господин Арно не тот, за кого себя выдаёт. Торговец специй, разбогатевший в Империи, не стал бы скрываться, а он, судя по всему, скрывается. Вызови их к себе. Побеседуй. Узнай зачем прибыли и прчему. Слегка надавить, если понадобится. не мне тебя учить.

Стив кивнул, хотя в его глазах мелькнула тень сомнения. Он знал, что Неймар не любит пустых подозрений, но если уж что-то заподозрил, то будет копать до конца. Помощник развернулся и вышел, оставив Неймара наедине с его мыслями. Тот встал, подошёл к окну и долго смотрел на сад, пытаясь разглядеть в его очертаниях ответы на вопросы, которые ещё не успел сформулировать.

Через час в просторной комнате нижнего этажа особняка, где Стив обычно принимал гостей и вёл дела от имени Неймара, появились двое мужчин. Стражники ввели их с привычной молчаливой строгостью, но даже их выправка не могла скрыть лёгкого напряжения. Стив, сидевший за столом с раскрытым торговым реестром, поднял взгляд и замер.

Джон Боэлья выглядел так, как и ожидалось: невысокий, коренастый, с обветренным лицом и густой бородой, в которой уже пробивалась седина. Его одежда — добротный плащ тёмно-синего цвета и новые сапоги, говорила о человеке, не испытывающим финансовых трудностей. Он казался спокойным, даже слегка скучающим, словно такие вызовы были для него делом привычным.

Но Арно Вальдериус… Этот человек был совсем другой. Огромный, почти на голову выше стражников, он заполнил собой всё пространство комнаты. Широкие плечи, мощные руки, которые, казалось, могли без труда сломать человека пополам, и лицо грубое, но симпатичное. Его глаза, тёмные и холодные, смотрели прямо на Стива, и в этом взгляде не было ни тени страха или почтения. Одет он был в длинный плащ из чёрной ткани, из-под которого проглядывал дорогой чёрный камзол, расшитый золотыми нитями.

Стив, глядя на него, почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот человек не выглядел как купец. Он выглядел как воин. Как настоящий хищник, рядок с которым блек даже морской волк Боэлья.

— Добрый день, господа. Меня зовут Стив Беккер. Я уполномоченный по контролю за порядком нашего города, — начал Стив, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Я вызвал вас, чтобы вы объяснили мне, почему вы не зарегистрировались в реестре торговцев по прибытии к нам? Это серьезное правонарушение. Незарегистрированным торговцам нельзя вести деятельность здесь.

Арно шагнул вперёд, и половицы под ним скрипнули. Его губы растянулись в лёгкой, почти насмешливой улыбке.

— Меня зовут Арно Вальдериус, — произнёс он низким, рокочущим голосом. — А это мой друг, Джон Боэлья. Рад с вами познакомиться, Стив. Мы прибыли на ваш славный остров по делам торговли. Но я не понимаю, почему нас сюда притащили, словно каких-то воров. О том, что нужно регистрироваться я не знал и в порту мне никто ничего не сказал. Зато прислать за нами стражу вы успели. Как я, серьезный человек, теперь буду выглядеть в глазах потенциальных деловых партнеров? Вы об этом подумали?

Стив сглотнул, но постарался сохранить лицо, хотя давалось это с трудом. По сути, Арно только что макнул его в хорошенькую такую лужу, указав на все ошибки Стива.

Джон Боэлья фыркнул, скрестив руки на груди.

— К слову, мой корабль зарегистрирован, — буркнул он. — «Морская ведьма» числится в портовых книгах трёх островов к северу отсюда. А что до Арно, он мой гость. Не всем же бумажки заполнять, верно?

Стив проигнорировал его и продолжил смотреть на Арно: — Незнание закона не освобождает от ответственности, господин Арно. По какому делу вы прибыли остров?

Арно Вальдериус молчал, но улыбка на его лице становилась шире. Наконец он заговорил, и в его голосе послышалась нотка угрозы.

— Ты, значит, решил, что можешь допрашивать меня, мальчик? Думаешь, пара стражников и толстая книга дают тебе право лезть в мои дела? Причем ты даже не предложил нам сесть. Тебе не кажется, что ты увлекся, дружок?

Стив почувствовал, как внутри всё сжалось. Он привык к грубым морякам и наглым купцам, но этот человек был другим. От него веяло чем-то тёмным, первобытным. Стив открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент Арно вдруг рассмеялся — громко, раскатисто, так, что эхо отразилось от каменных стен. Этот смех был не весёлым, а каким-то зловещим, и в этот миг Стив понял: он угрожал не тому человеку. Совсем не тому.

Дрожащий жаркий воздух портового города обжигал легкие, а запах соли, смешанный с чем-то терпким и пряным, забивал ноздри. Я стоял перед Стивом Беккером, чувствуя, как в груди медленно разгорается раздражение. Его лицо — обветренное, с тонкими морщинами, словно вырезанными ветром, маячило передо мной, и я не мог отделаться от мысли, что этот человек оценивает нас.

Мои слова немного вернули Стива к реальности. Он подскочил и предложил нам кресла. Затем налил вина и предложил фруктов.

— Так вы приехали закупить товар? Простите мои вопросы, но я должен знать, — виновато улыбнулся Стив и развел руками.

— Я приехал сюда потому что слышал от серьезных людей, что могу здесь купить много специй. Самых лучших специй, какие только можно достать. Вместо этого вы притащили меня сюда и стали в чем-то подозревать. Получается, меня обманули? Здесь работают не дельцы, а солдафоны, играющие в свои игры?

Беккер под моим взглядом совсем сжался: — Прошу прощения еще раз. Просто у нас редко не регистрируются. Все знают законы.

— Я новенький, а Боэлья не часто у вас бывал. Сделайте исключение, — проговорил я вкрадчиво.

— Сколько груза вы планируете взять? — вот теперь начался настоящий разговор. Мне удалось унять его подозрения. Надо будет потом поинтересоваться у Джона как он умудрился забыть о том, что здесь нужно регистрироваться.

— Слушай, Стив, — я наклонился к нему, вглядываясь в глаза. — Ты сейчас серьезно говоришь о том, что загрузишь мне полный трюм специй? У тебя есть столько? Если нет, то какого рожна ты задаёшь мне эти вопросы?

Он замялся. Его глаза, серые, как мутная вода в гавани, забегали, и я заметил, как он сглотнул. Стив Беккер явно не ожидал, что я перейду в наступление. Через секунду он уже снова бормотал извинения.

— Простите, господин, я не хотел вас задеть. Просто порядок такой… времена неспокойные, сами понимаете, — он поднял руки, словно защищаясь. — Давайте все уладим. У меня нет специй, но я знаю людей, которые могут продать. Могу вас свести с ними.

Я молча вытащил из-под плаща увесистый кошель, звякнувший при ударе о деревянную столешницу. Глаза Стива вспыхнули, и я понял, что теперь он мой. Золото всегда говорит громче слов.

— Вот это другой разговор, Стив. Это уже деловой подход. Зарегистрируй меня сам, сделай одолжение, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — И найди людей, которые помогут мне с грузом. Как все устроишь, еще один такой же станет твоим, — я ткнул пальцем в кошель.

— Конечно, господин, конечно, — засуетился он, уже прикидывая, как выслужиться. — Я все сделаю. Познакомлю вас с нужными людьми. Все в лучшем виде будет.

— Мой помощник Джон вас проводит, а я тут разберусь. Отдохните пока в городе. К вечеру все будет готово.

Он позвал помощника и вскоре в кабинет вошел Джон. Высокий, жилистый парень, с лицом, которое могло бы принадлежать как матросу, так и разбойнику. Его взгляд был спокойным, но цепким, изучающим. Стив что-то шепнул ему на ухо, и через минуту мы уже шагали прочь, оставив Беккера возиться с моими бумагами.

После темного особняка грод встретил нас ослепительным светом. Солнце стояло в зените, и белые здания, выстроенные из известняка, сияли так ярко, что приходилось щуриться. Улицы бурлили жизнью: крики торговцев, скрип телег, звонкий смех женщин, суета. Все сливалось в гул, который то ли раздражал, то ли завораживал. Джон шел рядом, молчаливый, но внимательный, и я решил, что полдня свободы в этом месте — не худший способ скоротать время, пока Стив готовит нам почку для внедрения в высшие эшелоны Южной артели.

— Ну ты и дал, — шепнул мне Боэлья, имея ввиду ситуацию и выход из нее.

— Наглость второе счастье, — протянул я в ответ и изобразил улыбку.

Мы спустились к набережной, где волны лениво лизали каменные причалы, а чайки с пронзительными криками кружили над рыбацкими лодками. Белые стены домов здесь были испещрены трещинами от соли и времени, но это только добавляло очарования. Я заметил, как Джон кивнул в сторону узкой улочки, ведущей к рынку.

— Там можно перекусить, если хотите, или посмотреть на товары, что здесь предлагают, — сказал он, впервые нарушив молчание. Голос у него был хриплый, но спокойный, будто он привык говорить только по делу.

— Веди. Все равно делать нечего, так хоть местный колорит посмотрим, — коротко бросил я, и мы свернули в тень переулка.

Рынок оказался настоящим лабиринтом: ряды лотков, заваленных яркими тканями, глиняными горшками и корзинами с сушеными травами, тянулись во все стороны. Запахи специй — шафрана, корицы, гвоздики витали в воздухе, смешиваясь с ароматом жареной рыбы и свежеиспеченного хлеба. Я остановился у одного из торговцев, чьи руки были перепачканы красноватой пылью — судя по всему, он торговал паприкой. Джон, не спрашивая, купил нам по лепешке с начинкой из соленой рыбы и зелени, и мы присели на низкую скамью у края площади.

— Ты давно с Беккером? — спросил я, откусывая кусок. Лепешка была горячей, с хрустящей корочкой, и на мгновение я почти забыл о своих делах.

— Пару лет, — ответил Джон, глядя куда-то вдаль. — Он не самый приятный человек, но дело знает и не обижает с оплатой.

Я кивнул, решив, что этого достаточно. Мы ели молча, наблюдая, как вокруг кипит жизнь. Торговцы спорили с покупателями, дети бегали между лотками, а где-то неподалеку пьяный матрос горланил песню о потерянной любви. Белые здания, окружавшие рынок, казались почти живыми: их стены отражали солнечные лучи, а тени от навесов рисовали на них причудливые узоры.

После еды мы двинулись дальше, петляя по узким улочкам. Джон показал мне старый маяк на краю города — белую башню с облупившейся краской, которая стояла, словно часовой, охраняя порт. Мы поднялись по винтовой лестнице, и с вершины открылся вид на море: бесконечная синева, усеянная белыми барашками волн, и корабли, покачивающиеся на якоре. Я вдохнул соленый воздух полной грудью.

— Неплохое место, — заметил я, опираясь на перила.

— Мне нравится здесь проводить время, глядя в даль, — усмехнулся Джон.

Мы спустились вниз и еще пару часов бродили по городу. Я купил у уличного художника маленький рисунок — набросок белого дома с видом на гавань, решив, что это будет напоминанием о приключениях здесь, если я никогда не вернусь на юг. Джон, к моему удивлению, оказался неплохим спутником: он не лез с разговорами, но знал, где найти тень, воду или что-то интересное.

К полудню жара стала невыносимой, и мы укрылись в таверне у причала. Белые стены здесь были расписаны грубыми рисунками кораблей и русалок, а воздух пропах пивом и копченой рыбой. Мы заказали по кружке чего-то холодного и кислого, и я уже начал думать, что этот город мне почти нравится, когда в дверях появился мальчишка-посыльный.

— Вас зовут, господин, — сказал он, глядя на меня. — Господин Беккер ждет.

Я переглянулся с Джоном. Пора было возвращаться к делам. Мы допили свои кружки, оставили монету на столе и шагнули обратно в белый, слепящий свет портового города.

Беккер, увидев нас с Джоном на пороге кабинета, расплылся в подобострастной улыбке, словно собака, ждущая похвалы за принесенную кость.

— Все готово, господин, — сказал он, потирая руки. — Я договорился. Идемте, я вас провожу.

Мы двинулись за ним через лабиринт улиц, оставляя позади шумный рынок и гомон набережной. Город постепенно менялся: вместо тесных переулков с облупившейся штукатуркой появились широкие мощеные дороги, окаймленные пальмами и низкими каменными оградами. Воздух здесь был чище, пропитанный ароматом цветущих кустов, а не рыбой и потом.

— Вашим предложением заинтересовался очень серьёзный человек! Он даст лучшую цену для вас! Вот увидите! — пообещал он нам, видя наши заинтересованные лица.

Наконец, перед нами вырос богатый особняк. Двухэтажное здание с белоснежными стенами, увитыми плющом, и черепичной крышей, отливающей красным в лучах солнца. Вокруг раскинулся сад: аккуратно подстриженные деревья, клумбы с яркими цветами и журчащий фонтан в центре.

Стив что-то шепнул слуге у ворот. Молодой парень в выглаженной тунике, бросил на нас быстрый взгляд и повел внутрь. Мы миновали прохладный вестибюль с мраморным полом и вышли в сад, где под тенью широкого навеса нас ждал хозяин. Я сразу понял кто перед нами. Неймар Хаузенхоф собственной персоной. Описание, данное Дилоном Климби, было точным до мелочей: высокий, с орлиным носом, волосы тронуты сединой, а глаза — холодные, цепкие. Он сидел за изящным столиком, потягивая что-то из серебряного кубка, и выглядел так, будто весь этот город лежал у его ног.

— Добрый вечер, господа, — голос Неймара был приветливым, но в нем все же чувствовалось высокомерие. Он поднялся, слегка кивнул Стиву, затем окинул меня и Джона оценивающим взглядом. — Рад видеть вас. Стив мне уже все рассказал и я заинтригован, признаться. Неймар Хаузенхоф. Присаживайтесь, господа.

Мы тоже представились и сели. Слуга тут же поставил перед нами поднос с вином и фруктами. Неймар отпустил Стива легким взмахом руки, и тот, поклонившись, поспешил ретироваться.

После пары ничего не значащих вопросов — о погоде, о дороге, о том, как мне понравился город, Неймар перешел к делу. Он откинулся на спинку стула, скрестил руки и посмотрел на меня так, будто уже знал все мои мысли.

— Стив доложил, что вы хотите купить специи. Много специй. Прежде чем мы начнем, скажите, с кем я имею дело? Какие у вас связи?

Я выдержал его взгляд, понимая, что этот вопрос не просто любопытство. Он проверял меня, прикидывал, насколько я могу быть полезен, а заодно хотел понять какого я полета птица. Пришлось вспомнить имя, которое могло бы впечатлить такого человека.

— Я веду дела в Вольных землях и в империи, но я не собираюсь вам раскрывать своих клиентов. Могу назвать одну из фамилий дер Клаузевиц, — сказал я спокойно. — Слыхали, полагаю?

Имя сработало, как надо. Глаза Неймара чуть расширились, и он на мгновение потерял свою надменную уверенность. Дер Клаузевиц это не просто фамилия, это подсказка о том, что я имею дела с высшим светом. Наживка для жирного карпа по имени Нейтан Хаузенхоф.

— Впечатляет, — произнес Неймар, быстро оправившись. Его губы растянулись в тонкой улыбке. — Что ж, раз вы человек с такими связями, я готов вам помочь. Стив сказал, вам нужно много груза. У меня есть шафран, корица, черный перец и многое другое. Все лучшее, что можно найти на юге, — он улыбнулся еще шире. — Готов продать это вам в любом количестве с моей наценкой в сто процентов.

Я вначале не понял что он имеет ввиду и даже задумался. Из задумчивости меня вывел Джон, который аж поперхнулся от такого предложения. Я посмотрел другу в глаза и все понял. Нас решили просто, открыто обмануть.

Видя наши ошалевшие лица, он начал сыпать цифрами и терминами — «фрахт», «ставка порта», «сезонный спрос», явно пытаясь завести меня в дебри своих расчетов. Но я смотрел на него и видел не купца, а торгаша, который привык наживаться на тех, кто не знает настоящей цены. Сто процентов? Это было грабежом, и он прекрасно это понимал. Его тон, его манера говорить все кричало о том, что он считает меня очередным простофилей с материка, которого можно обвести вокруг пальца.

— Нет, — перебил я его резко, не дав закончить очередную выкладку. — С такой наценкой я у тебя ничего не возьму. Ты же хочешь продать мне товар по рыночной цене и сверх того положить еще одну его цену себе в карман? — я был груб, но соблюдать приличия, когда тебя откровенно пытаются обокрасть было за гранью моего терпения.

— Все верно, — кивнул он головой и продолжил следить за нами как человек прекрасно понимающий, что мы в его руках. Это злило еще сильнее.

— Тогда я у тебя ничего не возьму. Найду в другом месте, — холодно протянул я, поднимаясь из кресла.

Неймар замолчал, глядя на меня с легким удивлением, которое тут же сменилось насмешкой. Он наклонился вперед, поставив локти на стол, и его улыбка стала шире.

— Других? — переспросил он, и в его голосе зазвучала издевка. — Вы, видимо, не понимаете, как тут все устроено. Стоит мне сказать слово — и ни один торговец южных островов не продаст вам даже щепотки соли. Я здесь закон. Вы купите у меня, и по моей цене, или уйдете с пустыми руками, а за дерзость я добавлю еще десять процентов сверху. Буду добавлять пока вы не усвоите урок, господин Арно, — он уже не скрывал своего мерзкого настоящего лица.

Неймар откинулся назад, довольный собой, уверенный, что загнал меня в угол. Его охрана, двое крепких парней в дорогих доспехах и с рапирами, стояла неподалеку, лениво наблюдая за нами. Неймар думал, что победил, что я сейчас начну торговаться или вовсе соглашусь, проглотив его условия.

Я не стал отвечать словами. В один рывок я вскочил со стула, выхватил топор, что висел у меня на поясе, и в мгновение ока приставил его лезвие к шее Хаузенхофа. Сталь блеснула в свете солнца, и я почувствовал, как дыхание этого урода сбилось. Охранники дернулись было ко мне, но замерли, увидев, что я в одно движение могу лишить их хозяина головы. Джон, сидевший рядом, подскочил, вытаскивая рапиру.

— Ты, кажется, решил, что я шутки пришел шутить, — прорычал я, глядя Неймару прямо в глаза. Его самоуверенность испарилась, сменившись смесью страха и растерянности. — Я не мальчик с материка, которого можно развести на золото. Ты продашь мне специи по честной цене, или я уйду отсюда с твоей головой вместо груза. Выбирай быстро.

— Ты не выйдешь отсюда живым! Брось оружие и поговорим! — прошипел Неймар. Он не боялся, он думал, что козыри до сих пор у него.

— Уверен? Давай проверим? — рыкнул я. — Теперь никаких переговоров!

Тонкая, красная струйка потекла по шее Неймара.