Безвременье. Империя Невидимых

Глава 9

Лагерь Злосердечных

Днём раньше

Мощный толчок разбудил Товиуса, и он резко сел в кровати. Рядом с ним заворочалась миниатюрная девушка с голубыми волосами. Товиус заботливо накрыл её одеялом и накинул на себя халат. Он нехотя поднялся с широкого ложа и направился к выходу из шатра.

Все обитатели общины спали. Ночь зорко охраняла шатры поселенцев, приютившиеся у отвесной скалы. Товиус пятернёй провёл пару раз по волосам, заставив их не лезть в глаза. Он прищурился и осмотрелся. С одной стороны их община была защищена неприступной скалой, а с другой стоял невидимый щит, надёжно оберегающий лагерь Злосердечных. Товиус понимал, что охранный щит пробить невозможно, так как он сам лично воздвигал его, и ничто не могло бы сломить его чары.

Но что за толчок разбудил его? Ему показалось, будто земля содрогнулась. Возникло ощущение незащищённости, будто щит пал. За всю свою многовековую жизнь он ни разу не испытывал подобного чувства. Прислушавшись к своему внутреннему «Я», убедился, что его тревоги не связаны с какими-то ночными кошмарами. Тогда что это?

Товиус отошёл как можно дальше от шатров и встал на колени. Закрыл глаза и склонил голову, обращаясь к своей покровительствующей Стихии — к силе Ветра. Вначале лёгкий ветерок игриво растрепал его светлые волосы, но уже в следующее мгновение ветер начал крепчать. Он нещадно трепал одежду и волосы парня, склонённого в покорной позе. Ураган грозил смести с лица земли всё, что попадалось на его пути, но шатры поселенцев были в отдалении, а юношу ветер не осмеливался тронуть. Товиус воздел руки к небу и открыл глаза. Он находился в центре воронки кружащего торнадо и именно в жерле этого смерча увидел причину своих ночных тревог.

Он увидел, как красивая девушка с длинными русыми волосами прячет в сумочку половинку от пятидесятирублёвой Купюры. Парень, который стоял рядом с ней, забрал другую половинку и положил к себе в рюкзак…

И тут началось такое, чего нельзя было и вообразить. Временнóй поток, в котором были эти девушка с парнем, начал ломаться и крошиться, выбрасывая из себя людей и предметы. Всё, что находилось рядом с юношей и девушкой, вылетало в огромную брешь во временнóм коридоре, базируя свою собственную линию существования. Тот самый временнóй поток, который изначально нёс парня и девушку, сместил своё русло. Возникли две параллельные реальности. В одной остался поезд с пассажирами. А в другой оказались двое семнадцатилетних, которые на том же самом поезде мчали дальше!

Никто из пассажиров не заметил никаких изменений, потому что всё случилось настолько молниеносно, что даже виновники происшедшего ничего не заподозрили. И вот уже парень с девушкой оказались одни в параллельном временнóм потоке, который начал уносить их вдаль от всего того, что ещё несколько секунд назад было частью их самих.

«Добро пожаловать в мир Невидимых», — ухмыльнулся Товиус, понимая, что ряды обращённых пополнились.

Тут Товиус насторожился. Он увидел то, чего ему не доводилось видеть прежде. Он внимательнее всмотрелся в жерло урагана. Что за призрачная светящаяся нить соединяет запястья юноши и девушки? Напряженно прищурив глаза, Товиус пригляделся и вдруг отпрянул назад — он понял, что это и есть тот самый Связующий Шлейф!

— Ланимер, проснись! Да проснись же, чёрт тебя возьми!!! — Товиус тормошил друга, не обращая внимания на лежащую рядом девицу, ленно таращащую свои удивлённые глаза на внезапного ночного гостя.

— Что случилось? — Ланимер подскочил, и ошалело уставился на друга. — Тебе чего не спится?

— Надо поговорить, — резким тоном сообщил Товиус.

Ланимер нахмурился. Что за срочность?

— Ночь на дворе, а тебе поговорить вздумалось? — проворчал Ланимер, недовольно откидываясь обратно на подушки.

— Если бы ничего не случилось, то я не стал бы тебя будить, — отрезал парень, пытаясь достучаться до сознания друга.

Взволнованный голос Товиуса сделал своё дело — Ланимер убедился, что речь идёт о чём-то из ряда вон выходящем. Он бесцеремонно сдёрнул простыню со своей подружки, не обращая внимания на протестующий вопль, накинул на себя и, глядя на девушку, прошипел сквозь зубы:

— Пошла прочь!

Стыдливо прикрываясь, она подхватила валяющуюся на полу одежду и выскочила из шатра.

— Кто она? — Товиус проводил беглянку долгим взглядом.

— Откуда мне знать? Какая-то залётная птичка из людского рода, — небрежно обронил Ланимер, обвязывая простыню вокруг бёдер.

— Ты очень рискуешь, связываясь с людьми, — назидательно произнёс Товиус и развалился в мягком кресле. — Тебе приходится впускать их в наш временнóй поток, чтобы они могли тебя видеть. Это добром не кончится.

— Опять пытаешься учить меня жизни? — ухмыльнулся Ланимер, садясь напротив друга. — Ты чего это посреди ночи вломился ко мне? Что произошло?

Ланимер небрежным жестом налил коньяк в хрустальные стаканы, один протянул другу, другой пригубил сам.

— Ланимер, помнишь, ещё вначале, когда мы создавали Предметы, голос Предков предупредил нас, что придут двое, объединённые Связующим Шлейфом и разрушат наш привычный мир.

— И что? — вяло спросил Ланимер, неторопливо потягивая жгучий напиток.

— А то, что сегодня эти двое появились! — воскликнул Товиус, отчего глаза Ланимера дрогнули в прищуре.

— Ты уверен? — Ланимер настороженно подался вперёд.

— Конечно, уверен! — фыркнул Товиус и залпом осушил свой стакан. Поставив его на стол, он подробно рассказал Ланимеру о том, что видел в воронке, вызванной Стихией Ветра.

— Неужели это древнее пророчество сбывается? — растягивая слова, произнёс Ланимер и закурил сигарету, задумчиво пуская кольца дыма.

Со времени их обращения в Невидимых ни Ланимер, ни Товиус не изменились, хоть прошло четыреста лет. Оба невероятно красивы, со схожими фигурами. Статные и в то же время мускулистые. Больше их ничего не объединяло.

Ланимер — черноволосый покоритель девичьих сердец, который сам ещё ни разу не ведал мук любви. Черты лица чертовски привлекательные, а в тёмно-голубых глазах постоянный огонёк озорства. Уголки губ насмешливо приподняты, нос прямой, осанка горделивая, движения по-кошачьи грациозны.

Товиус был интересен по-своему. Ему не были присущи манеры и обворожительный вид Ланимера. Лицо Товиуса имело крупные черты, отчего казалось воплощением мужественности. Более грубое, но тоже красивое, обрамлённое светлыми непослушными волосами. Особенно интересным у него был цвет глаз. В спокойном состоянии они были орехового оттенка, но стоило Товиусу разозлиться, как глаза зеленели. А если он о чём-то задумчиво размышлял, они делались жёлтыми. Вдобавок ресницы у него были не просто длинными, но ещё и пушистыми, делая его взгляд невероятно добрым.

За четыреста лет юноши потеряли мальчишеский задор. Посерьёзнели. Несколько возмужали. На вид им было всё так же по семнадцать лет. Однако прожитые годы не прошли даром. Они стали для Ланимера и Товиуса суровой жизненной школой. От этого никуда не деться. Сложно столько лет оставаться теми же ранимыми и чистыми, коими они были в свои семнадцать лет.

И вот впервые за всё время случилось то, чего они опасались. Появились те, кто может повлиять на их жизнь. Объединённые Связующим Шлейфом… Кто они? Для чего они вторгаются в жизнь Невидимых? Что им нужно? Все эти вопросы роились в головах Ланимера и Товиуса, не находя ответов.

Юноши сидели в молчании, обдумывая свершившееся. Если раньше они считали, что предсказание было всего лишь выдумкой их покойных пращуров, то теперь их слова начинали приобретать под собой незыблемый фундамент реальности. Духи Предков оказались правы!

В последнее время много чего происходило такого, что не вписывалось в планы двух основоположников — Ланимера и Товиуса. Вначале этот выскочка — Домиан, создал треклятую Купюру Единения. А чтобы внести смуту в ряды врагов, Домиан позаботился о том, чтобы Злосердечные узнали о создании Купюры. Из-за этого в лагере Тёмных поднялся немыслимый переполох. Одни обрадовались возможности вернуться в свои прежние жизни, другие же, проникнувшись идеей бессмертия, не желали ничего менять. Двум основоположникам пришлось потратить немало сил и энергии, чтобы убедить своих подопечных, что Купюра — всего лишь вымысел. И вот теперь, когда все успокоились, над Злосердечными нависла реальная опасность.

— Ха, кто бы мог подумать! То, во что мы верили меньше всего, вдруг оказывается правдой! — усмехнулся Ланимер. — Ты помнишь, как всполошились все наши, когда узнали про Купюру?

— Ну да… — протянул Товиус, насмешливо закатывая глаза. — Только мы-то с тобой уже знали, что она не причинит никому вреда. Домиан даже не догадывался о том, что наши предвидения будущего всегда точны. Мы всегда на шаг впереди него!

— Ещё бы! Он не столь могуществен как мы! Хотя крови портит много…

Последние слова он произнёс с особым пренебрежением, потому что неприязнь к Домиану вызывала в нём много отрицательных эмоций.

— Ланимер, на твоём месте я бы не стал недооценивать Домиана. Ты же знаешь, что он далеко не слабак. Если бы наши с тобой силы не были объединены, то вряд ли мы смогли бы противостоять Домиану.

Ланимер промолчал, не смея спорить по поводу очевидного. Как назло, именно Домиану благоволили Духи Предков и именно его идеи и суждения были им по нраву. Ланимер злобно ухмыльнулся. Да, в случае открытого противостояния, Духи, скорее всего, поддержат его. Хотя… Хотя кто их знает — они же Духи!!! Предки Ланимера и Товиуса уж точно не переметнутся на сторону Домиана. По крайней мере, Ланимер на это очень надеялся.

— И всё же я уверен, что Домиан нам не соперник, — небрежно подёрнул плечами Ланимер и устало откинулся на спинку кресла. — Сам посуди. Создавая Купюру, он свято верил в неё. И только мы с тобой уже тогда знали, что Купюра будет уничтожена не так, как планировал Домиан. Мы так же знали, что она не подействует на Невидимых! Так и произошло! Её только что разорвали, а Безвременье не распалось!

В ответ Товиус неопределённо покачал головой, оставив при себе свои соображения на этот счёт. Уже ни раз бывало, когда Домиан хитро выкручивался и менял ход событий. Именно поэтому Товиус не до конца был уверен в том, что Купюра безобидна. А если так, то стоило бы завладеть ею. Тем более что Товиус точно знал, что с ней сейчас и где она. Но проблема появления Связующего Шлейфа оставалась нерешённой, и Товиус попытался внести ясность:

— Так что мы будем сейчас делать?

Его вопрос застал Ланимера врасплох, потому как мысли парня витали далеко от возникшей проблемы. Он уже грезил лёгкой расправой над Невидимыми, нёсшими на себе Шлейф. После этого в его планы входило ослабить могущество Домиана, чтобы предотвратить дальнейшие попытки уничтожения Безвременья. Ведь в случае его распада, к Невидимым вернутся все изначальные человеческие качества: видимость, болезни, старость, смертность.

Заметив отстранённость друга, Товиус повторил вопрос:

— Как теперь будем действовать?

— Я предлагаю проследить за этой новоявленной парочкой, а затем уже думать над ситуацией. Может, они выберут нашу Тёмную Строну? — произнёс Ланимер, не особо веря сказанному.

Товиус иронично выдохнул, очень сомневаясь в том, что новички прибудут в их лагерь. Если бы всё было так просто, то пророчество не было бы столь пугающим. Чрезмерная беззаботность друга вывела из себя всегда спокойного Товиуса.

— Чего следить за ними, когда пора действовать? — взорвался он. — Ты что не понимаешь, что реальная опасность нависла над привычным для нас миром?

— Я всё прекрасно понимаю, — Ланимер ледяным голосом охладил разгорячившегося друга. — Именно поэтому я не собираюсь спешить. Я не люблю действовать спонтанно и необдуманно. Ты слишком хорошо меня знаешь, и должен понимать, что у меня всё всегда под контролем. Сейчас новички определятся с выбором Сторон. Если их занесёт на Светлую Сторону, то надо будет просчитать все ходы и внезапно вмешаться в их жизнь, чтобы разрушить Шлейф ещё до того, как он причинит нам вред. Домиан-то не знает о пророчестве! О нём знаем лишь мы вдвоём, так что пока опасаться нечего!

Товиус молчаливо согласился с доводами друга, понимая, что если пророчеству и суждено свершиться, то не сегодня и не сейчас.

Первые лучи солнца осторожно коснулись лощины, в которой расположился лагерь приверженцев Тёмной Стороны Жизни. Огромные деревья с массивными кронами скрывали в своей густой тени шатры поселенцев. Небольшая речушка петляла по лагерю, разбивая его на две половины, каждой из которых правил один из основоположников. По сути, их правление было единым, но из-за того, что река нашла свой путь посреди лагеря уже после того, как сам лагерь образовался, его обитатели подумали, что судьба решила вверить их жизни в руки разных правителей. Ланимер и Товиус не стали спорить с доверчивыми Невидимыми. Каждый из основоположников взял под своё покровительство ту часть лагеря, которая оказалась возле его шатра. Товиус стал предводителем западной части общины, а Ланимер — восточной.

Утро в общине Злосердечных начиналось как обычно. Дежурные по лагерю разожгли костры и приготовили завтрак в огромных котлах. При всём стремлении к цивилизации, на общем совете было решено отказаться от благ современного мира и жить по старинке. Для чего это было нужно, мало кто понимал, но так как бóльшая масса поселенцев была выходцами из прошлых веков, то никто из них не жаловался на трудности быта.

При этом каждый из Невидимых был щедро наделен магическими способностями, которые помогали им противостоять натиску Чистосердечных, периодически нападавших на обитателей общины, чтобы ослабить их силы или привлечь на свою сторону. Магия обращённых была намного слабее могущественной магии основоположников Тёмной Стороны, и поэтому никому даже в голову не могло прийти ослушаться веления предводителей, ясно давших понять, что Светлых необходимо сторониться, так как те приведут к гибели Злосердечных. Вечное противостояние сторонников Тёмной и Светлой Сторон Жизни, стало смыслом существования сотен Невидимых юношей и девушек.

Потягиваясь и зевая, поселенцы покидали свои шатры. Обитатели общины вставали по команде большого колокола, висящего меж двух раскидистых деревьев. До завтрака Невидимые имели возможность искупаться в речушке, несущей свои воды посреди их лагеря. Завтрак обычно проходил в дружественной обстановке всеобщего веселья. Разговоры и смех наполняли общину, обитатели которой собирались у костров. Затем девушки хлопотали по хозяйству, убирая в шатрах, стирая и штопая одежду, готовя еду, пока юноши ходили на охоту, исследовали соседние земли, изучали разные науки, а так же внедрялись в людские ряды посредством интернета и теле-радио вещания. Так они могли быть ближе к людям, чтобы знать об их планах и действиях.

Ланимер и Товиус вместе со своими советниками ни раз обсуждали проблему, созданную Домианом. Предводитель Светлых уничтожил все Предметы, которые могли бы повысить численность Невидимых. Из-за этого у Тёмных не получалось заселить землю себе подобными. Прогнозы на будущее были не радужными. После того, как Конец Света уничтожит многих людей, Тёмные планировали пополнить ряды Злосердечных остатками населения земли. Но теперь это было невозможно.

Что касалось естественного роста населения, доступного людям, то этот способ не действовал у Невидимых. Сказывалось перемещение во временных коридорах. Время у Невидимых было нестабильно, именно поэтому рождение детей было невозможно. В Безвременье не могло рождаться ничего нового, точно так же, как и не могло погибать. Из-за этого все Невидимые были бессмертны, и им вечно было по семнадцать лет.

Это утро было не такое, как все остальные — в воздухе витало напряжение. Оба основоположника ходили с хмурыми лицами, видимо проблемы, гнетущие их, не давали им покоя. Как бы Ланимер не пытался изобразить браваду, у него это плохо получалось. Он воззвал к Стихии Воды, покровительствующей ему, и она предсказала ему глобальные перемены и крах.

После завтрака повелители Тёмных объявили экстренный сбор, на котором должны были присутствовать все советники и приближённые. На совете Ланимер и Товиус посвятили всех в события нынешней ночи. Они посчитали, что опасность, нависшая над их друзьями, чрезмерно велика, и они не имеют права скрывать правду. Слово взял Ланимер.

— Сегодня ночью появились двое Невидимых, которые способны повлиять на наше будущее. Они могут не только изменить его, ни и полностью уничтожить. Они разделили один Предмет, который одарил их могуществом, разрушающим Тёмную Сторону Жизни. Поэтому нам теперь необходимо лишить их этой силы. Для этого нам нужны обе части этого Предмета, одна из которых осталась в том времени, когда Предмет потерял целостность, а другая часть находится в руках этих необычных Невидимых. Я возьму отряд из двух-трёх человек и пойду за ними. Товиус возьмёт другой отряд и пойдёт в тот временнóй отрезок, когда этот Предмет был разделён.

Речь Ланимера была довольно лаконичной, но ёмкой. Семнадцатилетние парни и девушки, в сердцах которых жила страсть к приключениям, оживились. Каждый из них надеялся, что выбор падёт именно на него.

— Выбирай, кого возьмёшь в свою группу, — предложил Ланимер Товиусу.

Обведя взглядом присутствующих, Товиус указал на девушку и парня. Ланимер тоже выбрал двоих помощников и решил, что этого будет достаточно. Он знал, что на этих парней можно положиться, как на самого себя.

Медлить с походом было нельзя — временнóй поток, в котором осталась одна половина Купюры, стремительно ускользал. Основоположники понимали, что чем дальше он удалится, тем сложнее его будет найти и догнать. Помимо этого очень удачно сложились обстоятельства с другой половиной — девушка, которая владела ею, покинула Безвременье, и теперь находилась в нереальном мире, придуманном автором старого гобелена. Узнав об этом, Ланимер удивился беспечности сопровождающих её Невидимых, которые должны были знать, что в нереальных мирах мощь Невидимых пропадает, или же снижается. А если виртуальные реальности были на краю Хаоса, то в них Невидимые даже теряли своё бессмертие.

— Неужели они не понимают всю важность существования половины Купюры? — недоумевал Ланимер, зная, что будь он на месте давно обращённых Невидимых, то не допустил бы такой оплошности, и сделал бы всё возможное, чтобы Купюра не покинула Безвременье.

— Они не могут недооценивать её значение, — возразил ему Товиус. — Скорее всего, они уверены в своих силах. Они и не подозревают о том, что мы всё знаем, поэтому и разгуливают по нереальному миру гобелена.

— Но там они беззащитны и в любой момент наши люди могут напасть на них! — ухмыльнулся Ланимер, строя коварные планы. Такая беспечность Светлых, явно была ему на руку!

— Не забывай, что сторонники Тёмной Стороны Жизни в нереальном мире столь же беззащитны, как и Светлые. Наша магия так же не действует за пределами Безвременья!

— Ну да, — задумчиво согласился Ланимер. — Да и численностью мы не сможем превзойти их, так как в нереальные миры может попасть равное количество Тёмных и Светлых. Ну, ничего, когда нет магии, всегда можно воздействовать на Светлых грубой физической силой.

Ехидная ухмылка легла на лицо парня. Он оценивающе осмотрел выбранную группу друзей и резко произнёс:

— Пора выдвигаться.

Чтобы повлиять на сложившуюся ситуацию, было необходимо вернуться в прошлое — в тот момент, когда Купюра была повреждена.

Товиус готовился к перемещению во времени. В этом ему должна была помочь покровительствующая Стихия — мощь Ветра. Ланимер решил подстраховать друга и воззвал к своей Стихии — силе Воды. Оба основоположника в сопровождении четырёх друзей, выбранных ими, покинули лагерь.

Согласно ритуалу, Товиус и двое его спутников, встали на колени, взялись за руки и склонили головы. Светловолосый предводитель Тёмных закрыл глаза и мысленно обратился к своим Предкам, прося их о поддержке. Духи Предков почему-то не спешили, на зато ветер начал крепчать, свидетельствуя о том, что Стихия готова помочь своему подопечному.

Ланимер с выбранными им парнями, стоял на берегу реки, наблюдая за отрядом Товиуса. Ланимер сел на корточки, чтобы коснуться рукой воды. Его покровительствующая Стихия тут же откликнулась на призыв о помощи. Вода в виде мелких капель отделилась от неспокойной поверхности реки и начала объединяться с ветром, кружащим с неистовой силой. Завывая, ветер образовал воронку, в центре которой оказались трое ребят. Товиус поднял голову, глядя в бездонную черноту жерла торнадо.

Водные брызги помогающей Стихии оросили лицо Товиуса, и в этот момент он явственно увидел тот временнóй поток, который был ему нужен. Ветер отмотал время вспять, вернув Товиуса, Ланимера и их друзей в тот момент, когда двое юных пассажиров разделили Купюру. Товиус увидел, как временнóй поток разделился на два, унося парня с девушкой в Безвременье.

Товиус поднялся с колен, подавая пример своим спутникам. Улучив момент, основоположник Тёмных шагнул вперёд, и вихрь подхватил его, перемещая вместе с двумя единомышленниками в нужный им временнóй поток.