Азимут между пламенем и порчей

Глава 23

16−5

Сработали рефлексы. За миг до падения на каменные плиты я сотворил магические латы и хоть крепко приложился, но ничего себе не сломал, а в стену врезался, уже изрядно замедлившись после нескольких кувырков. Не раскроил череп, не свернул шею. Лекарям досталось куда сильнее, но никто из них вроде бы не зашибся насмерть, а вот на арене без погибших точно не обошлось — и, судя по отблескам боевых арканов, прямо сейчас таковых там становилось всё больше и больше.

Бежать!

Чашу арены разом затопило облако дыма, миг спустя он ворвался в арку, и затянул коридор непроглядной пепельной серостью. Я припустил прочь, но из своих комнатушек начали выскакивать тайнознатцы, пришлось расталкивать и распихивать сбитых с толку учеников и наставников. Замешкался, и впереди вспыхнуло пламя — стремительно растеклось от пола и до потолка, сгустилось и перегородило проход магическим барьером. Всё случилось так неожиданно, что я успел лишь голову руками прикрыть да окутаться обжигающей аурой. На моё счастье, решившие отгородиться от дыма тайнознатцы не успели до предела уплотнить огненную завесу, и пусть пурпур при столкновении с ней и разметало, но монашеский балахон не вспыхнул, а я не упал. Проломился и не остановился. Почти не замедлился даже!

Поднажав, я выскочил на задворки арены, а дым хоть и выплеснулся следом, но сразу заклубился и начал потихоньку рассеиваться. Ни одно из его серых щупалец меня не зацепило.

Ушёл! Да только ушёл ли?

Я ощутил чьё-то внимание, а следом меня окликнуло само небо. Только поднял взгляд, и оно стиснуло в своих отнюдь не дружеских объятиях, попыталось сдавить дух и вогнать в беспамятство — и непременно сдавило бы и вогнало, когда б не наполненное под завязку ядро. Разогнанная по телу упругой волной энергия разметала оковы чужой воли, и я хрипло выдохнул, осознав, что вновь способен двигаться.

Но я — аколит, а вот без ядра такой трюк провернуть не помог бы никакой самоконтроль. Накрывшие школу чары разом вывели из игры всех простецов и адептов, а скорее всего и не только их.

Проявился и замерцал оранжевым над крышами учебных корпусов защитный купол — только сейчас в отличие от дня нашего выпуска он казался истончившимся, ещё и выцветал то тут, то там. Дрогнула под ногами земля, и я рванул прочь, попутно мысленным усилием ускоряя кровоток и снимая вызванную стремительным рывком и последующим забегом усталость.

Где-то в стороне полыхнуло оранжевое пламя, и я запоздало сообразил, что выставить Заряну за ворота до начала поединков требовалось исключительно ради её собственной безопасности. Епископ либо подозревал о грядущем нападении, либо доподлинно знал о нём, но поведать об этом дочери не мог, как не получилось у него и вызвать её под каким-нибудь благовидным предлогом из школы.

Белояр — чемпион репьёв, его невеста никак не могла пропустить поединки с участием суженого, а на арене — резня. И пусть простых учеников целенаправленно убивать точно не станут, от случайностей не застрахован никто. Особенно тот, кто не сможет или не пожелает остаться от схватки в стороне.

Я вывел Заряну из-под удара — честь мне и хвала! — вот только заварушка началась не в полдень, а чуть раньше, и едва ли Белояр и Заряна к этому времени уже успели добраться до ворот. И ладно бы они просто застряли в жилых кварталах, так нет же — наверняка схлестнутся с захватчиками! А ещё где-то тут шастает двоюродный братец Заряны, которому её замужество ровно кость в горле…

Быть может, он отнюдь неспроста запропал куда-то перед открытием турнира?

— Черти драные! — в голос выругался я и завертел головой по сторонам в попытке определиться со своим местонахождением.

Удирал я куда глаза глядят и к этому моменту удалился от арены на приличное расстояние, но за время обучения исходил территорию школы вдоль и поперёк, поэтому сразу сообразил, что достаточно обогнуть учебный корпус и заложить небольшой крюк, чтобы выйти к парку и срезать напрямик через него до жилых кварталов.

Магические искажения накатывали решительно со всех сторон, громыхало в добром десятке разных мест одновременно, тут и там к небу начали подниматься столбы чёрного дыма. Защитный купол мерцал, вспыхивали боевые чары, вытягивались выше крыш домов огненные смерчи, носились в высоте сотканные из чистейшего пламени фигуры.

У соседнего здания разгорелось настоящее сражение, и я побежал к боковому проходу, дабы оставить в стороне главный корпус, в окнах которого мелькали ослепительные отсветы атакующих арканов. Громыхнуло! Прямо на моих глазах одна из стен обрушилась, и по груде каменных обломков из пролома на улицу выбрался ящер размером с железнодорожный вагон. Огнедышащая тварь распахнула пасть и окатила жидким пламенем двух застигнутых врасплох тайнознатцев, а оседлавший её директор школы сотворил нечто вроде кометы, которая рухнула с неба и разметала этих бедолаг в клочья. И тут же откуда-то сбоку прилетел откованный из огня молот размером с человека!

Магическое оружие прошло через возникшую в воздухе завесу, врезалось зверюге в бок и пробило ту насквозь, оставив после себя огроменную дыру. Вымахавший до совершенно невозможных размеров огнедышащий ящер покачнулся и замертво рухнул на землю.

— Сдохни, поганый раскольник! — проорал тайнознатец в огненных латах, и я узнал пропитой голос профессора Сивера.

Он шибанул директора столь убийственными чарами, что я на миг даже ослеп, но удар цели не достиг. Глава школы Огненного репья отмахнулся, и магический фон дрогнул, а боевой аркан профессора снесло в сторону. Заклинание угодило в главной корпус и рвануло, всюду разлетелись каменные обломки, а уцелевшая часть фасада и перекрытия стали плавиться, будто в здании началось извержение вулкана. Лютым жаром налетела ударная волна, меня качнуло и едва не повалило на землю.

Черти драные! Вот это влип!

Миг спустя нагнал оглушительный грохот, но я не обернулся и поднажал, стремясь укрыться в жилых кварталах, где покуда ещё было тихо. Только надолго ли?

Накрывший школу оранжевый купол вдруг погас, и на посадку начали заходить два величественных летучих корабля. На парусах — пылающие чертополохи! Оба судна держали курс на школьный источник, при этом с них то и дело срывались гигантские огненные птицы и взлетали ковры-самолёты. Попутно вниз били разряды чёрных молний, но уж лучше бы экипажи летучих гигантов озаботились поддержанием защитных чар, поскольку ударивший откуда-то с земли огненный луч враз пронзил щит одного из кораблей и вспорол его борт. Повалил дым, судно начало быстро терять высоту, а вот второе хоть и влетело в огненное облако, но прошло через него, всего лишь лишившись парусов и такелажа. Курс его остался прежним.

Длиннополое одеяние сковывало движения, и мелькнула мысль избавиться от него, но вовремя сообразил, что в случае неожиданной встречи с одной из штурмовых групп балахон окажется куда более надёжной защитой, нежели отторжение или обжигающая аура, ведь по монаху боевыми чарами долбить не станут, а вот по случайному ученику могут и врезать. Если разобраться, бить-то тут сейчас было больше и некого!

Нет, жилые кварталы отнюдь не обезлюдели — просто когда их накрыло усыпляющим заклинанием, то подвыпившие аколиты не смогли противиться его хватке точно так же, как не имели шансов остаться в сознании и простецы с адептами. Ученики лежали тут и там, у пивных их бесчувственные тела и вовсе валялись вповалку. Если кто-то и не поддался действию чар, то на виду не маячил и растолкать товарищей не пытался.

«Здесь терниям точно никто сопротивления не окажет», — подумал я, и тут же несомненным опровержением моих мыслей долетел отголосок близкого взрыва.

Черти драные, это ведь точно женишок Заряны буянит, не мог он в драку не ввязаться!

За домами взметнулся к небу огненный фонтан, разлетелась сорванная с крыш черепица. Следующий перекрёсток встретил меня глубоченной воронкой и оплавленными углами ближайших домов, а боковой переулочек пропахала дымящаяся канава едва ли не в аршин глубиной. Отзвуки близкой схватки доносились откуда-то со дворов, и что самое паршивое — отсветы полыхнувшего над крышами пламени оказались знакомого огненно-янтарного оттенка.

Видел уже атрибут Заряны в действии, сразу его проявление узнал!

Лезть в чужую схватку нисколько не хотелось, но деваться было некуда, и я принялся формировать до предела сжатый сгусток проклятого пламени в надежде на то, что тот окажется эффективней обычного огня. Фиолетовый шар, внутри которого бурлила чернота, вместил в себя четверть всей запасённой мной небесной силы, после чего начал понемногу терять стабильность, и я переключился на гашение производимых духом возмущений.

В переулке клубилось раскалённое марево, а целых стёкол в окнах не осталось вовсе, при этом не попадались на глаза и осколки — одни только начавшие застывать брызги. В стенах тут и там зияли оплавленные дыры, а повернул за угол и обнаружил, что фасад двухэтажного особняка напротив превратился в кучу спёкшегося каменного крошева. Бой шёл на его задворках, и я бросился в обход развалин, но сразу хватанул ртом раскалённого воздуха и закашлялся, до того жёстко тот опалил лёгкие. Будто неведомым образом перенёсся в реальность огненных демонов!

Подтверждением этой нелепицы стали оплавленные следы, которые совершенно точно не могли принадлежать обычному человеку. Заметил их и едва не повернул назад. А когда из-за угла особняка плеснуло огнём, то и повернул. Взбежал по куче спёкшихся обломков и забрался в раскуроченную комнату, из неё попал в затянутый дымом коридор и поспешил по нему к чёрному ходу.

Быстрее, быстрее, быстрее!

Время утекало как вода сквозь пальцы, да и удерживать под контролем взрывной аркан с каждым мгновением становилось всё сложнее, того и гляди — рванёт! Вот только спешка могла выйти боком, и я не вывалился из двери чёрного хода, вместо этого чуть приоткрыл её и посмотрел в щель. В лицо повеяло лютым жаром, невольно даже отшатнулся. На заднем дворе гудело магическое пламя — четырёхрукий огненный великан щедро плескал им во все стороны, стремясь если не спалить человекоподобное облако пронизанной оранжем черноты, то хотя бы его замедлить, дабы дотянуться и разорвать, но всё было тщетно. Буйство стихии никакого вреда нематериальному созданию не причиняло.

Сразу стало ясно, что в схватке сошлись Белояр и Горислав, а миг спустя я углядел и Заряну. Барышня понемногу пятилась от принявших истинный облик асессоров — защищавшая её силовая полусфера проминалась и колыхалась, но пока что сохраняла целостность.

Только надолго ли её хватит? И надолго ли хватит Белояра?

Горислав наседал на не слишком-то поворотливого жениха двоюродной сестрицы решительно со всех сторон — при этом легко уворачивался и от встречных замахов, и от свивавшегося в жгуты пламени, а когда тем всё же удавалось захлестнуть его, чернота гасла, и уже чисто огненное облако легко вырывалось из объятий родной стихии. Сам же Горислав атаковал куда более эффективно — лёгкими касаниями он вырывал из противника куски оранжа, пережигал их и вбивал обратно уже ядовитую тьму. Сотканная из чистейшего огня фигура Белояра неуклонно тускнела и темнела.

«Ещё немного исказится аспект, и ему конец», — подумал я, но вмешиваться в противостояние асессоров не стал, решив вместо этого потихоньку утянуть отсюда Заряну.

Чёрта с два!

Очередной удар пришёлся четырёхрукому великану в солнечное сплетение, и тот дрогнул, пошатнулся, перестал истекать пламенем. Облако на миг замерло и приняло облик сотканной из мрака и огня человекоподобной фигуры, тут-то барышня и обернулась ослепительным всполохом! Оранжевый росчерк проломил защитный барьер и ударил в Горислава с такой силой, что асессор пошатнулся. Во все стороны расплескались брызги цвета горелого янтаря, Заряну отшвырнуло. Она вновь стала сама собой, кубарем покатилась по земле. А вот её родич хоть и уменьшился в размерах, но контратаку Белояра не пропустил и перехватил бросок четырёхрукого великана встречным ударом — стремительным и сокрушительным. Огненную фигуру подкинуло в воздух и впечатало в каменную ограду. Та не выдержала и обвалилась, погребя под собой опрокинутого навзничь тайнознатца. Выстрелившие из-под завала огненные жгуты захлестнули противника, обвились вокруг него и попытались не рассечь, так разорвать — Горислав вновь стал чистейшим огнём, и я швырнул в него свой взрывной аркан.

Лови!

Сделал ставку на эффект неожиданности и просчитался! Мой шар почти сразу разметало надвое, и если фиолет помчался дальше и канул в огненной завесе, то чернота выстрелила обратно!

Ошмётки взрывного аркана соткались в копьё мрака, и я вмиг сообразил, что любой мой щит оно прошьёт даже не замедлившись, а потому воспользовался трюком, подсмотренным у директора школы Огненного репья: не просто сотворил силовой барьер, но ещё и отмахнулся им от заклинания, смёл его в сторону!

Отторжение! Удар!

Стена оказалась пробита насквозь, края отверстия начали осыпаться чем-то вроде гнилого песка, а я ринулся из дома и — опоздал! Какой-то доли мгновения не хватило, чтобы выскочить на задний двор до того, как в коридоре взревело чёрное пламя. Оно перехватило меня в рывке, обвилось и попыталось сжечь, но щупальца жгучей тьмы бессильно соскользнули с монашеского одеяния, а лицо я инстинктивно прикрыл руками. Балахон задымился, но не вспыхнул. Защитил!

И я переборол натиск заклинания, вырвался, благо Горислав вновь отвлёкся на своего начавшего разбрасывать камни противника и накрыл четырёхрукого великана столь убойным арканом, что земля вздыбилась, а после раскололась, разошлась в стороны, провалилась, и на месте разлома забурлило озерцо лавы.

Меня качнуло, но я устоял на ногах и ринулся к Заряне.

— Беги, дура!

Девчонка то ли не услышала, то ли не послушалась и метнула в родича нечто вроде огненного пульсара. Череда вспышек едва не ослепила, но я не замедлился и ещё даже больше ускорился — словно крылья выросли, до того помирать не хотелось!

За спиной рвануло, а миг спустя полыхнувшее пуще прежнего сияние обернулось полусферой защитного купола. Тот накрыл и девчонку, и меня, сразу содрогнулся от ударившего в нас заклинания и замерцал, но не погас, сумел отвести удар. Вот только дальше прикрытый защитным пологом участок стены вдруг вспух, и каменная кладка в один миг обернулась драконьей головой с пастью, способной перекусить лошадь.

Заряна охнула, я прыгнул к ней и отшвырнул в сторону, одновременно прикрылся отторжением, а вот напитать его пурпуром уже не успел, и длинный чёрный язык беспрепятственно прошёл через силовой щит, обвился вокруг пояса и едва не раздавил.

Аура!

Взревело порченое пламя, только поздно — меня уже рвануло к распахнутой пасти. Навстречу ударила тугая струя жгучего пламени, следом смертоносным капканом клацнули драконьи клыки, но — жив! Легко спалив облако жгучей порчи, пламя бессильно стекло с монашеского одеяния, не сумев ни прожечь его, ни даже запалить, а клыки раскрошились, так и не прокусив самую обычную вроде бы ткань. Меня сдавило и едва не расплющило, но магический доспех, который прежде обтягивал тело второй кожей, сделался твёрже закалённой стали и не позволил раздавить грудную клетку, а затем драконья голова развеялась подобно балаганной иллюзии.

Подавился!

— Беги! — хрипло выдохнул я, поднимаясь на ноги.

Монашеский балахон тлел и дымился, в остальном же ни от огня, ни от клыков он нисколько не пострадал, словно был соткан не из обычных ниток, а из чистейшей магии.

— Ты же не бросишь своего заступника, сестрица? — прогудело человекоподобное облако чёрно-оранжевого огня голосом Горислава, и я спиной ощутил, как застыла на месте двинувшаяся было к пролому в каменной ограде Заряна. — Мне нужна только ты!

Чёртов лжец!

Крутнув по оправе небесную силу, я до предела стиснул её своей волей, уплотнил и ускорил, соединил с аргументом кровавой руки, выставил перед собой раскрытую ладонь.

— Погоди, Горислав! — хрипло выдохнул и закашлялся из-за пронзившей лёгкие боли. — Давай…

Я согнулся, и тотчас из левой руки выстрелил пурпурный гарпун, увенчанный не зазубренным клинком, но кистью со сложенными копьём кровавыми пальцами.

Миг и — вспыхнуло!

Щит цвета расплавленного янтаря оказался пробит, только брызги пурпура и оранжа во все стороны разлетелись! Увы, но и моя магическая конечность расплескалась вскипевшей кровью, испарилась, перестала существовать. Отдача врезала налетевшим на полном ходу паровозом, силовые узлы свело спазмом, голова мотнулась, и меня едва не опрокинуло на спину — устоять помогла придержавшая сзади Заряна. Я попятился со двора, только куда там! Не сбежать!

И нас бы точно спалили к чертям собачьим, если б от поваленных ворот не прозвучало вдруг отчасти раздражённое, отчасти скучающее:

— Приглашённым участникам турнира воспрещается принимать истинный облик где-либо помимо площадки для поединков!

Человекоподобное облако оранжа и черноты неуловимым образом исказилось, и тут же в руке невесть откуда взявшегося здесь старшего наставника Горисвета рукотворным солнцем воссиял замысловатый амулет. Вспышка полностью выжгла изгибавшийся в объятиях пламени мрак, и смятый чужой волей аватар чемпиона школы Чернопламенных терний вывернулся наизнанку, вновь сделал двоюродного братца Заряны человеком из плоти и крови.

— Нарушители сего правила лишаются гарантий неприкосновенности, — всё столь же невозмутимо продолжил старший наставник, словно на эту самую школу и не напали враги, а сам он отчитывал нашкодившего адепта, а не прихваченного на горячем асессора. — И должны незамедлительно покинуть пределы учебного заведения или же станут законной добычей для каждого из его обитателей!

Горислав вскинул руку, намереваясь избавиться от свидетеля, и упустил тот миг, когда из озерца бурлящей лавы выскользнули огненные цепи с золотистыми крючьями на концах, а потом стало уже слишком поздно. Если в своём мистическом обличье кузен Заряны легко выворачивался из пут фамильной магии семьи Калёных уз, то его реальное тело оказалось оплетено по рукам и ногам буквально в один миг, нематериальные вроде бы крючья глубоко вонзились в плоть, из ран хлынула кровь.

Полыхнуло пламя, разлетелись во все стороны клочья запёкшейся земли, Горислав крутанулся волчком и опутался разрядами чёрных молний, но избавиться от огненных уз не сумел, те рывком затянули его в озерцо кипящей лавы.

— Нет!

Крик оборвался, ударил в небо огненный фонтан, отголосками агонии разошлись кругом магические искажения, и ни один из соперников смертоносную купель уже не покинул, а миг спустя края разлома дрогнули и сомкнулись — только неровная полоса раскалённой земли на том месте и осталась.

— Белояр из семьи Калёных уз пал смертью храбрых и утянул на тот свет своего убийцу — Горислава из дома Пламенной благодати, — официальным тоном констатировал старший наставник и направился к нам со всё столь же бесстрастным выражением лица.

Мне и до того не по себе было, а тут и вовсе паскудней некуда сделалось.

Белояр расквитался со своим убийцей?

Серьёзно⁈

Я видел его в деле, даже становился целью родовой магии семьи Калёных уз — и пусть сейчас могло случиться некое предсмертное усиление чар, но утянувшие Горислава в лаву цепи мало походили на всё виденное мной ранее. Как бы не оказаться неудобным свидетелем.

Чёрт, чёрт, чёрт…

Голова шла кругом, а наполнять лёгкие воздухом удавалось лишь через раз, стоял и сипел, пытался жить. Старший наставник глянул зло и процедил:

— Терпеть не могу подчищать чужие хвосты!

— Я на такое… — хрипло выдохнул я. — Я на такое не подписывался!

Но мог бы и не оправдываться, поскольку Горисвет мои слова проигнорировал и обратил своё внимание на Заряну.

— А вам, барышня, в свете текущих событий следует незамедлительно покинуть школу и отбыть в Черноводск.

Заряна нервно всхлипнула, да я и сам оказался чертовски близок к тому, чтобы зайтись в приступе истеричного смеха.

В свете текущих событий? Покинуть школу? Отбыть в Черноводск?

Как, чёрт меня дери, это можно устроить? И какое до всего этого дело старшему наставнику? Особенно — «в свете текущих событий»?