Айрон и Марион

Эпилог

— Ну где ты, любимая? — седой старичок, ласково улыбаясь, оглянулся назад.

Теперь позади него был виден океан и то, как белогривые волны с шумом бились о скалы, взметая в воздух миллионы сверкающих капелек. Он сидел на самом краю обрывистого берега, свесив босые ноги вниз, и выглядел абсолютно счастливым.

Когда перед ним возникла словно из ниоткуда прекрасная седовласая старушка (всё ещё стройная и невероятно красивая, несмотря на годы), его глубокие тёмные глаза зажглись теплотой и радостным светом. Наверное, именно так выглядит взгляд влюблённого.

Плавной походкой она подошла ближе и подала старичку кружку с чем-то вкусно пахнущим.

— Благодарю тебя, Domina mea, — сделал он первый глоток.

— Пожалуйста, мой дорогой, — грациозно опустилась она рядом с ним.

Обнявшись, они укутались в плед из шелковистой шерсти. Но старичок продолжил шаловливо болтать ногами с обрыва, кидая на старушку хитрые взгляды.

— Теперь ты признаешь, что я была права, когда заставила артефакт выбрать для Айрона именно её и направила их друг к другу? — задумчиво произнесла она, глядя вдаль.

— Да, дорогая, ты снова оказалась права. Праправнучка твоей троюродной сестры по бабушке со стороны отца действительно оказалась для него лучшей партией. Я сомневался, что у них всё сложится.

— Не сомневайся во мне больше милый, теперь эти двое сделают то, что когда-то не смогли мы. Жаль, что так долго пришлось ждать рождения подходящей ведьмы. Не каждая из нас способна на настоящую любовь. А без неё даже с брачным ритуалом хранительница магии не могла бы родиться. Но я была уверена, что Марион сможет полюбить, пусть и при воздействии заклятья бесчувствия.

— Твои сёстры едва не испортили наш блестящий план, — приподнял он одну седую бровь.

— Они боялись, что твой правнук причинит ей вред. Всё же Марион одна из сильнейших ведьм последнего столетия. Вот и защищали её, как могли. Хотя я была против такого вмешательства, но раз решил ковен, то моё мнение уже не было так важно.

— Мало того, и на моего правнука они наложили это заклятье, — нахмурился старичок.

— Перестраховались, — улыбнулась старушка, погладив его по щеке, разглаживая тем самым морщинку между бровей, — ведь если бы он её полюбил по-настоящему, то заклятие не удержало бы её взаимных чувств.

— Но Айрон полюбил, — довольно ухмыльнулся он.

— Да, любимый. Они же созданы друг для друга. Я знала это когда они ещё не родились. А ты всё не мог поверить, что нужно подождать.

— Никогда больше не стану тебе перечить, — поцеловал он её узкую, ухоженную ладонь.

— Ты всегда так говоришь! — рассмеялась старушка.

— Но теперь я убеждён, что на моём троне не будут сидеть вредители и обманщики таких чудесных девушек, как ты.

— Какой ты у меня всё же болтун, Dominus meus! Но я тоже рада, что всё так хорошо начинается. Их ждёт совсем иная, счастливая жизнь, которую они смогут прожить открыто. За нас. А их дочери станут не просто спасением страны, но и положат начало новому магическому роду. Главное, чтобы мои сёстры пока об этом не прознали.

— Мы сможем сохранить эту тайну, милая. И я по-прежнему не хочу, чтобы ты проводила так много времени в ковене.

— Это необходимо, дорогой, — вздохнула старушка, кокетливо поправляя волосы, — ты же знаешь. Иначе я не могла бы повлиять на многие вещи. Например, не отправила бы проверять Марион у алтаря ту, что изначально была против заклятья. А так она сделала правильный выбор и спасла жизнь своему избранному.

— Я тут подумал, а может навестим наших правнуков? Задам трёпку старшенькому, который кидается кинжалами куда ни попадя, поздравлю младшенького, да и малышку побаюкаем. Что скажешь?

— Тогда сам придумывай, как объяснять им, что всё мы ещё живы, — разулыбалась она.

— Им всё равно предстоит узнать, что настоящая любовь дарит долголетие. Думаю, они сами заподозрят неладное уже на второй сотне лет, — прихлопнул он в ладоши и поднялся, подавая руку старушке. — А ещё… я очень хочу провести с тобой свадебный обряд, как положено.

— Ну что ты, любимый, разве теперь это имеет значение?

— Когда-то это было твоим условием и стало моей целью, а мужчины моего рода всегда добиваются своего. Потому я настаиваю, дорогая.

И они обнялись, вспоминая, как всё начиналось.

Когда юный король сообщил соблазнённой им ведьме, для чего она ему на самом деле. Как та едва не уничтожила возлюбленного всплеском магии. Как вместе потом пытались найти выход из сложившейся ситуации и тяжело принимали решение расстаться на время. Как будучи черноволосым красавцем, он клялся ей в любви и умолял не разрушать то хрупкое, что было между ними.

— Если я попрошу тебя остаться, ты останешься? — тогда он неотрывно следил за ней, улавливая каждое мельчайшее движение, каждый взмах длинных девичьих ресниц, мокрых от слёз.

— В качестве кого? — не смогла найти в себе смелости, чтобы поднять взгляд на того, кто так жестоко обманул.

— А в качестве кого ты готова остаться?

— Только в качестве твоей жены, — подняла подбородок юная ведьма, ища в тёмных глазах возлюбленного ответы, — и подальше отсюда. Лишь с тобой одним.

— Я даю тебе слово, что даже если мы уедем, рано или поздно поженимся именно в этом дворце, на глазах у всех, — стиснул он её ладонь и поцеловал, отвлекая от печальных дум.

Тогда они бежали из страны, а потом молодая мать была вынуждена оставить своих детей, чтобы сохранить жизнь (ведь никто не принял бы малышей от настоящей ведьмы, и её саму бы преследовали) и воссоединиться с любимым позже. Затем оба уже не молодых родителя наблюдали за своими сыновьями и их потомками издалека, ожидая подходящего момента, чтобы исправить ту несправедливость, которая настигла их всех и едва не лишила главного — любви. Но именно её они смогли пронести через многие-многие годы и передать своим наследникам волею смилостивившейся над ними судьбы.

КОНЕЦ