Айрон и Марион

Глава 28

К счастью, целовать никого Айрон не стал… А неприятное ощущение у меня внутри — этот вовсе не разочарование, а… всего лишь злость. Точно. Я очень на него злюсь, что ведёт себя так непонятно. И не более. Мне же вовсе не хотелось, чтобы он меня целовал. Совершенно.

Однако отчего-то, сделав шаг назад, он победно усмехнулся, словно бы угадал мои мысли.

— Последний раз предлагаю проводить в купальню, — приподнял одну бровь.

— Но ты же не пойдёшь со мной?

— И как же вы тогда дойдёте? — съехидничал он.

— Я имела ввиду, что только проводишь и уйдёшь?

— Если вы пожелаете, я останусь, — и снова эта его странная улыбка, будто намекает на что-то неприличное.

— Что… — я задохнулась от возмущения. — Да как ты…

— Мне кажется, или моя госпожа смущена?

— Вот ещё! Просто твои намёки непозволительны!

Он выругался на незнакомом мне языке.

— Здесь всё иначе, ясно? — раздражённо посмотрел прямо в глаза. — Хватит цепляться за нормы приличия своей страны. И тем более притворяться порядочной леди.

Я вспыхнула до корней волос.

— Притворяться?

Не хочет же он сказать, что я какая-то распутная⁈ Айрон вдруг вздохнул и развернулся к двери.

— Вы идёте? — его голос снова стал ровным, словно не он только что обвинял меня во всяком. И выяснять отношения сразу как-то расхотелось.

— Иду, — смиряя гордость и убеждая себя, что он имел ввиду что-то другое, постаралась ответить с достоинством. Всё же желание быть чистой было сильнее.

К тому же, проводив меня до купальни, Айрон объяснил, как пользоваться необычными артефактами, и действительно вышел, пообещав прислать позже хозяйку дома с чистой одеждой. Разумеется, дверь я сразу же закрыла за ним на крючок. Странный способ закрываться, ну да ладно.

Искупнувшись, обернулась в полотенце, ожидая одежды. Волосы решила не мыть, потому что с моей длиной, сохнуть они будут до вечера, а отправляться в дорогу с мокрыми — то ещё удовольствие.

Когда раздался стук в дверь, без всяких сомнений откинула крючок, и толкнула её вперёд, натыкаясь взглядом не на миловидную женщину, а на высокую, статную фигуру Айрона. От неожиданности вместо того, чтобы тут же закрыться снова, замерла на пороге. А он без стеснения окинул меня внимательным взглядом и молча протянул стопку из разных тканей. Я приняла её, опустив глаза в пол. Но стоило ему приблизиться, как отпрянула, отгораживаясь только что полученной одеждой.

— Какая робкая у меня госпожа, — не удержался он от очередной подколки.

— Да прекрати ты меня так называть! — тоже не выдержала, каждый раз теперь сгорая со стыда, когда вспоминаю, что тут у них это означает.

— Мне казалось, что прежде…

— Айрон! — метнула на него гневный взгляд. И усмехнувшись, он снова перевёл тему:

— У нас совсем немного времени, чтобы перекусить, и пора отправляться в дорогу.

— Я буду готова через минуту, — решила тоже идти навстречу, если он прислушался, переставая меня поддевать.

И как только мужчина покинул купальню, оделась в рекордные сроки. К счастью, никаких платьев с корсетами мне не принесли. Тут был удобный комплект, состоящий из брюк, рубашки и тонкой сорочки. Всё это было мне немного велико, но вполне терпимо.

После быстрого завтрака мы уселись в повозку и отправились в дорогу. Только тогда я решилась задать ему ещё несколько вопросов.

— Ты можешь рассказать мне хотя бы об этой стране? Какие у вас здесь порядки, правила, законы…

Не договорила, потому что наткнулась на странный, задумчивый взгляд Айрона. Это было непривычно, ведь обычно он смотрел на меня совсем иначе. Сейчас же казался немного даже растерянным.

— Что-то не так?

— Думаю, пригодятся ли вам ответы на мои вопросы, — ответил он без привычной иронии.

— Что ты имеешь ввиду? Сам же настаиваешь на том, чтобы я оставалась тут, упрекаешь, что не знакома с местными обычаями, значит, конечно мне нужна эта информация.

Мужчина встряхнул головой, будто отгоняя неприятные мысли, и тут же вернулась его обычная холодная маска.

— Всё ещё рассчитываете сбежать?

— А это единственная причина, по которой можно интересоваться новым для себя местом пребывания?

— Когда доберёмся до замка, я прикажу снабдить вас книгами, прочтёте всё необходимое.

Ишь какой, прикажет он. И что, корона с головы свалится, если сам расскажет?

— То есть всю дорогу мы будем молчать?

Он усмехнулся.

— Был бы за это весьма благодарен.

Мои щёки вспыхнули. Это он сейчас намекнул, что я слишком много болтаю? Выпрямившись и расправив плечи, отвернулась к окну, пообещав себе даже в случае крайней необходимости к нему не обращаться.

Но долго не смотреть не смогла. Во-первых, потому что вновь, как уже бывало прежде, ощутила жар на запястье. И хотя рун видно не было, но я чувствовала каждую. Не сказать, что очень приятные ощущения. Во-вторых, дыхание Айрона стало тяжелее, а его напряжённая поза показалась какой-то неестественной: плотно сомкнутые веки и губы, вздувшиеся вены. Так здоровый человек не выглядит.

— Что с тобой?

Он словно и не услышал, вообще никак не отреагировал. Представляю, что со мной сотворят, если приближённый к королю или его родственник, отойдёт в мир иной в повозке наедине со своей бывшей хозяйкой. Тогда лучше бы мне вернуться в свою страну. Там по крайней мере я знаю, что меня ожидает.

— Айрон, что с тобой? — повторила, пересев к нему ближе и коснувшись его ладони. Она пылала. А когда глаза мужчины открылись, в них был тот самый золотой водоворот. Он затягивал, завораживал и пугал одновременно.

Его рука вдруг оказалась поверх моей, а запястье словно в тиски сжали. Я тихо выдохнула и попыталась освободиться. Но он не позволил.

— Айрон… ты причиняешь мне боль.

— Только… сейчас? — прохрипел бывший раб странную фразу.

— Что сейчас? Ты сжимаешь мою руку, это неприятно, знаешь ли.

Мужчина вдруг расхохотался и чуть оттолкнул меня от себя, отпуская. Пока он смеялся, едва ли не утирая слёзы, я жалась к углу повозки и прикидывала, что буду делать, если он сошёл с ума. Последнее сомнений не вызывало.

Когда смех прекратился, из его уст снова вылетело очевидное ругательство, судя по тону, а потом он приблизился ко мне, заглядывая в глаза, рассматривая лицо, к которому протянул руку и обжёг горячим прикосновением.

— Может тебе отдохнуть? — предложила, не решаясь сейчас грубо просить отодвинуться.

— Это тебе нужно отдохнуть, — грустно усмехнулся он, а для меня свет погас.

Пришла в себя я в той же повозке, только она уже не ехала. Правда, и Айрона в ней не было. Решив, что у нас плановая остановка, вышла, даже не задумавшись о безопасности сего мероприятия. И тут же замерла.

Повозка стояла прямо у высоких ворот, ограждающих огромных размеров замок. Тот самый, что прежде видела издали. Железные прутья извивались виноградными лозами, очерчивая территорию. И эта граница была очень хорошо заметна. С этой стороны — пыльная дорога, вымощенная плиткой, глубокий ров. А с другой — обилие зелени и цветов, мраморных статуй, скамеек, беседок.

Засмотревшись, я не сразу обратила внимание на главное… Повозка была окружена стражами в металлическом обмундировании с мечами и пиками, и все они были направлены… на меня. Попятившись, упёрлась в дверцу повозки, то та уже пришла в движение, прорываясь сквозь оцепление без проблем. Зато в кругу этих чудесных, гостеприимных людей (и пары орков, судя по габаритам и зеленоватым кистям рук) осталась я одна.

Оглянулась по сторонам, но Айрона нигде не было. Вообще нигде. Он меня бросил… Безусловно, как мой раб, он должен был меня защищать, но как оказалось, здесь он мне вовсе никто. И если занимает не последнее положение при короле, то вполне мог хитростью заманить меня сюда и отомстить вот так…

Когда один из мужчин двинулся ко мне с холодным оружием наперевес, я рефлекторно отшатнулась и прикрыла лицо и шею рукой. Но наткнулась спиной на такое же острое металлическое основание, отчего пришлось вернуться в исходное положение. Круг становился уже, а я металась в нём, не зная, что делать.

— Я ничего плохого не сделала! Я приехала с Айроном! Вы знаете его?

Слова звучали жалко. Но за металлическими шлемами не было видно их выражения лиц, и я не могла понять, что думают эти жуткие мужчины, какой приказ им отдан. Было ужасно страшно. Уж в какие только переделки я не попадала, но такое случилось впервые.

Сбоку послышался шум, и когда я обернулась на него, то оторопела ещё больше. К замку приближалась огромная толпа людей, судя по одежде и вилам в руках, крестьян. Вот только эти вилы и их гневные окрики, кажется, тоже были обращены на меня…

Что я им всем сделала⁈

Тут стражи развернулись через одного спинами ко мне, не позволяя толпе приблизиться. Те, что смотрели в мою сторону, так и тыкали в меня всякими с острыми предметами. Их поведение свидетельствовало о том, что позволять забивать меня на месте не намерены, но и мне не доверяют. Словно я какая-то ужасная преступница. Что в своей стране, что в этой.

Под конвоем, ничего не объясняя и не отвечая на вопросы, меня отвели в замок, но не через парадный вход, а через чёрный, к тому же ведущий куда-то вниз. В лицо пахнуло сыростью и спёртым воздухом. И как-то сразу стало ясно, что гостить мне тут не понравится…

Всё так же молча, стражи впихнули меня в камеру, иначе и не назовёшь, и захлопнули тяжёлую дубовую дверь с металлическими перетяжками. Даже если бы они не закрыли с той стороны на широкий засов, без посторонней помощи я её точно бы не открыла.

Оглядевшись, поняла, что действительно нахожусь в камере. Приходилось прежде бывать и в таких местах по долгу своей профессии. Кровать, уборная в углу, деревянный стол и стул. Вот и всё убранство. Порадовало лишь наличие хоть и тонкого, но всё же одеяла. Укутавшись в него, села на постель, подобрав под себя ноги.

Молодец, Марион. Сбежать из одной страны, чтобы не попасть в тюрьму, в другую на тех же условиях — это конечно просто победа…

А ведь ещё утром Айрон провожал меня до купальни, следил, чтобы позавтракала и принёс свежую одежду… Зачем он всё это делал, если планировал посадить меня не понятно за что за решётку? Когда предупреждал, что будет несколько иначе относится, подобного даже предположить не могла.

Но видимо, мой бывший раб готовил мне сюрприз, не иначе. Раз решил не распространяться заранее о правилах местного гостеприимства. Что сказать… Если хотел удивить меня, то ему это отлично удалось. А теперь можно, пожалуйста, как-то объяснить, что происходит?

Да только что-то никто не горел желанием объяснять.

Я не знала, сколько прошло времени, когда дверь заскрежетала первый раз. Поднявшись, отошла на всякий случай дальше от неё. Разумеется, если кто-то захочет меня отсюда вытащить, это не поможет. Но и лишний раз нарываться на близкое общение с местными тюремщиками желания не возникало.

Огромный стражник из орков, направляя на меня пику одной рукой, прошёл к установленному в моей камере столу и оставил на ней поднос с местными деликатесами. Не иначе. Второй стоял на пороге и следил за каждым моим движением.

— Господа, — подала я голос, а оба визитёра вздрогнули и приняли боевые стойки. — Здесь произошла какая-то ошибка… Я не понимаю, что происходит. Наверняка меня просто спутали…

Они заговорили между собой на том самом неизвестном мне языке, среди всех слов я разобрала то, что слышала ранее. Tutus! Так называли те люди, у которых мы провели ночь, Айрона!

— Вот именно! Позовите этого вашего Tutus-а! Он всё объяснит. Он меня знает! Пожалуйста…

Отбежав от меня, как от прокажённой, оба скрылись снова за дверью. Разве что через плечо не поплевали. Нашли, конечно, опасную преступницу.

Вопреки ожиданиям, обед местных заключённых оказался вполне съедобным. Не для меня же отдельно его готовили. Доев всё до последней крошки (вдруг это мне первый и последний раз еду принесли), я снова забралась на постель, гипнотизируя дверь.

Она открылась вновь, когда меня уже клонило в сон. И в камеру вошёл… А это точно Айрон? Дорогая, вычурная одежда и собранные, а не распущенные в беспорядке тёмные волосы делали его совсем другим. Хотя нет. Судя по надменному выражению лица, это точно он.

Мужчина показательно поморщился, оглядевшись. Будто это я виновата, что вынуждена сидеть тут и не подобрала лучшего места для встречи. Затем он что-то там сказал двоим стражникам и брезгливо кивнул на грязную посуду на столе. Её тут же убрали.

— Ты должна стоять, когда рядом нахожусь я, и руки держи на виду, — выплюнул он в то время, пока стражники не скрылись из виду, прикрыв за собой дверь.

Я встала на ватных ногах и не нашлась, что ответить на грубый тон. Про руки вообще не поняла. А когда он шагнул ближе, отпрянула. Потому что за последние половину дня точно в меня только и делают, что тыкают острыми предметами. Даже привыкла уже и опасалась вообще всех. Для профилактики.

Айрон остановился. И молчал. Но когда подняла голову, его злое выражение лица сменилось на обычное. Стало не так страшно…

— Ты это спланировал? — спросила, даже не надеясь на ответ.

Ну собственно, его и не получила. Мужчина продолжал молчать и смотреть.

— Что… будет дальше?

— Я не знаю, — покачал он головой. И развернулся, похоже, чтобы уйти!

Зачем вообще тогда приходил? Просто убедиться, что жива? Или порадоваться, что я теперь в худшем положении, чем он? Но какова бы ни была его причина, он единственный тут, кого я хотя бы немного знаю.

Кинувшись к нему, схватилась за горячую ладонь. Сама толком не понимала, зачем. Он только что сказал, что не знает, что будет со мной дальше. Он заманил меня в ловушку. Он играл всё это время. Но мне страшно оставаться здесь одной, не зная, чего ожидать. Только и попросить его не уходить или что-то сделать не решилась. Просто держала его руку. И пальцы не слушались, чтобы отпустить.

Мужчина наклонился ко мне, почти касаясь губами уха:

— Я предупреждал об изменениях раньше. Это они. Но и всё остальное тоже правда.

Вот спасибо за предупреждение! Только и речи не было же про тюрьму! Я подняла на него взгляд и решила пока уточнить самое главное, про собственную безопасность:

— То, что эти рун…

Он закрыл мне рот рукой, а потом резко оттолкнул.

— Если ещё раз коснёшься меня без позволения, пожалеешь, — проговорил громогласно, и в камеру вбежал небольшой взвод стражников…