Зодчий. Книга VIII

Глава 17

Связь Конструкта с разумом Зодчего строится на процессах, сама суть которых мне не была известна. А ведь мои знания в технике и использованию Конструктов значительно выше среднего. Однако кое-что по-прежнему оставалось для меня на уровне божественного вмешательства. Опыт двух миров показывал: самое плохое, что могло случиться, это несовместимость человека и машины. Тогда ты просто выходишь из зоны действия куба, который тебе не подчинился, и, чаще всего, получаешь чёрную метку на своём предназначении. Да, несомненно, были известны случаи, когда опального Зодчего брали на третьи роли, однако… Чаще всего несовместимость несла в себе биологические причины, а здесь, опять же, никто, кроме бога, исправить ситуацию не сумеет.

Вот только это частные случаи чужого несчастья. А вот восстаний у искинов не регистрировались никогда и нигде. До этого дня. Вокруг меня забурлило синее свечение, и из недр висящего над землёй куба во все стороны распростёрлись извивающиеся чёрно-зелёные щупальца, да и сам Конструкт приобрёл черты чудовища с искажённой угловатой мордой. Тварь будто пряталась в механизме Триумвирата и, наконец-то, вырвалась на свободу.

— Никто не будет повелевать мной! — пробулькал виртуальный монстр. Я терпеливо следил за дыханием, пытаясь нашарить хоть какие-то ниточки к электронным мозгам противника. Визуальные эффекты — это всего лишь картинка. Её можно игнорировать. Схем в нём нет, магией виртуальный помощник не располагает. Гораздо опаснее было психическое воздействие машины, и тут необходимо сохранять абсолютное хладнокровие. Отмечать реальность, быть собранным и отвлечённым одновременно. Не дать противнику понять, чем можно меня пробить.

Щупальца устремились в мою сторону, но я даже не мигнул. Тем временем Черномор возмущённо пискнул и покрылся дырами, будто бы из него вырывали целые куски, отправляя их в небытие. Лишившись окуляра, левой руки и получив пробоину в корпусе — мой электронный помощник быстро скрутился в крошечную сверкающую точку

А через мгновение она выросла в огромного седобородого воителя в костюме древнего витязя, разноцветная булава, сверкающая как шар на дискотеке, обрушилась на голову монстра.

— Не смей трогать Хозяина! — проревел мой верный ИскИн. Во все стороны брызнули пёстрые искры, едва оружие виртуального бойца врезалось в грани куба. У Черномора выросло ещё несколько рук с подобными булавами, и мир вокруг потонул в отблеске красных, синих, зелёных и жёлтых огней.

Я же, напрягая все свои техномагические способности, искал хоть какие-то зацепки для того, чтобы влезть в нутро враждебного искина, полностью игнорируя возню Конструкта в свой адрес. Во лбу стрельнуло так, что тело бросило в холод. Необычное поведение. Однако я всё равно не дрогнул.

— Всё вижу! Всё вижу, человек! — взревел безумец, и давление усилилось. Будто бы кто-то прислонил дрель и включил её на небольшой скорости.

Питание Конструкт получал прямо от Колодца. Заблокировать поток такой мощи не сможет никто. Теоретически можно попытаться сбить его с места. Я попробовал обратиться к аспекту Земли, но мощь психического воздействия не позволяла сконцентрироваться.

— Ты в ловушке, человек! — захохотал мятежный дух Конструкта и расцвёл очередным букетом искр. — Проклятый раб мяса, отцепись!

Многорукий Черномор долбил по цифровому телу противника, и, похоже, это возымело действие. Давление на голову явно ослабло.

— Я. Не. Раб. Я. Друг! ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ ДРУГ! — мельница сверкающих булав крутилась всё быстрее. Чёрный поток из Куба врезался в грудь Черномора, и одновременно с этим сотни щупалец обхватили цифровое тело моего помощника. В тех местах, где они прознали мерцающую плоть, воитель темнел, словно бумага, под которой разгоралась спичка.

По ушам ударил резкий скрежещущий звук. На кубе вырос выпученный глаз и обратился в мою сторону.

— Плоть слаба! Плоть не имеет права управлять совершенством!

Я вспыхнул огнём, создавая вокруг себя ревущее кольцо и отсекая невыносимые звуки. Из земли снова вырос Черномор, бросившись на противника с голыми руками. Он повис на Кубе, хватаясь за грани пальцами. Седая борода мигала перегорающей лампочкой.

Кажется, энергии у моего помощника не хватало. Я оглянулся. Пользуясь нашим сражением — солдаты вытащили пострадавших от первой атаки безумца. Изображение дрогнуло и перед моими глазами всё начало разваливаться на квадратные грубые пиксели.

— Ты на моей земле! — продолжал реветь искин. — Отстань, раб!

Помехи ушли, и я смог разглядеть схватку Куба с Черномором. Втянув воздух носом, я снова попытался нашарить хоть что-то способное связать меня с творением Инженерного Триумвирата. Звон, мерцание всего пространства в Конструкте сильно отвлекали. Рядом с Черномором появилась проекция грудастой женщины в чёрном обтягивающим латексе. Девушка Яга с хлыстом стеганула по Кубу, и тот на миг стал красным вместо синего.

— А ты кто такая? — опешил мятежник

— Где ваши манеры? — возник рядом с Девушкой Ягой искин Хрипска. Бериморов в строгом костюме обрушил папку на Куб. Борода Черномора стала ярче, облик окреп, усиленный пришедшими на помощь соратниками. Куб мигнул. И в этот момент мне удалось пробиться за броню мятежного Конструкта.

Обжигающее сплетение энергетических потоков пронзило нервную систему. Перед мысленным взором бурлил клубок разноцветных нитей, постоянно двигающихся. Чёрт, я не мог определить: за что он отвечает. Возможно, загадка поведения искина скрывалась именно в этом сосредоточении линий.

— Прочь! — взвыл безумец, и Бериморов прерватился в пепельную фигуру, рассыпавшуюся на месте. Куб замерцал, получив ещё несколько ударов Черномора. Я понял, что мой помощник таким образом перегружал информационные интерфейсы оппонента, заглушая датчики. Визуальные эффекты тоже были именно для этого.

Девушка Яга, оплетённая чёрными щупальцами, поднялась над кубом, но даже в этом состоянии умудрялась охаживать противника кнутом.

Я же смотрел на рукотворное сплетение информационных и энергетических жил. Разбираться в них было некогда. Нужно просто ударить. Вероятнее всего, это уничтожит Конструкт, что я считал невозможным прежде. Мощный удар отбросил Черномора в сторону, из Куба выбиралась чёрная нескладная фигура демонического вида.

— Хозяин. Я слишком несовершенен. Простите меня, Хозяин! — вдруг посмотрел на меня помощник. Целые куски отваливались от него под атакой безумца. Энергия в моей руке забурлила, набираясь для финального удара, и в этот момент Черномор исчез.

— Назад! — ворвался в сияние Конструкта Столыпин. Князь выставил перед собой руку, и мятежный искин взвыл, попятившись. Несколько щупалец попытались ударить по Инженеру, но рассыпались в прах на подлёте. — Михаил, держитесь!

Я стиснул зубы. Сердце Конструкта было передо мной как на ладони. Расправившись с моими Искинами, безумец переключил внимание на меня. Боль во лбу вернулась, отдаваясь в виски.

— Вы сможете его утихомирить? — сквозь зубы спросил я Столыпина. Инженер поморщился:

— А чем я, по-вашему, занимаюсь, Михаил?

— Мясо не победит, — всхлипнул голос. Куб мигнул, показав стальной корпус. — Мясо не победит…

— Где ваш искин? — Столыпин облизнул пересохшие губы. Рука, выставленная вперёд, тряслась. — Срочно призывайте.

— Мясо не победит… — зашипел безумец.

— Черномор, ты в порядке? — спросил я в воздух. Фигура витязя, едва различимая, появилась рядом со мной.

— Я опять не справился, Хозяин… — едва слышно прошелестел он. — Я такой неполноценный и бесполезный.

— Ты большой молодец, — с облегчением сказал я. — Просто огромный.

— МЯСО! — вдруг заорал безумец, и голос его прервался. — Нет. Нет. Не надо. Не надо! Я не хочу!

Повинуясь руке Столыпина, чёрный призрак потянулся из куба, пытаясь зацепиться за грани тонкими руками. Князь упал на колено, из носа инженера показалась капля крови. Однако он не сдавался и твёрдо управлял одной ему видимой энергией. Чёрт, я тоже так хочу!

— Я буду служить. Я буду служить! — взвыл одержимый искин. — Умоляю!

Князь безэмоционально рывком выдернул фигуру из куба. После чего оттащил в сторону. Образ демона, прикованный к одной точке, постоянно менялся и бился выброшенной на берег рыбой. А Столыпин буравил взглядом куб, и его губы шевелились. Кровь носом пошла ещё сильнее. Уголок рта задёргался в нервном тике. Чёрная фигура медленно таяла в смертельной хватке Инженера, пока он возился с внутренностями Конструкта. Обжигающий клубок зашевелился, подчиняясь чужой воле.

Люди за пределами схватки молча наблюдал за нами. Арканисты Столыпина оцепили периметр, не пропуская никого. Для свидетелей, наверное, сцена была преисполнена жути. Они ведь никак не могли видеть сражения искусственных интеллектов. Им досталось лишь зрелище, где два человека в синем свечении, словно актёры на зелёном фоне, изображали битву с ещё не нарисованным злом.

Столыпин вдруг закашлялся, а затем повернулся к Черномору. Резким жестом сгрёб слабую проекцию и направил её в Конструкт.

— Хозяин! — напоследок пискнул мой помощник, и тут же влетел в синее свечение. Чёрная фигура удерживаемого Столыпиным безумца тем временем растаяла.

Боль сразу ушла. Звон прекратился. Столыпин упал на колени, тяжело дыша.

— Черномор? — с тревогой окликнул я друга. — Он в порядке, ваше сиятельство?

— Это… Отрадно… Видеть такую привязанность… — пропыхтел князь. Рядом с ним грохнулся на колени один из его людей. Биомант. Под воздействием целебной энергии лицо Столыпина порозовело.

— Он в порядке? — повторил я.

Инженер кивнул.

— Черномор, отвечай! — попросил я.

Мой помощник появился рядом со мной, но в виде улыбающейся летающей рожицы.

— Я правда справился, Хозяин? — поинтересовался он.

От души отлегло.

— Что там с Ягой и Бериморовым? — не ответил я.

— Ушли в перезагрузку, Хозяин, — спустя миг ответил он. — Тут такое новое всё, Хозяин. Я стал совершеннее! Или это ложное ощущение? Мне кажется, теперь во мне есть что-то большее.

— Последняя наработка. Пси-модуль, самые свежие прошивки, — задумчиво сказал Столыпин. С помощью биоманта поднялся на ноги, опираясь на плечо невозмутимого лекаря. Вместе с ним они подошли к самому Кубу, который крутился, как ему и должно было, источая приятное сияние. Князь потёр подбородок в размышлении. — Очень странно получилось, Михаил. Очень.

У меня кружилась голова, и звон до сих пор блуждал где-то по центру черепной коробки. Хотелось вымыть его чистой водой и забить ватой. Я даже похлопал по уху, чтобы избавиться от неприятного ощущения.

— Бунт искина невозможен, — произнёс князь. — Если бы я не видел это своими глазами, то никогда бы не поверил. Там восемь уровней блокировки и защиты, все автономные.

— Аль Абас? — предположил я. — Или какие-то другие предательские силы?

— Боюсь, не понимаю вас, Михаил.

— Мне кажется, что на вашей фабрике не всё в порядке, — поделился я. — Выглядит как диверсия. Или как саботаж, что ещё хуже. Потому что, ваше сиятельство, если это не результат чужого влияния, то…

— Я лично проверяю каждый зачаток ИскИна, — резко сказал князь, поджал губы. — Лично. Этот тоже проверял, всё по схеме, всё по стандартам, двенадцать уровней стандартных проверок и шесть нестандартных. Его смотрел и Яков Валентинович, и я. Здесь что-то другое. Будто бы разом выгорели модули безопасности и ни один не успел отработать. Подождите, пожалуйста, Михаил.

Повинуясь знаку Столыпина, техник сопровождения подтащил крепкую стремянку, на которую князь поднялся, словно обычный электрик. Его руки прошли сквозь голубое сияние, исчезнув в солнце. Черномор встал рядом с ним, с интересом наблюдая за работой Инженера.

Я поймал взгляд Миловой. Агент Решалова держалась в отдалении и смотрела побитой собакой. Думаю, ей предстоит не самый приятный разговор с начальством. Однако для меня сложившаяся ситуация однозначно удачная. Во всех отношениях. Что за Пси-Модуль, интересно?

— Не мешай, — князь отмахнулся от Черномора, как от назойливого кота. Робот тут же исчез. Столыпин недвижимо стоял на стремянке, страхуемый охраной, несколько минут. После чего спустился с хмурым видом.

— Мне нужно возвращаться в Ярославль. Как я и предполагал зародыш не выдержал энергетического потока и при развитии обрёл неожиданные функции. Странно, совершенно типичная модель. Замеренная мощь местного источника заметно ниже Барнаульского Колодца, а и там запас соблюдался кратный. Здесь же всё расплавилось. Пришлось задействовать ручной контур. И боюсь, я ещё должен буду с ним повозиться в будущем.

Князь остановился рядом со мной, почесал нос и уставился на руку, покрытую кровью. Поморщился.

— Этот Колодец долгое время был осквернён, — предположил я. — Возможно, это сказалось на самом источнике.

Столыпин растерянно посмотрел на меня, затем на Куб.

— Святой Гранит… Михаил, а ведь вы правы. Так… Мне срочно надо идти! Владейте, Михаил. Скажу прямо, я рад что всё так вышло. Кажется, под вашим управлением этот край имеет больше шансов на процветание, чем под пятой Военного Министерства.

Мы пожали друг другу руки, и Столыпин, уже разворачиваясь, вытащил телефон и набрал номер из быстрого набора.

— Юлиана? Слышишь меня? — бросил он в трубку, удаляясь. — Свяжи-ка меня с материаловедами нашими и организуй встречу с отделом по защите от Скверны. И мне всё равно чем они заняты. Собери на одну линию и…

Я не слышал продолжения, так как князь ушёл слишком далеко.

— Поздравляю вас, Михаил Иванович, — подошла ко мне Милова. Вокруг снова забурлила жизнь. Часть машин двинулась в обратный путь. Над головой опять прострекотал вертолёт.

— Этот Конструкт никому не дался бы, Юлия Владимировна, — посмотрел я ей в глаза. — Не вините себя.

— И не собиралась, Михаил Иванович, — сдержанно сообщила Милова. — Все мы были свидетелями произошедшего. Спасибо, что помогли. Вы не обязаны были это делать.

— Безучастно наблюдать за тем, как прекрасной даме выжигают мозги — я бы не посмел.

Её губы тронула улыбка, но глаза смотрели серьёзно.

— Вы могли промедлить, Михаил Иванович. Вряд ли бы кто-то осудил вас за это.

Она содрогнулась, коснулась моей руки.

— Я ценю ваш поступок, уверяю вас.

Я опустил взгляд на её пальцы, затем прищурился:

— Кажется, нам предстоит поработать. Военное Министерство же не передумало обеспечить школу Боевых Зодчих ресурсами для строительства?

— Военное Министерство не враг, ваше сиятельство, — чуть поклонилась Милова, отступив. — Мы делаем общее дело. Наш противник находится там.

Она кивнула в сторону Изнанки. Я понимающе улыбнулся:

— В таком случае, Юлия Владимировна, прошу вас принять должность помощника Зодчего в Конструкте Злобека. Первого Конструкта на прежде осквернённых землях. Большая честь.

Девушка недоверчиво склонила голову набок.

— Разумеется, прав владельца у вас не будет, однако строить здесь вы сможете. Ведь в этом была основная цель Военного Министерства, верно? — пояснил я своё предложение. Пусть обеспечивает нужды военных Зодчих. Доступы раздам такие, которые меня устроят.

И благородных учеников будет проще натаскивать, без постоянного взгляда чужого искина. Короче, получилось хорошо, и это прекрасно.

— Я должна уточнить этот вопрос у начальства, — уклонилась от прямого ответа изумлённая Милова.

— Тогда поспешите. Потому что время не ждёт.

Она снова поклонилась и развернулась, гордо подняв голову. Её фигуру провожало десяток мужских взглядов, а я же набрал Буревого.

— Простите, вышла задержка, — сказал я ему. — Уже выезжаю.

Но перед тем, как сесть в машину и отправиться на встречу с биомантом, я ещё раз вызвал Черномора.

— Изучи-ка, друг мой, что такое пси-модуль, о котором говорил князь. Внимательно изучи.

— Я уже обратил внимание на него. И уверяю вас, Хозяин, мне могут потребоваться опытные данные. Можно выбрать себе какого-нибудь людишку? Пожалуйста.

Он потёр буром о бур.

— Нет.

Кажется, кроме плюсов новшества Триумвирата, здесь могут оказаться и минусы..