Записки о сломанном мире

19. У НАС НЕ ТАК УЖ МНОГО ВРЕМЕНИ

ОРУЖЕЙНИК

Больше всего меня беспокоило то, что мы опять шли какими-то извилистыми узкими улочками, под ногами хлюпало, сверху моросило, а видимость с каждой минутой становилась всё хуже, поскольку к мороси прибавился наползающий с моря туман. А Джеральд был на удивление беспечен и даже доволен — насвистывал, улыбался, словно провёл лучший вечер в своей жизни!

— Так. Похоже, это здесь. — Братец остановился перед спуском в полуподвальное помещение, закрытым от дождя большим навесом. — Идём?

— Глупо было бы развернуться сейчас, когда мы уже пришли, — с некоторой досадой ответил я. По-моему, было бы куда разумней направиться сейчас прямиком в Департамент, чем шастать по трущобам.

Спустились. Массивная дверь была заперта, а маленькое окошечко в верхней её части — темно и безжизненно.

Джеральд развернулся к двери спиной и безо всякого смущения заколотил в неё пяткой. Гулкий грохот показал, что мы имеем дело с бронированным полотном, и выломать её быстро вряд ли получится.

Внутри послышалась какая-то возня, внешняя рама окна поехала в сторону, открыв за собой… нечто, похожее, кажется, на отражение? Возможно, это была система зеркал? Во всяком случае, очевидно было, что даже вздумай мы сейчас стрелять, ничего бы этим не добились.

— Кого надо? — недружелюбно поинтересовались изнутри.

— Мы бы хотели купить пару милашек, — дружелюбно и даже весело сообщил Джеральд.

В ответ хрипло усмехнулись:

— Захотелось клубнички?

— Нам больше по душе груши, если вы понимаете о чём мы, — нахально усмехнулся Джерри.

Окошко резко захлопнулось. Мы переглянулись — неужели всё? Но спустя несколько мгновений дверь распахнулась. Надо полагать, встречал нас сам хозяин — маленький, коренастый, лысый (но с огромными бакенбардами!), в матросских полотняных штанах и жилетке на голое тело. Он цепко оглядел нас и кивнул:

— Прошу, джентльмены.

Лавка оказалась тут же, безо всяких переходов — небольшое помещение, разделённое прилавком на две неравные части.

Коротышка зашёл за прилавок, запрыгнул на высокий, словно барный табурет, круглый и крутящийся при этом, оперся локтями об отшлифованную годами доску прилавка:

— Итак, что вас интересует?

— Нам бы посмотреть ваши многозарядные системы, — со значением сказал Джеральд, между тем с любопытством оглядываясь. — Смотри, Уилл, какие интересные штуки!

— Да, я тоже их заметил.

Под потолком в углах лавки висели довольно необычные ружья револьверного типа, весьма крупного калибра при этом. Направлены они были приблизительно в центр комнаты. Да, если бы кто-то попытался ограбить оружейника, ответная реакция вору точно бы не понравилась. Надо полагать, заряжены они были чем-то вроде картечи и покрывали изрядную площадь лавки.

— Значит, многозарядные? — повторил словно бы про себя хозяин и потянулся к невидимому глазу рычагу под стойкой. В деревянной панели за его спиной открылась полка, из недр которой коротышка, крутанувшись на стуле, извлёк довольно длинный футляр, водрузил его на прилавок и открыл, щёлкнув двумя замочками: — Обратите внимание, господа — штучная работа.

На специальном фигурном ложе лежала винтовка. Тоже револьверного типа, здорово напоминающая те образцы, которые мы видели у медвежатников. Однако эта была повсюду, где только можно, украшена узорчатыми серебряными накладками.

— Выглядит недурно, — сразу сказал Джеральд, — но вот эти все излишества… Вы понимаете, мне нужно не красивое оружие, а то, которое будет много и безотказно стрелять.

— Вы заблуждаетесь, джентльмены, — ответил коротышка, нимало не смутившись. — Всё, что вы считаете финтифлюшками и украшательствами — на самом деле артефакты. Я же вижу, что вы способны к магии, именно поэтому вам и предлагаю. Присмотритесь к ним внимательнее. Стоит вам влить в них немножко маны, и способность к бронепробитию возрастёт на сорок процентов. На целых сорок! Последняя разработка. Магический концентратор новейшего типа. Уверяю вас, на всём восточном побережье вам никто не предложит столько.

Я заметил, как загорелись глаза у Джерри и поспешил добавить:

— У меня другое возражение. Наша работа — видите ли, она требует довольно скрытого ношения. Не вижу способа скрытно носить оружие такого размера!

— Я вас понял! — поднял ладони оружейник. — Для такого случая я могу предложить вам карабин. К сожалению, только один, выполнен специально для ценителей. Но есть и несколько револьверов, — он принялся нажимать ещё рычажки, открывая новые полки, и вскоре прилавок был уставлен футлярами, среди которых оказался даже двуствольный дробовик, имеющий магазин, обеспечивающий по три выстрела на каждый ствол.

Надо ли говорить, что с пустыми руками мы не ушли? Джеральд не смог разорваться между карабином и дробовиком — и в итоге забрал оба. А я потяжелел на два двенадцатизарядных револьвера с комплектами магических концентраторов-усилителей.

РАССУЖДЕНИЯ О ТРУДАХ НА ПОЛЬЗУ ОБЩЕСТВА

Мы торопливо шлёпали по жидкой грязевой кашице, покрывающей булыжник припортовых улиц. Откровенно говоря, и ощущения под ногами, и сырость, проникающая в ботинки, и ещё более — запахи — преизрядно меня раздражали. Кроме того, в лабиринте тёмных, узких и кривых улочек совершенно не было возможности остановить хоть какой-нибудь самый завалящий экипаж, что не добавляло мне радости.

— Скажи мне, дорогой кузен, в чём был смысл возить меня в тот милый душистый садик, окружённый стеной и охраняемой зоной?

— Ты имеешь в виду зону заражения тухлецом? — с удивлением спросил меня бодро топающий Джеральд. — Ты разве забыл? Тебе ведь нужно было потренироваться!

— А почему я не мог бы потренироваться прямо здесь? — довольно брюзгливо уточнил я. — Принеся, к тому же, значительную пользу облику и запаху родного города? Полагаю, это пошло бы на пользу моему дару не меньше, чем организация ветра при сжигании мерзкой травки. А уж как это украсило бы припортовые районы! И мы здорово сэкономили бы на разъездах.

Джеральд, на удивление, молчал не менее двадцати шагов.

— Знаешь, Уилл, это совершенно не пришло мне в голову.

— Вот именно! А ведь я мог бы прославиться, почти как тот парень, что чистил какому-то древнему царю засранные по пояс конюшни.

— Что, такое было? — хмыкнул кузен. — Никогда не слышал. И как он справился?

— Кажется, использовал какое-то водное заклинание. Временно перенаправил в конюшни реку, если я правильно помню.

— Остроумно! — Джеральд посмотрел на меня искоса и слегка толкнул в плечо: — Да не расстраивайся ты так! Я передам твои пожелания в обучающий отдел. Они вечно ищут, чем бы этаким занять курсантов. Отличное упражнение получится.

— Только не говори, что я это придумал.

— Почему? — снова удивился братец.

— Не хочу, чтоб меня ненавидел весь курсантский курс.

— Вот ты жук! — выпалил Джерри и замолчал, на этот раз на все тридцать шагов. — Пожалуй, я попрошу декана сохранить анонимность предложения. Или вовсе отправлю им письмо без подписи. Мало ли, вдруг секретарша проболтается.

Наконец мы свернули на улицу, на которой грязь сошла на нет. Здесь было светлее и даже…

— О! — Джеральд вскинул руку, завидев свободный кэб. — Сюда!

— Куда едем, джентльмены? — хрипловато спросил кэбмен.

— К зданию городской Ратуши, милейший. И поживее, платим вдвое.

— Как прикажете, сэр! — обрадовался кэбмен, и мы покатили с ветерком.

ПРОТИВ ТЬМЫ

— Надо полагать, у Ратуши ты попросил остановить из соображений скрытности? — спросил я, когда отпущенный экипаж укатил по какой-то из боковых улиц.

— Естественно, — Джеральд поправил крепления дробовика, с которыми не успел ещё обвыкнуться и кивнул вперёд: — Туда! Не так уж и много нам осталось идти, всего пару домов. А высадись мы непосредственно у крыльца, эти мерзавцы могли бы что-то заподозрить.

Мы ускорили шаг, стараясь держаться в густой тени деревьев.

— Сколько у нас ещё времени?

— Около сорока минут по моим расчётам. Думаю, мы успеем влезть не торопясь и даже осмотреться.

— Ты же не собираешься ломиться с центрального хода?

— Конечно, нет! — фыркнул кузен. — Последуем проторенным путём господ медвежатников… — тут он кивнул мне на неприметную калитку в углу церковной ограды: — Сюда.

Он приложил руку к замку, и внутри механизма что-то щёлкнуло.

— Научишь?

— Всенепременно. Полезнейшая штука, — он тихонько засмеялся, — и не такая редкая, как представлял себе тот малый, что гордился своим умением.

— Смотря для какого уровня.

— Безусловно.

Братец взбегал по лестнице беззаботно и даже еле слышно насвистывал, но стоило ему открыть окно и перешагнуть на крышу банка, как во всей его фигуре проявилась мгновенная настороженность.

— Что-то не так? — шепнул я.

— Рваные небеса, кажется, я ошибся! Ты чувствуешь это привкус железа во рту?

Я с удивлением осознал, что действительно, есть такое.

— Что это означает?

— Ритуал уже начат, — мы торопливо пошли к слуховому окну. — Они выбрали растянутую форму. Жертва…

— Уже принесена⁈ — в ужасе прошептал я, понимая, что мы валяли дурака, выбирая оружие в подпольной лавке, в то время как здесь зверски убивали людей.

— Они ещё живы, — коротко сказал Джеральд. — Должны быть. Если этот маг не совсем дурак, он должен был рассчитать всё так, чтобы они умерли в самый тёмный час.

— То есть, сейчас они умирают⁈ — придушенно вскрикнул я.

— Тихо! — шикнул Джеральд. — Поэтому так: входим с галереи. Они, скорее всего, расположились внизу, больше в этом здании нет зала, который вместил бы сразу несколько жертв. — Мне хотелось страшно ругаться, но я молчал. — Я беру на себя мага, ты — охрану. Как минимум, несколько охранников должны быть с ним в сговоре.

Тут мы уткнулись в смотровое окно, которое было закрыто не решёткой с замочком, как прежде, а капитальным стальным листом, приваренным к мощной стальной же основе, вмурованной в камень обрамления. Джеральд только покачал головой и провёл рукой по периметру этого листа. Под его ладонью вспыхнуло некое подобие огненного резака, совершенно бесшумного. Центр металлической пластины отделился от рамы, но не упал, потому что второй ладонью кузен словно примагнитил его, дёрнул на себя и аккуратно сложил сбоку от слухового окна.

Сейчас он был собран и серьёзен, как никогда.

Мы молча проникли на чердак и быстро спустились по чёрной лестнице, выйдя в упомянутый медвежатниками коридор. Здесь всё было, как они описывали. Вероятно, хозяин понадеялся на прочность стали в слуховом окне или просто ему не хватило времени на возню ещё и с этой решёткой.

Джерри вскрыл замок. Ещё один тихий, совершенно пустой коридор… Тут брат остановился и спросил меня одними губами:

— Слышишь?

Я кивнул. Где-то пытались кричать. Женщина и ребёнок. Такое впечатление, что им перекрыли тряпками рты, так слабо пробивались голоса. И ещё хрип.

Я показал пальцами: «Трое?» Джеральд кивнул и быстро пошёл по ковровой дорожке на звук. Поворот. Ещё один коридор — и мы оказались на галерее второго этажа, по одной стороне которой шли запертые сейчас кабинеты, а другая ограничивалась колоннами с перилами и открывала вид на большой клиентский зал первого этажа. Мы выскочили чуть сбоку и на секунду замерли в тенях, незамеченные.

Картина, открывшаяся внизу, поразила меня своей отвратительностью.

Конторки, столы, стулья и диванчики для клиентов, в рабочее время занимающие почти всё пространство помещения, были растащены к стенам, и стало видно, что пол покрыт гранитной плиткой, в очертаниях которой, на первый взгляд, не угадывалось никакого узора. Однако разрозненные куски камня складывались в неслучайную фигуру. А небольшие канавки, заполненные сейчас чем-то фосфоресцирующим, чётко очерчивали знак Прорыва, напоминающий болезненно вздутую многоножку.

На выступах фигуры в странном порядке стояло около десятка мощных клеток с длинными ручками для переноски. В части сидели адские псы! Часть были пусты — полагать надо, их намеревались заполнить.

От всего этого столь ощутимо разило нечистью, что я не сразу даже осознал, что внутри мерцающего контура лежат три фигуры, распяленные за утопленные в пол колышки — мужчина, женщина и ребёнок. Семья?

Мужчина был уже «обработан» и лежал недвижно, закатив глаза. Тело его покрывало множество порезов, из которых тоненькими струйками стекала кровь. Она собиралась в желобки между плитками и устремлялась к центру всей этой композиции. Похоже, его кровь как раз и помогла запустить процесс пробуждения локального портала.

Женщина выла и билась, потому что костяной нож мага (а никем иным этот человек в дорогом деловом костюме быть не мог) сейчас был занесён над ребёнком.

На оценку обстановки у меня ушло не более трёх секунд, и верные РШ уже словно сами запрыгнули мне в руки. Грохнул выстрел Джеральда. Я успел увидеть, что мага откинуло, впечатывая в колонну позади него. Дальше я на ускорении мчался вдоль галереи, стреляя с двух рук и не тратя на одного охранника более одного выстрела. Да больше и не требовалось — их пули оставляли в телах дыры размером едва не с суповую тарелку, а менее удачливым пособникам тёмного ритуала отрывали конечности.

Сухой щелчок и следом второй такой же. Как — уже восемь? Я кинул оба РШ в кобуры. Прыгнул за ближайшую колонну и прижался к ней спиной, чувствуя, как с визгом ударяются в неё пули. Оставшиеся в живых стреляли по мне.

Новые револьверы!

Я упал на пол и, быстро высунувшись, успел выстрелить дважды. Один раз точно попал! Второй, кажется, вскользь, но с той стороны перестали огрызаться.

Сбоку стрелял Джеральд, в ответ грохотало заклинаниями — а, возможно, и братец использовал магию.

С досадой я подумал, что охранников, замешанных в проведении чёрного ритуала, оказалось куда больше, чем я изначально предполагал. Часть успела укрыться во внутренних помещениях банка. Что помешает им улизнуть через запасные выходы или окна? И тут с улицы загрохотали выстрелы и голос, усиленный артефактом, заявил:

— Внимание! Специальная операция Департамента по противодействию нечисти! Всем сотрудникам банка «Хоарес» сложить оружие и выйти с поднятыми руками, в противном случае вы будете уничтожены! Даю вам тридцать секунд, время пошло!

В зале продолжало грохотать. Я слегка выглянул из-за своей колонны. Джеральд и маг то ли не слышали криков, то ли не обращали внимания. Они всё так же обменивались ударами заклинаний. Братец уже не стрелял — похоже, исчерпал запас заряженных патронов, а сейчас не успевал перезарядиться. Маг, казалось, даже приободрился и отвечал весьма уверенно.

Только зря он забыл обо мне, вот что.

Подниматься я не стал. Прицелился в просвет балюстрады и высадил в мага десять выстрелов подряд, целя ему в печень. Десять выстрелов с антимагическим эффектом — спасибо запасливому братцу, поделившемуся со мной, пока мы ехали сюда в кэбе! Выстрелов, усиленных на сорок процентов! Полагаю, сосредоточенный на Джеральде, тёмный маг даже не успел понять, что произошло. Восьмая пуля, всаженная в одну точку, пробила защитный экран, изрядно просаженный Джеральдом, а девятая вошла мерзавцу в бок, превращая его потроха в фарш, перемешанный с клочками дорогого костюма.

Моя рука на автомате нажала ещё раз — чуть выше, в грудную клетку. Всё, теперь уж наверняка.

Как я удержался, чтобы не выстрелить этой твари в лицо… Но где-то на заднем плане сознания билась мысль, что придётся его опознавать.

Внизу трещали выламываемые двери, рассыпались треском и взвывали, словно струны, заклинания.

— Уилл, я вниз! — крикнул Джерри. — Прикрой!

Рассудив, что сверху мне не видно половины зала, я перемахнул через перила. Джеральд уже проверял пульс у мужчины, которого едва не принесли в жертву. Я старался охватить взглядом все двенадцать дверей нижнего этажа разом и едва не встретил выстрелом вбежавшую толпу сотрудников. Впереди нёсся док в белом халате:

— Как он⁈

— Жив, — коротко ответил Джерри.

— Позвольте мне…

Нас оттеснили от пострадавших, впрочем, я даже рад был этому.