Я еще не бог. Книга XXXV

Глава 20 Делегация в США

Секретная лаборатория.

США.

Буслаев лежал на металлическом столе, опутанный проводами и датчиками. Вокруг него суетились люди в белых халатах, периодически что-то записывая в планшеты.

— Показатели стабильны, — произнес один из ученых. — Совместимость девяносто два процента.

— Это хорошо или плохо? — раздался голос из динамика.

Ученый поправил очки и посмотрел на камеру в углу.

— Это… приемлемо, господин президент. Субъект подходит для временного размещения сущности. Однако его магический резерв слишком мал для полноценного слияния.

Буслаев дернулся, но ремни держали крепко.

— Что вы со мной делаете? — прохрипел он. — Я требую адвоката!

— Адвоката? — хмыкнул ученый. — Молодой человек, вы даже не представляете, насколько далеко вы от любой юрисдикции. Хотя, если хотите, могу принести вам конституцию. Почитаете на досуге.

В соседней комнате, за толстым стеклом, президент США наблюдал за процедурой. Рядом стоял его помощник с папкой документов.

— Значит, Буслаев не идеален, — задумчиво произнес президент.

— Нет, сэр. Наш… хозяин настаивает на теле Владимира Кузнецова. Говорит, что этот носитель обладает уникальными характеристиками.

— А Буслаев?

— Запасной вариант. На случай, если с Кузнецовым что-то пойдет не так.

Президент побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.

— Кстати о Кузнецовых. Делегация с Сахалина прибывает со дня на день. Как там подготовка?

— Все по плану, сэр. Отель, транспорт, охрана. Мы даже заказали русскую кухню в ресторан. Правда, повар перепутал борщ с томатным супом, но мы работаем над этим.

Президент поморщился.

— Слушай внимательно. Эти люди не должны пострадать. Ни царапины, ни синяка, ни даже расстройства желудка от вашего «борща». Пока наш хозяин не будет готов стать верховным божеством, мы дружим с Сахалином. Или хотя бы делаем вид.

— Понял, сэр. Нейтралитет и улыбки.

— Именно. И проследи, чтобы Буслаева держали подальше от гостей. Не хватало еще, чтобы кто-то его нашел.

Помощник кивнул и сделал пометку в блокноте.

— Кстати, сэр, а что делать, если Кузнецов-младший захочет осмотреть наши… специальные объекты?

— Покажешь ему музей авиации. Там есть отличная коллекция самолетов времен гражданского восстания полвека назад. Американцы любят хвастаться историей, русские любят смотреть на технику. Все довольны.

— А если он захочет увидеть что-то более… современное?

Президент улыбнулся своей фирменной улыбкой, от которой у помощника всегда бежали мурашки.

— Тогда скажешь, что это засекречено. В конце концов, мы же не варвары какие-то. У нас тоже есть государственные тайны.

Сахалин.

Поместье Кузнецова.

Утро началось с письма.

Точнее с того, что Лора материализовалась прямо над моей головой, чуть ли не положив на мое лицо свою грудь, и радостно объявила:

— Почта пришла! От твоих любимых путешественников!

При виде конверта на туалетном столике я едва не подавился кофе. Сон еще не до конца отпустил меня.

— Каких еще путешественников?

— Айседора и Финиан. Помнишь таких? Ну, те самые, которые с тобой провели большую часть времени? Ну Айседора так точно. Второй просто за компанию. Они потом решили путешествовать по миру в поисках приключений?

— А, эти…

Я распечатал конверт. Почерк был аккуратным, явно писала Дункан. Финиан писал как курица лапой.

'Дорогой Михаил,

Надеемся, это письмо застанет тебя в добром здравии. Мы сейчас в Китае, и с нами произошло нечто удивительное.

На вершине священной горы Хуашань мы встретили… как бы это сказать… огромную говорящую обезьяну. Да, я понимаю, как это звучит. Финиан тоже сначала подумал, что это галлюцинация от горной болезни.

Но обезьяна оказалась вполне реальной. Более того, она утверждает, что знакома с тобой! Назвалась Сунь… Сунь… (Финиан, как там было? Да, точно) Сунь Укун. Или просто «Великий Мудрец, Равный Небу», как он скромно представился.

Когда мы сказали, что знаем царя Сахалина, обезьяна очень обрадовалась и провела нам экскурсию по местному храму. А потом дала мне несколько уроков рукопашного боя. Финиан отказался участвовать после того, как его швырнули в пруд с карпами. Говорит, что это было «непедагогично».

Обезьяна передает тебе привет и просит не забывать о «долге бананов». Мы не поняли, что это значит, но решили передать дословно.

С уважением, Айседора и Финиан.

p.s. Финиан до сих пор пахнет рыбой.'

Я перечитал письмо дважды.

— Лора, у меня есть долг бананов?

— Понятия не имею. Но если ты задолжал обезьяне бананы, это многое объясняет в твоей жизни.

— Например?

— Например, почему к тебе постоянно липнут странные существа. Может, ты пахнешь фруктами?

— А почему Ася такая вежливая? Что-то не помню, чтобы она так… деликатно писала?

— Горный воздух немного пьянит, — развела руками Лора.

Я решил не развивать эту тему.

— Ладно, напомни мне потом разобраться с этим. Сейчас у нас дела поважнее.

— Делегация в США?

— Именно. Надо выбрать, кого отправлять. И еще Надя говорила, что Наталья просила срочно заехать в лабораторию.

— О, наконец-то нормальные проблемы. А то я уже соскучилась по божествам и заговорам.

— Не накаркай, — вздохнул я, вылезая из кровати.

Лаборатория Натальи.

Два часа спустя.

Наталья встретила нас у входа. Рядом с ней стоял Унур, который выглядел так, будто не спал несколько дней. Впрочем, для него это было нормальное состояние.

Наталья сразу перешла к делу:

— Михаил, спасибо, что приехали. У нас важное открытие.

— Надеюсь, хорошее? — уточнил я.

— Интересное. Пойдемте, покажу.

Мы прошли в главный зал лаборатории. На огромном экране отображалась карта северной части острова с множеством красных точек.

— Мы запустили тестовую разведывательную подводную лодку, — начала объяснять Наталья. — Небольшую, автономную. Хотели проверить подводные течения и рельеф дна.

— И что нашли?

— Пещеры, — вступил Унур в разговор. — Много пещер. Целая система подводных туннелей, которых нет ни на одной карте. Помнится, вы как раз говорили о чем-то подобном ранее?

Надя, стоявшая рядом со мной, нахмурилась.

— Насколько большая система? — спросил я.

— Мы пока не знаем. Лодка прошла около трех километров вглубь и потеряла связь. Сигнал просто пропал.

— Что-то заблокировало его? — предположил я.

— Возможно. Или там такая порода, которая глушит радиоволны. В любом случае, нам нужно больше данных.

Наталья повернулась ко мне.

— Михаил, я хотела попросить одолжить Болванчика. Его детальки могут пройти там, где застряла лодка. У них автономное питание, так что потеря связи не критична.

— Хм…

Я задумался. С одной стороны, идея разумная. С другой, неизвестные пещеры под островом это всегда потенциальная проблема, которых у меня и так предостаточно.

— Лора, что думаешь?

— Думаю, что там может быть что угодно. От залежей полезных ископаемых до логова очередного монстра. Учитывая нашу везучесть, ставлю на монстра.

— Оптимистично, — сказал я, и нервная улыбка сама вылезла у меня на лице.

— Я реалист.

Я кивнул Наталье.

— Хорошо, я дам Болванчика. Но сначала хочу согласовать это с Элем и Романовым. Мало ли что там внизу? Если это что-то опасное, нужна группа прикрытия.

— Разумно, — согласилась Наталья. — Когда сможете обсудить?

— Сегодня. Я как раз еду к Петру Петровичу.

Лора посмотрела на часы.

— Тогда поторопись. У нас еще утверждение делегации в США.

— Знаю-знаю. Уже еду.

Выходя из лаборатории, я услышал, как Унур спрашивает Наталью:

— А что, если там действительно монстр?

— Тогда у нас будет отличный материал для исследований, — с придыханием заявила она.

— Ты пугаешь меня своим энтузиазмом.

— Это называется научный интерес, Унур. Привыкай.

Особняк Романовых.

Тот же день.

Петр Петрович стоял у окна и смотрел на заснеженный сад. В гостиной было тепло и уютно, камин потрескивал, создавая атмосферу домашнего спокойствия. Которого, конечно же, не было и в помине.

Голос Кати вывел Романова из размышлений:

— Отец, ты опять задумался?

Он обернулся. В комнате собрались все трое: Катя, Анастасия и Павел. Редкое зрелище в последнее время.

— Просто размышляю, — улыбнулся он. — Как дела в Новом Городе?

Катя вздохнула.

— Не спрашивай… Мы только закончили планировку восточного района, как выяснилось, что западный нужно переделывать. Архитекторы спорят с инженерами, инженеры спорят с магами, маги спорят между собой. Иногда мне кажется, что проще построить город в одиночку.

— Но ты справляешься?

— Справляюсь. Но сейчас мне нужно бежать, иначе они опять что-нибудь снесут без моего ведома. Прости, папа.

Она чмокнула отца в щеку и выбежала из комнаты. Настя покачала головой.

— Она работает слишком много.

— А ты? — приподнял бровь отец.

— Я работаю ровно столько, сколько нужно. Кстати, мы с Трофимом договорились о программе подготовки постоянной армии Сахалина. Разрабатываем учебный план, расписание тренировок, систему званий.

— Звучит серьезно, — кивнул он.

— Это и есть серьезно. Нам нужны профессиональные военные, а не ополченцы с вилами. При всем уважении к ополченцам, конечно.

— Конечно, — кивнул Петр. — Хотя, судя по тому, что я видел, солдаты Сахалина уже намного превосходят почти любую армию в мире.

Настя встала.

— Мне тоже пора. Трофим ждет с отчетом по физподготовке. Увидимся вечером, папа.

Она ушла, и в комнате остались только Петр Петрович и Павел.

— А ты куда собрался? — спросил отец, заметив, что сын тоже поднимается.

— Хочу навестить Нахимовых. Давно не виделись с адмиралом.

— Передай ему привет от меня. И княгине тоже.

— Обязательно.

Павел направился к двери, но остановился на пороге.

— Папа… Ты точно в порядке?

— Да, сынок. Просто много думаю в последнее время.

— О дедушке?

Петр Петрович помолчал.

— И о нем тоже.

Павел кивнул и вышел.

Когда дверь закрылась, Петр снова повернулся к окну. На подоконнике сидел рыжий кот Васька и умывался лапой.

— Они ушли, — произнес кот, не прекращая умываться.

— Я заметил.

— Ты так и не сказал им об условиях Петра Первого.

Романов сжал кулаки.

— И не скажу.

Кот перестал умываться и посмотрел на хозяина желтыми глазами.

— Твой отец хочет увидеть внуков. Он готов отпустить Екатерину в обмен на визит.

— Я знаю, чего он хочет. Но я не могу рисковать жизнями детей. Даже ради матери.

— Она тоже твоя семья.

— И они тоже! — Петр Петрович резко обернулся. — Ты думаешь, мне легко? Думаешь, я не хочу увидеть мать? Но я знаю своего отца. Если я отправлю к нему детей, он может их не вернуть. Использует как заложников. Или того хуже…

Кот спрыгнул с подоконника и потерся о ноги хозяина.

— Я же не настаиваю. Решение за тобой.

— Решение уже принято. Риск слишком велик. Я не могу…

В дверь постучали. Петр Петрович быстро взял себя в руки.

— Войдите!

Дверь открылась, и в комнату вошел Михаил.

— Петр Петрович, добрый день. Я слышал голоса… Вы с кем-то разговаривали?

Романов бросил взгляд на кота, который невинно вылизывал лапу, словно никогда в жизни не произносил ни слова.

— Нет. Просто рассуждал вслух. Привычка последних лет.

— А, понимаю. У меня тоже такое бывает. Правда, обычно голоса в голове мне отвечают, — улыбнулся Михаил.

— Проходите, Михаил. Чаю?

— Не откажусь. У меня к вам несколько вопросов.

По дороге в Администрацию.

Машина плавно катила по заснеженным улицам. Мы с Петром были на заднем сидении. За рулем был Данила, который насвистывал какую-то мелодию и периодически поглядывал в зеркало заднего вида.

— Так ты хочешь исследовать пещеры под островом? — удивился Петр.

— Да, что-то мне не нравятся эти пустоты, — кивнул я.

— Чтож, не буду возражать, — кивнул Романов, — я их даже не находил. Но будь осторожен.

— Хорошо.

Некоторое время мы ехали молча, погруженные в свои мысли.

— Итак, — начал я, — у меня есть предложение.

Петр повернулся ко мне.

— Слушаю.

— Я о требованиях вашего отца. Насчет детей и вашей матери.

Романов напрягся.

— Продолжай, хотя это уже не важно. Я принял решение.

— Важно то, что я могу предложить вариант, при котором все получат желаемое.

Петр взял долгую паузу, но все же сказал:

— Я весь внимание.

Я откинулся на спинку сиденья.

— Петр Первый хочет увидеть внуков. Вы хотите вернуть мать и защитить детей. Проблема в доверии, верно?

— Верно.

— Тогда нужен посредник. Кто-то, кому доверяют обе стороны. Встреча на нейтральной территории под гарантии безопасности.

— И кто будет этим посредником?

— Китай, — ответил я. — Блин Лол достаточно нейтрален и достаточно силен, чтобы гарантировать безопасность обеим сторонам. К тому же у него свой интерес: он хочет укрепить отношения и с Империей, и с Сахалином.

Петр Петрович задумался.

— Это… неожиданное предложение. Особенно та часть, что Блин Лол нейтрален. Не забывай, что мы его поставили на это место.

— Я знаю. Но Петр Первый об этом не знает. Но подумайте об этом. Ваш отец получит то, что хочет, а именно встречу с внуками. Вы получите мать обратно. А дети будут в безопасности, потому что Блин Лол не позволит никому нарушить условия сделки.

— А если отец откажется?

— Тогда у вас будет доказательство, что он изначально не планировал играть честно. И вы сможете действовать соответственно.

Романов молчал несколько минут. Машина проехала мимо центральной площади, где уже начали устанавливать новогодние украшения.

— Я подумаю, — наконец сказал он.

— Это все, о чем я прошу.

— Ты знаешь, Миша, — усмехнулась Лора, — иногда ты бываешь неплохим дипломатом.

— Не говори так, будто это комплимент.

— Это констатация факта. С легкой примесью удивления.

Администрация.

После встречи с Петром мы разошлись по делам. Он поехал обдумывать мое предложение, а я отправился в свой кабинет.

Лора материализовалась рядом, как только дверь закрылась.

— Миша, помнишь разговор со Стражем?

— Как такое забыть? Но если ты уточнишь, буду благодарен.

— Он говорил о людях из другого мира. О том, что они особенные.

Я сел в кресло и потер виски.

— Ну и…

— Он сказал, что люди, попавшие сюда из другого мира, обладают уникальными свойствами. Их души… как бы это объяснить… более «плотные». Они лучше подходят для определенных целей.

— Каких целей?

— Ну, например, для того, чтобы стать сосудом для божества.

Я замер.

— Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что Буслаев тоже из твоего мира. И если Страж был прав, то он, может быть, одной из ключевых фигур в планах Нечто.

— Черт…

А этот персонаж абсолютно вылетел у меня из головы.

— Именно.

Я вскочил и начал ходить по кабинету.

— Мы должны найти его. Если Нечто использует его как запасной вариант…

— Или уже использует, — мрачно добавила Лора.

— Ты знаешь, где он?

— Последние данные указывают на Пруссию. Он исчез примерно месяц назад. Официально числится пропавшим без вести.

— Пруссия… — я остановился. — Думаешь, стоит начать оттуда?

— У меня вообще ощущение, что он пропал без вести или уже давно лежит на дне моря. Но стоит начать именно оттуда, — кивнула Лора.

— Но сначала визит в США. Отменять его нельзя. Это вызовет подозрения.

Лора кивнула.

— План?

— Пока только наброски. Но если он в Пруссии, то мы его найдем.

Я глубоко вздохнул.

— Ладно. Сначала утвердим делегацию. Потом будем думать о поисках.

— Договорились. Кстати, Эль и Надя уже ждут в конференц-зале.

— Тогда пошли.

Конференц-зал.

Тридцать минут спустя.

Эль развалился в кресле, закинув лапки на стол. Надя сидела напротив, перебирая документы. Когда я вошел, оба подняли головы.

— Наконец-то! — воскликнул Эль. — Я уже думал, ты решил отправить меня в США.

— Нет, ты нужен здесь, — я сел во главе стола. — На случай, если опять прилетит что-нибудь с неба.

— О, какое облегчение. Терпеть не могу американскую еду. Слишком много сыра.

Надя подвинула мне папку.

— Вот список кандидатов. Я предлагаю отправить Газонова как старшего дипломата, Маргариту для безопасности и пару представителей торговой палаты.

— Хороший состав, — кивнул я. — Но добавь еще кого-нибудь из молодых. Для баланса.

— Кого именно?

— Кицуню, — неожиданно для себя сказал я.

Надя и Эль переглянулись.

— Лисенка? — уточнил вампир. — На дипломатическую миссию?

— Он умный, незаметный и может пролезть куда угодно. Идеальный разведчик.

— Миша, — осторожно начала Надя, — ты понимаешь, что американцы могут… неправильно отреагировать на мифического лиса?

— Официально он мой питомец. Неофициально мои глаза и уши.

Эль хмыкнул.

— Знаешь, в этом есть своя логика. Безумная логика, но все же.

— Спасибо за поддержку, — кивнул я.

— Всегда пожалуйста! — махнул крылом Эль.

Надя сделала пометку в документах.

— Хорошо. Газонов, Маргарита, двое торговых представителей и Кицуня. Это финальный состав?

— Да. Отправляемся завтра.

— Так быстро? — удивился Эль.

— Чем раньше, тем лучше. У нас много дел, и откладывать их нет смысла.

Эль убрал лапки со стола и впервые за весь разговор стал серьезным.

— Миша, ты что-то задумал. Я вижу по твоим глазам.

— Просто хочу узнать американцев получше.

— Угу. А я верховный повелитель розовых пони, — хмыкнул он.

— Знаешь, с учетом того, как быстро ты получаешь разные способности, это вполне может быть, — сказал я. Увы, моя шутка не вызвала улыбок, так что я продолжил более серьезно: — Эль, доверься мне. Когда вернусь, все расскажу.

Вампир некоторое время смотрел на меня, потом кивнул.

— Ладно. Но если влезешь в неприятности, я скажу «я же говорил».

— Договорились.

Надя встала.

— Тогда я пойду готовить документы. Вылет завтра в восемь утра.

— Оповестишь остальных? — спросил я.

— Уже оповещены, кроме Кицуни, но с этим ты сам справишься.

— Договорились.

Когда все разошлись, Лора снова появилась рядом.

— Ну что, готов к приключениям в логове той самой организации? Опять?

— Готов. Хотя предчувствие у меня не очень хорошее.

— У тебя всегда нехорошее предчувствие. И оно всегда оправдывается.

— Вот именно это меня и беспокоит.