Я еще не бог. Книга XXXV

Глава 15 Некромант ни в чем не виноват!

Сахалин.

Поместье Кузнецова.

Я вернулся домой ближе к вечеру. Голова гудела от количества информации, которую предстояло переварить. Мертвый преступник за рулем грузовика, пропавшее тело, засекреченные записи. Кто-то очень старался замести следы.

А раз в деле замешан мертвец, то я позаботился о том, чтобы пригласить к себе домой лучшего специалиста по мертвецам.

В гостиной меня ждал Лермонтов. Он сидел в кресле у камина и листал какой-то толстый том в кожаном переплете. При моем появлении поэт-некромант поднял голову и кивнул.

— Михаил Юрьевич, — я пожал ему руку. — Рад видеть. Как прошла операция?

— Операция? — Лермонтов скривился так, будто ему предложили срифмовать «любовь» и «кровь». — Если ты про освобождение Валерия, то превосходно. Если про мое участие, то отвратительно.

— Что случилось?

— Мне пришлось валяться на обочине! — воскликнул он. — На обочине, Михаил! Как какой-нибудь пьяный извозчик! Полчаса лежал в грязи, чтобы не выдать Валеру, пока он изображал из себя беспомощную жертву!

— Понимаю ваше негодование…

— Не понимаешь! — Лермонтов встал и прошелся по комнате. — Я, между прочим, оказался там случайно и просто хотел помочь. Оказалось, что ему не нужна помощь, и, мало того, надо было дать им свободно уйти.

— Технически, Валера тоже не в восторге от своей роли, — заметил я. — Его вообще похитили.

— Если бы ты видел, с каким довольным лицом Валера сидел в этих веревках, забрал свои слова обратно. Ему можно, — он ходил из стороны в сторону по комнате. — Я бы их за пару минут всех завалил…

— Какой он трогательный, — хихикнула Лора, появившись рядом. — Прямо хочется обнять и погладить по головке.

Я едва сдержал улыбку.

— Михаил Юрьевич, у меня к вам вопрос по вашей… специализации.

Лермонтов тут же посерьезнел. Все-таки профессионал в делах загробных.

— Слушаю.

— Есть ли в Российской Империи другие некроманты?

Поэт приподнял бровь.

— Что случилось?

Я коротко пересказал историю с аварией, мертвым водителем за рулем и пропавшим телом. Лермонтов слушал внимательно, изредка кивая.

— Интересно, — произнес он, когда я закончил. — Но в Российской Империи некромантов нет.

— Вы уверены?

— Абсолютно. Более того, в свое время я лично уничтожил практически всех.

— Всех? — уточнил я.

— Ну… — Лермонтов замялся. — Тех, кого нашел. Некромантия — опасная дисциплина. Империя не может позволить себе бесконтрольных повелителей мертвых. Это создает… неудобства.

— Например?

— Например, армию зомби под окнами Кремля. Было дело в тысяча восемьсот тридцать втором. Неприятная история. С тех пор я слежу за этим лично.

— То есть новый некромант мог родиться?

— Теоретически, да. Дар иногда проявляется спонтанно. Но в Российской Империи его точно нет.

— Откуда такая уверенность?

Лермонтов посмотрел на меня с легким превосходством.

— Некромант некроманта чувствует издалека. Это как… — он пощелкал пальцами, подбирая сравнение. — Как поэт чувствует графомана в толпе. Мгновенно и безошибочно.

— Жестко, — оценила Лора. — Надо запомнить.

— Михаил Юрьевич, — я принял решение. — Не могли бы вы отправиться со мной в Москву? Хочу, чтобы вы лично осмотрели место происшествия.

— Зачем?

— Чтобы подтвердить свои слова. И возможно, заметить то, что я пропустил.

Лермонтов задумался на секунду, потом кивнул.

— Хорошо. Давно не был в Москве. Надеюсь, там еще остались приличные рестораны?

— Остались. Но сначала дело. И не забывайте, что вы сейчас, скорее всего, так же как и я, не сильно желательная фигура в столице. Так что лучше вести себя не так заметно.

— Разумеется, — поэт поправил воротник сюртука. — Я же профессионал.

Москва.

Место аварии.

Мы переместились через портал в московское поместье, а оттуда на машине добрались до нужного перекрестка. Место было ничем не примечательным. Обычный московский переулок, фонари, пара магазинчиков.

— Здесь? — Лермонтов огляделся с видом эксперта.

— Здесь.

Некромант прикрыл глаза и замер. Я видел, как его губы чуть шевелятся, словно он читал беззвучную молитву. Или стихи. С ним никогда не угадаешь.

Через минуту он открыл глаза и покачал головой.

— Ничего.

— Совсем?

— Никаких следов некромантии, — развел он руками. — Ни активной, ни остаточной. Если бы здесь поднимали мертвеца, я бы почувствовал. Даже спустя неделю.

— Хм, — я достал телефон и вывел ему запись с камеры наблюдения. — Тогда посмотрите на это.

Лермонтов взял телефон и внимательно изучил видео. Грузовик врезается в седан, водитель выбирается из кабины. Стоп-кадр на лице.

— Увеличь, — попросил поэт.

Лора услужливо приблизила изображение.

Лермонтов смотрел долго. Потом хмыкнул.

— Это не труп.

— Объясните?

— Я за свою жизнь видел много трупов, Михаил. Очень много. И этот человек, — он ткнул пальцем в экран, — точно не мертвец.

— Но он официально умер неделю назад!

— Возможно. Но на этой записи он живой. Посмотрите на движения. Труп двигается иначе. Более… механически. А этот человек просто заторможен. Словно под гипнозом или ментальным воздействием.

Я забрал телефон и еще раз посмотрел на запись. Теперь, когда Лермонтов указал, я тоже заметил разницу. Водитель двигался странно, но не как зомби. Скорее как сомнамбула.

— То есть кто-то инсценировал его смерть?

— Похоже на то. И потом, контролируя его сознание, использовал для покушения.

— Менталист?

— Или что-то похуже, — Лермонтов вернул мне телефон. — Но это уже не моя область. Я специалист по мертвым, а не по живым.

— Логично, — согласился я. — Спасибо за помощь, Михаил Юрьевич. Могу вернуть вас на Сахалин прямо сейчас.

Но Лермонтов слегка смутился и посмотрел на ближайшую вывеску ресторана.

— А ты? Надолго в Москве? — спросил он.

— Сутки точно. Нужно кое-что проверить, — кивнул я.

Лермонтов задумчиво погладил подбородок.

— Тогда, если не возражаешь, забери меня, когда поедешь обратно. Я пока навещу старых друзей.

— Друзей?

— В поэтических кругах, — уточнил он. — Давно не виделись.

Я прищурился.

— Случайно не Пушкина собрались навещать?

Лермонтов едва заметно улыбнулся.

— Александр Сергеевич всегда рад гостям. Особенно тем, кто может оценить хороший стих и хорошее вино. К тому же, он тут совсем захворал с этими интригами Романова.

— И что, — улыбнулся я, — будете сидеть и читать друг другу стихи? Без каких-либо горячительных напитков?

— Стих могу. С вином сложнее. Я предпочитаю коньяк.

Он поправил шапку с шарфом и направился к выходу из переулка.

— Михаил Юрьевич! — окликнул я его. — Только не устройте что-нибудь… странное и приметное. Опять.

Лермонтов обернулся.

— Если меня никто не тронет, то и я не трону. Да и остальные разы, скажем так… Тоже не я первый начинал…

— Но все равно, вы будьте поаккуратнее.

— Разумеется, Михаил, — кивнул он. — Мы вообще ребята тихие…

После этих слов я прикрепил к нему одну детальку Болванчика.

И он скрылся за углом.

Машина.

Я сел на заднее сиденье и откинул голову. Данила терпеливо ждал за рулем.

Лора материализовалась рядом, закинув на меня ноги.

— Итак, — начала она. — Подведем итоги. Мертвец, который не мертвец. Пропавшее тело. Исчезнувшие документы. Засекреченные записи. И никаких следов некромантии.

— Ты к чему-то ведешь?

— К очевидному выводу, — она повернулась ко мне. — Кто может подделать смерть заключенного в тюрьме? Кто может забрать тело без документов? Кто может засекретить записи с камер наблюдения?

Я уже понял, куда она клонит.

— Кто-то сверху.

— Именно. Кто-то с большими полномочиями. Кто-то, кто имеет доступ к тюрьмам, моргам и системам наблюдения.

— И кто может контролировать сознание, — добавил я.

— Вот! — Лора щелкнула пальцами. — Менталисты. Гипнотизеры. Специалисты по промывке мозгов. Знаешь, какая организация в Империи славится такими кадрами?

Я знал. И от этого знания становилось не по себе. По сути, каждый раз, когда я с ними связывался, мне они казались вполне честными и порядочными ребятами, которые не встают ни на чью сторону и занимаются своими делами. И все же наша первая встреча оказалась совсем не веселой.

— ОМЗ, — вздохнул я.

— Бинго, — Лора невесело улыбнулась. — Отдел Магической Защиты. Те самые ребята, которые должны защищать Империю от магических угроз. И у которых есть менталисты, гипнотизеры и доступ ко всем государственным структурам.

— Но зачем им устраивать покушение на барона Измайлова?

— Вот это и предстоит выяснить. Но если я права, то мы влезли во что-то очень серьезное.

Я потер виски. Еще не хватало иметь дело с менталистами… Нет, им не пробраться ко мне в голову, но почему они вообще решили этим заняться? Неужели, у них есть претензии к Сахалину?

— Не делай поспешных выводов, — прочитав мои мысли, сказала Лора. — ОМЗ большая структура. Там сотни людей. Это не значит, что вся верхушка замешана в этом.

— Но кто-то оттуда может быть, — вздохнул я.

— Может. Поэтому нам нужно больше информации. И желательно без лишнего шума.

Я посмотрел в окно на вечернюю Москву.

— Данила, — обратился я к водителю. — Отвези меня в гостиницу. Мне нужно подумать.

— Понял, начальник.

Машина тронулась.

— И еще, — добавила Лора. — Если это действительно ОМЗ, то нужно быть очень осторожными. У них достаточно ресурсов, чтобы создать серьезные проблемы.

— Спасибо, что подбодрила.

— Всегда пожалуйста, — она мило улыбнулась. — Для этого я и существую. Ну, и еще чтобы напоминать тебе о важных встречах, которые ты постоянно забываешь.

— Я ничего не забываю.

— Ага! А кто на прошлой неделе пропустил совещание с губернатором?

— Это было один раз.

— Четыре.

Я промолчал. Спорить с Лорой было бесполезно. У нее идеальная память.

Где-то в Москве.

Темный кабинет.

Человек сидел за массивным столом и смотрел в окно на ночной город. Телефон в его руке негромко потрескивал помехами.

— Островский опять начал копать, — произнес он в трубку. — Нашел какие-то документы. Сует нос, куда не следует. Отправляет своих людей.

— Это проблема? — раздался искаженный голос на том конце «провода».

— Пока нет. Но надо его немного осадить. Пусть поймет, что есть границы, которые переходить не стоит. Ему уже один раз намекнули в жандармерии.

— А что с Кузнецовым?

Человек усмехнулся.

— Скоро он должен вмешаться. Или его люди. Но пока они пойдут по ложному следу. Первым делом подумают на некроманта.

— А если догадаются?

— Даже если Кузнецов сразу поймет, что это не некромант, потом решит, что это менталист. Будет искать среди них. А мы к тому времени уже закончим.

Повисла пауза. Потом голос в трубке спросил:

— Что будет, если Измайлова все же не согласится?

Человек встал и подошел к окну. Огни города мерцали внизу, словно россыпь драгоценных камней.

— Тогда все ее семейство в расход, — холодно ответил он. — Отец, мать, дети. Всех.

— А потом?

— Потом перейдем к следующему претенденту. У нас длинный список.

— Понял. Держи меня в курсе.

Связь оборвалась.

Человек положил телефон на стол и снова посмотрел в окно. Там, в этом огромном мегаполисе, люди жили своей обычной жизнью. Не подозревая, что их судьбы решаются в темных кабинетах.

— Ничего личного, — тихо произнес он. — Просто политика.

Гостиница «Метрополь».

Москва.

Номер оказался вполне приличным. Не роскошным, но достаточно комфортным для одной ночи. Большая кровать, письменный стол, вид на Большой театр.

— Уютненько, — оценила Лора, появляясь в прозрачном пеньюаре у окна. — Хотя я бы предпочла что-нибудь с джакузи.

— Ты бестелесная.

— И что? Мне нельзя мечтать? — хмыкнула она, — К тому же, мне осталось парочка апгрейдов… Ну да ладно, будет сюрприз…

Я сел на кровать и потер виски. День выдался длинным.

Лора села на меня сверху и обняла за шею.

— Лора, отправь несколько деталек к барону Измайлову и его семье.

— Уже сделала, — она довольно улыбнулась. — Пять минут назад. Три детальки на самого барона, две на его жену, по одной на каждого из детей.

— Откуда ты узнала?

— Михаил, я искусственный интеллект с доступом к твоим мыслительным паттернам. Я знала, что ты это попросишь, еще когда мы выезжали из переулка.

— Иногда ты меня пугаешь.

— Это комплимент? — она нежно провела пальцами по шее.

— Констатация факта.

Лора хихикнула и села рядом со мной на кровать. Точнее, сделала вид, что села. Матрас даже не прогнулся.

— Кстати, я оставила одну детальку с Островским.

— Это хорошо. Вдруг к нему появятся вопросы у тех, кто наверху…

— Вполне, раз мы действуем от его имени.

Я помнил. Островский был одним из лучших юристов Империи. Въедливый, дотошный, с репутацией человека, который докапывается до истины любой ценой.

— Зачем?

— На всякий случай. Он тоже занимается делом Измайловых. Представляет интересы семьи. И судя по его последним запросам в архивы, копает в том же направлении, что и мы.

— Думаешь, выйдет на тех же людей?

— Возможно. А если выйдет, то станет для кого-то проблемой. И тогда нам будет полезно узнать, кто именно решит его «осадить».

Умная девочка. Я иногда забывал, насколько она умная.

— Хорошо. Что дальше?

Лора встала и начала расхаживать по комнате, загибая пальцы.

— План такой. Утром мы отправляемся в ОМЗ. Официально ты хочешь обсудить вопросы безопасности студентов КИИМа. Неофициально я просканирую всех сотрудников, с которыми ты встретишься.

— Что именно будешь искать?

— Аномалии в поведении. Следы ментального воздействия. Необычную мозговую активность. Если кто-то попробует залезть к тебе в голову, то я его легко отслежу.

— А если менталист достаточно силен, чтобы скрыться?

— Тогда я замечу, что он скрывается. Это тоже информация.

Логично.

— Еще мне нужен список всех сотрудников ОМЗ, имеющих доступ к тюрьмам и моргам.

— Составлю, как только попадем в здание. У них нет сети распространения, и всю документацию они хранят в бумагах.

— И досье на каждого.

— Что найду, — пожала плечами Лора.

Я откинулся на подушку и уставился в потолок. Лепнина девятнадцатого века. Красиво.

— Знаешь, Лора, иногда я думаю, что без тебя я бы давно уже погиб.

— Не иногда. Постоянно. Я веду статистику, — и она реально вывела график моей предполагаемой смерти.

— И что тут?

— Количество раз, когда я спасла тебе жизнь. На данный момент счет сорок семь — два в мою пользу.

— А два это когда я спас тебя?

— Ага, все мы не без греха, — невинно улыбнулась Лора.

— Но на тебя нападают меньше, чем на меня, — вздохнул я.

— Вот именно, — она победно улыбнулась. — Поэтому счет такой несправедливый.

Я закрыл глаза. Спорить с ней было бесполезно.

Там же.

Полчаса спустя.

Я набрал домашний номер. Трубку взяли после второго гудка.

— Миша? — голос Маши звучал немного сонно. — Ты где?

— В Москве. По делам задержался. Как вы там?

— Нормально. Света уже спит. Она сегодня весь день возилась с какими-то документами и устала.

— А ты?

— А я жду, пока мой муж позвонит, — в ее голосе послышалась улыбка. — Между прочим, уже почти полночь.

— Извини. День был сложный.

— Расскажешь?

Я коротко пересказал основные события. Без лишних деталей, но достаточно, чтобы она поняла суть.

— То есть кто-то пытается убить барона Измайлова? — уточнила Маша. — Надиного отца?

— Похоже на то.

— И ты думаешь, это кто-то из ОМЗ?

— Пока только версия.

Маша помолчала.

— Миша, будь осторожен. Если это правда, то там очень опасные люди.

— Знаю. Буду.

— И возвращайся скорее. Мне без тебя одиноко.

— Света же рядом.

— Света храпит… — фыркнула Маша.

— Неправда! — раздался сонный голос на заднем плане. — Я не храплю!

— Храпишь, — безжалостно ответила Маша. — Как маленький паровозик.

— Это клевета! Миша, скажи ей! — громче сказала Света.

Я улыбнулся.

— Девочки, не ссорьтесь.

— Мы не ссоримся, — хором ответили обе. — Мы дискутируем.

— Угу. Дискутируйте потише, а то соседей разбудите.

— Каких соседей? — фыркнула Света. — Ближайшие соседи в трех километрах!

— Вот их и разбудите.

Послышался смех. Потом Маша снова взяла трубку.

— Ладно, не буду тебя задерживать. Когда вернешься?

— Завтра вечером. Максимум послезавтра утром.

— Хорошо. Люблю тебя.

— И я вас. Обеих.

— Эй! — возмутилась Света. — Почему «обеих»? А как же индивидуальный подход?

— Спокойной ночи, — я повесил трубку, не дожидаясь продолжения дискуссии.

Лора наблюдала за мной с нескрываемым весельем.

— Что?

— Ничего. Просто умиляюсь. Грозный царь Сахалина, победитель хрен пойми каких чудовищ и монстров, и его две жены, которые спорят о храпе.

— Это называется семейная жизнь.

— Я в курсе. Просто не ожидала, что она настолько… бытовая.

Я стянул ботинки и лег на кровать.

— Разбуди меня в семь.

— Будильник поставлен. Что-нибудь еще?

— Да. Если ночью случится что-то важное, буди сразу.

— Определи «важное».

— Нападение врагов, падение метеорита, конец света. В таком порядке.

Я укутался в одеяло.

— А если Валера опять возьмет страну в заложники?

— Это подождет до утра.

— Записала, — кивнула Лора. — Но, дорогой мой вонючка, а не хотите ли сначала принять ванну?

— Бли-и-и-ин… — я вылез из-под теплого одеяла и поплелся в ванную.

После горячей воды меня разморило и сон пришел почти мгновенно.