Восхождение Плотника. Том 2

Глава 13

Пелагея вздохнула и шлёпнула себя ладонью по лбу.

— Разве я сказала что его нужно убить? Впрочем, можешь поступить и так, но я бы предпочла чтобы ты его исцелил. Леший не злой по своей природе, — продолжила Пелагея. — Он дух леса и скорее помощник, правда весьма своенравный. Так вот, пару месяцев назад через вашу деревню проходил волхв. Судя по всему он добрался до священной рощи, — Пелагея понизила голос.

Она замолчала и пристально посмотрела мне в глаза.

— Не знаю что этот сумасшедший сделал, но после этого Леший взбесился. Думаю проблема в том что Волхв как-то повредил священную рощу. Может ритуал какой провёл или ещё что. И теперь ты должен это исправить. Нет, если не хочешь, можешь не браться за эту работу, но тогда Древомир умрёт.

— И как я должен вылечить эту деревяшку? — поинтересовался я без особого энтузиазма.

— А мне почём знать? — Пелагея скрестила руки на груди и добавила. — Сам разберёшься. Однако сперва дам тебе совет. Пока твои каналы забиты, лучше в рощу не ходи. Помрёшь как пить дать.

— Значит придётся рискнуть, ведь у Древомира каждый час на счету.

— Глупое дитя. — Улыбнулась Пелагея. — Ты сформировал лишь один узел. Когда откроешь остальные, мир для тебя изменится и ты поймёшь что даже один час может быть вечностью. А теперь иди тренируйся. Если сможешь открыть хотя бы узлы в ногах, то у тебя появится шанс не только спасти своего мастера, но и собственную жизнь.

— Я и так прошмыгну, пока леший будет шляться у болот. Надо только подгадать момент…

— Не неси чепухи. Как только ступишь в священную рощу, леший узнает и тогда тебе конец. И ещё, забудь про лёгкие пути. Их в этой жизни не существует.

— Я заметил. — Буркнул я и пошел на выход.

— Весь лес в твоём распоряжении. Садись и практикуйся. — Бросила она мне вслед.

Я остановился в дверном проёме и обернулся на звук скрипнувших половиц. Это была Злата, она слезла с печки и встретилась со мной взглядом. Смущённо улыбнувшись она сделала вид что занята чем-то невероятно важным, и стала изредка посматривать в мою сторону. Пелагея даже не оборачивалась на внучку, а всё поняла с ходу.

— Пока пытаешься постичь живу, можешь пожить у нас пару дней, — обронила Пелагея небрежно. — Тем более что Злате ты понравился.

После этих слов Злата покраснела и отвернулась в сторону избы делая вид что готовит еду. Девичье смущение выглядело довольно мило, сразу стало понятно что Злата если и не влюблена в меня, то как минимум относится с теплотой. Что для этого мира редкость.

Я поблагодарил Пелагею, спустился с крыльца и вышел из избы. Осмотревшись по сторонам я заметил густой подлесок полный елей, осин и берёз. Среди них стоял кряжистый исполин, старый вяз. Не успел я подойти к нему в плотную, а уже почувствовал как через узел сформированный в спине течёт жива наполняя тело теплом.

Ствол старого вяза был в два обхвата, кора изрезана глубокими бороздами, нижние ветви толщиной с мою ногу. Дерево стояло в десяти метрах от границы леса, через которую не мог переступить Леший. Кстати, как Пелагея защитилась от него? Использовала какое-то заклинание? Или трухлявый боится ведьму зная что она культиватор?

Ответов на эти вопросы я разумеется не получил. По этому подошёл к вязу вплотную, прислонился к нему спиной и сполз на землю. На лбу тут же проступила испарина, от жара который заполнил тело. От этой горячей волны живы даже кости загудели. Точнее я ощутил вибрацию по всему телу, будто я вошел в резонанс с вязом.

Закрыв глаза я сосредоточился и увидел как зеленоватые линии рисуют в моём сознании чертёж вяза. Линии сформировали контур, после силовые узлы в корнивище от которых во все стороны хлынули потоки живы питая дерево.

В этот момент поток живы усилился, он хлынул по моему позвоночнику через сформированный узел и стал растекаться по телу без какого либо контроля. От этого вибрация усилилась и я почувствовал как дрожу от неимоверного напряжения. Казалось ещё немного и моё тело не выдержит, его попросту порвёт необузданной энергией на части.

Система тут же сообщила:

Поглощение Живы: активировано.

Источник: Ulmus glabra (вяз шершавый), возраст 500 лет.

Скорость поглощения: 28 единицы/минута.

Живы накоплено: 103/120.

Ого! Всего за четыре жалкие минуты я могу залиться живой до краёв? Ничего себе! Возможно вяз обладает такой энергопроводимостью потому что ему аж пять сотен лет. Выходит чем древнее дерево, тем больше живы в нём накоплено? Дуб Древомира давал на порядок меньше живы, а ещё…

Я почувствовал что-то неладное. Жива будто потекла в обратную сторону. Сосредоточившись на энергетическом чертеже дерева я заметил что силовые линии вяза начали выступать за пределы ствола и сформировали новый силуэт. Мой силуэт. Более того, они будто пронизывали меня насквозь и… Тянули из меня живу?

— Ты чё творишь, Буратино? — Прохрипел я скрежетнув зубами и попытался сопротивляться чёртовому дереву.

Что за лес такой? То леший на меня открыл охоту, а теперь плотоядное дерево? Ну не совсем плотоядное, но если оно выпьет из меня всю живу, то я подохну, а после стану для него удобрением. Удобно да? Прилёг путник поспать под деревом и уснул навеки вечные.

Система опять дала о себе знать:

Потеряно 5 единиц живы.

Ага. Спасибо блин. Я уже понял что меня пытаются выпить досуха.

Я сосредоточился на узле сформированном в позвоночнике и представил что он принимает форму клапана. Через него жива проходит внутрь тела, а обратно не вытекает. Жуткая боль прокатилась по позвоночнику, но тут же отступила, а зелёные линии формировавшие мой силуэт исчезли, будто их отсёк невидимый нож.

Вот, так то лучше. Теперь я не отдам ни капли накопленной живы, но и входящий поток энергии уменьшился, до 15 единиц в минуту. Впрочем с моим общим объёмом живы, это всё равно гигантский поток энергии с помощью которого я смогу за жалкие восемь минут заполнить и переполнить свой резервуар живы.

А теперь стоит приступить к формированию нового узла. Я представил как жива из позвоночника течёт в левое плечо. Энергия поднялась из поясницы вверх до уровня плеч и упёрлась в стену. Канал забит наглухо.

Можно было потихоньку промывать канал стараясь пропихнуть в него жалкие капли живы, но сейчас у меня был мощный источник энергии, с помощью которого я мог бы разом промыть всё тело, как если бы открыл дамбу. Правда если открыть дамбу, поток воды может смыть к чёртовой матери все постройки по ходу течения, а значит такой метод может разрушить и моё тело…

Ладно, попробую постепенно увеличивать мощность.

Я увеличил напор и направил живу в забитый канал плеча. Это была тонкая струйка, но давление в плече тут же сменилось резкой болью. Открыв глаза я увидел что рубаха на правом плече начала пропитываться кровью. Отдёрнув ворот рубахи я увидел язву размером полтора сантиметра, из неё медленно вытекала кровь. Понятно… Ткани не выдержали напора и я получил то что заслужил.

Выходит что нельзя форсировать события? Если так, то я явно не успею прочистить энергетические каналы до того как Древомир отправится к праотцам.

— Проклятье! — Выругался я чувствуя запоздалую жгучую боль прострелившую плечо до самых костей.

Раз с правым плечом не вышло, попробую с левым, но аккуратнее. Снова жива поднялась по пояснице и остановилась на уровне лопаток, а после медленно потекла в левое плечо. Я старался замедлить поток настолько насколько это возможно. Вот только мою концентрацию сбили.

Послышалось щебетание и мне на голову села чёртова птичка. От неожиданности я дёрнулся и утратил контроль. Как итоге, на левом плече в районе сустава кожа так же лопнула. Алые капли выступили на коже и окрасили рубаху.

Разрыв тканей от избыточного давления. На стройке такое бывало с гидравликой. Подали слишком много атмосфер, и шланг лопнул по шву. Мои энергетические каналы оказались таким шлангом. От излишнего давления жива нашла узкое место, и порвала ткани.

Кровь текла пропитывая новенькую рубаху, а раны пульсировали на холодном воздухе. Ну и что делать? Попробовать гнать живу в колени? Может сработать, а если не сработает, то возможно я не смогу ходить из-за нанесённого мне ущерба. Особенно если жива повредит мне суставы к примеру…

Хотя если рассуждать логически, то я получаю живу из деревьев. Деревья пьют её из земли с помощью корней. Если провести аналогию, то я точно такое же дерево, только из плоти и крови. У меня есть ствол в виде позвоночника через который течёт жива, а мои корни это ноги?

Закрыв глаза я направил живу через поясницу к бёдрам, на удивление энергия прошла без препятствий до самых коленей, а после упёрлась в блок. Но это уже было что-то.

— А если так? — Произнёс я не открывая глаз и снял сапоги.

Ноги коснулись ледяной прелой листвы, а по телу пробежали мурашки.

— Забавно. — Прошептал я, чувствуя как тепло начинает растекаться по ступням.

Жива из земли проникала в кожу на ступнях, но дальше не могла пробраться. Однако и этого было достаточно. Моя теория верна. Кто бы не создал этот мир, он явно руководствовался принципом подобия. Системы и виды разные, но общий принцип един. Осталось только…

Я постарался разделить своё внимание на две точки. Первая была в правой стопе, вторая в правом колене. Задача была проста. Начать медленно давить с двух сторон в надежде что это поможет пробить каналы. Давление нарастало с каждой секундой, тепло в ступне поднялось до щиколотки, из-за чего я едва не заорал от восторга! Вторая точка так же сместилась на пару сантиметров ниже колена и…

И я снова переборщил.

Боль пронзила стопу насквозь. Скорчившись от боли я посмотрел на ногу и увидел что кожа на подъёме стопы лопнула, задрал штанину и обнаружил довольно глубокую язву на сантиметр ниже колена. Из ран потекла кровь.

Присмотревшись я понял что на подъёме стопы рана на порядок глубже, чем на плече. Разрыв прошёл по подъёму стопы, длиной в два пальца, что вызвало капиллярное кровотечение, весьма обильное, но не смертельное.

— Эх, надо было учиться на энергетика или электрика. Глядишь эти знания пригодились бы в формировании узлов. — Вздохнул я.

Четыре ранения за полчаса. Что тут скажешь? Я истинный мастер! Спроси меня как сформировать узел и делай наоборот. Тогда точно достигнешь успеха.

Я оторвал рукав и обмотал им стопу корчась от боли. На всякий случай перетянул потуже, чтобы остановить кровь и спрятал ногу в сапог.

Вот тебе и пятисот летнее дерево. Возможно для формирования узлов его напор живы слишком силён и мне следует выбрать нечто другое? К примеру куст малины. Уж он то всяко меня не попытается убить. В лучшем из случаев из него будет течь одна сотая единица живы в минуту.

Устало я привалился к стволу вяза и просто позволил живе течь по позвоночнику. Энергия вращалась по кругу от поясницы, до шеи и обратно. Тепло растеклось по телу, а жива медленно устремилась к ранам, но не по каналам, а как будто потекла по коже тонким слоем. Постепенно боль начала угасать, а кровотечение на плечах замедлилось.

Раны не закрылись полностью. Жива лишь облегчала моё состояние и снимала воспаление. Но рассечённая кожа не срасталась как бы я не старался представить что раны стягиваются будто их сшивают зеленоватыми нитями сотканными из живы. Видать для полноценного исцеления необходим идеальный контроль живы, да и куда больший запас энергии чем у меня.

Я сидел под вязом и ровно дышал, пока не услышал хруст сломанной ветки. Открыв глаза, я удивился. Вокруг стояла глубокая ночь, тёмная и звёздная. Выходит я потратил намного больше чем полчаса. А ведь по ощущениям казалось что прошло всего мгновение. Мгновение за которое успело стемнеть.

Слева от меня стоял тёмный силуэт заставивший меня дёрнуться. Я решил что это леший, но нет. Это была всего лишь Злата. В руках она держала шерстяное одеяло и протягивала его мне. Лунный свет падал на русые волосы, заплетённые в косу. Зелёные глаза поблёскивали в темноте как два изумруда.

— Замёрзнешь, — негромко произнесла Злата.

Я взял одеяло и накинул на плечи. Колючая шерсть уколола кожу, но это было чертовски приятно.

— Спасибо.

Злата присела на корень вяза, поджав ноги к груди.

— Бабушка велела присмотреть за тобой, — пояснила Злата нежным голосоком. — Говорит, ты упрямый, как осёл. Будешь сидеть до утра, пока не окоченеешь от холода или не истечёшь кровью.

Сравнение с ослом задело моё самолюбие, хотя доля правды в этом всё же была.

— А где твои родители? — спросил я позабыв про чувство такта.

Нет, ну серьёзно. Если Пелагее далеко за восемьдесят, а её внучке нет и двадцати, то сколько родителям Златы? Сорок или около того? Куда они делись, почему отправили дочку жить в лес со старухой? Посмотрев на Злату я понял что сунул нос куда не следовало, так как её взгляд тут же стал печальным.

— Погибли, — Произнесла она так, будто на хрупких плечах лежала тяжесть всего мира. — Четыре года назад, в весенний паводок. Мы жили в деревне Сосновка, ниже по реке Щуре.

Она помолчала, собираясь с мыслями.

— В тот год вода поднялась на три аршина. Затопило низину, где стояла наша деревня.

Голос Златы оставался ровным, но пальцы теребили косу. Маленький жест, выдававший то, что эти воспоминания до сих пор болезненны для девушки.

— Нас с родителями смыло, — продолжила Злата тише. — Я видела, как они уходят под воду. Как брёвнами подхваченными водой ломает им кости, да и меня крепко переломало…

Лунный свет серебрил её волосы. В зелёных глазах блестел отражённый свет, но слёз не было. Судя по всему Злата давно выплакала их, все до единой.

— Меня выбросило на берег. Думала помру, закрыла глаза, а когда снова открыла, я уже была тут. В избе бабушки. Она выходила меня, откормила, научила травы собирать. С тех пор я тут и живу.

Уголки её губ дрогнули в мягкой улыбке вспомнив Пелагею. Это подтверждало мои мысли о том что ведьма лучше чем хочет казаться. Пусть её недолюбливают сельчане, но Пелагея явно не зло во плоти. Скорее она придерживается серой морали. Может помочь, но в обмен на что-то чертовски весомое. По типу убийства лешего… А, точно. Исцеления лешего, впрочем от этого не легче.

Я глянул на покосившуюся избу в лунном свете. Тусклый огонёк лучины мерцал за мутным окном. Пелагея, сидела за столом и что-то растирала в ступе.

— Спасибо, что рассказала, — произнёс я негромко.

— Спасибо, что выслушал, — откликнулась Злата. — Бабушка не любит, когда я об этом вспоминаю. Говорит, прошлое нужно оставлять позади.

Она поднялась с корня и отряхнула юбку.

— Ложись спать, упрямый осёл, — бросила она с лёгкой улыбкой. — И не опаздывай к завтраку.

— Иа! — Усмехнулся я пародируя осла и плотнее закутался в одеяло.

Злата звонко засмеялась и пошла к избе. Шаги лёгкие, спина прямая, коса покачивалась из стороны в сторону. Одним словом красавица с добрым сердцем.

Я же остался под вязом, укутанный в одеяло. Раны всё ещё ныли и пульсировали слабой болью, но после этого разговора мне стало немного легче. Порой сосредотачиваешься на собственных проблемах и кажется что весь мир против тебя. А потом смотришь по сторонам и понимаешь что другие люди тоже страдают и порой им куда тяжелее чем тебе. В такие моменты становится легче и даже немного стыдно.

Злата ушла, а я остался под вязом. Одеяло пахло травами и чем-то цветочным. Наверное, лавандой, которую сушила Пелагея. Закрыв глаза я увидел улыбку Златы. Мягкую, открытую и добрую. В этом мире она пожалуй единственная девушка которая смотрит на меня без отвращения. Да, раньше смотрела с ужасом, а сейчас всё переменилось. И нет, это не Стокгольмский синдром.

— Красивая. — Прошептал я и сам смутился от таких мыслей.

Натянул одеяло до подбородка и провалился в сон.

Снилось ромашковое поле. Бескрайнее, залитое солнцем, от горизонта до горизонта. Белые цветы покачивались на ветру, а между ними бежала Злата, босая, в белом сарафане. Русая коса металась за спиной. Она смеялась, звонко и заливисто. Я бежал следом и тоже смеялся. Молодой, лёгкий, без груза прожитых лет. Я протянул руку чтобы поймать её и обнять, но тут же очнулся от жесткого пинка по ноге.

Открыв глаза я увидел Пелагею. Она стояла, скрестив руки, и разглядывала меня с брезгливым выражением лица.

— Ты лыбился как идиот, — сообщила она. — Я уж испугалась, что умом тронулся.

Мои щёки тут же обдало жаром. Хорошо, что в предрассветных сумерках румянца не видно.

— Который сейчас час? — пробормотал я, протирая глаза.

— Час, когда нужно умыться и продолжить практику, — отрезала Пелагея. — Ручей за ольшаником. Поторопись.

Она развернулась и зашагала к избе. Нехотя поднявшись я дошел до ручья расположившегося в двадцати шагах за кустами. Неглубокий, прозрачный, с песчаным дном. А вода в нём не просто ледяная, а обжигающе холодная! Я плеснул в лицо и зашипел. Кожу будто огнём опалили. Сон смыло мгновенно вместе с остатками ромашкового поля.

Я умылся, ополоснул шею и руки. Осторожно снял сапог и размотал тряпицу на правой ступне. Ну как, размотал? Пришлось срывать тряпку вместе с кровавой юшкой подсохшей за ночь. Боль неописуемая, но рану нужно было промыть. Ополоснув ногу в ручье я оценил язву. Следов воспаления нет, только сукровица сочится от того что я сорвал повязку.

На плечах картина была куда лучше. Кровь подсохла корочками и хвала богам не приросла к рубахе.

Плеснув пару раз на лицо из ледяного ручья, я вернулся к вязу и замер. У корней стояла глиняная крынка с молоком, а рядом лежал ломоть свежего хлеба, накрытый чистым полотенцем. Хлеб был горячим и ароматным.

Из окна избы выглянула Злата. Она улыбнулась и помахала мне рукой, а после стыдливо скрылась за занавеской. Я махнул в ответ и сел у дерева отломив краюху хлеба. Хрустящий хлеб запивал ледяным молоком и пытался понять откуда молоко посреди леса? Я огляделся по сторонам. Ни коровника, ни загона, ни малейших признаков скотины. Неужто белок доят?

Доев хлеб и допив молоко, я вытер губы тыльной стороной ладони и привалился к вязу спиной. Снял сапоги поставив ступни на землю и жива снова хлынула в позвоночник, наполняя каналы и я попытался направить энергию в левую ногу. Ещё медленнее чем вчера.

Направлял живу поступательными движениями. Немного вперёд, отступаем назад и снова вперёд. Как и вчера добрался до подъёма стопы и области ниже колена, после чего возник затык. Нога заныла, а пальцы онемели. Постепенно ощущение распирания начало нарастать, словно я должен вот вот пробить пробку закупорившую каналы.

И снова лопнуло. Послышался хлюпающий звук, а на штанине ниже колена расплылось алое пятно крови. Жгучая боль прострелила всю ногу начиная от бедра и заканчивая кончиками пальцев. Я непроизвольно дёрнулся и выругался трёхэтажным матом, но тут же умолк услышав голос Пелагеи:

— Почему прервался?

Она стояла в двух шагах от меня и с интересом изучала меня.

— Потому что я пробую сформировать узел, а вместо этого получаю новый позрез.

Пелагея присела на корточки рядом со мной и постучала пальцем мне по лбу.

— А как ты хотел? Для прочистки каналов и формирования узлов нужны десятки лет практики. Ты же пытаешься стать сильнее за считанные дни. Сам же знаешь что мышцы за одно утро не нарастишь.

— Хотите сказать что я не успею прочистить каналы и Древомир умрёт? — спросил я напрямик.

Пелагея прищурилась и помедлив с ответом сказал:

— Я такого не говорила. Всё в этой жизни имеет свою цену. Узлы, которые ты жаждешь сформировать, тоже можно создать быстро, но есть плата.

— И какая?

Я уже знал ответ, но спросил чтобы убедиться в верном ли я направлении думаю. Молчание длилось буквально пару секунд, а после мы с Пелагеей одновременно произнесли:

— Страдание.

Пелагея растянула губы в улыбке и кивнула.

— Умный парень, всё понимаешь. Если хочешь сформировать узел, наплюй на боль. Лопнула кожа, взорвались мышцы, треснули кости, не останавливайся. Продолжай формирование, чего бы это ни стоило.

— Через страдания к звёздам, — пробормотал я.

— Или в могилу, — Пелагея поднялась и отряхнула юбку. — Как повезёт.

Она развернулась и пошла к избе оставив меня собираться с духом. Помнится как-то мы бурили скважину в скальном грунте и бур раскалялся докрасна. Можно было остановить и остудить его, потеряв кучу времени. А можно было давить, пока сверло не пройдёт насквозь. Второй способ убивал буры, но давал результат. Заказчик тогда сказал что время дороже денег и мы этих буров попортили, страшно вспоминать.

Сейчас в роли бура выступало моё собственное тело. И если я его сломаю, то второе мне вряд ли кто-то даст…