Мир вокруг меня поплыл.
Де Фрост. Имитация. Все эти годы я была не бездомной сиротой — я была кем-то и обладала даром, о котором даже не подозревала. Даром, который желали другие? Не подарок судьбы, а прямо-таки мишень на спине!
— Значит, имитация, — задумчиво повторила я слова фамильяра. — Ясно.
На деле же ничего ясным не было. Только вопросов добавилось. Что это за магия такая? Как ею управлять? Но самое главное: кем были мои родители, и живы ли они до сих пор?
Призрак медленно скользнул по моей руке, лежащей на столе, и его прохладная чешуя заставила меня вздрогнуть, возвращая в реальность.
— Ты можешь перенимать и воспроизводить магические способности других. Временно, и не в полную силу. Без изучения, без ритуалов. Ты чувствуешь ее, резонируешь с самой сутью чужой магии, настраиваешься на ее частоту. А затем можешь воспроизвести ее, как свою собственную, — прошипел он, и в его голосе звучало почти благоговение.
Я внимательно слушала змея и бессознательно водила пальцами по его чешуе.
— Клянусь служить и защищать тебя, маленькая де Фрост. Только погладь вот тут, — Призрак блаженно прикрыл глаза и подставил под мою руку свою изящную голову.
Мне было несложно, и я с удовольствием выполнила эту маленькую просьбу. К тому же фамильяр оказал мне большую услугу, открыв правду о моем происхождении.
Лорд Аарон, который, кажется, был потрясен не меньше меня самой, повторил для Ройса наш со змеем диалог и сказал:
— Я отправлюсь в родовой замок и аккуратно выясню все, что смогу о рождении моей нечаянной родственницы, — мужчина криво ухмыльнулся на последнем слове и обратился к своему фамильяру. — Призрак, останешься здесь и будешь со мной на связи. Леди Айла, не слишком его балуйте, а то еще привыкнет.
— Не слушай его, — шепотом произнес змей, вызвав у меня улыбку.
— Я пошлю в монастырь людей разузнать все обстоятельства того, как Айла попала к монахиням, — сказал генерал и посмотрел мне в глаза. — Возможно ты знаешь не всю правду, либо вообще ее не знаешь.
Ройс был прав. Сколько я себя помнила, я жила и росла в монастыре. Но как я там оказалась — вопрос. Не исключено, что мне не рассказали всего, утаив важные детали.
— А заодно нужно проверить кладбище… — продолжил генерал. — Если я прав в своей догадке и настоящая племянница лорда Лоренца жива, то гроб окажется пуст.
Пока мужчины обсуждали между собой предстоящие дела и задачи, я продолжала бездумно гладить змея. Надо сказать, процесс был медитативный и успокаивающий. Гладкая чешуя под пальцами, тихое урчание-шипение, которое издавал фамильяр — все это создавало странный оазис покоя в водовороте шокирующих открытий.
Внезапно хлопнула дверь, и я обнаружила, что в кабинете, не считая Призрака, мы с супругом остались вдвоем. Ройс окинул змея выразительным взглядом, и тот понял намек без слов.
— Позови, как понадоблюсь, маленькая де Фрост, — бросил фамильяр напоследок и растворился в воздухе.
Внезапная тишина, наступившая после ухода лорда Аарона и исчезновения Призрака, казалась почти громкой. Генерал медленно повернулся ко мне, и в его серых глазах я увидела не привычную стальную твердость, а нечто более сложное — смесь решимости и… осторожности?
— Наш брак, — начал Ройс, четко выговаривая каждое слово, — был заключен между мной и леди Селеной Лоренц. Дочерью графа.
Он сделал паузу, давая мне осознать смысл его слов. Я насторожилась, не понимая, к чему генерал ведет.
— Ты — не она. И у тебя есть полное право потребовать аннулирования брака. Основание более чем весомое — заключен под ложными предпосылками, с подменой личности.
Воздух застыл в моих легких. Аннулировать брак? Стать свободной?
Мысль ударила, как обухом по голове, ошеломляя и пугая одновременно.
— Но и у тебя есть точно такое же право, — заметила я, стараясь сохранить хладнокровие.
— Есть, — не стал отрицать супруг. Его взгляд был напряженным, изучающим, будто он взвешивал каждую мою реакцию.
Какого ответа он ждал?
— Если я аннулирую брак, что тогда? — спросила я, подавив дрожь в голосе.
— Тогда я отправлю тебя с деньгами и охраной туда, куда ты пожелаешь. Но знай, — Ройс приблизился ко мне и, наклонившись вплотную к моему лицу, прошептал в самые губы. — Я найду тебя.
— Зачем? — выдохнула я, затрепетав от неожиданной близости генерала.
— Чтобы снова сделать тебя своей, — закончил он, и это не было угрозой. Это было обещанием. Глухим, сокровенным, от которого кровь ударила в виски.
И, прежде чем я успела осмыслить его слова, мужские губы накрыли мои.