Василиса и проклятая мельница (СИ)

Глава 19

Угрюмый домовой ждал в моей «келье», сидя на подоконнике, поджав под себя ноги. Зыркнув на меня зелёным кошачьим глазом, он опять отвернулся, словно за окном творилось что-то куда интереснее моей скромной персоны. Правда, долго выдержать обиженную на весь свет мину он так и не сумел. Стоило мне тяжело опуститься на кровать, так и не сняв обуви, как он рывком подскочил и, стоя на подоконнике во весь свой небольшой рост, упёр кулаки в бока.

− Что ж ты, жердь такая вымахала, а ума так и не набралась? – громко пробасил он. – Зачем с Мельником спорила? А тем более с водяным? Ой, горе-горе! Что теперь делать-то?

− Да чего ты распричитался?

Целый день меня поучают, выговаривают! И тому всё не так, и другому! Водяной ещё этот, мерзкий! Как-то замедленно до меня доходило, что он чуть на дно не утащил, даже глазом не моргнув. Реальность происходящего перемешалась с ощущением, будто это происходит не со мной. Хотелось закрыть глаза и забыться…

− Вставай, дылда! На урок пора – в твоём положении его пропускать никак нельзя!

Ещё и урок! Мельник говорил, об этом – как мельница завертится, так и приходить. Я села в кровати, потирая глаза в попытках отогнать непрошенную сонливость. Эх, кофе бы сейчас! Тут меня осенило – если водяной отказался мельничное колесо крутить, то как же?..

Додумать мысль не успела – сначала с улицы раздался довольно громкий гул, а потом треск. Подскочив к окну, успела заметить, как громадные лопасти ветряка вертятся как-то неправильно… И только через несколько секунд поняла – они перекошены и попеременно задевают то крышу, то стены мельницы! Прямо на глазах, громадная деревянная конструкция в очередной раз проскрежетала по крыше, сбив черепицу, и с громким «крак-дуф-дуф-дуф!» разломилась на две неравные части, одна из которых повисла на полотняной перегородке-парусе, ударяя по остальным, пока ещё целым лопастям.

По двору сломя голову бежал Василь Серый и ещё один незнакомый мужчина, с широкой седой прядью в смоляных волосах.

− Стой! Стой! – кричал Серый, размахивая руками. – Чтоб тебе! Сивка, стопори ворот! Не слышишь, что ли? Лопасти бьёт! Сейчас крыша повалится!

Вращение замедлилось. Сломанная деревяшка в последний раз простучала по ветряку и медленно оторвалась от него. Серый и седой, успевшие добежать до крыльца, еле успели увернуться от переломанной детали, с грохотом приземлившейся прямо перед крыльцом. Ошарашенно глядя на обломок, они не сразу заметили парня лет двадцати с кудрявыми серовато-пепельными волосами, в красной рубашке, с опаской выглянувшего из-за двери.

− Чего вы орёте? – спросил он растерянно. – Мне Мельник приказал ветряк запустить – водяной-то отказался колесо крутить! Давно мы его не запускали, вот и скрипит… Ой!

Тут он заметил обломок, живописно валявшийся прямо перед ступенями, и тут же насупился:

− А это что за непотребство? Ай!

Возглас он издал, буквально вываливаясь из-за двери. Не оставалось сомнений – кто-то ему хорошенько наподдал…

Мельник с обманчиво спокойным лицом чинно вышел вслед за парнем, красноречиво потиравшим бедро.

− Как точно ты слово подобрал! Действительно, непотребство!

Окидывая взглядом масштаб разрушений, Мельник задумчиво запустил руку в свою темную шевелюру.

− Ты перед тем, как ворот спускать, ветрило проверил? – спросил он.

Сивка оставил своё бедро в покое и потупился.

− Как я понимаю, сейчас твоё молчание говорит о том, что ты его и не подумал проверить. Так?

Парень понуро кивнул, а потом вскинулся, сверкнув неожиданно яркими синими глазами:

− Я всё починю!

− Нет уж! – отрезал Мельник. – Сам починю, а вот ты…

Василиса не стала дальше слушать, торопясь к выходу – опаздывать не стоило. Дополнительно злить Мельника в такой ситуации – себе дороже. Чего доброго, передумает, и водяному отдаст, в уплату услуг.

В коридоре встретилась с Ульяной и Грушей, тоже торопившимися к выходу. Обязательная Татьяна уже наверняка на месте. Во дворе нас остановили парни, просто заступив дорогу. Серый молча указал на Мельника, задравшего руки кверху в загадочных пассах, будто это должно всё объяснять.

Он некоторое время поводил руками, бормоча что-то – отсюда нельзя было расслышать. Вдруг подул холодный ветер, поднимая в воздух несколько осыпавшихся листьев. Обломок, лежавший перед мужчиной зашевелился, поднялся сам собой в воздух, вскочил на место, от которого откололся и прирос. Затем пришла очередь оторвавшейся черепицы – глиняные пластины подскакивали, немного поелозив, как гнездящиеся чайки, уютно пристраивались на родные места. Длинная царапина, оставленная на бревнах фасада оторвавшейся лопастью, исчезла сама собой. Под конец, слегка крякнув, Мельник крутанул рукой – ветряк слегка крутнулся в одну, потом в другую сторону, тихо скрипнул и остановился. Мельник отряхнул руки одна о другую, обернулся к нам и неожиданно улыбнулся.

− Ну что, ученики, ясно, как работать надо? Надеюсь, в следующий раз кое-кто не станет лениться и всё как следует проверит. А теперь – все в мукомольню!

Мы не успели подойти к дверям, как оттуда вырвался громадный столб пыли и унёсся за ограду… Как знакомо! Помещение мукомольни выглядело сравнительно небольшим по отношению к амбарам, однако восемь человек там прекрасно разместились вокруг громадных, медленно вращавшихся жерновов. Встретившая нас Татьяна, поманила меня за собой и указала на одну из стоявших вдоль стен грубовато сколоченных скамеек.

Я думала, парни и девушки разобьются на группки, но этого не случилось. Все расселись в хаотичном порядке – рядом со мной, кроме Татьяны, оказался мужчина с седой прядью – по возрасту он казался ближе к Мельнику, чем к остальным ученикам. Стараясь не сильно разглядывать присутствующих, всё же заметила боковым зрением, как седой то и дело неодобрительно косился в мою сторону.

Откуда-то из угла Мельник выволок объемный кованый сундук, и откидывая крышку постарался, чтобы она закрывала от нас содержимое. Вытащив оттуда большую книгу в чёрной кожаной обложке, тоже окованной блестящим металлом, мужчина вновь закрыл сундук и отодвинул его под окно.

− Сегодня, как обычно, я научу вас нескольким методам и заклинаниям. Поясню для новенькой, − он сделал выразительную паузу, − вы внимательно слушаете. Я повторю каждое заклинание трижды. Если не сможете запомнить – ваша проблема. Записать заклинание можете у себя в комнате, после того как запомните. Только так. Пассы тоже показываю трижды – на тех же условиях.

Я забеспокоилась. Как же запомнить с трёх раз? Это же невозможно! Тревожно оглядев ряд учеников, поняла, что никто возражать не собирается, более того, всех, похоже устраивает такое положение! Но если я ничего не запомню, получается, отправлюсь за дурацким яблоком для водяного безоружной!

Мельник заметил суету и спросил:

− Василиса, что-то смущает?

− Конечно! – тут же ответила я, хотя сидящая рядом Татьяна попыталась ущипнуть за бедро, призывая к молчанию. – Как с трёх раз можно что-то запомнить, не записывая?

Красавица-Ульяна хмыкнула, презрительно заулыбавшись:

− А ты уж постарайся!

Её никто не поддержал, а Мельник, будто школьный учитель, объяснил:

− Если заклинание с тобой созвучно, оно и с первого раза запомнится, а вот если не твоё – сколь не зубри, никак в ум не вобьёшь. Дальше сама поймёшь.

Он махнул рукой, отметая просившиеся на язык возражения.

− Итак первое сегодняшнее заклинание – временной невидимости, так называемая «шапка-невидимка». Закройте глаза и читайте: «Закрою глаза – в глазах чернота. Всем вокруг глаза застилает, видеть меня не позволяет. Бай, Ба, Аба – кто посмотрит, тот отвернётся. Аба,Бай, Ба – а кто разглядит, тот запнётся, Ба, Аба, Бай – кто меня увидел – забывай!»

Непроизвольно глаза закрылись, а в ушах гудел только голос Мельника – он ещё дважды повторил заклинание, а потом хлопнул в ладоши, привлекая внимание. Я резко распахнула глаза, уставившись на учителя.

− А теперь самое главное, − продолжал он. – Запуск заклинания происходит, когда вы закрываете глаза и читаете. Если глаза открыты – ничего не получится. Действие недолгое – около двадцати минут – больше или меньше, зависит от вложенной силы. Рассеивается само, дополнительного снятия не требует. Паузу сделаем? – спросил он без всякого перехода.

Заклинание до сих пор звучало где-то внутри меня: «Ба, Аба, Бай…− забывай!» Я вдруг с удивлением поняла, что устала. Хотелось вновь закрыть глаза. «Бай, Ба, Аба – кто посмотрит, тот отвернётся…» − очень хотелось запомнить. Обычно, заучивая стихи, я бормотала их вслух, так и сейчас, не заметила как стала бормотать: «Аба,Бай, Ба, а кто разглядит – отвернётся».

Резкий хлопок где-то совсем рядом, вывел из транса.

− Вот вам, прекрасный пример применения заклинания. Это очень обнадёживает – всё-таки ты не так безнадёжна, как показалось с самого начала.

Мельник стоял рядом и улыбался. Татьяна немного испуганно смотрела на меня… Точнее, в мою сторону, куда-то за плечо. А вот я собственного тела не видела совсем. В панике, схватилась за щеки, с облегчением ощутив прикосновение.

− Пугаться не надо, − довольно улыбался Мельник. – Мы вновь увидим Василису где-то через двадцать минут, как и она себя. Ну, что, Василиса, вопросы остались?

− Не-не-не, − проблеяла я. Голос прозвучал довольно громко.

− Как вы понимаете, при применении этого заклинания, если хотите остаться незамеченными, лучше молчать и никому не попадаться на пути. Продолжим?