Укрощение строптивого ректора

Глава 28

Стук!

Стук в дверь нашей комнаты вызывал невыносимое чувство раздражения и желание убивать всё, что не ползает.

— Астра, да открой уже! — слышу крик Милы из ванной.

Не открою, я занята.

Стук!

Нет, я не готова ни с кем взаимодействовать, это мои законные выходные! После того, как ректор опять исчез, так и не поборов ничьи страхи и просто отправив меня обратно на полигон, я так замечательно ничего не делала на парах, что пора бы и отдохнуть.

— Астра!

Ш-ш-ш-ш!

— Да что?! — если бы дверь открывалась наружу, я бы открыла её с ноги. А так пришлось использовать руку.

Бледный трясущийся парень в форме местной курьерской службы, организованной деятельным студсоветом, протягивает мне свернутую вчетверо записку и коробку элитных конфет из драконьей столицы.

— Т-т-т-там, — испуганно пролепетал и, не выдержав, дал деру.

Да что такое? Подумаешь, у меня волосы шевелятся и язык раздвоенный, он что, женщин никогда в домашней обстановке не видел?

Какие нервные нынче пошли курьеры.

Закрываю дверь.

— Кто там? — Мила снова кричит.

— Тебе записка от огненного, — отвечаю, судорожно поднимая из памяти свои куцые знания драконьего, — ага, вот. — Прокашливаюсь и повышаю голос: — Тут написано: «Миледи, ваше очарование не сравниться даже с сиянием гор». Точка. Цветочек.

Бух! Бах!

Бомц!

Такое ощущение, что это не Мила выходит из ванной, а ванная исходит из неё.

ДЫЩ!

Дверь ванной распахивается, и полуголая Мила в одном полотенце летит прямо на меня. Вот вроде человек тут Мила, а страшно почему-то мне.

— И всё?!! — вырывает у меня из рук записку.

— Нет, там еще два сердечка в конце.

— Подожди, что это за язык?? — Мила начинает нарезать нервные круги по комнате, а я иду в ванную ликвидировать потоп в виде незакрытого крана. — Астра! Как ты смогла прочитать?!

— Да это какая-то их старая присказка, очень популярная среди романтичных личностей, — отвечаю рассеяно, борясь с вялой струйкой холодной воды, текущей из гипотетически горячего крана.

— А с каких пор ты попадаешь в категорию романтичных личностей? — И без паузы: — Астра, ты представляешь, он не может сравнить меня даже с сиянием гор!!

— Логично, ведь ты очевидно проигрываешь, — бормочу себе под нос, бросая тряпку на пол, пока радость Милы не снизошла на соседей снизу в виде благословенного дождя.

Как же тяжело жить в одной комнате с душевно влюбленной.

Стук!

— Мила, стоять! — кричу, но тут же понимаю, что поздно. Окрыленная подруга, не чуя ног и полотенца на попе, радостно распахивает дверь, видимо, рассчитывая на очередную вкусняшку, но вместо этого….

— А-а-а — а! — дикий визг наполняет комнату, и я с горечью понимаю, что визжал не курьер.

Выскакиваю обратно и вижу буквально таки возмутительную картину, от которой ну очень хочется пойти и жестко посплетничать: Мила в наполовину съехавшем полотенце стоит у открытой двери, визжит, а за порогом застыл… шокированный декан боевиков.

Пойду дальше протирать пол.

— Змеиная!!

Очень долго мне пол протирать.

— Ко мне, живо!!

Пол же сырой, ну.

— Астра!! — Мила врывается в ванную, закутанная в плед с ног до головы.

И я даже не хочу знать подробности.

— Либо вы сейчас же выходите, либо я зайду сам!! — слышу рык.

— Здесь же я! — пищит пунцовая Мила.

Тишина.

…

…

— Змеиная, ко мне, чтоб вас!!!

Ой-ой-ой…

— Астра, я не знаю, что ты натворила, но выйди, пожалуйста! — шепчет Мила.

Шепчет, ну надо же. Раньше я бы подумала, что, как минимум, пнет.

Ла-а-адно.

Стоит только высунуться из-за двери, как меня хватают за локоть и кидают в портал.

— Я протестую!! — восклицаю сразу после того, как нас выкидывает в каком-то пыльном кабинете без окон.

— Ректору протест будете высказывать! А сейчас немедленно объясните, что вы со мной сделали!

— Всё, что бы я не сделала, вы сделали с собой сами! — выпаливаю и, обернувшись змеей, пытаюсь бежать.

— СТОЯТЬ! — меня хватают за хвост и поднимают на уровень глаз.

Извиваюсь!

Никто не смеет хватать меня за хвост, никто!

— Ш-Ш-Ш-Ш-ШШШШ! — убью!

— Отставить шипение! Немедленно отвечайте, какого черта я веду себя как… как… как будто мне семнадцать!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- А вы бы-шш заглянули-ш в документы-ш, ну а вдруг-ш-ш!

— Змеиная!

Меня снова ощутимо встряхивают и всё, терпение лопается, иду на крайний меры.

Кусь!

— Ай! Зараза!

Декан дергается и разжимает пострадавшую руку, тряся ею изо всех сил, а я, мягко приземлившись, быстро соскальзываю под какой-то длинный стол, забиваюсь в угол, свиваюсь в клубочек и рассерженно шиплю.

— Там был яд?!! — опомнившись, спрашивают у меня.

— Там — не было-ш-ш. — Обиженно отвечаю.

— А ГДЕ БЫЛ?!

— Нигде-ш-ш не было!

— ЗМЕИНАЯ!

Да что чуть что сразу Змеиная?

Молчу.

И декан замолчал. Только ходит из угла в угол, руку к груди прижимает — куснула я ну очень больно, чтобы точно прочувствовал.

— Так, выползайте. — Садится в конце концов на колени перед моим убежищем. — Давайте поговорим как взрослые люди.

— Нет-ш.

— Да почему?!

Судорожно ищу причину.

— Я до сих пор играю-ш с соседш-шкими лягуш-шками, мне взрослые разговоры ещ-щ-ще рано!

— Да чтоб вас! — декан шарахает по полу кулаком с такой силой, что меня даже подбрасывает.

Шиплю!

— Извините, — цедит сквозь зубы. — Но мы не выйдем отсюда, пока вы не объясните, что за дрянь в меня впрыснули!

Молчу.

Змеиные не сдаются!

Тем более, что если змеиные сдадутся, им будет еще хуже.

Декан, не дождавшись ответа, глубоко вздыхает и внезапно усаживается прямо на пол, спиной опираясь на ножку стола, под которым я прячусь.

— Астра, я в самом деле словно схожу с ума, — устало произносит, пока я борюсь с шоком, что кто-то рискнул сесть к злой ядовитой змее спиной, — я на каждую девушку стал смотреть так… будто это девушка.

— Это безусловно уш-ш-шасно, — подтверждаю на всякий случай.

— Да не издевайтесь вы еще больше! Змеиная, я серьезно, это невыносимо! Я стал укладывать волосы! Я сменил гардероб! Мне больше не все равно, что обо мне подумают!

— Так, а когда начнутся минусы?

— Астра!!

Да что?!!

— Змеиная, я даже на вашу соседку стал смотреть… как на… как на женщину. На человечку восемнадцати лет от роду! Астра, избавьте меня от этого, я прошу вас!

— Мош-ш-ет вы себе девуш-ш-шку найдете? — спрашиваю, прекрасно зная ответ.

— Да не могу я никого найти! Мне никто… да такой степени не нравится!

— Шовсем? — и снова задаю вопрос, прекрасно зная ответ.

— Змеиная!

Немножко сжаливаюсь.

— Ищ-щ-щите, господин декан, ищ-щ-щите, это всё, что я могу вам скас-сать.

Он снова ударяет кулаком по полу.

Молчим.

— Скажите мне одно. Это вообще обратимо? — наконец раздается тихое.

— Нет-ш-ш, — сообщаю даже с некоторым сочувствием.

Звенящую тишину нарушает бешеный рык и звон чего-то разбившегося.

— Если об этом хоть кто-то узнает, убью вас, поняли? — Дракон вскакивает, с ноги пробивает стену и зрелищно исчезает в сполохах портала.

Декан исчезает, я дрожу, стена медленно обваливается.

Ну ладно хоть дырочку мне сделал, есть куда выползти.

Пережитый стресс помогает чуть меньше блудиться по дороге, поэтому обратно до своей комнаты я доползаю всего за полчаса.

— Астра! — меня встречает перевозбужденная Мила. Она явно рада меня видеть, но по ее лицу почти сразу пробегает тень. — Он жив? — с неподдельным волнением уточняет.

— Кто?

— Декан, — судя по лицу, это она серьезно.

— Даже не хочу комментировать, — закатываю глаза и падаю обратно на кровать. — И вообще, меня похищает прямо из комнаты какой-то псих, а ты спрашиваешь жив ли он, а не я?

— По-моему, в твоем случае вопрос нужно ставить именно в такой форме, — Мила тоже падает на кровать, — и потом, ты то я вижу, что жива. А что он от тебя хотел? Это по поводу мести, да?

— Он пообещал меня убить, если я кому-нибудь расскажу, поэтому если тебе дорога моя жизнь, то лучше не спрашивай, — хитро улыбаюсь и подтягиваю себе обратно листочек с расчетами, которыми занималась до прихода курьера. Вдохновленная Милой, я решила попробовать жить на одну стипендию, что привело к крайне неблагоприятному открытию — деньги нужно тратить. Буквально каждый раз.

Вот каждый раз покупаешь что-то и приходится платить.

Ну буквально каждый.

Максимально токсичные отношения, я считаю.

От пытки щекоткой меня спас очередной стук в дверь.

— Да они что, издеваются? — взвываю не хуже оборотня, надеясь только на одно — что это не принц демонов, вцепившийся в меня так, будто среди змей рос, ей-богу.

— Это просто грымза на посту внизу обедать ушла, вот к нам все и мотаются, — вздыхает Мила и идет открывать, пока я мысленно досадую, что сама не догадалась. Ну да, несмотря на то, что официальные посещения с занесением в журнал не запрещены, действительно ходить к нам стараются только, когда наш местный цербер отходит по делам своим нужным.

Да что там, мы сами к себе стараемся ходить по такому же принципу.

— Здравствуйте, — слышу учтивое, — леди Астра здесь проживает?

— Не здесь, — сразу произношу со своего места, пока Мила не успела выдать ключевую информацию.

— О, леди, рада, что вы дома. — Тут же отреагировала посетительница. — Мое имя Тариша, меня послал лорд ректор, чтобы заниматься с вами письменным всеобщим, а также, чтобы вы немного помогли моему потоку с математикой.

Занавес.

Студент, сидящий под березой — не подберезовик.

Мы сидим под окном, но мы не подоконники.

…

Изучение всеобщего шло полным ходом.

— …и если ты посмотришь вот на это сочетание звуков… — еще я вспомнила, почему так и не выучила именно эту письменность. От такого количества занудства и нелогичности лягушки во дворе соседей сдохли бы даже без моего участия. — …то из этих четырех букв можно удачно составить короткое «э», но если взять еще вот эту букву и убрать вот эту, то «э» получится длинным…

Памагити.

— Астра, учи! — то и дело напоминает словно невзначай проходящая мимо Мила.

Смотрю в окно. Прикидываю длину, высоту, скорость падения, синусы там всякие, косинусы… Никогда еще не хотела ни за кого так сильно выйти.

— Астра!

— Нет-нет, Мила, думаю, на сегодня достаточно, — нежная эльфийка с выдающимися данными к садизму деловито закрывает свою папочку и устремляет свой ясный взор на меня, — я задам тебе несколько предложений в качестве домашнего задания. Можешь пока записать их на родном языке, а потом перевести на всеобщий. Не беспокойся, в них будет только то, что мы изучили.

Я не беспокоюсь, я грущу.

— Астра, пиши давай!

Пишу.

Рука то и дело срывается в заявление на отчисление, но я держусь.

— Спасибо за урок, — нахожу силы поблагодарить и даже не шипеть, — всего доброго!

— Подожди, — эльфийка поправляет свой строгий пучок, — а как же математика? Ребята нас ждут.

Ш-ш-шшшш!

Полчаса спустя я листаю сборник задач по точным наукам под испуганными взглядами десятерых отщепенцев с потока общей магии. Они явно еще не решили, бояться меня или выражать свое восхищение.

Не мешаю им определяться, листаю программу.

Так, это слишком просто, это слишком странно, это я сама не знаю как делать…

О!

— Давайте порешаем пределы, — счастливо предлагаю.

Энтузиазм на лицах можно было даже не искать.

— У нас есть несколько замечательных теорем, связанных с этой темой… — произношу и сразу понимаю: — …но доказывать мы их не будем, примем на веру. — Пауза. — Давайте вообще все теоремы принимать на веру. Представим, что для вас математика — это религия.

Но еше полчаса спустя я поняла, что с пределами сильно погорячилась…

— Здесь будет… будет… — яростно шепчет красный от натуги парень, который изначально показался мне довольно перспективным, — будет…

Будет инсульт, если он сейчас же не перестанет.

— Достаточно, — быстро произношу.

Да-а-а-а. Занятия обещают быть взаимно интересными.

Главное, чтоб без смертельных случаев с обоих сторон.