Уходя Гасите Всех I, или Инженер против VI

Глава 8

— Товарищ председатель!!! — прокричал старик. — Атри хороший парень! Не выгоняйте его!

— Это ещё кто⁈ — удивившись не меньше моего, произнес Рэм.

— Александр Степанович! — представился старик. — Сосед этого бедолажного, — он кивнул в мою сторону. — Пришел поддержать побратима и сказать, что он хороший парень.

— Ах, поддержка! Что ж вы сразу не сказали⁈ «Мы с Тамарой ходим парой»! Прикольно! Минус трудчас тогда и группе поддержки! Родион, — обратился Рэм к воину из третьего, — покажи этому шпиону, где он может отработать то время, на которое меня задержал. Пусть будет знать, что руководство может и без его подсказок разобраться, кто прав, а кто виноват.

Страж порядка ударил кулаком в грудь и, шелестя приводами, направился к моему соседу, продолжавшему твердить, что я хороший парень. Меж тем Родион проявил уважение к старости и лишь указал Степанычу на выход, а не вышвырнул того, как умеет.

— Он хороший, нормальный парень! — крикнул старик напоследок в закрываемую за ним дверь. — Нормальный! — донеслось из коридора.

— Родион, — кивнул Рэм вернувшемуся воину, — пока мы заняты, выясни, как этот шпион сюда проник, и сделай доклад!

— Да, председатель, — ударив кулаком в грудь, он вышел из помещения.

— Итак, что там у нас, — Рэм повернул к себе точно такой же наруч, как и у блондинки с косой. — Ого, Эля, ты видела⁈

— Да вот же, смотрю! — она едва заметно махнула планшетом. — Прикольно, что люди так отреагировали.

— Ага, значит так, — он посмотрел на нас, — опишу ситуацию вкратце. Наш темный рыцарь помял физиономию Павла. Помял не просто так, а за слова. Неприятные для меня слова, если честно, — былая легкость в интонации Рэма пропала, и голос зазвучал с уже знакомым мне металлом. — Слова, которые недостойны поведения гражданина, — кофеман хотел было что-то возразить, но председатель взглядом приковал его к месту и продолжил, — при этом «НЕ» гражданин Атри, прямо перед тобой цитировал наш устав, который ты поклялся чтить, соблюдать и совершенствовать!

— Товарищ… — пропищал Павел.

— Молчать!!! — гаркнул Рэм так, что от его голоса дрогнула даже хладнокровная Эльвира. — Значит, как кричать на баристу: «Ты че, ахуел, что ли⁈» — голосок у нас не дрожит, а как отвечать за слова, так сразу «товарищ»… — он покачал головой. — Самое, знаешь, что прикольное, Паша? Мнение Атри разделяют семьдесят два процента граждан, — он кивнул головой блондинке, и та в подтверждение его слов повернула планшет и продемонстрировала нам пост из местной соцсети. — Триста пятьдесят два лайка, восемьдесят комментариев, и что самое интересное! Семьдесят процентов вовлеченности! И знаешь, что мне подсказывают цифры⁈ — Рэм повернул свой наруч к себе. — На дежурствах сейчас, следовательно, и тех, кто не может пока зайти в наш чат и посмотреть ролик, находится… угадаешь, сколько людей⁈ Верно! По заплывшим глазам вижу, что правильно посчитал! Но это ещё не всё! Анкета Атри за этот поступок набрала уже двадцать три очка понта! А он ещё не стал гражданином Цитадели! Короче, к чему я это всё веду: как видишь, Павел, поступок некрасивый ты сделал. Наши граждане оценили его соответствующе. Следовательно, такой поступок должен быть наказуем, и выбор наказания я предоставил сделать твоей начальнице. Эльвира, тебе слово.

Блондинка перекинула косу на другое плечо, и я только сейчас заметил, что бровь над её правым глазом имеет две вертикальные выбритые полоски, как в знак подтверждения принадлежности к рубежу.

— Своим поступком и своими словами ты опозорил меня, мой рубеж и звание гражданина Цитадели! Если честно, то я бы лично добавила бы тебе синяков на физиономии, но мне хочется, чтобы ты более осознанно прочувствовал степень твоего нарушения. Посидел, подумал как следует. Неделя без оплаты трудчасов в карцере! А есть и пить ты будешь только кофе! Радуйся, ведь этого у тебя будет вдоволь и бесплатно!

Кофеман аж побледнел от услышанного, он перевел свой взгляд с Эльвиры на председателя, но, не увидев в них никакого сочувствия, повернулся ко мне, и я понял, что только что нажил себе врага.

— Справедливо! — отозвался председатель и нажал у себя несколько иконок на наруче, и в этот момент в помещение вошло ещё несколько воинов из третьего рубежа.

На этот раз они не были облачены в силовые доспехи, что натолкнуло меня на мысль о том, что в Цитадели это пока не распространенный тип защиты. Поприветствовав председателя ударом кулака в грудь, они, не церемонясь, схватили подмышки кофемана и потащили его прочь. Когда мы остались одни, Рэм продолжил.

— Теперь, что касается тебя, Ватман. Пусть ты и был преисполнен справедливого гнева, но ты напал на гражданина Цитадели! И даже несмотря на то, что твой поступок получил такую народную поддержку, его жестокость я оправдывать не стану. Если бы ты имел гражданство, тогда другой разговор, выскочили бы с этим Павлом раз на раз в кулачке, и делов-то. А так, прецедент целый… — председатель хитро сощурил глаза.

В этот момент я отчетливо понял, что он знал, как поступит со мной задолго до того, как меня притащили в этот коридор. И чем дольше он хранил молчание, тем больше мне казалось, что он знал итог этого разговора с тех самых пор, как встретил меня на пункте приема.

— Так, Ватман, ты уж по любому должен быть наказан! — он поднял палец вверх, придавая значимости следующим словам. — Но я сделаю это справедливо. Итак, раз оказывается, ты у нас такой пылкий человек, который, хочу заметить, очень быстро проникся идеалами Цитадели, если цитировал устав перед тем, как начать драку, то мне нужно поработать с укрощением твоего гнева. А что делают с раскаленной заготовкой? Верно, быстро остужают! И остужать я тебя буду трудом. Слушай мой приказ! Я удваиваю для тебя количество требуемых от рекрутов трудовых часов! И ещё к этому я добавляю количество т-часов, какие вырабатывал избитый тобой гражданин. Сам видел, его на неделю в карцер определила глава второго рубежа. Следовательно, кто-то должен будет взять на себя нагрузку за его труд, и эта нагрузка должна быть оплачена.

Теперь, чтобы доказать своё желание следовать нашим законам, ты должен будешь направить свою деструктивную силу в нужное Цитадели русло! И заметь! — он снова поднял палец и хитро прищурился. — Теперь махать лопатой отсюда и до вечера тебе не поможет!

Внутри меня копнула предпринимательская жилка, «…отсюда и до вечера…» — пронеслось молнией в моей голове:

— Так это⁈ — не выдержав напряжения, воскликнул я от удивления.

— Да, Атри, ты все правильно понял. Первый квест был проверкой. И ты прошел её, но на грани, прям на тоненького! Ты и ещё несколько десятков людей пускай и последовали в тупую выполнять откровенно идиотскую работу, но задали хоть какие-то вопросы! Конечно они сделали это и не с таким бунтом, как у тебя, но предложили несколько толковых решений, — председатель развел руки в стороны. — А как ещё быстро найти тех, кто не разучился думать своей головой? Как найти не бунтарей из профсоюзов, а тех, кто может в конструктивную критику? Ресурсы нам позволяют сейчас принять большое количество людей, но вот только испытания помогут проверить их качество. Потому каждый ваш квест, каждый ваш результат, каждый ваш шаг — это перековка и очистка людей от шлака с целью показать, кто есть кто.

Я сглотнул, ощутив одновременно и облегчение за такой, вполне себе справедливый суд, но вместе с этим и груз, навалившийся на меня. Ведь помимо двойного стандарта наработки трудовых часов и штрафа за избитого, спуску за этот косяк председатель мне точно не даст. И тем более я понимал, что Рэм точно неспроста разоткровенничался со мной. И за такое знание мне придется расплатиться сполна. В голове мелькнула фраза Александра Степановича: «Драть нас будут как Сидоровых коз и за шапку сухарей».

— Товарищ председатель, — тихо спросил я, — вы же не просто так рассказываете мне это всё?

— Верно! Считай, я протягиваю тебе руку помощи, — щелкнув пальцами, сказал Рэм. — Я редко ошибаюсь в людях и могу находить применение их талантам. Эльвира не даст соврать. А в тебе много огня внутри. Я пока не знаю, что у тебя случилось, но я вижу, что ты можешь принести много пользы.

— Вы так просто со мной говорите об этом, не боясь, что я могу рассказать о нашем разговоре людям, почему⁈

— Считай это профессиональным чутьем вождя. Уверен, ты не из болтливых. И мне кажется, ты понимаешь ценность сказанных слов, но ещё больше понимаешь ценность не сказанных.

Я сделал вздох, ощутив глубину этой фразы, и лишь молча кивнул в ответ.

— Прекрасно, раз с формальностью разобрались, то пора протянуть и руку помощи. А то несправедливо назначать наказания, за которое человек не может поплатиться. Мне нужен свободный электрик, чтобы тот пошел на опасное задание с третьим рубежом. Требуется провести последнюю зачистку оставшейся, неподконтрольной части завода. Рабочие руки, да и любые вообще, нам сейчас позарез нужны, так что вот твой новый квест, — он несколько раз клацнул по экрану, и в этот момент телефон в моем кармане зажужжал. — Справишься и сможешь дальше получать задания, которые я доверяю только людям с головой. Не справишься, пойдешь обратно «копать», надеюсь, это понятно, — он изобразил кавычки. — Только вот тебе спойлер, — Рэм подмигнул, — стандартной копкой ты не отработаешь штрафные трудчасы, следовательно, если не справишься, то, — он несколько раз дернул пальцами, намекая понятным жестом на то, что Родион, в свойственной местным стражам порядка манере, займется моим переселением обратно на улицу.

— Тогда можно просьбу, товарищ председатель? — сжав кулаки от осознания того, что Рэм точно был тем, кто ценит силу слова, как сказанного, так и данного.

— Зависит от просьбы, — отрезал он.

Я кивнул:

— Понимаю, я слышал, что вы сказали, что у Александра Степановича вы вычтите т-час за то, что он вломился сюда без разрешения.

— Так, — тень улыбки заиграла на его лице.

— Можно его минус добавить к моему счету⁈ Мне уже все равно, а он старый, не хочу, чтобы Степаныч здоровье надрывал, отрабатывая за чужой косяк.

Рэм оценивающе посмотрел на меня, затем поскреб свой подбородок:

— Нет, он так же должен понести наказание. Пускай твое желание благородно, но одного благородства нам сейчас недостаточно. К тому же будет знать, как попадаться охране! Я должен обточить все детали, чтобы сложились в единый механизм, тогда это все заиграет как нужно. Свободен! — он указал на дверь.

Поднявшись с кресла, я кивнул ему и блондинке с косой, после чего поспешил убраться с места своего судилища. Оказавшись в темном коридоре, я достал из кармана телефон, чтобы подсветить себе дорогу, но тут же замер на месте, увидев на экране системное уведомление:

«ПОЛУЧЕН НОВЫЙ КВЕСТ — ОТГОЛОСКИ ПЕРЕЕЗДА.»

Задание: произвести зачистку последнего ангара завода. Оказать техническую поддержку отряду третьего рубежа. Следить за состоянием сердца черепахи и производить своевременный ремонт силовых кабелей.

Снаряжение: копье, респиратор, очки, огнетушитель ранцевый, набор инструментов.

Дополнительное задание — подключить ангар к общей сети.

Награда: 2 трудчаса за основной квест. 1 трудчас и 10 очков понта за выполнение доп. задания.

Глава задания: атаман Захария.

Сбор: 9:00 возле склада № 3.

Старт квеста: 21.12 в 11:00

Конец квеста: —.

— Чего, млять⁈ — я как в первый раз уставился на экран. — Не, я, конечно, понимаю, что я человек новый, понимаю, почему копье дали вместо пистолета, но вот нахера мне ранцевый огнетушитель? И что ещё за сердце черепахи⁈ Я ж электрик, а не ветеринар. Ещё атаман Захария⁈ Реально? — выдохнув, я поплелся в свой кубрик.

На площади уже никого не было. Горел тусклый свет диодных фонарей, очерчивающих контуры внутреннего двора. Воздух был слегка морозным, но я чувствовал порывы теплого ветра с особым, приятным запахом дыма от костров, горевших далеко за пределами высоких стен Цитадели.

Хромая от тянущей боли после всех неудачных приземлений, я проковылял к опустевшей лавочке и устало плюхнулся в неё, решив в одиночестве привести мысли в порядок. Я прокручивал в голове весь разговор с председателем и события, какие со мной приключились. Хотелось злиться на себя за то, что не смог сдержаться и зачем-то кинулся с кулаками на этого идиота. Но с другой стороны, я получил первое подтверждение того, что в верхушке этого анклава находится расчетливый, уровня гроссмейстера, молодой человек. И устав Цитадели, звучавший как гимн разуму и воле, — не пустой звук, а слова, имеющие силу.

— О, кого я вижу, Ватман! — ко мне подошел коренастый молодой парнишка с нашивкой третьего рубежа и без лишних разговоров плюхнулся рядом со мной на скамейку.

— Извиняюсь… — я посмотрел на его красную повязку на руке и быстро догадался о том, что он сейчас находится в ночном дежурстве.

— Не надо извиняться, все правильно сделал, что вломил тому уроду из второго, — он кивнул в сторону мелькающего огонька возле памятника. — Любой из нас, кто пережил сражение с ордой, защищая эти вот стены, размотал бы его ещё сильнее, просто ты опередил всех, молодчина! У нас почетно быть первым, — он хлопнул меня по плечу, заставив поморщиться. — Надеюсь, ты станешь гражданином. Нам всем пиздецки понравилось, что ты прям устав цитировал, прежде чем в зубы ему двинуть! Повезло ещё, что тут наших разведчиков пока нет, а то, может, пришлось бы с ними ещё конфликтовать.

— Это ещё почему?

Парнишка расплылся в улыбке:

— В смысле⁈ Ты чего⁈ Да эти бойцы, если подпола не было бы рядом, между собой сначала передрались за право первым вырубить болтуна, потом с нами бы стали гавкаться, так как мы же должны порядок соблюдать.

— Они такие отбитые? — с удивлением спросил я.

— Да как тебе сказать, — понизив голос, сказал он, — у них свой, специфический взгляд на идеалы Цитадели.

Я так же понизил голос:

— Что значит специфический?

Парнишка, который так и не представился, бегло осмотрелся по сторонам:

— Ну, как тебе сказать, у нас на самом деле очень много людей верят в то, что председатель наш кто-то вроде пророка, смекаешь?

Я изогнул бровь:

— Серьезно?

— Угу, слушай, Атри, ты можешь в это не верить, но у нас есть все предпосылки для таких взглядов.

Я снова нахмурился:

— Странное местечко, конечно.

— Тебе понравится, гарантирую, тем более завтра веселуха будет. Я в отряде по зачистке последнего не захваченного участка завода.

Я улыбнулся, возможность выпытать больше информации действительно обрадовала:

— Прикольно, так как я тоже отправляюсь на это задание!

— Да ну! — удивился дежурный. — Прикольно! Это здорово! Надеюсь, ты хороший специалист и не сыкло. Там моментами бывает жутковато.

— К жути я привык. Слушай, я так и не спросил, как тебя…

— Да-да, какой вопрос, — перебил парень. — Давай только быстрей, приятель, у меня дел дохрена.

— Ладно, хорошо, — я решил пропустить мимо ушей факт того, что этот парень будто специально сливается каждый раз, когда я пытаюсь спросить, как его зовут. — Скажи мне, а откуда у вас есть ресурсы для этого всего⁈

— Ты же не собираешься сбегать от нас⁈ — он с прищуром посмотрел мне в глаза.

Я отрицательно покачал головой:

— Не планировал точно.

— Хорошо, тогда можно сказать тебе, наверное. Все равно раз ты тут всего ничего и уже выходишь на боевое задание, то значит скоро и на форпост отправишься там все и поймешь.

— Форпост? — я уже стал думать о том, что не настанет того дня, когда я перестану спрашивать, что означают здесь все эти новые аббревиатуры.

— Да, форпост. Ну, так мы называем Цитадель в миниатюре, — он пожал плечами. — Находится на территории бывшего высшего военного училища. Насколько я слышал, там ресурсов до жопы. Вот председатель и решил, что нам стоит людей набрать, пока эти самые люди ещё есть. А то мало ли, кто знает, когда вернется орда зараженных.

Я утвердительно покачал головой. Сомнений в последнем утверждении у меня практически не было, но разгонять тему зомби мне откровенно не хотелось, потому я решил съехать в сторону того, во что влюбился с первого взгляда.

— Понятно, тогда откуда у вас эти костюмы. Я видел эмблему училища. Я её узнаю точно. У меня там друг учился.

— Да, оттуда, — ответил парнишка.

Я почесал затылок:

— А почему костюмы только у вас есть, а у других рубежей их нет?

— Мы же третий! — гордо произнес он. — Рубеж под личным управлением председателя! Защитники стены! Можно сказать, что мы танки в этой пати. Вот у нас и броня подстать.

— Круто звучит, честно! — не кривя душой, ответил я.

— Ага, вот только чувствую, работенки у нас скоро прибавится. Не знаю, сколько ещё людей мы наберем, но следить за порядком трудно становится. Вот тебя взять, к примеру, — он усмехнулся.

— А что со мной⁈ — смутился я. — Ну помимо той драки!

Парнишка расплылся в улыбке:

— Вот сидишь ты тут, расспрашиваешь обо всём, от работы отвлекаешь, а представь, что будет, когда появится не три-четыре сотни рекрутов, а, скажем, тысяча! Придется каждому объяснять, что у нас и как. Но это полбеды, — он с грустным видом посмотрел на меня, — я боюсь, что не все будут так радеть за наши идеалы, как ты. Ладно, Атри, пора мне и дальше свою работу выполнять.

— Давай, я тогда тоже пойду, — я встал с места, но парнишка мягко усадил меня обратно. — Что случилось? — я с прищуром посмотрел на него.

— А ты посмотри вокруг? Ничего странного не замечаешь?

Нахмурившись, я посмотрел по сторонам:

— Нет, ничего и никого странного не вижу.

— Вот именно, — просиял он, — никого! Комендантский час сейчас! Или ты так ещё и не успел выучить устав⁈

— Млять, точно, — я быстро включил актерскую игру, состроив самое забывчивое и печальное лицо, на какое только был способен. — Ещё штрафа за нарушение распорядка мне не хватало! Меня итак председатель нахлабучил на двадцать четыре трудчаса.

— Ого, целые сутки? — не меньше моего удивился дежурный. — Ну, за пару месяцев отработаешь.

Я хмыкнул, безысходность играть мне не пришлось:

— Да какой там, у меня есть две недели на всё про всё. Председатель сказал, что раз у меня столько рвения отстаивать идеалы Цитадели, то с меня и двойные усилия. Плюс к этому ещё должен буду оплатить т-часы пострадавшего, которые тот должен был отработать за это время.

Дружинник почесал затылок:

— Мда, братан, ситуация. Ну, ты держись. Надеюсь, ты справишься. Было бы круто тебя видеть в рядах граждан. Ладно, на первый раз прощаю тебя со штрафом, — он хлопнул по моему плечу и чуть тише добавил, — это за то, что дал по щам этому офисному, будет знать, что это ему не комментарии строчить и за слова у нас принято отвечать, — он подмигнул и поднялся с места.

— Подожди, — я поднялся следом, — спасибо, конечно, что не оштрафовал, но скажи, как хоть тебя зовут?

Парнишка с нашивкой римской цифры три хмыкнул:

— А это важно?

Я опешил от неожиданности:

— Ну, вроде всегда было важно, какое у тебя имя. Разве нет?

— Было, так когда-то было. В прошлом у всех у нас были другие имена, Атри, — он ухмыльнулся, — теперь важно, какое имя ты сделаешь себе сам!

Я молча кивнул, пытаясь проникнуть в смысл этой философии:

— Возможно, ты прав, но вы же тут обращаться друг к другу как-то должны.

Парнишка улыбнулся:

— Да, должны. Можешь звать меня…