Таверна "Сытый волк"

30.

Сон слетел так же резко, как и накатил. Открыв глаза, я довольно долго пялилась в потолок, точнее в неясные тени, что на него отбрасывал очаг. За пологом слышался треск дров, тихий храп бабушки и едва заметный стрёкот — то ли именно нам попалась самая неспокойная фея, то ли все представительницы этой волшебной расы не могут контролировать во сне свои крылья, отчего те издают довольно раздражающий звук.

Полежав немного поняла, что больше мне не уснуть. Тихо вздохнув, я села на кровати, нашарила в полутьме домашние башмаки из грубой шерсти и, морщась от не самых приятных ощущений, нырнула в них. Стараясь не шуметь, покинула закуток со своей кроватью и посмотрела за окно, прикидывая как далеко до рассвета. От мысли, что в спящем доме придётся без дела провести ещё пару часов как минимум, стало грустно.

Эх, а ведь стоило сбросить с себя дремоту и показалось — я немного отошла от вчерашнего инцидента. При том так качественно отошла, что отправилась спать почти сразу после того, как Кристоф сопроводил меня к порогу дома.

Вспомнив недовольного оборотня, я улыбнулась, потопталась немного перед очагом, подбросила ещё дров и, накинув на плечи вязаный плед, направилась к выходу из дома. Посижу на пороге, подышу воздухом, может, станет легче, и тогда снова вернусь в кровать.

Улица встретила меня тишиной, а так же неожиданно ярким светом местной луны. Опасливо посмотрев в сторону тёмного леса, я не менее настороженно перевела взгляд на укрытый жёлтым светом фонарей Торшильд. Картина дремлющего в золотой дымке города немного успокоила расшалившиеся нервы, но желанного спокойствия не принесла. Не став сходить с крыльца, я села на верхнюю ступеньку, перед этим укрыв её старым, безвозвратно прохудившимся плащом, что захватила на выходе.

Прохладный воздух сразу попытался изгнать меня в тепло дома, но я упрямо завернулась в плед и вдохнула его полной грудью. Да, так-то лучше — никаких липких кошмаров, а только свежее присутствие реальности. И хоть мысли текли вяло, мне не удалось подавить вопросы то и дело всплывающие в голове.

Что стало с той кровожадной лисицей? Киллиам и его компания схватили её? А может без суда и следствия казнили? Всё же она действовала слишком уверенно, а значит — убивала не раз. И такие выводы наводят на определенные мысли.… Получается, что хвостатая и есть то слишком хитрое чудовище, засевшее в лесу с ловушками? Именно она чуть не отправила на тот свет Барста? А если это так, тогда… его лишила отца именно она?

Да уж, вопросов слишком много. Жаль, что задать их пока некому. Надо бы, когда рассветёт отправиться в город, найти кого-то из подручных Киллиама, а ещё лучше его самого и всё разузнать. Иначе спокойно спать мне точно в ближайшее время не доведётся.

Пока в голове роились не самые радужные мысли, мои глаза успели привыкнуть к лунному освещению, и встреча с лисой поспешно отошла на второй план, а я нахмурилась. Это ещё что такое темнеет чуть дальше будущей таверны? Там никогда не было валунов таких размеров. К тому же мне кажется или деревца подросли? Вроде бы бабушка что-то пыталась мне сказать по возвращению, но увидев, в каком я состоянии, она без лишних слов согрела мне воды, чтобы я могла обтереться и оставила меня в покое. Кажется, все кипящие в ней вопросы тогда достались моему няньке-оборотню — засыпая, я слышала, как они шушукались на крыльце.

Ещё раз пристально оглядев далёкую опушку и прислушавшись, поняла, что кровожадной лисицы поблизости нет. Тишина не была густой, её наполняли: далекое ворчание, или скорее шипение сыча, шуршание мелкой живности в молодой траве, а так же писк оголодавших после зимы комаров. Ничего из этого бы не было, притаись лиса где-то рядом. Слишком уж гнетущая аура её окружала.

Поднявшись со ступеней, я аккуратно пошла по протоптанной тропке и чем ближе к месту между тотемами подходила, тем больше странностей замечала. Кажется, с нашего участка пропали все… камни. Ну, точно ведь! Ещё утром тут можно было споткнуться о торчащую из почвы породу, а здесь один из камней так удачно врастал в землю, что был частью дорожки. К тому же если присмотреться сейчас, то можно заметить: земля вокруг стала какой-то слишком ровной, будто её “пригладили” экскаватором, который не пожалел и мелких растений.

Однако удивиться ещё сильнее меня заставил… квадратный люк прямо посреди дорожки!

Если бы оттуда не исходил слабый свет — пока не подошла почти вплотную, не заметила его — то я бы точно свалилась внутрь. Замерев рядом с провалом, я смогла увидеть широкие, добротные ступени, убегающие прямо под землю. Точнее под основание, что совсем скоро станет полом — на месте, так сказать, среза, было видно, что лежащий сверху слой земли очень тонкий, а вот однородная часть, служащая потолком, внезапно появившемуся погребу, имела внушительную толщину.

Ещё не до конца веря в то, что вижу, я без раздумья спустилась вниз по лестнице и оказалась в очень просторном помещении. Этакий мини-стадион с потолками в два моих роста. Пол под ногами чем-то напоминал грубо обтёсанный паркет, а стены хоть и имели кладку, но скорее древесного происхождения, чем каменного.

Помимо этого тут повсюду на равном расстоянии друг от друга стояли витые колонны, напоминающие стволы деревьев. Вместо балок, упирающихся в потолок, они имели толстые ветки, что витиеватым узором вплетались в общую картину. А ещё мало того, что здесь повсюду были встроены, или скорее выросшие из пола и потолка стеллажи для хранения, так ещё и имелось освещение повсюду! Прямо как в моих фантазиях!

— Ну, ничего себе, — ахала я, разглядывая выпуклые кармашки в стенах, где спокойно себе росли ещё молодые кустики чего-то отдалённо смахивающего на плющ. Растение имело более частые побеги и мелкие листочки, которые светились прохладным белым светом.

Чтобы убедить себя в реальности увиденного, я подошла к самому низкому светильнику, заглянула под его лозу и поражённо вскинула брови. В чаше, растущей из стены, обнаружилась не только земля, но и тонкие трубки-корни, откуда медленно капала влага, что обеспечивала растительное освещение нужным топливом.

— Да как так-то? — ошарашенно спросила у воздуха и ведь причины были. Лоза умудрилась не просто принять нужную мне форму, меньше чем за сутки начать без команды воплощать мои фантазии в жизнь, но ещё она вырастила новую флору внутри себя! Это ли не чудеса?

А может… тому виной как раз та сила, что якобы была украдена у лисицы? — предположила я, понимая, что дар сприггана, мягко говоря, превосходил ожидания и ведь это только начало. Могу поклясться, что чувствую, как побеги продолжают расти в эту самую минуту, пока меня захлестывает восхищение. Ну, нет, бред какой-то… или же нет?

«В недрах спрятан волшебный источник…» — всплыли в памяти слова бабушки. Она же говорила, что отец верил в это и что именно поэтому отдал всё за наш участок. Но ведь ещё она говорила, что маги так ничего и не нашли.… А раз так, почему же та монстроподобная девица была уверена в обратном? И даже более того — обмолвилась, будто бы сама тут что-то оставила, что-то, что собирало нужную ей силу очень долгое время.

Прокручивая в голове все обрывки воспоминаний, которые спешили обрасти моими мыслями, я прошлась по главному подвальному помещению и нашла несколько дверей. Подёргав их, открыть не смогла — видимо за ними ещё ничего нет. Задумчиво помедитировала на ближайшее растение-светильник, которого по факту тут быть не должно, и пошла обратно к лестнице. Остановившись у неё, наклонилась и, поддавшись любопытству, поскребла ногтём одну из ступенек. Следа не осталось — будто из камня сделана, но при этом тёплого, да и по цвету больше похожего на дерево. Вот она настоящая магия, а не то издевательство, которым обладала я.

Начав подниматься вверх, я стала задаваться вопросом: а что если тотемы от сприггана правда не просто соединились с тем, что желала получить лисица, но и слились с ним? Что в итоге теперь вырастет на моём участке? Не появится ли теперь здесь дом-монстр — его “мамочка” вон какая кровожадная, да и “папочка” поражает аппетитами.

От таких мыслей нервы опять расшалились, но тут я вспомнила, как Айю вела себя. Она не боялась тотемов, наоборот — фея была рада их энергии, даже как-то слишком рада, и помимо всего сказала не делать дом статичным, оставив его живым. Сомневаюсь, что Айю соврала — насколько я успела узнать фею, она всегда действовала только в своих интересах, а раз уж они у нас пока совпадают, то не верить ей, причин нет.

Вот только всё равно не понимаю: радоваться ли мне или бояться? Неужели мои поступки поставили под удар не только мою жизнь, но и всех, кто находится рядом? Как же всё сложно.… И почему у меня не бывает везения без откатов? Кому ж я так насолила?

Сокрушаясь над вывертами судьбы, что шли за мной по пятам, я покинула выросший без моего приказа подвал, который, впрочем, был именно таким, каким виделся мне, и побрела к тёмному силуэту заинтересовавшему меня ранее. Им на поверку оказался… колодец.

Сил удивляться ему уже не было, так что я просто обошла его вокруг, чтобы получше рассмотреть в свете луны. Колодец оказался новым, обложенным неровными кусками природного камня, который неизвестный строитель сложил как кусочки пазла. Выглядело не только добротно, но и красиво. К тому же оголовок служил неплохой подписью умельца — толстые лозы сплелись в конструкцию, позволяющую без проблем поднимать и опускать ведро.

— И почему всё так сложно? — повторила уже скорее настороженная, чем обрадованная такой находкой. Подарков судьбы я начинала побаиваться, потому как они вечно шли в комплекте с неприятностями.

Ощутив озноб, я поспешила плотнее укутаться в плед. Помогло не особо, ведь дрожь была вызвана не холодом, а засевшим в районе желудка страхом.

— Я тоже задаюсь этим вопросом, — вдруг прозвучало в ответ на мою фразу.

Похвально, но в этот раз мне удалось не подпрыгнуть, потому что я сразу узнала голос ещё одного полуночника, да и дрожь начала меня бить до этого. К тому же незваный гость не прятался за спиной, как делал это обычно — он “просто” появился в поле моего зрения.

— Киллиам, ты почему здесь? — спросила, удивлённо глядя в фосфоресцирующие глаза. Вообще-то такое должно выглядеть жутко, но во мне вспыхнули отголоски радости при виде ярко-голубой радужки. Кажется, после встречи с реальной опасностью, этот пугающий волк теперь выглядит для меня безобидным. Ну, или мне просто хочется в это верить.

Приблизившись ко мне, оборотень снял с себя плащ, под которым оказалась уже привычная форма с металлическими вставками, а затем как будто делал это тысячи раз, набросил на меня тяжелую ткань. Плащ ещё хранил чужое тепло и, наверное, поэтому меня сразу бросило в жар.

Что-то выискивая на моём лице, Киллиам удручённо вздохнул и произнёс:

— Как чувствовал, что одна непоседливая девушка решит устроить ночную прогулку.

Хоть голос оборотня был строгим, но в его взгляде пряталось веселье, и потому я решила наигранно обидеться — по-детски выпятив нижнюю губу, жалостливо посмотрела на Киллиама. Мол, как можно меня ругать? Я же сама невинность, которая, к слову, от дома далеко отходить не стала.

Такое поведение заставило оборотня усмехнуться, показывая клыки, но опять же — страшно мне не стало. Наоборот, захотелось улыбнуться в ответ, что я и сделала сказав:

— Спасибо.

Он не стал уточнять за что: за плащ, за компанию или за то, что спас меня. Опять. Киллиам просто подарил мне взгляд, которого впору испугаться такой независимой девушке как я. Жаль, что весь свой страх я потратила на сумасшедшую лису.

— Не спится? — тихо спросил оборотень и, не дождавшись от меня привычной враждебной или язвительной реакции, мимолётно коснулся моей щеки. Он сделал вид, что хотел проверить, нет ли у меня жара, но мы оба понимали: оправдание не достаточно убедительное.

Не став отстраняться от горячей руки, я обронила:

— Да. Не получается больше уснуть.

Чувствуя, что не могу смотреть в лицо Киллиама, стала искоса следить за его рукой. А ведь я раньше не замечала, какие они у него красивые, особенно чуткие пальцы с неожиданно нежными подушечками. Мне едва удалось не зажмуриться от удовольствия, когда оборотень погладил большим пальцем мою скулу. Благо он переключился на прядь волос у моего лица, пропустил её между пальцев и только после этого со слишком явной неохотой убрал руку.

— Не удивительно, — чуть охрипшим голосом начал Киллиам, пока я старалась оторвать взгляд от его руки. — Ты ещё хорошо держишься. Обычно люди неделями из дома не выходят после встречи с демонической лисой, если, конечно, им удаётся выжить.

Произнесённые слова заставили меня выйти из подобия транса, встрепенуться и, подняв напряжённый взгляд на оборотня, задать мучивший меня вопрос:

— Вы поймали её? — На самом деле хотелось завалить ими Киллиама, но этот момент казался наиболее важным.

Оборотень ещё ничего не сказал, но видя, как между его тёмных бровей появляется складка, я сама догадалась, каков будет ответ.

— Прости, — зачем-то извинился передо мной Киллиам, — но она смогла вырваться.

Хоть это было очевидно, мне не удалось сдержать разочарованного стона. Но отметив, как напряглась тяжёлая челюсть оборотня, я взяла себя в руки и попыталась узнать подробности:

— Как же так вышло? Я думала ей с вами не тягаться.

Если, конечно, это действительно то чудовище, что засело в лесу, — добавила про себя.

Киллиаму явно была неприятна эта тема, но он не стал отмалчиваться и честно признался:

— Так бы и было, если бы у кицунэ оказалось на парочку хвостов меньше. Не знаю, как ей удавалось так долго скрываться, но эта демоница почти вошла в полную силу. — Заметив моё недоумение, оборотень напомнил: — Ты же видела — у неё восемь хвостов.

— Мне как-то было не до подсчётов, — нервно усмехнулась, опираясь на колодец. После этого действия Киллиам стал казаться ещё выше и, поняв, что это как-то нездорово на меня действует, я вновь выпрямилась. Правда, внушительнее от этого он не стал.

Отметив мои метания, оборотень как-то чересчур медленно, словно боясь делать резкие движения, взял меня за руку и повёл в сторону крыльца. При этом он продолжал меня просвещать:

— Всего один, ей остался всего один хвост до практически безграничной силы. Не зря получить его сложнее всех остальных вместе взятых, но она даже без него слишком сильна. — Прервавшись, Киллиам посмотрел на меня, задумчиво идущую следом, и напряжённо произнёс: — Знаю, что сейчас не самое удачное время, но скажи, кицунэ что-нибудь говорила тебе?

— А разве ты не слышал? — не на шутку удивилась я, потому что, оказывается, подсознательно убедила себя, что за мной приглядывали. Остановившись у ступеней дома, я сконфуженно посмотрела на оборотня и призналась: — Я подумала, что вы были рядом, ведь ты появился очень вовремя.

В голубых глазах на миг вспыхнула досада, после чего Киллиам сказал:

— Нет, мы смогли найти тебя, только когда ты закричала. Молодец, кстати, что смогла совладать со страхом и подала сигнал, — вдруг похвалил меня оборотень и поспешил бессовестно заявить: — Буду честен, за тобой всегда кто-то… присматривал, но кицунэ мастерски освоила магию иллюзий. Когда она схватила тебя, то создала барьер, отводящий внимание и твой провожатый потерял тебя.

Ага, присматривали и провожатый. Говорил бы честно, что следил за мной, потому что всё ещё не доверял, — немного обиженно подумала, а вслух произнесла:

— И вы не могли меня найти, даже зная примерное местоположение?

— Именно. Эта кицунэ может не только отводить взгляд, но и обманывать слух с обонянием. Слишком сильна, — процедил оборотень, помогая мне сесть на застеленную ступеньку.

— Она говорила, — припомнила я, пока оборотень неожиданно устраивался рядом, — о каком-то ядре и что я украла её силу. Точнее это сделал тотем сприггана.

Сказав это, я посмотрела на не заинтересовавшие Киллиама деревья, и почувствовала плечом как оборотень замер рядом. Снова обратив свой взор к нему, успела заметить напряжение на его лице, которое тут же сменилось весельем.

Оборотень поймал мой взгляд и, расплываясь в ухмылке, сказал:

— Вот значит как. Тогда нам придётся хорошенько тебя отблагодарить, ведь именно ты отобрала у демона возможность обрести невиданную силу.

Я его веселья не разделила. Снова погрустнев, оттого что мои подозрения оправдались, устало протянула:

— Да-да, и теперь она меня за это прикончит.

Наверное, где-то глубоко в душе мне хотелось, чтобы сейчас прозвучало то, что меня обязательно защитят. Вот только оборотень рядом любил действовать не по сценарию из моей головы.

— Верити, — загадочно начал Киллиам, — что ты знаешь о фейри и демонах?

— Что они существуют? — вяло предположила, не понимая, почему мы перескочили на эту тему.

— Я не об этом, — хмыкнул оборотень и, увидев, как я недовольно морщусь, со вздохом заявил: — Всё никак не пойму — везучая ли ты, или же несчастье ходячее. Как простой человек мог не только стать врагом одной из самой опасной разновидности демонов, но и умудрился заодно обзавестись защитой лично от него?

Выслушав Киллиама, я запуталась ещё больше. Пристально на него посмотрев, решила выяснить:

— И что бы это значило? — мой вопрос заставил оборотня загадочно улыбнуться, а затем пуститься в рассказ:

— Так уж заложено миром, что магия фейри прямо противоположна магии демонов. Это, — Киллиам указал на силуэты идентичных деревьев, явно правильно понимая их природу, — единственное, чего кицунэ не сможет коснуться. — И пока я старалась уложить такое открытие в голове, оборотень продолжал: — Ты не просто забрала у лисицы девятый хвост, ты создала с помощью собранной для этого силы место, к которому она и близко подойти не сможет. Удивительное сочетание везения и неудачи.

Пропуская безобидную насмешку мимо ушей, я поражённо похлопала ресницами, чтобы после выдавить из себя:

— Здесь безопасно… почему-то я об этом знала…

— Первозданная магия хаотична, — очень уверенно поведал Киллиам, — потому о ней мало что известно, но есть кое-что, что знают все — когда она выбирает хозяина, то никогда его не предаёт и всячески пытается помочь. Возможно, тотем старался защитить тебя и вложил в тебя эту уверенность.

— Откуда ты столько знаешь об этом? — подозрительно спросила, вспоминая, что даже в гильдии магов не так просвещены.

Таинственно улыбнувшись, Киллиам придвинулся ближе и, заставляя прислушиваться, произнёс:

— В землях, откуда я родом, был похожий случай. Правда там удалось договориться не с тёмным фейри, а с феей, которая подарила одному… оборотню тотем в виде цветка.

— Ничего себе. Расскажи подробнее, — незаметно для себя придвинулась ближе, я буквально притиснулась всем телом к боку оборотня, и выжидающе посмотрела на него.

На удивление Киллиам потеплел и, не став юлить, пустился в рассказ. При том он так интересно преподносил историю, что я слушала как завороженная о старике, любившем свой сад больше жизни, об ужасно сильных врагах, спустившихся с гор и угрожающих его семье, и о фее подарившей им силу для победы. К тому же оборотень преподносил историю не через призму сражений — он говорил исключительно о людях того времени. А ещё он в красках описал, каким по сей день остаётся тот сад — тотем феи потерял свои свойства, но при этом продолжает поддерживать жизнь в окружающем его саду даже зимой. По словам Киллиама теперь это достопримечательность его краёв.

Мне понравилось ещё то, как Киллиам был терпелив: он выслушивал все мои вопросы и уточнения, даже если я на эмоциях его перебивала, а ещё оборотень сам интересовался моим мнением, таким образом втягивая меня в разговор. При этом наша беседа оказалась настолько лёгкой, что время за ней летело незаметно. Вот что значит, когда каждый слушает и остается услышанным, а это бывает крайне редко.

Сидя на верхней ступеньке, ведущей к моей лачуге, мы говорили очень долго, и благодаря плащу, а может теплу, исходящему от мужчины рядом, меня больше не била дрожь. А когда взошло солнце, я уснула, привалившись к крепкому плечу, больше не видя кошмаров. В моих грёзах цвёл радужный цветок, рядом с которым лежал большой серый волк, что довольно щурился на солнце. Он не казался страшным, а наоборот дарил чувство небывалого покоя, которое сменялось чем-то приятно обжигающим, стоило лишь заглянуть в невероятно голубые глаза.