Таверна «Лапы и хвост» – 2

Глава 3

Мэтью

– Вы совершенно напрасно так скептически относитесь к моей инициативе, Карл, – невозмутимо проговорил я, так как именно такой реакции и ожидал. Тем интереснее будет посмотреть на министра, когда я всё ему расскажу и объясню.

– А как мне к ней относиться, Мэтью, если она именно что безумная?! – воскликнул министр Лифалинг, глядя на меня поверх очков. Кстати, нужно будет потом узнать, где он их заказывал: я бы прикупил себе парочку с простыми стёклами. Для солидности и максимально представительного вида, так сказать.

– Ничего подобного, – я даже руки потёр в предвкушении триумфа, – представьте себе, что неподалёку от устья Ривны, в каком-то десятке миль, стоит таверна с удивительным названием «Лапы и хвост».

– Каким-каким названием? – переспросил министр, беспомощно глядя на матушку. Та в свою очередь смотрела на меня очень внимательно, прищурившись, и задумчиво постукивала кончиками пальцев по подлокотнику кресла.

– «Лапы и хвост», – любезно повторил я, – мы подумали и решили, что никто не должен быть обижен. Слово «таверна» указывает на то, что принадлежит она людям, а упоминание лап и хвостов является свидетельством того, что двери заведения открыты и для зверей. Это не значит, разумеется, что хищники будут заходить в зал, ни в коем случае. Для них будут выстроены специальные загоны и площадки в соответствии с их предпочтениями. Я вот, например, теперь знаю, что рибусы и спанки любят рыбу, а змеи, – тут матушка побледнела, – молоко. А коргутов вполне устраивают кости, на которых есть хотя бы немного мяса. Кубуты же с удовольствием лакомятся человеческой едой, особенно, знаете ли, кашу и блинчики уважают, но и от чая с булочками тоже не откажутся.

– Откуда ты это узнал? – министр по-прежнему смотрел на меня с некоторой опаской, но сквозь неё начинала проглядывать заинтересованность. Погодите, министр Лифалинг, то ли ещё будет!

– У меня были очень насыщенные несколько дней, – сообщил я, – а так как родовой дар семьи Даттон позволяет мне общаться с самыми разными зверями, то я узнал нового больше, чем за несколько лет учёбы в Гратенсторском университете, это уж точно, не в обиду этому самому университету будет сказано. Правильно говорил в своё время профессор Крейф: никакая теория не заменит практики. Тогда я его не понял, зато теперь готов подписаться под каждым словом.

– Я передам ему, – слегка озадаченно кивнул министр, – думаю, он будет приятно удивлён твоими словами.

– Так вот, – продолжил я, – как выяснилось, значительная часть животных, обитающих в Ривенгольском лесу и поблизости от него, вполне доброжелательно настроена к людям, особенно если они не планируют на этих самых животных охотиться. Им, зверям, знаете ли, внутренних конфликтов хватает.

Тут я вспомнил свалку, которую наблюдал ночью возле реки, и зябко повёл плечами. Заметив это движение, матушка нахмурилась ещё сильнее.

– А почему ты решил, что им, животным, это будет интересно? Разве не заложен в них инстинкт охотника? – министр азартно сверкнул очками, и я понял, что он, так сказать, заглотил наживку.

– Насколько я смог понять из бесед с тумунгой и кубутой, – я специально выбрал двух наиболее опасных хищников и заметил, что их упоминание произвело на слушателей именно то впечатление, на которое я и рассчитывал, – им очень не хватает общения, возможности поделиться какими-то новостями, решить проблемы. А кракен так вообще обречён на прозябание под водой, хотя, как меня заверила одна знакомая тумунга, он на редкость эрудированное существо. И наша таверна могла бы стать таким островком безопасности, куда каждый мог бы прийти и решить наболевшие вопросы, не опасаясь быть сожранным или укушенным. Ну или просто поговорить… пообщаться. Нейтральная территория посреди кишащего опасностями леса. Чувствуете, какие захватывающие перспективы перед нами открываются?

– Звучит неправдоподобно, но… – тут министр Лифалинг зажмурился и мечтательно улыбнулся, – но чрезвычайно увлекательно. Я готов выслушать твои предложения, Мэтью. Ты же понимаешь, что организация подобного места потребует множества согласований и решения юридических тонкостей.

– Разумеется, – я понимающе улыбнулся, – именно поэтому я и пригласил вас, Карл. Естественно, большая часть акций данного проекта будет принадлежать нашей семье, то есть роду Даттон, но… – тут я сделал значительную паузу, – мы готовы принять небольшое количество концессионеров. У меня уже есть два партнёра, но мы готовы рассмотреть ещё одну кандидатуру. Не больше, иначе небольшой эксклюзивный проект «для своих» превратится в балаган, а мне не хотелось бы.

– Прекрасно тебя понимаю, Мэтью, – министр улыбнулся, – но могу я поинтересоваться, кто те два партнёра, которые уже успели присоединиться к проекту?

– Я не могу без их согласия разглашать имена, – я слегка понизил голос, подчёркивая приватность информации, – могу лишь сказать, что один из них – человек, очень неплохо известный в торговых кругах Коридии и Энгалии, – тут матушка бросила на меня крайне подозрительный взгляд, который я предпочёл не заметить, – а второй – представительница одного из аристократических родов, обладающая даром, схожим с даром рода Даттон. Простите, Карл, больше я пока ничего сказать не могу. Но хочу предложить вам, министр Лифалинг, присоединиться к этому перспективному делу в качестве одного из партнёров. Если мы, конечно, сможем договориться.

– Твоё предложение, Мэтью?

– Пятнадцать процентов, – спокойно проговорил я, будучи готовым к отчаянному торгу, но Лифалинг лишь молча кивнул, – и ваше содействие в юридическом сопровождении.

– Разумеется, – не стал спорить министр, явно уже просчитывая все возможные дивиденды, – но я хотел бы, чтобы моё партнёрство не слишком… как бы сказать… Я ведь государственный служащий, и наше участие в частных программах не слишком приветствуется.

– Конечно, я всё понимаю, Карл, – я прижал руку к груди. – Слово Даттона.

– А могу я спросить, как распределяются остальные проценты?

– Сорок пять процентов – роду Даттон и по двадцать процентов двум участникам. Вам пятнадцать, так как львиная доля работы непосредственно с обитателями леса и желающими встретиться с ними ляжет на их плечи. А нам сорок пять, так как поместье в Ривенгольском лесу принадлежит именно нам.

– Справедливо, – согласился министр, – а когда я смогу взглянуть на это удивительное место?

– Думаю, через пару месяцев, – я мысленно прикинул сроки, – за это время мы с вами, Карл, как раз успеем оформить всё это документально, верно?

– Да, полагаю, двух месяцев должно хватить, – подумав, кивнул министр, – официально это будет значиться, как ваша личная инициатива, барон. Под моим патронатом как министра. Думаю, для начала так будет правильно, ну а потом посмотрим по результатам. Хотя интуиция и жизненный опыт говорят мне, что всё будет в порядке. И, полагаю, мы пока повременим с широкой оглаской, а то ведь набегут… сначала критики, а потом желающие присоединиться. Сегодня будний день, так что я вполне успею навестить пару человек, которые проконсультируют меня по ряду позиций и не станут при этом задавать неудобных вопросов.

Договорив, министр поднялся с дивана и, поцеловав матушке ручку, направился к двери. Уже почти на пороге он обернулся и сказал:

– Мэтью, я польщён, что ты остановил свой выбор на моей кандидатуре. Мне действительно интересна твоя… инициатива, и я с удовольствием приму участие в этой необычной затее. Знаешь, твои предки были бы тобой довольны: ты настоящий Даттон.

– Благодарю, Карл, – я поклонился, причём на этот раз совершенно искренне. – С вашего позволения, я навещу вас в министерстве как только окончательно встану на ноги.

– Буду рад, Мэтью, заходи в любое время, – министр ещё раз склонил голову, прощаясь, и вышел из гостиной.

Какое-то время в помещении, где остались мы с матушкой, царила благословенная тишина, лишь птичье пение доносилось из приоткрытого окна.

– А теперь, когда Карл ушёл, я хочу задать тебе несколько вопросов, сынок…

Тон, которым матушка говорила, не обещал мне ничего хорошего, так же, как и её прищуренные глаза. Я поборол инстинктивное желание спрятаться куда-нибудь поглубже, а ещё лучше – просто оказаться в другом месте, по возможности подальше от этой гостиной.

– Знаешь, как-то я, видимо, переоценил себя, – торопливо проговорил я, – пойду-ка полежу, наверное. Прав был доктор Мэрфи: не стоит торопиться, пусть отрава окончательно выветрится, правда? Кто их знает, эти синие водоросли…

– Сидеть, – коротко, но как-то так очень весомо приказала матушка, и я шлёпнулся обратно на диван.

– Мэтью, – она внимательно посмотрела на меня, – скажи мне честно, во что ты ввязался? Откуда эти странные идеи? Какая, прости святая Бенедикта, таверна? Ты хоть знаешь, как она должна выглядеть? А как управлять подобным заведением? Ты хотя бы смутное представление об этом имеешь?

– Марчелло наверняка знает, – тут же ответил я, и матушка неожиданно замолчала, чтобы через несколько секунд уже совершенно другим тоном спросить:

– Как он?

– Марчелло? – зачем-то переспросил я.

– Нет, твой эрудированный кракен! – на щеках матушки вспыхнул румянец. – Естественно, я спрашиваю о капитане Саватти.

– Да нормально он, – я пожал плечами, – когда я после всех своих приключений добрался до поместья, то первый, кого я увидел, был именно Марчелло. Он был занят тем, что сооружал площадку для приготовления мяса дикого бурбита. А рядом с ним ошивался самый настоящий кубута, который, собственно, тушу бурбита и приволок. При этом кубута не делал ни малейших попыток напасть, и вообще при ближайшем рассмотрении он оказался очень добродушным и компанейским. Ори дала ему имя Кеша вместо его родного, какого-то очень заковыристого, что-то типа Ууаооых. Но в порядке букв я не уверен… И пообещала придумать третье, ну, чтобы было как у меня – Мэтью Энтони Даттон. А он будет Ууаооых Кеша как-то там ещё.

– Знаешь, вот я тебя слушаю и понимаю, что всё сказанное тобой, скорее всего, правда, так как придумать подобное не под силу даже тебе, Мэтью, – задумчиво проговорила матушка. – Но как капитан Саватти оказался так далеко от моря?

Я хотел было сказать, что этот вопрос возникал и у меня, но воздержался, тем более что интерес к этой теме со стороны организации, которую представлял бравый майор Орланд, уже говорил о многом.

– Насколько я понял из слов самого капитана, Ори спасла его, – сообщил я, – так как стая коргутов явно собиралась пообедать и рассматривала нашего Марчелло в качестве основного блюда.

Тут матушка побледнела и вцепилась в подлокотник кресла так, что тонкие пальцы побелели.

– А Ори, которую дом пропустил, – тут я сделал многозначительную паузу, но матушка не обратила на неё внимания. И то правда: тут на знакомого – просто знакомого! – коргуты нападают, а я про какую-то ерунду…

– Так вот, Ори открыла ему калитку и договорилась с коргутами, что отдаст им часть бурбита.

– А Марчелло?

– Коргуты подумали и решили, что упитанный бурбит всяко лучше жилистого капитана, тем более что бурбит уже дохлый, а Марчелло вполне себе живой и наверняка будет сопротивляться.

– Он не ранен? Майор что-то такое говорил…

– Во всяком случае, я не заметил, – я честно постарался вспомнить, не было ли у Марчелло каких-нибудь ран, – по-моему, он в абсолютном порядке. Собирался вместе с Кешей ловить рыбу для рибусов. В любом случае, за ним есть кому присмотреть, можешь мне поверить!

– Почему эта девушка его спасла? Она не боится коргутов?

Матушка прижала тонкие пальцы к вискам и страдальчески поморщилась.

– У меня от всего этого голова кругом, я перестала уже хоть что-то понимать, Мэтью. И меня это нервирует!

– Ори просто добрая, – с улыбкой ответил я, – ей и в голову бы не пришло, что можно оставить человека на растерзание коргутам. Так что Марчелло невероятно повезло, что она там оказалась.

– А как она, кстати, там оказалась? – тут же сменила тему матушка. – Чаща Ривенгольского леса – не самое обычное место для прогулок, согласись.

– У неё неправильно сработал портал, – не моргнув глазом сообщил я, так как давно придумал, что буду отвечать на этот неизбежный вопрос, – и она оказалась на берегу Ривны, как и Марчелло. Но Ори повезло больше: она встретила кубуту, с которым не только разговорилась, но и сумела подружиться. Он её пожалел и перенёс в наш дом. Кстати, Ори говорит, что впечатления от такого способа перемещения самые незабываемые.

– Ну да, в последнее время часто говорят о том, что порталы стали работать не слишком надёжно, – согласилась матушка, и я про себя с облегчением выдохнул. Теперь главное – успеть рассказать самой Ори о том, как она оказалась в лесу. Что же до правды… я очень надеюсь, что рано или поздно она станет доверять мне и расскажет, что же произошло.