Статус: В общем и целом – ученик

Глава 12

Прошли сутки с тех пор, как я оказался в столь странной и неприятной ситуации. Я многого ожидал от Турнира Героев, но не одиночной камеры.

Я уже перегорел, обратился пеплом и возродился с ясным сознанием. Злость ушла, ей на смену пришёл покой. Каменные стены, свет солнца через решётку оконца, стальные прутья, заменяющие мне дверь, — всё это не из-за моей ошибки, а последствие череды событий.

Факты упрямо говорят, что виноваты обе стороны. Одни ради собственных целей проигнорировали приказ императора, за что уже потерял свой пост наместник Джангарии. Я же, вместо того чтобы достучаться до имперских властей и восстановить справедливость законными методами — пусть все и понимают, что это было невозможно, — пошёл на кровопролитие. Убиты официальные лица вассала Дракории, погибли офицеры и солдаты, пострадали крепость и патрульный корабль вместе с его экипажем. Дракория не могла спустить это на тормозах. Должна была отреагировать, показать свою власть.

Я слишком маленькая лягушка, чтобы избежать последствий. И даже покровительство Дистура не сможет в один миг отменить решение представителя имперской власти. Со временем, несомненно, меня либо освободят, либо попытаются убить и «перевернуть страницу»…

Повелителю империи куда выгоднее смерть одного человека, чем перестройка целого вассального государства уровня весьма солидных размеров княжества. Опять же, Дракория на распутье: с одной стороны, Фиора обвиняют в связях с Лигой, с другой — не без его помощи империя решает многие проблемы, которые в обязательном порядке появляются в стране подобных масштабов. Вряд ли они готовы просто взять и бросить ему вызов, изгнав и объявив его вне закона. И вообще, если бы дракониды могли это сделать, они бы уже предприняли все необходимые шаги. Их многочисленным богам явно не помешает пара миллионов новых подданных, что будут вынуждены искать новое духовное пристанище.

Возможно, Фиор выплачивает солидные суммы талантов императорскому двору, только чтобы они не лезли в его дела. А тут уже всё будет зависеть от экономической ситуации в империи. И я ничего об этом не знаю…

В общем, много переменных. И может существовать хоть с десяток поводов предпочесть замять ситуацию, а от меня втихую избавиться. НО! Одна ошибка Фиора перекрывает все эти нюансы: Лига — враг империи.

Будь только жрецы Фиора среди нападающих, вариантов бы у меня не было. А так зёрна сомнений посеяны, и я — важнейший свидетель. Моя жизнь нужна императорскому дому. Они не смеют ради собственного величия и будущего игнорировать подобные слухи. Просто обязаны их проверить.

Допрос богами драконидов тоже помог. Теперь они вынуждены предполагать, что либо я сумел подделать воспоминания и, будучи смертным, обвести вокруг пальца уважаемых божеств, либо же их Фиор не так чист, как хочет казаться.

В коридор вышел, потягиваясь, один из стражников-надсмотрщиков, охраняющих это подземелье. Не тот, полный почтения и извиняющийся за свои действия ящер, а его сменщик.

Всего здесь было пять охранников, и я уже досконально знал каждый коридор и устройство тюрьмы. Алиса время даром не теряла. Так что если захотел бы сбежать, то знал бы, куда именно идти, где лежат ключи и хранятся мои вещи.

— Всем доброе утро, ублюдки! — идя вдоль камер, поздоровался надсмотрщик и принялся дубиной стучать по прутьям.

Он трезвонил, сбивая с мысли и раздражая.

— Просыпаемся!.. Скоро мамка титьку притащит, будете жрать!

Добавлял треска надетый на кончик хвоста металлический шип, что звякал о прутья наших камер.

Ящер вдруг остановился рядом с моей камерой и посмотрел на меня, стоящего у дальней стены с кандалами на руках. Мера защиты глупая и неудобная: меня никак не ограничивает. Магия всё ещё при мне. Да и руки впереди, благодаря чему я могу свободно призвать пистолет в случае необходимости.

— Уже проснулся, герой? Ха… Как ты только с такой мордой рассчитывал на турнир попасть? Доходяга обычный.

— Не делай так, — спокойной ответил я.

— Не делать как?

— Не провоцируй меня. Ты даже не драконид. Долго не продержишься, если я захочу тебя убить, — спокойно произнёс я.

— Уродец решил бросить мне вызов? Ха! Сейчас посмотрим, как ты… — Ему на плечо легла рука коллеги, и тот покачал головой.

Он тихо сказал: «не лезть ко мне, ведь в любой момент сюда могут наведаться администраторы турнира и дракониды».

— Не, ну ты слышал, что эта мразь сказала? — ткнул он своей дубиной через стальные прутья.

Секунду спустя я уже был рядом с решёткой. Перехватил его запястье и с силой прижал его руку к пруту. Ящер взвыл от боли, закричал, второй потянулся за оружием, сидельцы зашумели.

— Повтори, как ты меня назвал? — холодно произнёс я, смотря наглому ящеру прямо в глаза.

— Отпусти его! — приказал стоящий рядом стражник, а по коридору ещё двое мчались, гремя металлическими латами.

— Не думай, что, если на мне кандалы и нас разделяет решётка, я не смогу убить тебя за неуважение. И не думай, что за твою смерть мне хоть что-то будет… Ты даже не знаешь, за что меня сюда посадили. А если бы знал, трижды подумал бы, прежде чем открыть свой грязный рот. Это моё последнее предупреждение. В следующий раз, если решишься на подобную глупость, убедись, что для тебя подготовлена могила и написано завещание, дерьма ты кусок.

Я отпустил его и посмотрел на второго, что судорожно перебирал руками ключи.

— Ты… поплатишься, — баюкая руку, произнёс идиот, и я пнул через решётку оброненную им дубину.

— Барахло своё забери. И я жду завтрака. Две жареные курицы и кувшин вина.

— Забудь о еде после такого! — ответил стражник, разрывающийся между помощью своему коллеге в открытии моей клетки и желанием вытащить из-за пояса оружие. Так и не определился, бедолага, чем заняться, и в итоге просто языком начал чесать. — И вообще, готовься!

— Я всегда готов. Но с завтраком вам лучше поспешить. Через час у меня начнётся тренировка, — вернулся я в темень камеры, к дальней стене.

— Мечтай, ублюдок! Переведём тебя в помойную яму, ты там солнечного света даже не увидишь!

— Попробуй зайти и вывести меня, — с улыбкой предложил я.

Как и ожидалось, никто даже не попытался пройти внутрь моей камеры. Я был особым заключённым. Они могли лишь зубоскалить, пользуясь местечковой властью, но не более того.

Вскоре показался начальник тюрьмы, которому доложили об инциденте.

— Значит, наш молчаливый герой решил проявить характер? Вам плохо сидится? Так мы можем изменить условия вашего пребывания, господин Ли-и-сьоглядоф!

— Обязательно измените. Стол, стул, шкаф и книги об истории Дракории и других великих цивилизаций, по географии континента и что-то про легенды прошлого. Можно религиозные книги о ваших богах. Обязательно магический светильник, кровать с не очень мягким матрасом и парой подушек. Питание не три, а пять раз в день. Меню составляем заранее, но к каждой трапезе бонусом приносите запечённых в травах курицу, гуся, утку или любую другую съедобную, вкусную и жирную птицу весом не меньше килограмма, — перечислил я будущие условия моего содержания.

В ответ начальник тюрьмы рассмеялся.

— А что, если нет? — с вызовом спросил он у меня.

— Ты не понял, да? Всё это будет здесь так или иначе. Вопрос лишь в том, кто за это заплатит, — спокойно произнёс я.

«Я уже посмотрела в кабинете его домашний адрес. Сходить проверить, что у него там есть ценного?»

«Ну, у нас образовалось немного пустых карманов, в которые можно даже целую кровать запихнуть или шкаф. Так что можно, если он не пойдёт на уступки. А ты не устанешь всё это носить?»

«Не переживай. Я сейчас такая злая, что смогу вытащить по кусочкам хоть весь его дом. Как эти ублюдки посмели тебя запереть в этой убогой камере⁈» — злилась Алиса, что после столь вопиющего пренебрежения данной ей божественной клятвой была готова Аматир разнести на кусочки, но сдерживалась по моей просьбе.

Единственное, на что я дал добро, — это больше не сдерживаться в отношении морально-нравственных норм её поведения. В храмы и другие защищённые божествами места она, конечно, не сунется. Она вообще лишний раз свою божественную сущность проявлять не будет. Но зайти в самый простой дом или лавку торговца и взять то, что нам с ней нужно для комфортного отдыха, мы вполне теперь можем. И совесть наша будет чиста.

Дракория подвела меня, не обеспечила безопасность, и я стал крайним из-за того, что пытался сохранить жизнь и свободу своих соратников. Вместо достойного задержания с ограничением свободы передвижения в самом квартале героев или ещё где-то, как это положено в случае с важными персонами, к которым я сейчас, по сути, отношусь, меня отправили в эту зачуханную тюрьму в центре какой-то внутренней крепости Верхнего города. Посадили на общих основаниях с какими-то оборванцами, воровавшими яблоки на базаре… Моего Восприятия с лихвой хватает, чтобы услышать все разговоры, разносимые эхом по этой убогой темнице.

Мои требования были проигнорированы. Но мне принесли завтрак. Какая-то каша с яичной скорлупой. Так ещё и ублюдок, что провоцировал меня и угрожал, получив в итоге взбучку, решил лично её принести и харкнуть у меня на виду в тарелку.

Нет, ну они, видимо, ни черта не поняли…

— Ваш завтрак, ваше геройшество! Приятного аппетита! — пропихнул он тарелку через решётку, скидывая половину этой неопрятной каши на грязный пол, и быстро одёрнул руку, чтобы та вновь не оказалась в моей власти.

Тарелка упала вместе с кашей под его истерический хохот.

— Какой ты властный повелитель… — произнёс я и потянул руки в стороны.

Сотни раз охлаждённый магией и раскалённый жаром идеально контролируемого маленького и незаметного огонька металл кандалов не выдержал и порвался. Смех прекратился.

Я подошёл к деревянной плошке, сгрёб в неё всю кашу с пола вместе с грязью. Крутой охранник на всякий случай отошёл на пару шагов и протянул руки к дубинке.

С одной стороны, его распирало от чувства собственной важности, желания крикнуть мне: «Жри!» А с другой… Он только что увидел, как я легко разорвал кандалы. Это заставило его тупой мозг подать сигнал тревоги. В итоге он завис на месте со странным выражением лица.

— Подойди, забери и съешь сам.

— Мечтай! Сам жри, пока я тебя десертом не накормил! — отвис он и вытащил дубину.

— Ну и тупой… — констатировал я факт и убрал тарелку в сторону.

Взялся за стальные прутья, чуток напрягся. Я ведь собирался потренироваться, вот за разминку как раз и сойдёт.

— Даже не пытайся, это бесполе… з… но…

Под скрип стальных прутьев, растянутых в стороны и освободивших мне достаточно широкий проход, я ухмыльнулся, поднял плошку и вышел в коридор.

Молчавшая тюрьма взорвалась радостными криками заключённых. Они ухали, ахали и предлагали мне накормить стражника этим дерьмом. Собственно, это совпадало с моими планами.

Ящер дёрнулся было, чтобы убежать, но его ноги — вот так неожиданность! — сковало льдом. Надо быть внимательнее, и тогда можно с лёгкостью заметить, как по полу ползёт светло-голубая магическая дымка…

— Далеко собрался? А теперь открой рот и скажи: «А-а-а…»

— Не подходи! Убью! ПОМОГИТЕ! — начал орать он, явно сожалея о том, что не отправился на обход вместе с начальником тюрьмы.

— Чем убьёшь? Этим? Хах, ты даже массаж мне этой дубинкой не сделаешь! — Я схватил ящера за кипу кожаных наростов на голове, заменяющих его подвиду волосы, и приблизил кашу.

Не сработало. Он упрямо сжал зубы и покосился в сторону двери, которую должны были открыть его коллеги в случае чего.

«Услышали, бегут…» — подсказала Алиса.

«Хорошо, я быстро», — ответил я и подбросил тарелку.

Пока она летела, трижды мощно пробил в пасть, выбивая клыки. Кретин попытался сопротивляться, но что он мог против моей Силы, моих характеристик? Он даже магом не был.

Я влил через выбитые зубы кашу. Ящер попытался выплюнуть, но я повторил удар уже тарелкой, и он завизжал как свинья, раскрывая окровавленную пасть, полную осколков клыков.

— Жри, я сказал, — влил я остатки грязной каши вперемешку с землёй в глотку кретину и ещё раз двинул ему в лоб, отшвыривая прочь вместе с оторванным от земли куском льда на ногах.

Быстро вернулся и поправил прутья решётки в тот самый момент, когда двери открылись и вбежала пара стражей.

— Что здесь произошло? — зашипел первый и бросился к лежащему в отключке идиоту.

— Какого чёрта⁈ — закричал второй, обнажая оружие и осматриваясь вокруг.

— Варкас, ты живой?

Они пытались перекричать вой толпы, что видела и пересказывала случившееся тем, кто этого не видел. Кретины… А я хотел ещё поиздеваться над стражниками, хотел, чтобы они поломали голову, что тут произошло…

Я приподнял руку и заметил маленький след крови на кулаке. Улыбнулся.

[Внимание! Эффект от особенности «Кровезависимый» активирован, уменьшение Интеллекта сокращено до 0 %.]

[Внимание! Эффект от особенности «Кровавая наследственность» активирован! Найдена особенность «Чуткий сон».

«Чуткий сон» — ваше тело приспособилось к необходимости бодрствовать и быть начеку, а недостаток отдыха при необходимости восполнять короткими урывками. Короткий сон для вас больше не проблема, однако полноценный сон остаётся в приоритете.

Восприятие увеличено на 10 %.

Скорость восстановления энергии во время короткого сна увеличена на 100 %.

Полноценный сон приводит к мобилизации организма и увеличивает все ваши характеристики на 1 % за каждый час сна свыше 4. Каждый час после пробуждения характеристики падают на один процент. Не больше 10 % бонуса разово.]

О! Даже так бывает? За то, что выспался, получаешь бонусы? Ха-ха! Этот мир не перестаёт меня поражать. Спасибо! От такого щедрого подарка не отказываются! Интересно, что там ещё он мне предложит?.. Тренировки ведь никто не отменял до самого начала турнира.

[Внимание! Эффект «Вампирская сладость» активирован, все ваши характеристики увеличиваются на 5 минут:

Сила увеличена на 0,7 единицы;

Ловкость увеличена на 0,7 единицы;

Выносливость увеличена на 0,5 единицы;

Скорость увеличена на 0,6 единицы;

Интеллект увеличен на 0,6 единицы;

Восприятие увеличено на 0,7 единицы;

Харизма увеличена на 0,4 единицы;

Воля увеличена на 0,5 единицы.]

М-да! И вот это убожество выпендривалось, размахивая дубинкой? Как он сюда вообще попал? По блату?

А вокруг тем временем творился переполох: сбегались стражники, прибывала администрация, вооружённая арбалетами, мечами, магическими жезлами. Даже один здоровяк с тяжёлым гномьим мушкетом пришёл проверить, в чём дело. Я же улыбался, смотря в глаза начальнику тюрьмы.

— Часики тикают… Моя просьба всё ещё в силе. Но ты можешь не спешить, — произнёс я.

Судя по его взгляду, вскоре меня захотят поколотить и переселить. Быть может, даже сейчас…

В этот день они не осмелились прибегнуть к проверенным средствам успокоения пленников. Возможно, мне повезло, но в тюрьму пришла делегация по мою душу. Они убрали отключённого и наевшегося собственных зубов, крови и грязи с пола вперемешку с кашей, быстро вытерли полы и успокоили остальных заключённых, а меня вежливо провели в комнату для переговоров, где разъяснили мой статус. При начальнике тюрьмы сказали, что моё заключение здесь временное, пока не будет найдено подходящее для Дракории решение возникшей ситуации.

Сквозь полные лицемерия слова посланника я понял одну важную деталь: Дистур там чуть ли не бунт поднимает со своим сыном, грозясь едва ли не бойкотировать турнир, раз его бойцов снимают по наговорам конкурентов из других регионов. Более того, судя по тому, что меня попросили держать язык за зубами об этой ситуации и о причинах моего заключения, Дракория явно вознамерилась замять всё это дело и не распространять слухи. А вот Дистур как раз был из тех, кто мог бы и выплеснуть своё негодование слухами, запущенными в среде драконидов-аристократов, раскачивая лодку недовольства. И он в своём праве: он единственная жертва всей этой ситуации и заинтересован показать остальным, что происходит в закулисье.

В общем, пусть я не виделся с Дистуром, а его поддержку ощущал. Оно и понятно: он знает, на что я способен, и для него, судя по разговорам, крайне важно проявить себя на этом турнире. От этого зависит не только его статус среди других драконидов, правителей своих Пределов, но и дотации из столицы, налоги, престиж региона, привлекающий торговцев и авантюристов. Нет способа лучше прорекламировать себя и показать свою исключительность, чем победа в таком турнире. Если он выступит наряду со всякими вассалами, которых десятки, и не проявит себя, это ударит по нему и его землям похлеще масштабных пожаров, уничтожающих огромные площади лесов, полей и поселений. В их стабильном мире именно через подобного рода столкновения определяется, кто самый-самый.

Представители имперских структур ушли, спросив напоследок, всё ли меня устраивает и готов ли я сотрудничать. Я с улыбкой произнёс, что полностью удовлетворён своим нынешним статусом, рассчитываю на мудрость небесного императора и что он не даст пошатнуться империи из-за интриг предателей и врагов. А обо всём прочем, если понадобится, позаботится начальник тюрьмы.

Тот кивнул и провёл гостя прочь. А меня конвоировали в камеру и снова нацепили на руки кандалы…

— Серьёзно? — с удивлением посмотрел я на сильно потеющего стража.

— У нас… Правила…

— Пора их переписать.

Я немного повозился с металлом и растянул звено, частично освобождая руки от плена.

Мне было интересно, собирается ли начальник прислушаться к голосу разума. Терпеливо ждали с Алисой, но всё, что получили, — весьма сносный обед. На одного. Без курочки…

«Нет, ну они совсем страх потеряли! — разъярилась Алиса. — Всё, я пошла вершить справедливую месть!»

«Что начальник говорит?» — уточнил я у неё.

«Чтобы тебя не трогали», — пояснила она слова драконида, что собрал прямо сейчас совещание в своём кабинете.

«А что с условиями камеры?»

«Говорит, что тут не купальни с девками и не гостиный двор. Всё, я к нему домой сейчас наведаюсь…»

«Только голову не теряй…» — попросил я её.

Уже к вечеру из дома драконида исчезли кровать, подушки, матрас, шкаф, стол, пара стульев, серебряная посуда, зеркало, магические лампы, ужин и все отложенные в заначку таланты. А ещё золотое легендарное ожерелье на Харизму его жены, которое теперь красовалось на шее Алисы, хоть ей никаких бонусов и не давало.

Книги же Алиса притащила из имперской библиотеки. К счастью, из общественной, а не императорской. Если бы она во дворец императора вломилась, боюсь, у неё были бы проблемы. И тем не менее у меня появилось много интересных книг из закрытой секции. Будет что почитать.

Стража не понимала, что происходит, когда в моей камере раз за разом начинали появляться вещи. Даже пытались зайти и забрать их, но хватило всего лишь зажжённого на руках магического пламени, чтобы они поняли: последствия для них будут печальнее, чем для их накормленного коллеги.

Раз уж мне избрали такую подготовку к турниру, значит, я в своём праве использовать все доступные мне возможности.

Уже глубоко за полночь в тюрьму вернулся начальник. Весь взъерошенный, с блестящими от гнева глазами. Он промчался по коридору в сопровождении стражи, подбежал к моей камере и застыл, пялясь на мебель из его гостиной и спальни.

Как хорошо, что они решили выделить мне помещение для содержания сразу восьми заключённых и при этом оставили меня здесь без сокамерников. Как раз его мебель вся уместилась.

— Где он⁈ — бегал глазами начальник тюрьмы, пытаясь меня найти.

— Господин… Вверху…

Он поднял глаза и заметил меня в самом разгаре тренировочного процесса. Я сидел на потолке, скрестив ноги, и читал книгу по магии для драконидов-новичков.

«Воспарение», как и вся остальная магия, — может приятно удивить. Вот и сейчас я висел вниз головой, перелистывая страницу за страницей.

— Вы что-то хотели, уважаемый?

— Слезай сюда! Поговорим!

— Я же предупреждал…

Я положил закладку на странице, закрыл книгу и встал в полный рост, оказываясь глазами на уровне хищных глаз начальника тюрьмы.

— Да. Не знаю, как ты это провернул, но верни ожерелье! Хрен с ней, с этой мебелью и остальным. Верни его! Иначе я покажу тебе, что такое ярость драконида.

— Я хорошо знаком с ней. А ты знаком с яростью бога?

— Какого?

— Того, которого ты смертельно обидел. У меня, как ты можешь заметить, нет твоего артефакта. Он в руках бога, и он обещает, что это только начало праведной мести.

— Когда это я бога обидел? Я тебя даже не трогал, хотя мы и за меньшее в гнилую яму отправляли!

Я спрыгнул на пол, поймал баланс и, выпрямляясь, развернулся.

— Спроси это у неё сам. Она за твоей спиной. Только без резких движений: она очень злая…

— Господин! Осторожнее! — закричали сзади подчинённые, шарахаясь прочь от появившейся в коридоре Алисы.