Соната для сводного брата

Глава 54

Мужчина скривился, как от боли и сжал жену в объятьях крепче. Не знаю, делал ли он это, чтобы успокоить ее, или чтобы удержать от нападения на меня. Потому что женщина рычала.

— Он ее обидел, — она жаждала моей крови. — Унизил!

— Это так, — не стал отпираться и шагнул к застывшей паре. — Я оттолкнул ее. Поставил метку, чтобы наказать…

— Да, как ты…

— Она не виновата, — я остановился прямо перед отчимом. — Во всем виноват только я. Я готов понести наказание за то, что сделал.

— За что? — Кира повернулась, и я едва смог выдержать ее взгляд полный страдания. — Она же боготворила тебя.

— Я сорвался. Ждал от нее признаний. Но она…

— О, — женщина выглядела так, словно я ее ударил. — Моя малышка не могла тебе ни в чем признаться. Я запретила ей.

— Клятвой?

— Нам не нужны ваши клятвы, — она качнула головой. — Мы сами устанавливаем правила. Но преодолеть приказ старшей крови сфинкс не может.

— Ты не хотела плохого, — растерянно буркнул Шир.

— Ей нельзя показывать свою ипостась, чтобы не стать добычей сильных. И я убедила, что наш вид вызывает омерзение.

— Но…

— Ты бы мог потом освободить ее от этих заблуждений, — она нахмурилась. — Ты должен был поверить ей без доказательств, принять ее без этих игр с Настоящими…

Женщина запнулась и оттолкнула мужа, чтобы отойти от нас двоих. Крылья скользнули по полу и растаяли, словно их и не было. Кира снова стала беззащитной и нежной. Только отчим так не считал, оставаясь напряженным.

— О каких играх ты говоришь, милая? Ты запретила дочери говорить о любви?

— Она и не поняла, что не может поддерживать этот разговор, — сфинкс пожала плечами. — Небольшое убеждение, которое смылось бы одной каплей ее крови, пролитой ее мужчиной.

Ноги меня не держали. Я подошел к дивану и сел на подлокотник.

— И раз она призналась, что ты ее настоящий, значит, ты пролил ее. Но не так, как должен, — женщина закрыла лицо ладонями.

— Но зачем?

— Потому что нам одним дан этот шанс. Стать любимыми не потому, что иначе никак. Мы можем выбирать и быть избранными. Без предопределенности, без обреченности, без принуждений. И если нам не по нраву Настоящий, мы просто уходим. Мы умеем жить без Настоящих.

— Мы? — Шир подобрался. — Ты и себя имеешь в виду?

Мне показалось, что я лишний, но уйти не позволила уверенность, что сейчас раскроется нечто важное.

— Мы говорим не обо мне, — слабо возразила Кира, но не смогла смотреть на мужа. — Ты моя пара. Мой муж. И никого другого в мой жизни нет.

Даже мне показался неубедительным ее тон. Хотя разбираться с женой альфа станет сам. А вот со мной они оба еще не закончили. В этом я убедился, стило мне подняться на ноги.

— Что ты собираешься делать? — Шир скрестил руки на груди.

— Я ее найду.

— А потом?

— Верну…

— Нет, — отрезал он и для весомости мотнул головой. — Если моя дочь захочет к тебе вернуться, я не стану препятствовать.

— Она захочет.

— Мужчины, — Кира фыркнула и прошла мимо.

— Я все исправлю…

— Ты ничего не сможешь исправить, если тут пусто, — женщина двинула мне по затылку. — Моя дочь не добыча. Она девушка, которая заслуживает счастья…

— Я смогу…

— Ты уже смог! — она снова отвесила мне подзатыльник. И пришлось признать, что рука у нее тяжелая. Женщина сжала ладони в кулаки. — Как же мне хочется вывернуть тебя наизнанку и постелить ковриком у порога.

Волк опешил и даже перестал рваться наружу. Не помню, чтобы он хоть кого-то опасался. Но эта женщина заставила нас двоих насторожиться.

— Соня закрывается даже от меня. Она научилась этому очень давно. Лишь тебя она может пустить в свое сознание.

— У меня вышло вчера, — признался смущенно. — Не знаю как…

Женщина хмыкнула.

— А ты не так безнадежен. Только я никак не пойму, что в тебе нашла Соня.

Я благоразумно молчал, понимая, что легко отделался.

— Выясни, где она находиться, — приказал Шир. — Выкупи любую ее клятву, чего бы тебе это не стоило. Если дочь не пойдет с тобой, вызови меня.

— Она сбежала и от тебя, — пришлось напомнить.

— Какой же ты еще мальчишка… — начал отчим, но его прервала жена.

— Сам не лучше, — она потерла переносицу. — Фатон, у тебя хороший учитель. Твой ментор решил напугать дочь торгами. И меня убедил, что собирается это сделать. Да я чуть с ума не сошла.

— Ты планировала побег, — напомнил Шир мрачно.

— А чего ты ждал, лохматый придурок?

От такого обращения я остолбенел. Альфа же одарил меня таким взглядом, что я понял: стоит об этом проболтаться и я умру. И никто не спасет.

— Это было необходимо. Я должен был подготовить ее к приезду Фатона. Он приехал бы, и она бы рванула к нему за помощью, — ментор взъерошил волосы. — Вечно она смотрела на щенка, как на героя. И он бы не стал ломаться и сомневаться. Наконец утащил бы ее и взял в пару. А то ждать нам внуков еще полсотни лет.

— Так ведь ты сам затеял эту авантюру с пятью годами ожидания!

Наблюдать за семейной ссорой становилось опасно для жизни. Я уже узнал все, что было нужно. Получил благословение на поиски и остался жив.

— Пожалуй, я пойду, — заставил себя заявить как можно увереннее.

— Подожди, — Кира снова оказалась рядом. Она взялась за воротник моей куртки и потянула вниз, заставив наклониться к ней. — Соня любит тебя. Это дар, который доступен не каждому высшему. Даже без этой чуши с Настоящими. И если ты ее потеряешь…

В груди болезненно заныло сердце.

— Ей тоже нельзя тебя терять. Не хочу, чтобы она прожила долгую жизнь без тепла.

— Ты это увидела при нашей первой встрече? — задал я самый опасный вопрос.

— Я даже не догадывалась, что ты способен быть таким идиотом, — Кира горько улыбнулась. — Быть парой сфинкса — испытание. Мы способны творить чудеса и становиться кошмаром. Та метка убивает тебя, верно? — я кивнул. — А что будет с Соней, когда она это поймет? — стало холодно. — Верни ее, любой ценой. Верни для себя. Убеди, что ты стоишь прощения. Что видишь в ней не только Настоящую, но любимую. Или сдохни подальше от моей дочери, чтобы не убить в ней желание жить дальше.

И она оттолкнула меня, чтобы отвернуться. Нам больше нечего было сказать друг другу. Из комнаты я вышел хмурым, потому что понял, где просчитался. Я шел по следу, оставленному одеждой Сони, которую нашел в подпольном портале. Разорванное кружево сводило меня с ума. Словно сумасшедший, я запускал руку в карман, чтобы убедиться, что ткань, касавшаяся ее кожи все еще у меня. Кира — возможна единственная из рода сфинксов, кроме дочери, в ближайших десяти мирах. И ее присутствие здесь сбило меня со следа. Точнее, отвлекло. Правитель Радужного подождет. Мне нужно вернуться к порталу.