Соната для сводного брата

Глава 27

Фатон

— Неужели? — Шир оскалился и только тогда я заметил, как сильно он сжал край стола. — Когда ты с ней соединился?

— Ты ведь понимаешь, — я тряхнул головой, — она чиста. Я бы никогда не посмел…

— Что не мешает тебе объявлять ее своей, — альфа медленно поднялся. — Она твоя Настоящая?

— Нет, — скрипя зубами, признался я.

— Не стану спрашивать, что она думает по этому поводу. Давно заметил, как она вьется за тобой.

— Да? — даже о дыхании забыл, уставившись на отчима.

— Ты ж не мог не видеть… — мужчина смотрел на меня с сомнением и, поняв, что я не играю, хмыкнул, — Иногда ты удивительно наивен. Всегда считал раксашей более рациональными.

— Я ведь никогда не смотрел на нее…

— Если бы смотрел, я б тебе голову снес, — отрезал Шир. — Она еще несовершеннолетняя. И ты должен меня понять.

— Ты против? Считаешь меня недостойным…

— Закрой рот, — холодно отрезал Шир. — Я всегда относился к тебе как к сыну. И не на словах. Это старейшины считали тебя ублюдком. Но даже они заткнулись уже очень давно. Знаю, ты никогда не воспринимал Озерный своим миром. Слишком много пересудов за спиной и не тот уклад, который тебе по нраву.

— Верно, — пришлось признать.

— Конечно, я считаю, что моя дочь достойна лучшего мира и мужчины. Но ты не можешь не признать, что не самый хороший для нее вариант.

— Чем же я плох? — разозлился даже волк внутри меня.

— Ты не ее настоящий, — как ушат ледяной воды вылил на меня альфа. — Она имеет право на шанс. Не хочу ей своей судьбы. Когда я щенком увивался за твоей матерью, а ее раксаш с презрением взирал на все мои попытки завоевать ее.

— Мой раксаш выбрал ее.

— Но что станет, когда она найдет свою пару? Ты отступишь? — я даже попятился. — А если ты сам встретишь свою женщину? Что будет с моей девочкой? — его голос чуть заметно дрогнул. — Ты готов поручиться, что этого не произойдет? Что ты сможешь сделать ее счастливой?

Ноги стали слабее, и я сел обратно в кресло. Опустил голову и покачал ею, признавая, что не могу обещать такого. Никто бы не смог. Даже представить, что отпускаю Соню к другому не мог. И если сам…

— Что ты предлагаешь?

— Дай ей время, — ответил Шир, становясь рядом и положив тяжелую ладонь мне на плечо. — Я не прошу многого и в то же время, требую всего. Знаю, жизнь несправедлива. Отпускать Сонату с тобой в Запретный…

— Нельзя, — продолжил я.

— Пока ты там, я обещаю не сватать дочь. И если она все еще будет влюблена в тебя по возвращению, сам отдам тебе права на Соню. Вместе с наследием.

— Мне не нужен Тахир.

— А это не тебе решать. Она наследница крови. И я уверен, что лучшего защитника чем ты, мне не найти для моей дочери.

Я недоверчиво взглянул на отчима, чтобы удостовериться, что он говорит серьезно.

— Можешь мне не верить, но я умею ценить настоящее. Однажды я выбрал владение миром и получил разбитое сердце. Это был плохой выбор, сынок. А потом я выбрал Тахир, а получил женщину, которая научила меня быть любимым.

— Кира твоя настоящая?

Мужчина усмехнулся.

— Она моя любимая. И потому я дам шанс тебе. Если Соната не встретит свою пару, она будет вольна быть с тобой. Продавать ее я не стану. Да и жена меня после этого четвертует.

— Сможет?

— О, не стоит недооценивать женщин этого рода, — он запнулся, словно сказал что-то лишнее.

— Сколько времени я должен оставаться в Запретном?

— Вдали от Сонаты ты проведешь пять лет. Не станешь предлагать ей союз, пока не истечет этот срок. Вот мое условие, — он протянул мне руку. — Согласен?

Я скрепил договор пожатием ладони и на запястье вспыхнуло клеймо. Второе. Оно словно прожгло в моем сердце дыру. Душа вдруг содрогнулась, будто я совершил что-то неправильное и гадкое. А Шир, будто не заметив моих сомнений, расплылся в клыкастой улыбке. Гад. Блохастый.

— Представляю какими словами ты меня костеришь, — он не скрывал торжества.

— Не представляешь, — ответил я, не разделяя его эмоций.

Я вернулся в свою комнату и взвыл. Понимал, что поступил логично и все правильно рассчитал Шир, но на душе кошки скребли. Странное ощущение, что во мне поселилась новая сущность не отпускало. Хотелось вывернуться наизнанку, как еще до первого оборота.

— Она дождется, — произнес я вслух и от звука собственного голоса стало будто бы легче. — Вернусь и заберу. Она станет совершеннолетней к этом сроку.

За ребрами стало тесно. Как же так? Я буду далеко, пока она будет тут. Такая красивая, такая теплая. Совершенно свободная.

Сдернул с себя рубашку, не заботясь о том, что раздираю ее на части. Обрывки ткани зашвырнул в корзину и практически тут же выпустил волка наружу. Зверь вскинулся, крутнулся в тесной для него комнате и рванул прочь. Напрасно раксаш опасался, что он побежит к Сонате. Обе половины приняли правила игры.

Как же я ненавидел после себя за то, что не наплевал на обещание, данное Ширу и не объяснил ей все. Нужно было пойти и зацеловать ее до умопомрачения, заставить стонать от удовольствия и восторга, вырвать из нее ошалевшей клятву, оставить на тонком запястье клеймо и точно знать, что никуда она от меня не денется. Но в тот момент я еще не был таким отчаявшемся. Тогда, почти пять лет назад, я верил, что смогу пережить эти годы вдали от нее легче. Отчего-то считал, что Соня дождется меня и обязательно станет моей женщиной. Я даже представить не мог, что она придет в мой мир на пару недель до окончания срока вслед за высшим, в котором ощутила своего настоящего…