Соната для сводного брата

Глава 42

Из Радужного я сразу шагнула в Весенний. Не понравилась мне толкучка у порога рабского мира. Может, там какие торги или очередной съезд владельцев судеб наметился. Разбираться и выяснять подробности я не хотела.

Весенний мир встретил меня дождем. Проливным и холодным. Пришлось шагать по лужам, приподняв полы плаща. Несколько зазывал предложили повозки, но я точно знала, что для начала стоило купить немного местных денег. И сделать это стоит подальше от места входа. Предусмотрительность не помешает.

Весь день я тряслась в дешевой повозке, рядом с трудягами из человек, держащими путь в столицу. Завернувшись в плащ, притворилась спящей. Из тихих разговоров узнала, куда не стоит ходить, каких районов опасаться, к кому наниматься на работу и как не попасться на удочку к мошенникам. Девушки обсуждали господ, их склочных жен и высокомерных дочек. Но страха перед высшими не выказывал никто. Скорее зависть и немного обид.

На подъезде к большому городу мы остановились размять ноги у небольшого, но уютного городишки.

— Здесь работы не найдешь, — буркнул извозчик и сплюнул на землю.

— Отчего? — как можно безразличнее спросила я.

— Местечко хорошее, но работы для приезжие не бывает. Тут в основном Высшие живут. Им везде хорошо.

Когда все вернулись в повозку, я зашла за деревья вдоль дороги и выждала, пока люди скроются за поворотом. А затем не спеша зашагала в сторону городка.

Уже стемнело, когда я зашла на постоялый двор с выкрашенной в белый вывеской. Ноги гудели. Но здесь можно было получить сносное обслуживание, даже будучи человеком. Так утверждала булочница, торгующая на углу. Она посоветовала мне раскошелиться, но не пользоваться углами, в которых на меня будут смотреть как на кусок мяса.

— Ты у нас надолго? — я кивнула. — Значит скажи хозяину, что я послала тебя, — видимо, мой растерянный вид подтолкнул ее взять на себя такую ответственность.

В просторной гостиной было немного народу. Приличного вида люди сидели на широких лавках за столами. Меж ними сновали верткие девицы с подносами. В очередной раз подивилась, как им удается удерживать в руках такой вес и не ронять посуду.

В горле странно запершило и появилось неприятное ощущение чужого взгляда на коже. Я дергано оглянулась, но на меня, кажется, никто не обращал внимания. Чем припыленная фигура в плаще может заинтересовать местную публику?

Передо мной появился щуплый парнишка и оскалился нечищеными зубами:

— Привет. Комнату ищешь? — он кивнул на сумку в моей руке. — Здесь дорого. Давай отведу в другое место. Тут рядом…

— А ну, паршивец, — прикрикнул здоровяк, выходя из-за стойки и направляясь к нам, — пошел-ка отсюда подобру-поздорову, — парня как и не бывало. Меж тем мужчина подошел ко мне и окинул внимательным взглядом. — Ты не вздумай ходить с таким. Заведет за угол и по голове огреет. А то еще чего похуже, — он наклонился и заговорщически прошептал, — опоит и в местный дом удовольствий сдаст.

Говорить о том, что отравить меня здесь вряд ли смогут, я, конечно, не стала. Напротив, округлила глаза и прикрыла ладонью рот.

— Меня сюда направила булочница.

— Это правильно, — пробасил, довольный произведенным эффектом мужик. — Тебе комнату отведу чистую. С хорошими соседями, но крепкой дверью, — он подмигнул мне. — Надолго у нас?

— Думаю, да, — ответила, едва поспевая за ним.

— Платить чем будешь?

— Что? — опешила я.

— Ну, деньги есть или будешь отрабатывать? — буднично спросил громила и взглянул на меня уже оценивающе.

Я даже попятилась, на что мужчина хмыкнул.

— Мне помощница нужна на кухне. Но если согреешь ночью, то не обижу.

— Только тронь… — запальчиво произнесла я и запнулась, поняв, что простолюдины так не говорят.

— Я насильничать не умею, — спокойно отреагировал хозяин, заходя за стойку и кивая на стул. — Ко мне девки сами ходят.

— Каждому свое, — уселась, вытянув ноги.

— А тебе?

— А мне не надо, — фыркнула, заметив что меня дразнят.

— Всем надо, — буркнул он негромко и вынул из под стола горшок, в котором, судя по звону, хранились ключи.

— Мне бы побольше, — попросила с тоской, мечтая расправить ночью крылья.

— Ты ж про комнату? — подколол мужчина и усмехнулся, заметив, что я смутилась. — Танцуешь?

— Точно, — согласилась с готовностью.

— У нас это в цене, — уже более заинтересованно уставился на меня здоровяк. — Меня Тином кличут.

— Ната.

— Деньги за три дня сразу отдашь. Что сломаешь — оплатишь. За уборку, постель и стирку отдельно. Есть можешь тут внизу. Кто пристанет — ко мне приходи, разберусь. А сама напросишься — не обессудь. Здесь публика приличная, никто не обидит, если не станешь нарываться.

Мне оставалось только кивать. Скинув плащ, набросила его на сгиб локтя.

— Голодная? — поднимаясь по лестнице, спросил здоровяк.

Невольно отметила, что для человека он очень крупный. И скорее всего им не является. Одет просто, но чисто. И запах не выдавал гадких помыслов. Лишь любопытство.

— Мне искупаться надо и поесть не помешает.

— Есть душевая общая, но тебе небось хочется в комнате помыться? И бадья большая нужна?

— И вода горячая и мыло.

— Видать, хорошо танцуешь, — заметил он беззлобно. — Привыкла к удобствам.

— Это да, — согласилась с улыбкой. И ведь не солгала. Двигалась я на редкость гармонично. А танцы входили в программу обучения всех девушек моего сословия. Даже на тренировках с клинками, мастер утверждал, что я больше танцую, чем сражаюсь.