Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу. Книга 2

Глава 28

Шаг. Ещё. Па.

Тело откликается на каждый шаг, на каждое движение его руки на моей талии.

С Элкатаром так легко кружиться в танце. В голове загорается мысль: «Он же дроу, а они славятся своей ловкостью и грацией». Но сегодня в его глазах мелькает что-то новое — тень беспокойства, которую он старается скрыть.

Музыка окутывает, увлекает нас в чувственный водоворот вальса.

Краем глаза замечаю проплывающих мимо Айрин и МакКолина: она в персиковом платье, расшитом тысячью мерцающих блёсток, а он смотрит на неё с нескрываемым восхищением.

Шаг. Головокружительный поворот. Ещё шаг.

Чувствую на себе взгляд Элкатара. Невольно поворачиваю голову и встречаюсь с ним глазами. Его лицо непроницаемо, но в глубине лиловых радужек плещется пламя.

Он притягивает меня ещё ближе, так тесно, что я физически ощущаю жар его тела. Все мысли концентрируются в одной точке — там, где его рука касается моей спины, обжигая сквозь тонкую ткань платья.

Внезапно мелодия обрывается, словно кто-то резко захлопнул крышку музыкальной шкатулки. Мы замираем на мгновение, прежде чем Элкатар решительно берёт мою руку и уводит из центра зала.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я, морщась от новой вспышки боли в лопатке.

— Нам нужно поговорить, — тихо отвечает он.

Обернувшись, замечаю Брама Кадума. Дракон сверлит взглядом свою бывшую невесту, оживлённо беседующую с тем самым грифоном, которого мы застали в саду, когда мурлокс окатил нас "облаком истинности".

Надо будет заглянуть к Кадуму. Он ведь тоже в списке Элкатара.

— Элкатар? — повторяю я, сбиваясь с шага. — Куда мы идём?

— Доверься мне, — его голос звучит мягко, но настойчиво.

Я вижу, как Фредди, прервав беседу с друзьями, обеспокоенно оглядывается. Кажется, он даже приоткрыл рот, чтобы окликнуть, но дроу решительно протаскивает меня через порог бального зала, мимо колонн и зеркал.

Мы проходим рядом с Мариной, нашей уборщицей, которая оживлённо беседует с охотником на Галку. Я поражаюсь тому, как она всегда в курсе всех событий Академии.

— Элкатар… — начинаю я. — Фредди будет меня искать

Он резко разворачивает меня к себе, обхватывает за плечи и смотрит прямо в глаза.

— И пусть. Давно пора указать этому мальчишке, где его место, — отрезает Элкатар, и не дав возразить, ведёт за собой по лабиринту академических коридоров, оставляя позади шум и огни бала.

Тяжёлая дверь, ведущая в сад, с тихим скрипом закрывается за нами, отрезая звуки музыки и смеха. Наконец, мы оказываемся в саду. Воздух здесь прохладный, напоен ароматами ночных цветов.

Элкатар увлекал вглубь сада.

Сквозь плотную вуаль листвы проглядывали праздничные огни-сферы, развешанные на ветвях. Одни мерцали золотом и рубинами, другие переливались изумрудом и сапфиром, а некоторые светились лунным серебром. Их мерцание, окрашивая листву в фантастические цвета, превращало сад в лес из детских сказок.

— Смотри, какая луна... — произнёс Элкатар, указывая вверх. И в тот же момент ночную синеву прорезали искры праздничных фейерверков.

Яркие вспышки раскрасили небо, отражаясь в глазах дроу разноцветными бликами. На миг показалось: это волшебство происходило по его велению, по одному лишь движению руки, которой он только что указывал на луну.

Элкатар улыбнулся.

— Нравится? — его голос был мягок, словно шелест листвы под лёгким дуновением ветра.

— Да. — Я невольно поёжилась от вечерней прохлады. Лопатка снова горела

Тут же тяжёлая ткань его пиджака легла на мои плечи, окружив терпким ароматом трав и неуловимым, волнующим запахом, присущим только дроу.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, — начал он. — Несколько дней назад я получил послание. Мне пришлось вернуться домой. Нэтта?.. Ты побледнела.

Кажется, я сейчас упаду в обморок. Перед глазами всё плыло. Бросало то в жар, то в холод. Боль в лопатке усиливалась, и я едва сдерживала стон.

— Нэтта?

— Мне... нехорошо, — пробормотала я, чувствуя, как боль в лопатке становится нестерпимой. Жгло так, будто кто-то пытался прожечь в моей спине дыру.

Элкатар, выругавшись сквозь зубы, закатил рукав до локтя.

— Метка, — понял он. — Дыши глубже.

Киваю, уже не в силах говорить.

Он прижал меня к себе, и в тот момент острая боль пронзила всё тело. Я слышала его голос, чувствовала тепло его объятий, прежде чем полностью погрузиться в темноту.